Здрав будь, добрый человек!
Мимо по пристани проходит стража. Три здоровых бугая вооруженные до зубов и в кольчуге. Увидев Мономаха и Будимира, останавливаются недалеко. Будимир по-командирски машет рукой. Стража продолжает движение.
ЩУКА
(тихо, с сомнением, чуть запоздало)
Здрав будь светлый князь. Здрав будь отец-воевода.
МОНОМАХ
(Щуке, дружелюбно)
Проводи, Щука, к кораблю норманнов, что с драконом на носу.
Щука, немного ссутулившись, показывает в сторону, вдоль пристани и все трое начинают движение.
Вдруг мы видим, за тюками кто-то крадется. Кто же это может быть?
Ба, да это давешние византийцы! Толстый и Высокий. Преследуют Мономаха скрытно и жадно вслушиваются в его разговоры. Оба в черных накидках.
Мономах, Будимир и Щука продолжают движение. Мономах хлопает Щуку по плечу, от чего Щука чуть приседает.
МОНОМАХ
(окрыленно)
Готовь, Щука, ладьи, общим числом три.
Поутру отбываем с дружиной…
Виснет пауза. Мономах недоуменно взбрасывает голову в сторону Щуки, мол, где быстрое есть, служивый?
ЩУКА
(тихим извиняющимся голосом)
Батюшка Ваш, светлый князь Всеволод Ярославич дал указ…
(еще тише)
Ладьи вам не снаряжать и на уговоры не идти.
(совсем шепотом)
Прощения прошу княжич, помилуй да прости мя, слугу верного.
МОНОМАХ
(нахмурившись)
Что еще батюшка передал с указом?
ЩУКА
(мнется, мнется)
Пущай, говорит, не в ладье звездочки на спине лежати считает,
но через леса да поля к месту добирается.
МОНОМАХ
(недоверчиво)
Так и сказал?
ЩУКА
(громко, выдохнув воздух)
Неа… Громче…
(пауза, немного в сторону)
Да слова тверже!
Щука зажмуривается и вбирает голову в плечи, словно ожидая пинка.
Мономах не обращает на Щуку внимания и настороженно оглядывается по сторонам. Византийцы замирают, ни живы, ни мертвы.
Виден большой корабль викингов, пришвартованный у деревянного пирса. От него из темноты отделяется статная женская фигура и приближается к Мономаху. Это – Елизавета Ярославна 48, которая кивает Будимиру и Щуке. Будимир и Щука отходят в сторону.
Елизавета Ярославна 48 в вечернем походном платье. Указывает Мономаху на самую большую и нарядную ладью викингов.
ЕЛИЗАВЕТА ЯРОСЛАВНА 48
Дражайший мой сын, Владимир-свет. На ладьях подобных выдвинулась из крепости дяди своего, короля датского Свена Второго, принцесса Гита. Курсом на Ключ-город. Мыслю, в скором времени прибудет в Смоленск.
(проникновенно)
Ты уж не обидь чужестранную гостью, приветлив будь да участлив.
Мономах внимательно слушает. Сосредоточенно вглядываясь в тюки, наваленные неподалеку. Кивает Будимиру.
Будимир идет к месту, где прячутся византийцы. Там никого. Отрицательно машет головой Мономаху. Пользуясь случаем, Щука на полусогнутых ногах и с неестественной улыбкой куда-то тихо линяет, от греха подальше.
Византийцы чудесным образом осторожно перебираются на другую сторону. Залезают в воду, под деревянный пирс рядом с ладьей викингов.
Елизавета Ярославна 48 внимательно смотрит на Мономаха, следя за его реакцией.
ЕЛИЗАВЕТА ЯРОСЛАВНА 48
А как Вильгельм-то угомонится, да набесится –
дружина северная из норманнов преданных
возвернет тростиночку на землю родную.
МОНОМАХ
(с сомнением)
Тетушка, на конях не один день в пути проведу…
ЕЛИЗАВЕТА ЯРОСЛАВНА 48
(с любящей улыбкой)
Вот и поторопись, любимый сын мой, Владимир.
Снимает с большого пальца и передает Мономаху перстень, дорогой и красивый, с изображением головы северного оленя с большими ветвистыми рогами.
ЕЛИЗАВЕТА ЯРОСЛАВНА 48
Встретишь корабли, старшим среди сынов – сын Тьёдвальд.
На языке русском Владимиром звать.
Передай перстень ему.
Коли ладно все сбудется, старший сын Тьёдвальд
подобный перстень тебе возвратит.
(сухо, по-военному)
Ладьи-драккары общим числом три. Воинов на них сто да один.
Тьёдвальд с людьми в твоей воле,
покуда Гита в Ключ-городе таиться станет.
(задумчиво)
А уж далее и не загадать. Как господь решит.
(твердо)
Речь моя крепка да прочна.
Да и на том, Владимир.
Господь тебя благослови!
Елизавета Ярославна 48 троекратно целует Мономаха.
Мономах также целует тетушку, надевает перстень на палец.
ЕЛИЗАВЕТА ЯРОСЛАВНА 48
(мягко)
Не горюй, свет Владимир.
Батюшка Всеволод Ярославич уж давно замыслил
в Ключ-город тебя посадить.
А тут такая удача перед гостями ярким солнышко зажечь!
Елизавета Ярославна 48 и Мономах молча, улыбаются друг другу. Мономах кивает Будимиру. Мономах и Будимир медленно скрываются в темноте.
Вдоль пристани с треском и дымом горят факелы из смолы. Слышны грозные оклики стражи, плеск воды, дружный хохот стражи и возмущенные крики фальцетом на иностранном языке.
Елизавета Ярославна 48 троекратно крестит Мономаха в спину.
В это время с ладьи спрыгивают два огромных викинга с накачанными бедрами и бицепсами, в шкурах и шлемах. Прямо в воду, почти на византийцев. Византийцы в шоке.
Викинги их не замечают, подходят с поклоном к Елизавете Ярославне 48. Встают рядом как телохранители.
Елизавета Ярославна 48 твердо, на шведском языке, отдает команду одному из викингов. Викинг хрипло и гортанно перебрасывает команду на ладью. Начинается уверенное движение на флагманской ладье и ладьях сопровождения.
Елизавету Ярославну 48 поднимают на ладью. Она бросает прощальный взгляд в сторону Мономаха, и мы видим ее доброе одухотворенное русское лицо с легкой слезой и проникновенной улыбкой. Ладьи викингов отходят от берега.
ИНТ. ПОД ПИРСОМ НА ПРИСТАНИ В ЧЕРНИГОВЕ НОЧЬ
Византийцы все дослушивают до конца, стоят по пояс в воде, мокрые во всех отношениях. После паузы речь к Толстому возвращается.
ТОЛСТЫЙ
(с легкой дрожью)
Благодарю, господь всемогущий,
во-первых, что я человек, но не животное,
во-вторых, что я мужчина, но не женщина,
в-третьих, что я грек, а не варвар.
Высокий протягивает Толстому флягу. Толстый делает несколько глотков довольно жмурится. Высокий прячет флягу.
ТОЛСТЫЙ
(чеканным голосом)
Задача у тебя одна: принцесса Гита с князем Мономахом
в этом мире не встречаются. Хороши все средства.
Молодому князю Мономаху иная судьба уготована.
Кровь греков в сыне нашем Владимире,
и жена под стать на ложе брачном – принцесса византийская.
(прищурившись)
А там и Русь под Византию ляжет.
Высокий пытается раствориться в темноте. Толстый хватает его за черную накидку. На секунду мы видим ТАТУ ХИ-РО за левым ухом Высокого. Это буква Х, через центр которой проходит буква Р.
Толстый не обращает внимания на тату. Забирает флягу. Высокий все-таки растворяется в темноте.
ТОЛСТЫЙ
(размышляет вслух, ровно, без фанатизма)
Гита Уэссекская. Последняя королевская кровь англосаксов
в песок уйдет.
Вильгельм Незаконнорожденный
за услугу Византии святой стократ обязан будет.
А как в Лондоне народ усмирит да на троне утвердится –
тут и долг погасит.
НАТ. ПРИСТАНЬ В ЧЕРНИГОВЕ НОЧЬ
Толстый, озираясь, выходит из воды. Направляется к ближайшему смоляному факелу. Вытаскивает его из земли.
ТОЛСТЫЙ
(пафосно)
Берегите свет божий, тьма позаботится о себе сама.
Вдалеке раздается зверский оклик стражи. Толстый с треском сквозь кусты уходит от погони.
НАТ. ДАНИЯ ПРИБРЕЖНАЯ ЗОНА ПЕРЕД КРЕПОСТЬЮ НОЧЬ
Деревянная крепость на берегу моря. Пылают некоторые стены и башни, слышны крики людей. Кто-то умирает. Кто-то тушит пожар.
В прибрежной зоне стоят корабли ВИЛЬГЕЛЬМА ЗАВОЕВАТЕЛЯ 46. Это ладьи-драккары. На берегу три катапульты, снятые с кораблей. Катапульты ведут прямой огонь по крепости горящими шарами. Это греческий огонь – подарок византийских товарищей.
Парус на флагманском корабле состоит из широких красных и желтых вертикальных полос, на мачте – огромный фонарь, защищенный от ветра стеклами. На носу флагманского корабля – большая позолоченная голова льва, на корме – позолоченная фигура отрока, трубящего в рог из слоновой кости. Первая половина флагманского корабля, до мачты, освобождена от гребцов. На носу флагманского корабля ВИЛЬГЕЛЬМ ЗАВОЕВАТЕЛЬ 46, который следит за атакой.
Сильный, бородатый мужчина, без фанатизма взирает на происходящее. Иногда немного морщится, но скорей от боли в ноге.
Рядом, за спиной стоит ПОМОЩНИК. Немолодой смуглый худощавый, крепкого телосложения, со шрамом и повязкой на глазу, орлиный нос. Помощник очень похож на Высокого.
Помощник отвечает с достоинством, всегда молча, кивками, движениями глаза, мимикой. Одет по-походному, за спиной длинный лук и колчан с мощными стрелами.
Вильгельм Завоеватель 46 садится в принесенное кресло и смотрит на происходящее как на спектакль с горящими декорациями. Перед ним походный столик с серебряным кувшином вина и серебряным кубком, инкрустированным дорогими крупными камнями.
ВИЛЬГЕЛЬМ ЗАВОЕВАТЕЛЬ 46
(с сомнением)
Я не могу понять королей.
Перед нами Свен Второй, король Датский.
Нарожал своих девятнадцать детей,
приютил племянницу Гиту с ее семью братьями и тысячей проблем.
Вильгельм Завоеватель 46 тяжело вздыхает и делает глоток из серебряного кубка.
ВИЛЬГЕЛЬМ ЗАВОЕВАТЕЛЬ 46
За всю свою жизнь он не выиграл ни одного сражения,
ни на море, ни на суше,
а тут вдруг, из-за какой-то девчонки
возомнил себя воином и вступил в спор с самим… мною.
Вильгельм Завоеватель 46 слегка поворачивает голову к стоящему сзади Помощнику.
ВИЛЬГЕЛЬМ ЗАВОЕВАТЕЛЬ 46
(иронично)
Вильгельмом! Завоевателем!
Помощник в знак согласия удивленно вздымает брови и поджимает губы.
Катапульты продолжают забрасывать огненные шары внутрь крепости и на стены.
ВИЛЬГЕЛЬМ ЗАВОЕВАТЕЛЬ 46
(деланно растерянно)
Я все еще не могу понять королей.
Гарольд Второй Годвинсон, отец нашей прекрасной цели,
несравненной Гиты Уэссекской.
