Ольга Ломтева
Ледяное пламя 2
Пролог
Настала долгая и беспощадная зима на севере Арувийского Королевства с нескончаемыми снежными бурями, звенящим ветром и суровым морозом. Хмурые серые облака заволокли небо, надолго схоронив промёрзлую землю от прямых солнечных лучей.
Громовой замок укрыло пуховым белым одеялом. Расчищенные с вечера дорожки занесло свежим ночным снегом. У одной из башен отсутствовала часть стены вместе с оконным проёмом. Разрушение зияло на третьем этаже устрашающей чернотой и смотрело во двор замка. Внутри тускло и одиноко горел магический огонёк.
Холодное ледяное свечение озаряло круглое помещение. Пахло сыростью. Расставленная вдоль стен старая мебель прогнила и развалилась. Кровать треснула пополам, а запачканная жёлтыми пятнами перина впитала влагу и покрылась плесенью. Местами ткань прорвалась, и свалявшиеся гусиные перья вывалились на скользкий каменный пол. Стены и потолок поросли мхом, а возле лестницы, ведущей на нижний этаж, появились мелкие грибы.
Высокая фигура в чёрном пальто металась в поисках нужной вещицы. Откинув за спину длинные молочные пряди, мужчина склонился над тяжеленным сундуком. Костлявые пальцы с выступающими голубыми венами плавно коснулись крышки. Последовало холодное свечение, – и толстенное дерево разломилось. Щепки полетели в стороны. Белокурый опустил руку внутрь и вытащил одежду, которая за столько лет превратилась в бесформенное тряпьё. Ничего.
Мужчина выпрямился. Он поднёс к носу указательный палец левой руки и задумался. Кристально чистые голубые глаза смотрели в одну точку. Без всяких сомнений, искомое находилось здесь. Значит, есть ниша где-то в полу или в стене. Незнакомец замер. Он найдёт свиток во что бы то ни стало. У него предостаточно времени, чтобы разобрать Громовой замок на камни, если понадобится.
Со стороны оконного проёма послышался жалобный писк, заставив беловолосого обернуться на звук. Рыжее создание протяжно мяукнуло и двинулось в его сторону, аккуратно переставляя лапки по ледяной корке наметённого из пролома снега.
– Рэда, зачем ты туда забралась? И что это за свет? – послышался с улицы девчачий голосок.
Мужчина скривился и презрительно глянул на кошку, которая привела за собой незваную гостью. Взмахнув рукой, он заставил магический огонёк исчезнуть.
– Показалось… – растерялась девочка. Очередное «мяу» разнеслось по помещению. – Что ты мяучишь? Ты не можешь спуститься?
Беловолосый поморщился: какая глупость задавать вопрос тому, кто не может ответить.
– Сейчас заберусь и возьму тебя, – весело проговорил ребёнок, предвкушая озорную выходку.
Незнакомец дёрнулся. Подошедшая к нему чуть ближе кошка приняла угрожающую позу, распушилась и зашипела, выгнув спину дугой. Ему негде спрятаться, а улететь и остаться незамеченным уже не получится. Что ж, придётся прибегнуть к чарам. Только успеет ли он? Чтобы сотворить иллюзию, требуется время, а невидимость доступна только в облике дракона.
Но было уже слишком поздно: в проломе показалась детская голова. Миленькое девчачье лицо с большими фиолетовыми глазами. Молочные волосы, такие же, как у него, тонкими прядями выглядывали из-под вязаной шапки. Их взгляды встретились.
– Кто… – только и успела выговорить девочка.
Незнакомец резко сделал шаг в её сторону. От испуга слабые тонкие пальцы разжались, и ребёнок полетел вниз. Образовавшийся за ночь сугроб смягчил падение хрупкого маленького тельца, защитив малышку от жёсткого удара и переломов.
Вздохнув, беловолосый схватил кошку за шкирку и без труда спустился вниз. Швырнув животное в снег рядом с хозяйкой, он наклонился к ребёнку. Шапка слетела с головы девочки, и пряди разметались белоснежной короной. Она была без сознания: веки плотно сомкнуты, рот приоткрыт, дыхание глубокое и ровное.
Мужчина коснулся тонким пальцем лба малышки, вызвав очередную порцию негодования со стороны кошки, которая вновь зашипела на странного путника. Однако он даже не удостоил создание взглядом. Девчонка забудет эту встречу, останется лишь воспоминание о падении. Закончив, незнакомец выпрямился и сделал несколько шагов к середине двора.
«Пора убираться отсюда. Сейчас прибежит кто-нибудь из этих жалких людишек. Охать и вздыхать. Следить лучше за ребёнком надо, – его взгляд пробежался по стенам Громового замка. – Я ещё вернусь, и мне повезёт. Обязательно повезёт».
Напоследок беловолосый с любопытством посмотрел на лежащую девочку и ухмыльнулся.
– Я мог бы закончить твои мучения здесь и сейчас, но тебе ещё предстоит сыграть свою роль в нашем плане.
Глава 1
Затишье. Мягкий солнечный свет пробивался сквозь пышные кроны деревьев. Длинные ветви плакучих ив безвольно свисали, касаясь водной глади Велесты. Возникающие блики на водной глади зачаровывали, и Алите хотелось часами напролёт наблюдать за движением узкой речушки, вдыхать особый запах текучей вязкой жизни, ощущать единение с водной стихией.
Причал стал излюбленным местом принцессы. Она проводила много времени на деревянных помостах, занимаясь рисованием, чтением, принимая пищу или же упражняясь в магии. Воды Велесты слушались: позволяли разгонять волну, охлаждались или закипали. Драконица не спешила в своих изысканиях и действовала всегда аккуратно. Алита боялась собственного потенциала и постигала неизведанное мелкими осторожными шажками. Герберт неустанно следил за её тренировками, давал советы, но, в основном, старался не вмешиваться.
Иногда вместе с гвардейцем Алита практиковала превращение в дракона. Мужчина спокойно и как можно подробнее объяснял все нюансы, однако ничего не получалось. Всякий раз страх брал своё.
Первая причина была вполне очевидна. После случая во дворце с Рихардом, которому драконица, защищаясь, обожгла грудь и отрезала пальцы, она опасалась, что в какой-то момент магия выйдет из-под контроля. Второй причиной, почему попытки превратиться оставались безуспешными, Алита считала страх высоты. Несмотря на многочисленные разы, что ей приходилось летать верхом на драконе, боязнь не притуплялась. Когда речь заходила о собственном полёте, дикий ужас сжимал грудь, заставляя сердце биться слишком учащённо.
Герберт напутствовал, говоря, что страх нужно перебороть, но пока принцессе не удавалось этого сделать.
Однако сегодня Алита занималась другим. Придя на пристань рано утром, когда Герберт, Мерида и прислуга ещё спали, принцесса устроилась на шерстяном клетчатом пледе, чтобы сочинить письмо. На одной из деревянных опор сидела Оника и чистила пёрышки. Серпокрылка терпеливо ждала, когда хозяйка закончит.
Строчки рождались в голове одна за другой, и драконица не желала прерывать словесный поток. Источником вдохновения служил усиливающийся трепет при мысли о Кристофере. Внутри будто кто-то пускался в дикий пляс и явно не собирался останавливаться. Прождав его столько месяцев, Алита не могла теперь вынести и одного дня разлуки: девушке не терпелось увидеться с любимым вновь.
Произошедшая позавчера встреча в столице, казалось, изменила многое. С появлением гвардейца принцесса ощутила ту защиту и поддержку, в которых сильно нуждалась. Не говоря уже о согревающей улыбке и сильных руках, что так крепко прижимали к себе.
Вечер долгожданной встречи Алита и Кристофер провели вместе. Они сидели на причале бок о бок, рассказывая о проведённых в разлуке месяцах. Первой разговорилась принцесса. Она поведала о своих походах на семинары по лечебным травам в Университет, о занятиях в алхимической лаборатории с Малисом и Ясминой, о загородной резиденции. Начальник гвардии слушал с доброй улыбкой. Он не отпускал её ладони, сжав в своей, и не отводил взгляда, словно боялся, что стоит ему отвернуться, и принцесса исчезнет. Потом они поменялись ролями. Кристофер говорил о Вирентисе, о предательстве мэра, о тёмной магии и ритуалах, о загадочной фиолетовой сфере и подземном лабиринте.
Часы за разговорами показались мгновением. Алите не хотелось отпускать Кристофера, но ему нужно было возвратиться во дворец. Улетая, он предупредил, что на следующий день вряд ли сможет навестить её – слишком многое предстояло решить. Особенно мысли начальника гвардии занимал погибший в городском переулке: обескровленность трупа и раны на горле указывали на то, что убийство совершил вампир. А значит, велика вероятность, что в столице могут произойти те же события, что и в Вирентисе.
– Но ведь тот день уже прошёл, а значит, сегодня мы можем встретиться, – радовалась принцесса, перечитывая своё послание. – Я бы хотела летать, как ты, – драконица мечтательно взглянула на Онику, которая будто с немым укором посмотрела на хозяйку. – Знаю, надо больше пытаться, но пока не получается, – извиняющимся тоном протянула Алита и принялась переписывать письмо мелким почерком на небольшую бумажку. Закончив, она свернула пергамент и поместила его в кожаную тубу. Серпокрылка подлетела к принцессе и выставила когтистую лапку перед собой.
– Я не знаю, поймёшь ли ты меня. Вроде ты должна приносить послания мне, а не наоборот… Но… Вдруг получится, – Алита проверила, надёжно ли закреплена туба. – Отнеси письмо тому, кого я…
Последнее слово осталось невысказанным. Неужели она готова произнести его вслух?
– Отнеси его Кристоферу.
Птица щёлкнула клювом и незамедлительно поднялась в воздух. «Интересно, поняла она меня или нет?» – подумала принцесса. Чтобы отправить письмо, обычно ей приходилось вызывать посыльного или передавать весточку через одного из гвардейцев. Такая волокита. Поскорее бы освоить превращение в рептилию! Обернувшись драконом, она бы оказалась во дворце через десять-пятнадцать минут полёта и увидела бы Кристофера собственными глазами.
Упёршись ладонями позади себя, Алита откинулась, наблюдая за плавными взмахами крыльев серпокрылки. Она надеялась, что гвардеец получит письмо, и мысли о скорой встрече отдавались сладкой дрожью в теле.
– Доброе утро, Ваше Высочество. Приятно видеть вас в хорошем расположении духа, – поприветствовал Герберт, подходя к причалу.
– Доброе утро.
– Практиковались?
– Нет, – смутившись, пролепетала Алита. – Сочиняла письмо… Как думаете, Оника сможет доставить его адресату?
– Серпокрылки летают к хозяину, а не наоборот. Но у вас необычная птица. Оника впитала магический огонёк, находясь ещё в яйце. Кто знает, может она правильно поняла вас и доставит письмо. Такой случай – большая редкость, – пожал плечами гвардеец, а затем лукаво улыбнулся и добавил: – Не переживайте, Ваше Высочество, во всяком случае, во дворец она точно прилетит.
– Откуда вы знаете, что я отправляла её именно туда? – пролепетала принцесса, стыдливо опустив глаза.
– Так ведь птичник там. Оника постоянно летает между резиденцией и дворцом. Поэтому если она не здесь, значит, во дворце.
Облизав губы, Алита взглянула на Герберта.
– Вы уже не сможете скрывать ваши взаимоотношения. Многие видели вас вместе.
– Это да, – принцесса не знала, радоваться ли ей или нет.
«Да уж, не стоит скрывать эти чувства, особенно от Герберта, который приходится Крису другом». Она покачала головой, улыбнулась собеседнику и сменила тему.
– У меня небольшие успехи в экспериментировании с формой магических огоньков, – радостно поделилась Алита новостью и решила показать первые результаты.
В одном из любовных романов – а такие книги драконица читала взахлёб и в большом количестве – она наткнулась на создание предметов из воздуха. Героини часто наколдовывали себе что-нибудь на пустом месте. Вероятно, авторам нравилась возможность появления желаемого предмета по взмаху волшебной палочки. Принцесса и сама восхитилась бы подобному явлению, но она прекрасно знала, что это нарушает законы магии. Сама идея ей безумно понравилась, а потому Алита решила воплотить её по-своему.
Что будет, если магическому огоньку придать форму желаемого предмета? Нет, конечно, если сотворить чайник, то никакой чай из него не польётся, а созданное печенье вряд ли будет съедобно. Реальность всегда далека от сказок. Но что будет, если, скажем, придать огоньку форму птицы или бабочки? Будет ли крошечное создание парить в воздухе, кружиться, как насекомое, или нет? По большому счёту, огонёк представляет собой сгусток чистой магии, которую дракон облекает в форму шара.
Сконцентрировавшись на энергии сосуда, который предсталяет собой внутренний источник магии драконицы, Алита сформировала в руках крошечную сферу. Белёсая и холодная, она слабо светилась. Принцесса принялась вертеть её в пальцах, наподобие того, как гончар раскатывает глину, чтобы придать ей форму. В итоге получилась бабочка. Маленькая, с большими полупрозрачными крыльями.
– Она не может летать, – грустно протянула Алита.
– На мой взгляд, это настоящее чудо! – с нескрываемым восхищением проговорил Герберт, уставившись на созданное из магии насекомое. – Много сил уходит?
– Ммм… Достаточно. Долго не поэкспериментируешь. Пока что я пытаюсь понять, почему она не летает, – драконица перевернула ладонь, на которой сидела бабочка, и та, кружась огненной снежинкой, упала вниз. Коснуться деревянных досок причала насекомое не успело, потому что полностью растворилось в воздухе. – И магия ещё не стабильна. Не так, как в случае с шарообразными магическими огоньками. Такая сложная форма быстро распадается.
– Ваше усердие достойно похвалы, – гвардеец серьёзно взглянул на собеседницу. – Вам непременно стоит продолжать эксперименты. Но только хочу дать совет: держите пока в секрете ваши успехи.
– Почему? – Алита недоумённо воззрилась на Герберта.
– Не надо рассказывать о полученных результатах на полпути к достижению цели. Меньше разговоров – больше дела, – гвардеец подмигнул.
– Ага, – испытав облегчение, принцесса улыбнулась.
– Ваше Высочество, напоминаю о сегодняшнем походе в городской госпиталь. И если мы хотим прийти вовремя, то пора бы позавтракать.
– Составите мне компанию?
– Разумеется.
***
Городской госпиталь находился на юго-восточной окраине Айрендэла. Двухэтажное здание из тёмно-красного кирпича радовало глаз красивым фасадом, ремонт которого завершили этой весной. К парадному входу вела мощённая брусчаткой широкая дорожка, шедшая через палисадник.
Пройдя через открытые нараспашку кованые ворота, Алита в сопровождении Герберта медленно шла к зданию. Для посещения госпиталя принцесса выбрала строгое графитовое платье с белым кружевным воротником. На шее висел кулон чароита нежного лавандового цвета, который отлично гармонировал с фиолетовыми глазами. Молочные локоны горничные собрали на затылке в пучок, чтобы не мешались. Герберт выглядел как всегда опрятно в сером наглаженном костюме. Тёмные волосы, ниспадающие до плеч, из-за частого расчёсывания лежали идеальным прядями. Голубые глаза с хитрым прищуром подмечали снующих в спешке людей: регистраторов, целителей, лекарей, алхимиков, пациентов.
– Госпиталь большой, – заметила принцесса, пробежав взглядом от левого до правого угла здания.
– Скорее вытянутый, леди Алита. И это не весь госпиталь. Перед нами административное здание. Здесь ведут приём и занимаются бумажной работой, насколько я знаю. А вот стационарные отделения, лаборатория и прочее располагаются в отдельных корпусах, – пояснил гвардеец. – Хотите в следующий раз полетим и осмотрим госпиталь сверху?
– Для разнообразия… Хотя я очень люблю наши пешие прогулки, – поделилась драконица. – Может, на обратном пути в резиденцию полетим, и я посмотрю?
– Как пожелаете.
Зайдя внутрь, они направились по узкому коридору в сторону кабинета Малиса. Один-два раза в неделю дракон вёл приём в городском госпитале, и, надо сказать, очередь к нему тянулась немаленькая. Многим хотелось испробовать на себе чудодейственную силу магического целительства, которой на всём Ниретанском континенте обладала лишь драконья раса. Алита не представляла, каким образом они проберутся сквозь толпу, которая не желала никого пропускать. Первым пошёл Герберт, ведя принцессу за руку. Он говорил посетителям, что они практиканты, которых направили к целителю. Народ нехотя начал расступаться, но одна древняя, как мир, бабка преградила драконице путь своей клюкой.
– Куда? – грозно произнесла пациентка, нахмурившись, отчего её пышные густые брови соединились в единую полосу.
Замешкавшись, Алита силилась подобрать слова, ведь перед ней стояла женщина почтенного возраста. Воспитание и природная робость не позволяли ответить грубостью. На выручку пришёл Герберт.
– Бабушка, мы не лечиться сюда пришли, мы на практику, – гвардеец осторожно склонился и придержал клюку, позволив драконице пройти дальше, чтобы избежать удара.
– Умники, значит? Пущаю, – кивнула бабка и подтянула к себе трость.
Из приёмного кабинета как раз выходила, понуро опустив голову, женщина средних лет, когда Герберт, воспользовавшись ситуацией, подтолкнул принцессу внутрь. Зайдя следом, он прикрыл дверь.
Обстановкой помещение напоминало смотровую комнату Королевского дворца: стол, стулья, шкаф с медицинскими приспособлениями, ширма, кушетка, стопки чистого белья, раковина в углу, полотенца. Белая дверь вела в смежную комнату, откуда доносились звуки возни.
Увидев вошедших, Малис подорвался с места и раскланялся.
– Доброе утро, леди Алита, как я рад вас видеть в добром здравии, – улыбаясь, целитель поправил съехавшие с носа круглые очки.
– Доброе утро. Я тоже рада вас видеть, – ответила драконица, стараясь припомнить, когда в последний раз целитель навещал её. «Примерно две недели назад… Прописывал очередное снотворное».
– Приветствую, – недовольно процедил гвардеец, протягивая руку для рукопожатия. – При всём уважении, я бы просил вас встречать Её Высочество в коридоре. Ваши пациенты не дают прохода.
– Но в этот раз всё обошлось, – примирительным тоном произнесла Алита, бросив тревожный взгляд на Герберта. – Лучше давайте перейдём к делу.
– Да, Ваше Высочество, – Малис с опаской глянул на Герберта. Тот недовольно покачал головой. – Как я и писал в письме, вам надо практиковаться, чтобы достичь поставленных результатов в целительстве. Однако думаю, пару часов для первого занятия будет вполне достаточно.
– С удовольствием.
От полученного предложения Алита не смогла отказаться и решила без лишних раздумий побыть ассистенткой у наставника на приёме в городском госпитале. Желание опробовать силы и помочь нуждающимся пересилило страх причинить вред своей магией.
– Замечательно, – целитель потёр руки. – Вам нужно подготовиться, Ваше Высочество. А… вы?
– Я почитаю в смежной комнате, – ответил Герберт. – Я не имею права оставлять Её Высочество одну.
– Хорошо, это подсобное помещение с чистой одеждой, инструментами и лекарствами. Там есть стулья, – разъяснил Малис, подошёл к белой двери и, приоткрыв, громко позвал: – Мисс Боунс!
Из комнаты показалась молоденькая девушка в больничной униформе: синее платье, поверх которого надевалась белая роба. Пшеничного цвета волосы были собраны на затылке и закрыты тканью.
– Доброе утро, Ваше Высочество. Меня зовут Ханна Боунс, – несмотря на то, что она старалась произносить фразы с должной интонацией, Алита чувствовала презрение в каждом слове.
– Это моя практикантка, последний курс университета. Она тоже будет помогать нам сегодня, – пояснил Малис. – Мисс Боунс, помогите Её Высочеству надеть робу и подготовиться к осмотру.
Первым пациентом, которого Малис осматривал в присутствии Алиты, оказалась та самая бабка с клюкой. Она жаловалась на незаживающую язву на нижней части голени. Нога постоянно отекала, вызывая неудобство при ходьбе и боль.
Целитель попросил пациентку присесть на кушетку и положить ногу на табурет, а затем принялся разматывать бинт с пожелтевшим пятном. Увиденное заставило драконицу поморщиться, но она пересилила себя и отводить взгляд не стала. Язва оказалась ровной круглой формы, как если бы кто-то начисто срезал верхний слой кожи до жировой ткани. Багровые края вывернулись наружу, а от самой раны вились сине-фиолетовые бугристые вены.
– Запущенный случай, – протянул Малис, внимательно изучая язву при помощи магии. – Помните, как мы это проходили? При осмотре я посылаю короткие импульсы, чтобы почувствовать, где в тканях изъян. Попробуйте.
– Хорошо, – кивнула Алита, а целитель поднялся, уступая место на стуле перед пациенткой.
Прикоснуться к чужой коже оказалось тем ещё испытанием, а натянутый на повреждённую ногу старый вязаный льняной носок источал далеко не самый приятный аромат. «Так надо. Так надо. Так надо», – мысленно приговаривала драконица, притронувшись к посиневшей коже. Прикрыв глаза, Алита сосредоточилась на своём магическом сосуде: ледяной шар испускал лёгкое свечение, и она, как прежде, аккуратно стянула льющийся свет к кончикам пальцев. Тело пациентки предстало в образе полупрозрачной тени, а на повреждённой ноге зияли тёмные пятна, как будто связанные из бугристых нитей. Ощупывая рану незримой магией, принцесса поняла, что язва образовалась рядом с передней большеберцовой веной. Усилив поток, Алита постаралась уменьшить распространившуюся черноту.
– Ну… как? – спросила драконица, открыв глаза.
Бабка подозрительно покосилась на окружающих, как если б ей предлагали сомнительный товар, а затем деловито выдала:
– Не болит!
– Отёк спал, – задумчиво пробубнил Малис. – Язву нужно обработать. Мисс Боунс, несите всё для перевязки.
Практикантка расторопно принялась выполнять поручение, а принцесса подняла голову и встретилась взглядом с целителем.
– Достойно восхищения, – дракон чуть склонил голову набок и сдержанно улыбнулся.
Двумя часами дело не обошлось. Алита изъявила желание продолжать участие в приёме пациентов. Малис попытался возразить, но принцесса очень хорошо впитала наставления Герберта и проявила силу воли, напомнив целителю свой особый статус. Она трудилась, наслаждаясь процессом, до самого вечера, прервавшись лишь на обед. На трапезе настоял гвардеец, который неустанно следил, чтобы принцесса не пропускала приёмов пищи.
Герберт целый день провёл в подсобном помещении с маленькой книжонкой в руках.
– А что вы читали, пока шёл приём? – устало спросила драконица, когда они покинули административное здания госпиталя и двигались к распахнутым воротам.
Принцесса гордилась тем, что помогла такому количеству людей. Впервые она творила так много магии, совершенно позабыв о себе и своём магическом сосуде. После целого рабочего дня ноги ощущались ватными, а голова слегка кружилась.
– О, это сборник стихов о любви. Решил заучить парочку.
– А зачем?
– Ну как… – Герберт лукаво улыбнулся. – Знаете, дамы очень любят, когда им стихи читают.
– Хах… – драконица уставилась перед собой, вспомнив, как в день их знакомства гвардеец обхаживал её в Громовом замке. Это был единственный вечер, когда он позволил себе некую вольность в отношении принцессы. Повернув голову к собеседнику, она заглянула в ясные голубые глаза. – Вы любите женское внимание?
– Хм… – во взоре гвардейца блеснул озорной огонёк. Они остановились. – Чего скрывать, люблю женское общество. Для меня все дамы прекрасны, и я готов наслаждаться их красотой вечно.
«И я?» – подумала драконица, но не решилась озвучить мысль. Раскрасневшиеся щёки и так выдали её.
– Вы очень прекрасны, леди Алита, как водяная лилия на Изумрудном озере, – ответил Герберт, будто уловил невысказанный вопрос. – Когда-нибудь побываете в тех краях и увидите этот цветок. А ещё вы добрая и милосердная. Очень трудно встретить подобную вам особу. Я бы желал, чтобы вы всегда оставались такой, – гвардеец склонил голову, чем вогнал принцессу в ещё бо̀льшую краску. – Пойдём пешком или полетим?
– Я… Можно и прогул… – драконица не успела договорить.
На мгновение земля ушла из-под ног, а перед глазами замельтешили тёмные точки. Испугавшись, что сейчас упадёт, она ухватилась за рукав Герберта. Тот быстро среагировал, приобняв принцессу.
– Полетим. Вы переутомились. Весь день лечили… Так что зацените сегодня красо̀ты столицы с высоты.
– Да-а-а…
Полёт длился недолго, но Алите казалось, что прошёл как минимум час. Каждый взмах крыльев дракона усиливал пульсирующую головную боль в области висков. Голова кружилась, и, когда она, обессиленная, ступила на твёрдую почву, то с трудом поймала равновесие. Живот свело в приступе тошноты, но драконица сдержала позыв, прикрыв рот ладонями. Приняв человеческий облик, Герберт поддержал дрожащую принцессу за плечи и увёл в дом.
Вокруг госпожи принялись хлопотать горничные. Гвардеец усадил Алиту на диванчик, а Лора подала стакан воды. Варда побежала за настоем голубой мяты, о котором шептала принцесса в перерывах между отчаянными попытками побороть приступы рвоты. Драконицу бросало то в жар, то в холод. Каждый раз, прикрывая глаза, чтобы избежать пакостного ощущения, будто стены вокруг крутятся, она видела, как сосуд угасал, неровно пульсируя и подрагивая. Ей казалось, что ещё чуть-чуть, – он затрещит и лопнет.
«Никогда больше так не буду делать», – горькая мысль заставила закусить губу. Алита понимала, что находится сейчас в смертельной опасности от магического истощения. Зачем она только довела себя до такого состояния?..
Наконец настой был принят, и кто-то заботливо подложил под голову мягкую холодную подушку. Туфли принцесса сбросила на пол, а колени подтянула к груди, стараясь не шевелиться на мягкой поверхности дивана. Убранный начисто пол пах цитрусом и приятно щекотал ноздри.
– Герберт… – тихо позвала драконица, зная, что гвардеец где-то поблизости. Просто у неё не осталось даже сил, чтобы повернуть голову.
– Да, Ваше Высочество, – прозвучал голос откуда-то справа. Раздавшиеся шаги показались принцессе слишком громкими. Дракон поставил рядом с ней стул и присел.
– Я хочу… Мне нужно… привести себя в порядок… Отнеси меня в покои… И позови Лору и Варду… Платье испачкано, – сипло протянула Алита.
Тошнота прошла. Но вместе с облегчением вернулось беспокойство по поводу встречи с Кристофером. Вдруг Оника всё же доставила ему письмо? Если представится возможность, он прибудет вечером в резиденцию, а она встретит его в таком ужасном состоянии, да ещё и в испорченном наряде.
– Не беспокойтесь об этом так. Шанс, что птица доставила письмо адресату, ничтожно мал. Скорее всего, она улетела в птичник, – покачал головой Герберт. – Лучше отдохните как следует. Вы же знаете: если сосуд истощится полностью, то вы умрёте.
– Знаю… Но у меня есть силы… Просто… помоги мне…
Алита предприняла попытку сесть. Она упёрлась локтём в подушку и потянулась. Перед глазами поплыло, а неожиданный громкий возглас заставил занять прежнюю позу, свернувшись калачиком.
– Ваше Высочество, вы должны беречь себя! Вам нужно отдыхать! Герберт, неужели вы не видите? – Мерида, неизменная компаньонка, которую Алита называла соседкой, подошла к лежащей принцессе и положила руку на плечо гвардейцу. – Я приказала Лоре и Варде подготовить постель, вам надо выспаться.
– Нет, – возмущённо прохрипела Алита.
– Но Ваше Высочество… – Мерида сжала плечо Герберта, на что тот повернул к ней голову и лукаво улыбнулся. Драконица с брезгливым выражением лица убрала руку.
– Нет, я хочу ванну… – шепнула принцесса, привлекая внимание обоих.
– Её Высочество приказывает, чтобы горничные подготовили ей ванну, чистое платье и… – гвардеец смотрел на Алиту и хмурился, пытаясь воспроизвести её пожелания.
– Гамак… и… чай…
– Её Высочество приказывает, чтобы горничные подготовили тёплую ванну, платье с длинным рукавом, поскольку вечером будет прохладно, мягкие подушки и плед для гамака, и пусть будет травяной чай с голубой мятой.
Принцесса потянула уголки рта вверх и чуть заметно кивнула, давая понять Герберту, что тот произнёс всё правильно. Недовольно покачав головой, Мерида удалилась, чтобы отдать служанкам новые распоряжения.
Тёплая ванна возвратила толику утраченной силы. Магический сосуд медленно восполнял энергию, как будто черпая её из воды. Нечто подобное Алита замечала ещё когда жила в Громовом замке. Но в те годы потребность в долгом использовании магии отсутствовала, и потому такого истощения она никогда не испытывала.
Согревая холодные пальцы о горячую кружку, в которой был заварен травяной чай с лёгким ароматом мяты и жасмина, принцесса в красивом бирюзовом платье сидела в натянутом меж двух деревьев гамаке и покачивалась.
– Мне хочется спать, – протянула драконица, силясь подавить зевок.
– Так ложитесь, – улыбнулся Герберт.
– Но… Крис…
– Вам же не приходило никакого ответа от него, правда? Возможно, он не прилетит. Я уверен, что скоро он даст о себе знать. Да и дел по возвращении всегда много, – гвардеец пожал плечами. – Вот в чём я уверен: он обязательно навестит вас при первой же возможности.
Алита закусила губу. Как же ей хотелось увидеть его прямо сейчас, обнять, услышать голос… Она могла попросить Герберта отвезти её во дворец и найти Кристофера, а могла лечь и заснуть, дождаться наступления нового дня и снова попытаться встретиться с любимым, теперь уже отправив новое послание привычным способом через посыльного. Завтра ей не нужно идти в госпиталь.
Очередной зевок унял беспокойные мысли, и драконица отдала недопитую кружку гвардейцу. Резко накатившая усталость сковала тело. Лежащая рядом мягкая подушка так и манила коснуться её головой.
– Ладно… – наконец выдавила из себя Алита и улеглась в гамак. Тот начал размеренно покачиваться, нагоняя сон. – Только вот что.
– Что, Ваше Высочество?
– Если Крис прилетит, разбудите меня. Это приказ, – пробубнила принцесса себе под нос. Накрывшись пледом, она повернулась на бок и быстро засопела.
Оставив кружку на земле, Герберт поднялся, чтобы поправить покрывало и толкнуть гамак точно колыбельку с младенцем.
– Обязательно, моя принцесса.
Глава 2
«Как же я хочу увидеть тебя. Может, вечером…» – выдохнул Кристофер, посмотрев на портрет принцессы с обнажёнными плечами.
Это был тот самый рисунок, что прислала Алита, пока они находились в разлуке. Гвардеец любовался им, лёжа в кровати. Он едва коснулся пальцем нарисованных губ. Не отрывая завороженного взгляда, провёл незримую линию к заострённому подбородку. Так ласково, как если б касался не шершавого пергамента, а настоящей кожи. Кристофер убрал портрет в папку с толстой жёсткой подкладкой. В таких художники обычно хранили готовые работы.
Спрятав заветный рисунок в прикроватную тумбочку и закрыв не только при помощи ключа, но и магической руны, гвардеец встал с кровати и начал готовиться к предстоящему дню. Завершив утренние процедуры, он подошёл к трёхстворчатому шкафу, выполненному из тёмного дерева. Резко дёрнув на себя резную дверцу, Кристофер повёл плечом. Мышцы ныли после вчерашней тренировки, а сосуд за ночь восстановился лишь наполовину. За проведённые в Вирентисе месяцы у него не было возможности практиковаться в магии и полётах, и теперь ему следовало вернуться к прежней форме. И как можно скорее.
Вытащив мундир и уже собираясь закрыть шкаф, Кристофер мельком взглянул на светло-серый костюм. Тот самый, в который он был одет в момент долгожданной встречи с Алитой. Воспоминание об упирающихся в его плечи ладошках и нежных пальцах, что едва касались волос и шеи, вызвало трепет и грусть.
«Так, хватит. Вечером мы обязательно встретимся. Сначала дела», – Кристофер с трудом прогнал из головы нежный образ возлюбленной.
Причесав напоследок короткие чёрные волосы, что на свету отливали рыжиной, гвардеец перешёл из спальни в кабинет. Просторное помещение с изумрудными стенами, роскошная мебель тёмного цвета, начищенный дубовый паркет, широкий камин с нависающей массивной полкой. По сравнению с этим великолепием кабинет мэра в Вирентисе выглядел простенько и непритязательно. Что, однако, не мешало бывшему главе города содержать при жизни богатый дом с вычурной лепниной на потолке и узорами из сусального золота на стенах.
Кристофер вздохнул. Ему вдруг сильно захотелось оказаться там, на тёплом юге, и ощущать жар очага за спиной, занимаясь бумажной рутиной, а не сидеть в величественной и роскошной комнате и следить за безопасностью королевской семьи. И уж определённо лучше погонять членов городского совета на очередном собрании, чем распутывать узелки дворцовых интриг, предполагая, какая ниточка безобидна, а какая ведёт к несчастью.
Гвардеец усмехнулся собственным мыслям. Находясь в Вирентисе, он так рвался к прежней работе, в столицу, во дворец. Ему претила жизнь в южном городе, и хотелось побыстрее бросить обязанности королевского посланника и расследование произошедшей там измены. И вот… вернувшись обратно, он не испытал по поводу предстоящей службы какого-либо возбуждения. На самом деле Кристофер рвался не к службе… ему вдруг захотелось снова пройти в спальню, открыть тумбу и достать автопортрет Алиты. А ещё лучше – увидеть улыбающееся лицо драконицы и обнять за тонкую талию.
Сразу после завтрака гвардеец занялся бумагами, что вчера получил от Ариса. Две толстенные папки содержали доклады, отчёты и прочие документы о случившемся за последние два месяца в столице. Так же, как и Вирентис в начале года, Айрендэл медленно погружался в омут вампирской скверны. Присутствие в городе кровопийц, в первую очередь, подтверждалось двумя обескровленными трупами, один из которых обнаружили в день встречи Кристофера с Алитой. Тогда он не пошёл осматривать умершего, так как безопасность принцессы была превыше всего. Вдобавок, в городе пропадали люди, а в окрестностях хозяйничали стаи волков. Подобное Кристофер уже читал, когда разбирался с документами, предоставленными на юге. События повторялись, но за плечами уже имелся полученный горький опыт. А значит, в этот раз вампиры получат достойный отпор.
«Если, конечно, на столицу у них нет другого плана», – пробубнил Кристофер себе под нос, откинувшись на спинку стула. Надо бы размять затёкшее тело, разогнать кровь по одеревеневшим после вчерашней тренировки мышцам.
Резкий стук в окно прервал его размышления. Короткий магический импульс показал ему птицу, и гвардеец поднялся с места. Он подошёл к шторам и отдёрнул их. На отливе сидела серпокрылка и недовольно таращила на него хищные янтарные глаза. Серое оперение блестело на солнце красным – это означало, что птица впитала драконью магию, будучи зародышем в яйце. Кристофер узнал пернатую гостью и тут же вспомнил её имя: Алита назвала птицу в честь его серпокрылки, которая погибла во время семилетней гражданской войны между кланом чёрных и главенствующим тогда кланом синих драконов. Война завершилась победой чёрных и коронацией Ариса, родного брата Алиты.
Пернатая гостья ещё раз стукнула по стеклу ярко-жёлтым клювом.
– Хм… И как птица Алиты смогла прилететь ко мне? – Кристофер отворил створку, и серпокрылка горделиво прошествовала внутрь.
– Оника, да? – Гвардеец хотел было коснуться птицы, но та предупреждающе щёлкнула клювом и лишь протянула желтоватую лапку с прикреплённым письмом. – Хах, с характером, – хмыкнул дракон и принялся отвязывать тубу с посланием.
Как только он закончил возиться с завязками, птица сразу же выпорхнула в открытое окно. Впрочем, Кристофер другого и не ожидал. Удивительно, что чужая серпокрылка вообще передала ему письмо. Эти необычные крылатые служили своим хозяевам и носили послания им, а не наоборот. Видимо Оника по-настоящему крепко привязалась к своей госпоже, поэтому решила исполнить просьбу, противоречащую природе пернатых созданий.
Гвардеец развернул пергамент и вчитался в текст.
«Дорогой Кристофер, прости мне глупость передавать тебе письмо Оникой. Я не знаю, выполнит ли своенравная птица мой каприз или нет, но надеюсь, что ты всё же прочтёшь эти строки. С момента нашей встречи прошло так мало времени, но больше нет сил терпеть разлуку с тобою. Моё сердце трепещет от одного твоего имени. Мои чувства становятся ярче и крепче с каждой проведённой вдали от тебя минутой. Я жажду видеть тебя, слышать тебя, чувствовать теплоту твоих прикосновений и ощущать нежный взгляд. Я прошу о свидании сегодня вечером и, если ты намерен посетить меня, то ничего не отвечай. Если же не сможешь – отправь мне весточку. Твоя Алита».
Возникшее желание полететь в загородную резиденцию сию же минуту было настолько сильным, что Кристофер еле сдержал пылкий порыв. Всего каких-то пятнадцать минут, – и он бы увидел её прекрасное лицо и утолил тоску, но поступить подобным образом он не мог: служба есть служба. Конечно, никакого ответа он отправлять не будет.
Сегодня они встретятся вновь.
Около десяти явился Хок. Всегда спокойный и бесстрастный заместитель выглядел озадаченным. Старый белый шрам, что наискось проходил по мясистому носу, сильно контрастировал с раскрасневшейся кожей. По всей вероятности, новости, которые дракон собирался рассказать начальнику гвардии, носили не самый приятный характер.
– Говори сразу, что произошло? – как можно более ровным голосом спросил Кристофер после короткого приветствия. Сам же он первым делом подумал об Алите.
– Депеша, командир, – гвардеец подошёл и передал через стол чуть помятую бумагу. – Только что доставили. Фельдъегерь не знал, что вы приступили к обязанностям, и принёс её мне. Джеймс бежал.
– Джеймс? – прочитав срочное донесение до конца, Кристофер нахмурился. Он припомнил извечно недовольную ухмылку на юном лице синего дракона. – Ты писал о нём. Он ударил Ясмину и что-то там нёс о несправедливости в мире. Арис отправил его служить на Силлотскую заставу. Вроде тамошние вояки должны были сбить с него спесь.
– Видимо, плохо поработали над ним… – Хок нервно провёл по чёрным с проседью волосам.
Начальник Королевской гвардии хмыкнул и покачал головой. Он хорошо помнил командира заставы, с которым познакомился ещё в Эрте, будучи юнцом. Тот не давал спуску и даже за малейшие огрехи мог отправить в карцер, который оборудовали из высохшего колодца и плотно закрывали крышкой, оставляя лишь маленькую щель для доступа свежего воздуха. Холодный поросший мхом камень становился для узника единственным безмолвным собеседником на долгие часы. Выщербленные на стенах многочисленные руны блокировали возможность использовать какую-либо магию. Не говоря уже о том, что превратиться в дракона в таких условиях становилось невозможным. После такого времяпрепровождения провинившегося ждала самая грязная или же самая бессмысленная работа. Например, рассортировать солому из тюфяка по размерам, перетащить мешки из одного угла в другой и иные задания, которые командир выдумывал на ходу.
– За бегством может стоять что угодно: от мальчишеского протеста до заговора, – Кристофер выдохнул и посмотрел на угрюмого подчинённого. – Внешность у него приметная. Без сообщников не получится долго скрываться. Если это горячность или трусость, то Джеймс скоро себя проявит. Ну, а если нет, то сам знаешь, что это означает. Синемордый что-то задумал, и он не один.
– Командир, каковы будут приказания? – стоявший напротив стола Хок вытянулся, расправив широкие плечи. Небольшого роста, коренастый, он напоминал Кристоферу шкаф.
– Генерал Западной Драконьей гвардии уже знает о случившемся. Силлот – их территория. Они проведут расследование, а мы оценим результаты. В остальном – всем быть начеку. Джеймс может объявиться где угодно. Он мог податься как на острова, так и в столицу. Кто знает, может им движет месть, а может – страх? – начальник Королевской гвардии чуть склонил голову набок. – Нужно известить о случившемся Ясмину и побеседовать с ней… Как можно мягче.
– Так точно, командир.
– Помимо этого, нужно усилить охрану загородной резиденции. Сегодня я отправлюсь туда лично с инспекцией магических рун. Также необходимо увеличить количество находящихся там королевских гвардейцев. Отбери мне личные дела тех, кто имеет безупречную репутацию и прошёл с нами гражданскую войну. Я выберу достойных жить под одной крышей с Её Высочеством… и вести себя… как подобает… – последние слова были произнесены медленно, со скрытой угрозой и укором, которые, впрочем, Хок ощутил, нервно сглотнув слюну. Он помнил тот роковой момент, когда, ориентируясь на крики, вошёл вместе с двумя гвардейцами в комнату, где около входа на балкон стояла дрожащая Алита, а мерзавец Рихард прижимал к груди исколеченную руку с двумя отрезанными пальцами.
– Да, командир.
– И ещё одно. Как Рихард проводит лето на северной границе? – спросил Кристофер, откинувшись в кресле и стукнув пальцами по столу. Он всё ещё испытывал злость, вспоминая события на балу.
«Только дай повод, и ты потеряешь оставшиеся пальцы… И не только…»
– Пока никак себя не скомпрометировал, – доложил Хок, ему захотелось побыстрее покинуть кабинет, так как он знал, что часть злости командира вполне заслуженно относится и к нему.
***
Кристофер отправился в загородную резиденцию, когда солнце едва коснулось горизонта. Закатные лучи окрасили пшеничное поле в оранжево-красный цвет. С высоты виднелись беспорядочно собранные снопы, которые рабочие чуть позже укатят в амбары рядом с водяными мельницам. Вскоре запасы зерна в хранилищах пополнятся.
Обнесённый высоким кованым забором, бежевый двухэтажный дом с белоснежными мраморными колоннами располагался на краю поля. Фасад украшала лепнина с позолоченным орнаментом. Перед парадным входом лежала мощённая брусчаткой просторная площадка, по бокам которой в ровные ряды были высажены клёны, между которыми пестрили цветочные клумбы. С юго-запада территорию резиденции огибало русло Велесты. Вдоль берегов тянулись плякучие ивы. Тёмно-зелёная речная гладь переливалась бликами, как редчайший изумруд в золотой оправе.
Приземлившись около ворот, гвардеец принял человеческий облик, оправил одежду и пригладил волосы. К принцессе он отправился в обычном наряде, надев рубашку, брюки с жилетом и лёгкое серое пальто. От сюртука он отказался в последний момент и, как оказалось, зря. Похлопав ладонями по карманам, Кристофер издал нервный смешок. «Забыл переложить подарок, а ведь так долго собирался его вручить». Он решил не возвращаться во дворец, а преподнести маленький сюрприз при следующей встрече.
Кристофер обнаружил Алиту спящей в гамаке. Свернувшись калачиком, она мирно посапывала, накрывшись пледом. Рядом с ней, читая книжку, на табурете сидел Герберт. Увидев начальника, старый друг улыбнулся и поднялся. Они обменялись рукопожатиями.
– Рад видеть тебя, – Герберт одарил приятеля хитрой ухмылкой. – Оника принесла послание?
– Вечно ты в курсе всего, – в ответ Кристофер прищурился, вспомнив свои размышления по поводу того, как изменился характер и стиль писем, что Алита присылала ему в Вирентис. «Неужели ты всё-таки читал переписку?»
– Утром я видел, как она сидела на причале и писала, а потом привязала послание к серпокрылке, – Герберт развёл руками. – Это моя обязанность: следить за принцессой.
– Хорошо справляешься, – кивнул Кристофер и оглядел укутанную в плед хрупкую фигуру. Молочные пряди разметались по подушке. Ладошка по-детски подпирала щеку, а грудь ритмично приподнималась. Едва приоткрытый рот так и манил прикоснуться к розовым губам. – Я и сам хотел с ней увидеться.
– Да не так уж и хорошо я справляюсь, – Герберт почесал затылок и виновато уставился на друга. Тот тревожно глянул в ответ. – Сегодня леди Алита извела себя.
– Что произошло?
– Сегодня мы посещали городской госпиталь. Малис предложил ассистировать ему при осмотре пациентов. Конечно, Её Высочество была в восторге и взялась за дело… со всей душой, – гвардеец замолчал. – Она чуть не упала в обморок, когда мы вышли из госпиталя, а здесь ей и вовсе стало очень плохо. Признаться, я даже запаниковал.
– Я поговорю с ней об этом, – Кристофер перевёл взгляд на спящую драконицу и грустно улыбнулся.
– Я еле уговорил принцессу отобедать. Да и потом, Малис убеждал её остановиться. Но она… никого не послушала, – Герберт тяжко вздохнул. – Она вела себя как одержимая. Я беспокоюсь за леди Алиту. Она прекрасная целительница, но если будет так изводить себя, то… Сам понимаешь, чем грозит дракону опустевший сосуд…
– Может произошедшее сегодня станет ей маленьким уроком, и впредь она будет аккуратнее, – Кристофер едва коснулся длинных пальцев руки принцессы, что свободно лежала на пледе рядом с подушкой. – Ледяные…
