- За то, что вы не дали это сделать ковшами, кастрюлями, и в итоге погромом и потопом. Пусть бы уж лучше спрятался, - рассуждал Аравид под одобрительный гул толпы. - Храм не остался бы без обеда, а заодно и ужина.
- Вижу, по части чистоплотности мы остаемся на разных полюсах. Лучше оказаться без обеда, чем есть из одной кастрюли с тараканами, - уверенно заявила девушка. - Справедливости ради хочу отметить, что нарушитель гигиенических границ сдался добровольно, его трупик нынче размещен под стеклянной рамкой в поучение всем неряхам. Фариил, претензии есть?
- Нет, - отступил кухонный магистрат.
- Приглашение на творческий вечер получил? Аравид, лжесвидетельство запомнила, с тебя баллада на три страницы. Есть еще жалобы?
- От служителя бани, от служителя прачечной и от астрономической лаборатории, - порылся в бумагах Зельтиур.
- А у нас есть астрономическая лаборатория? - заинтересовалась девушка.
Главный астроном сошел с лица и тихо застонал.
- Уже нет. Она переезжает в магическую школу в спешном порядке.
- Совершенно не понимаю, к чему спешка, - рассуждала Миледи. - Я вашу лабораторию навестила всего один раз, по чистой случайности, просто заблудилась. Настоящая тайная комната, а не лаборатория. Вы ее научились хорошо прятать. А в ней много полезных вещиц, зрительная труба выше всяких похвал. Вот так настроишь трубу в поисках выхода, а она упрется в окна бани. И что же мы там увидим?
Зельтиур перевел взгляд на своего помощника, Аравид смущенно отвел глаза:
- А там пел, просто пел и немного танцевал!
- Корчился в диких судорогах и звал на помощь, - внесла уточнения Вилетта. - Спасение, в моем лице, не заставило себя ждать. А прачечная — это так, по пути двери перепутала, спешила утопить, в смысле, спасти самый красивый почерк нашего храма.
- Маг Вилетта, зайдите ко мне в кабинет, - высший магистрат встал из-за судейского стола и одним взмахом руки распустил собрание.
Ответчица послушно прошагала в кабинет на верхнем этаже башни. В стороне раздался громкий хлопок дверей помощника, Аравид зло щелкал замками и щеколдами. Еще свежи воспоминания о происшествии в бани, самый красивый почерк храма в тот день не утонул, но был на волосок от гибели. Вилетта громко напомнила про балладу на три страницы и вернулась к Зельтиуру.
Тот сидел в своем кресле, на столе чисто, стол без сукна, покрыт свежей натиркой из свечей. Мужчина тяжело вздыхал и хмурил брови в сторону девушки.
- Сильные головные боли уже прошли? - по-отечески спросил Зельтиур. - Головокружения больше не беспокоят? Отвар из молодых ростков неелиса должен был помочь.
- Самую малость, - призналась девушка и приложила ладонь ко лбу. - Часто снятся кошмары, а с утра небольшая слабость.
- Давно хотел спросить тебя, что ты помнишь?
- Вопрос с подвохом? - заволновалась девушка. - Барсучок, тебя интересует что-то конкретное? Насчет кладовки? Конюшня? Трапезная? Если ты про склад кристаллов и магические артефакты, я не имею к этому никакого отношения.
Зельтиур понятливо кивнул и с печалью во взгляде заглянул ей в глаза.
- Я про детство, юность.
Вилетта шумно выдохнула, истории с конюшней и трапезной сегодня обсуждаться не будут.
- Все помню. Дом, Папеньку, сестер и брата. Это имеет какое-то отношение к…?
- Как попала в Агарон, тоже помнишь?
- Разумеется. Мы проехали в ригоронском обозе Степь. Папенька был в сопровождении принца Родиона Ялагра. Спасательная миссия: пропал наследник трона, а с ним мой единственный брат. Сколько лет назад это было? Я была еще крошкой. Папенька умер от сердечного приступа, ты меня удочерил. Я хорошо помню тот день, как ты взял меня на руки…
Мужчина задумчиво смотрел в лицо девушки, пытаясь по мере ее рассказа найти нестыковки, скрытые мотивы, провалы искусственной памяти. Но нет, как и предсказывал Летран, мозг человека устроен удивительным образом, он сам сгладит изъяны и заполнит пустоту. Подмена воспоминаний прошла ровно, практически без швов. Она не задается лишними вопросами, в минуты растерянности списывает разночтения на головную боль и забывчивость.
- Помнишь ли ты Родиона Ялагра?
- Ну, что-то размытое, бледное, - пожала плечами та. - Косу помню, у него была косица. Или у меня была. Ах да, у меня же коса есть. Иногда я забываю простейшие вещи.
- Гм… Вилли. Так он тебя называл?
- Кто?
- Родик, - Зельтиур намеренно шел на провокацию, чтобы увидеть ее реакцию на всего одно забытое имя, очень важное имя в ее жизни.
Вилетта нахмурила лоб, чтобы максимально сильно перетряхнуть хаос, что творился в ее голове.
- Бириар, ты хотел сказать? Он так меня называет.
- Ты хотела выйти за него замуж, проехала Степь ради этого мужчины. Можно ли забыть такие сильные чувства в одночасье?
- Нельзя, я и не забыла, - заверила его девушка. - Все мои помыслы только о том, как скоро мы поженимся. Ты же знаешь, я с детства испытывала к нему нежные чувства, мечтала оказаться у алтаря рядом с ним. Было время, он избегал даже разговоров о том, у него страх перед свадебной церемонией. Я простила даже его интрижку с любовницей, он растил косы в память об этой связи. Но теперь все позади, Лариджа беременна.
- Мы говорим о Родионе?
- Мы говорим об Иле, - нисколько не сомневаясь, ответила Вилетта. - Твои вопросы меня настораживают. Какое отношение может иметь ко мне Родион Ялагр?
- Действительно, какое, - виновато бормотал старик.
- Я - боевой маг, мне нельзя ступать в Храм первородных. Но если я стану женой Светоликого, кто упрекнет меня в том, что я живу здесь? Зельтиур, помоги со свадьбой. Твоя приемная дочь и Светоликий, мы же всегда мечтали с тобой об этом.
Зельтиур задумчиво опустил ресницы.
-Не всегда.
Глава 5
Северное Царство Агарон. Долина вечной молодости.
Яни умер после второго магического удара. Родион не мог остановиться, продолжал раз за разом применять силу исцеления, магическая волна проходила сквозь тело брата, но не могла вернуть его к жизни. Кристаллы наполнялись силой, опустошались, снова и снова, слова менялись, подбирались заклятия, морозный иней оседал на лицах, но чуда не произошло. Родион застыл между надеждой и принятием неизбежного.
В молчании братья не сдерживали слез, они все еще наблюдали, как Родион бессмысленно тратит живительную силу, все еще надеялись. Но лицо Яни теряло краски, глаза сомкнулись, на губах застыла виноватая улыбка. Кровь замерзла, крошится красными льдинками на его груди. Волосы пристыли к лицу, непослушные даже в посмертии.
Родион опустил кристалл и наконец признал всю тщетность усилий. Магический целитель не в силах заделать настоящую рану. Они нашли Ридалага, но потеряли Яни, бесславная миссия. Признать потерю невозможно, это выше его сил, он устало прикрыл глаза и покачал головой
- Как так? Он даже меча не почувствовал. Оба ранены в грудь, но один встал, отряхнулся и побежал дальше. Что это такое?
- Родик, - раздался позади голос Дедули, - не человек он. Был им когда-то, отличий не сыскать. Мертвяк он, поднятый.
- Кто?
- Я никогда не видел поднятых людей. Не скелетов, людей. По виду, он поднят сразу после смерти, будто живой, но он не живой. Не может человек двигаться без остановки, холода не чувствовать, паром не дышать.
Братья молча переглянулись, догадка не принесла облегчения.
- Беда-то какая, мертвяка тебе отдали, - сетовал Аксил. - Не заколдованный он, а призванный. Не знаю, кто сделал это, но он идет на зов своего некроманта, а тот зовет из Долины. Он не свернет с пути, любую преграду либо обойдет, либо вот так, устранит…
Родион едва заметно кивнул, суть объяснения он понял и принял. На лице не осталось никаких эмоций, сегодня он потерял двух братьев.
- Вот, для чего нужно было дождаться зимы, - устало выдохнул он.
Дедуля с пониманием качал головой:
- Мертвяки плохо переносят лето, тело может испортится. Собачки мои смердели и шерсть теряли. Некроманты осели в Долине неспроста, там тела сохраняются. Не почувствовал он боли, а преграду устранил и ушел. Там его теперь искать нужно, в Долине.
- Кто же его поднял? - бесцветно рассуждал тот. - Первородные, чтобы мне вернуть под видом живого?
- Выходит, так, - развел руками Дедуля. - Обманули нас, сыграли на нашем неведении. Я заподозрил неладное, да вот, не смог предупредить… Сам надеялся, что ошибаюсь.
Родион устало пожал плечами. Он не готов принять смерть Яни, но смерть Лага он принял давно. Отчасти надеялся, что произошло чудо, и его спасли. Но нет, Ридалаг погиб вместе с Эстерсэн, лежал во льдах, пока его не побеспокоили. Ему следовало догадаться. Старший брат не стал бы отсиживаться в безопасном месте, не бежал бы в другую страну, не таился по углам. Никакая темница надолго не удержит венценосного принца, слухи, так или иначе, достигнут нужных ушей. Его можно было только убить, чтобы уже никогда не нашелся.
- Которого из близнецов он пронзил? - допытывался Дедуля. - Чего ж я спрашиваю? Конечно, Ти? Он такой беспечный!
Близнецов до сих пор плохо различали. Зачастую отличия находили только в поведении и словах. Одевались близнецы одинаково, их всегда забавляло сходство и путаница, с ней связанная. Однажды Яни прокололи ухо, чтобы создать видимое отличие. Ти в ответ проколол себе сам, и долго лечил гноящуюся рану, а затем оба носили одинаковые сережки.
- Рестиана убили, - ответил живой близнец и взглядом пресек возражения от Родиона и Риккона.
Те с осуждением качали головами.
- Так будет лучше, - пояснил младший. - Не нужно, чтобы Отриэн страдала.
- Умом тронулся? - фыркнул Родион. - Тебя живо признают.
- Не признают, - упрямился Ти. - Нас уже год дома нет, а когда вернемся, и того больше. Она забудет не только отличия, но и как выглядит муж. Пусть умрет Ти, а Яни останется жив.
- Недоумок, ты быстро себя выдашь, - не соглашался старший. - Ты же двух слов связать не можешь, подход к женщинам не знаешь, в то время как Яни…
- Он бы меня поддержал.
- Откуда тебе знать?
- Он не хотел, чтобы, она плакала. Так и будет, если похоронить Рестиана, а не Роянга.
- Ти, у вас на задницах знаки, если ты забыл, - спорил Родион. - Разные из-за имен. Поверь мне, твои ягодицы в супружеской постели долго не спрячешь. Вот конфуз выйдет!
Парень продолжал упрямиться:
- Выходит, будет рана, которая прикроет отличие.
- Находчивый? Мама, все одно, различит подмену. И Отриэн. Она провела с супругом не одну ночь, не можете вы делать все одинаково.
- Когда не с чем сравнивать, мы для всех станем одинаковые. А кто усомнится, тот побоится говорить. Что не так?
- Все не так! - разозлился старший. - Тебе зачем?
- Ти никому не нужен, а у Яни жена и ребенок. Я справлюсь, может, и получше него. Я верным буду.
- Нет!
- Что произойдет, когда вернемся домой? - рассуждал близнец, - Отриэн со временем выйдет за меня, только больше слез прольет. Кому это нужно? И кто станет лучшим отцом для ребенка Яни?
- Олух! Ты сам себе копаешь яму. Под чужой личиной собрался жить? Не проще ли пойти простым путем? Пусть Отриэн узнает правду, а после снятия траура примет решение. Ты лишаешь ее выбора!
На короткий миг братья позабыли, что препираются над телом погибшего Яни. Слезы на лицах успели замерзнуть, в пылу страсти они вернули былую живость и боевое расположение духа.
- Кто из нас олух, давайте разберемся, - рявкнул Ти. - Будь с нами Вилли, мы бы уже выехали из Агарона. Она бы оцепенела Ридалага еще в Гаарде!
- Поучи меня жизни, гусеница! - взревел Родион. - Из-за нее вся эта свистопляска! И мертвяка нам подсунули, чтобы ее забрать!
- А может из-за тебя? - возмутился тот. - Ты с самого начала готов был торговать ею! Договор пописал! Ты же сам напросился на такой исход. Предложил им взамен брата боевого мага. Вот они и не растерялись, подняли мертвяка. Всего лишь нужно было послушать нас и ехать в Долину. Сами бы его нашли, еще в могиле.
Родион непримиримо уставился в ответ. Ти давил доводами, которые трудно оспорить, и ставил брата в положение ответчика. И был прав во всем. Первородные не убивали Ридалага, а лишь воспользовались ситуацией.
- Я просто хотел спасти Лага! - защищался старший. - Ради тебя я сделал бы то же самое. И Ради Риккона, и Гора.
- Ну, и как? Спас? - въедливо интересовался Ти. - У Отриэн не будет выбора? А ты предоставил Вилли выбор? Не для того ли ты делил с ней постель, чтобы стала послушна твоей воле? Она тебе верила, а ты ее бросил в Храме первородных! Бросил Норинэльта Тирэлла, а для начала довел до сердечного приступа их отца. Не тебе меня учить чести и честности. Я - Роянг Ялагр, попробуй оспорь это.
- Я смотрю, ты научился слова в предложения вставлять? - пыхтел от злости старший брат. - Книжки читать начал?
- Начну, - ершисто огрызался младший. - У меня теперь ребенок и жена. Сдашь меня?
- Живи… Яни, - хрипло ответил Родион и оставил спор. - Как хоронить будем? Жечь нечем.
- С собой в Долину вечной молодости заберем, - рассудил Яни. - Там и разберемся. Ти хотел туда попасть, он бродяга по жизни, везде мечтал побывать. Пусть побывает.
Родион поднялся из снега и отряхнул полы шубы.
- Сегодня ты удивил меня, Яни. Я тебя недооценивал. Растешь в моих глазах. По плечи уже, - мужчина наклонился над телом погибшего брата и с трудом подобрал слова прощания: - Ты спас мне жизнь, Ти, от мертвяка прикрыл собой. Вовек не забуду и сохраню все твои тайны. Конни?
Риккон согласно кивнул и зажал слезы рукой.
- Едем в Долину искать некроманта, - распорядился Милорд, возвращаясь на корабль. - Ридалага следует упокоить, сжечь и забрать прах домой. Я не позволю играть им, как куклой.
Все вышло скверно, хуже придумать сложно. Родион - почти бог безвыходных ситуаций, но сам угодил в ловушку. Есть всего одна хорошая новость: во всей этой мутной истории наступила ясность, пусть даже ценой крови Яни… поправочка, Ти. С этим он разберется позже, покуда следует покончить с делом. Растерянность, наступившая при встрече с Ридалагом прошла, в груди боль и отчаяние, но исчезла неизвестность. Она изматывала больше прочего, теперь все ясно и прозрачно.
Ригоронец прибыл в Агарон в поисках брата. Наследный принц давно мертв, об этом знают, по меньшей мере, убийцы, а возможно и все участники драмы. Первородным потребовался боевой маг, для того пришлось убедить Родиона, что Ридалаг жив и его разыскивают. Искать особо не требовалось, тело находилось в Долине. Транспортировка летом вызывала вопросы, мертвяк мог попортиться и поломать всю игру. Ригоронец оказался покладистым, дождался зимы.
По всем пунктам Родион - проигравшая сторона. Убийцы торжествуют и защищены от него царской неприкосновенностью, а теперь еще и боевым магом по имени Вилли Тирэлл. Следующий ход его. На шахматной доске он потерял ключевую фигуру, пожертвовал королевой. Положение его незавидное. Он много слышал о том, что брата не найдет, и теперь жалел, что не принял к сведению. Они убили Яни, снова поправка, Ти. Ставки возросли, погиб второй Ялагр, а это уже открытое нападение на Ригорон.
Сожаление о близнецах давило в груди горячей, изматывающей болью. Это будет удар, матери придется узнать о гибели двух сыновей. Трудно представить, как она перенесет потерю. Родион подавлен и почти сломлен, в голове проносятся мысли о том, что срочно нужно вывозить из Агарона то, что у него осталось. Яни, Конни и… где-то там его дожидается Вилли. Или не дожидается, давно забыла о нем и готова выступить на стороне неприятеля.
Он беспомощный, да к тому уродливый Светоликий, разменял магическую неуязвимость на смерть близнеца. В каком-то смысле, добился своего, в его «храме» всегда не хватало целителя. Поистине, насмешка богов, Вилли - боевой маг, он хотел научиться прибирать за ней огрехи. Нынче целитель есть, но нет самой Вилли.
