– Ну и что с ним не так? – оторвав взгляд от крестика и посмотрев на патологоанатома, спросил Вадим.
– Разве ты ничего не видишь? – показал головой на вещицу старик.
– Извини, что я должен на нём увидеть?
– Вот именно, что на нём, – произнёс Анисимович, присаживаясь напротив капитана. – Посмотри внимательно на крестик и ответь мне, что с ним не так?
Вадим вновь закрутил в руках крестик, внимательно вглядываясь, а через несколько секунд резко оторвал от него свой взгляд и уставился на седого мужчину.
Петру Анисимовичу Ерёмину, бывшему военному хирургу, а теперь патологоанатому, уже было за 60 и волосы на его голове уже были совсем седыми, но лысины ещё не было.
– Ну, как тебе это? – приглаживая волосы, бросил старик, когда увидел, что лицо Вадима стало менять цвет.
– Подожди, – немного приходя в себя от увиденного, пролепетал капитан, при этом постоянно сглатывая слюни, словно они мешали ему говорить, – разве такое продаётся в магазинах?
– Нет, – ответил Петр Анисимович, – такие крестики не продаются, ни в магазинах, ни в лавках, а тем более в церквях, их делают только на заказ и мне кажется, я знаю одного такого мастера. Тебе, капитан, придётся его навестить и узнать, кому он изготовил эту вещицу.
– Я понял тебя, Петр Анисимович! – бросил Вадим, поднимаясь.
Через час капитан Шведов стоял уже перед домом, где располагался кабинет ювелира, адрес которого ему дал Ерёмин.
– Олег, подожди меня в машине! – бросил Вадим водителю, – я поговорю с ним один на один!
– Валяй! – ответил Олег Петроченко, включая музыку.
Постучав в дверь кабинета с табличкой «Адольф Фишер – ювелирных дел мастер и огранщик», Вадим дождался, когда ему ответят и вошёл.
– Проходите, молодой человек, – произнёс, абсолютно лысый, старик, сидевший за огромным массивным столом из красного дерева, выглядывая из-за монитора компьютера на посетителя, – чем могу вам быть полезен?
– Вы Адольф Фишер? – прикрывая за собой дверь, поинтересовался капитан.
– Он самый, а вот вас, молодой человек, я не знаю, – ответил старик, на вид которому было лет 70 – 75, а может и больше. – Вы ко мне по делу или что-то принесли, для продажи?
– Это ваша работа? – Вадим выудил из кармана брюк крестик на цепочке и поднял руку, чтобы ювелир его рассмотрел.
– Сразу так и не отвечу, – поднялся из-за стола старик и, протерев лысину платочком, добавил, – можно мне это посмотреть поближе?
Подойдя, Вадим опустил перед ювелиром на стол крестик, а сам уселся на стул, что стоял по эту сторону от стола.
– Только ответьте мне честно, это ваша работа или нет? Он этого ответа будет …
– Моя! – схватив крестик в руки и взглянув на него, бросил Адольф Фишер, не дав закончить фразу капитана, – а откуда он у вас? – тут же добавил ювелир, подняв на посетителя глаза.
– Я капитан полиции Вадим Шведов! – представился Вадим ювелиру, – а эту занимательную вещицу мы нашли сегодня утром рядом с трупом. Мне нужны данные, для кого вы его сделали и как можно побыстрей?!
– Но?
– Никаких вопросов, только имя и адрес, если он у вас есть! – бросил капитан.
– Этот крестик я сделал одной очень симпатичной девушке, по принесённому ей рисунку, – забормотал старик.
– Имя? – поднялся Вадим и взглянул на ювелира. – У этой девушки есть имя и фамилия? – вновь произнёс Вадим Шведов, повторяя свой вопрос.
– Галина Вернибок, – тихим голосом произнёс старик, вновь вытирая платком свою лысину, – но адреса её я не знаю.
– Если вы меня обманули, – забирая у старика крестик и пряча его обратно в карман, – я вернусь, и тогда у нас уже будет совсем другой разговор.
– Я сказал вам правду, капитан, – заблеял ювелир, покрываясь потом, словно в кабинете стояла невыносимая жара.
– До свиданья! – бросил Вадим и развернулся, чтобы покинуть кабинет.
– Она медсестра! – выкрикнул в спину капитана старик, – только я не знаю, где она работает!
– Разберёмся, – не оборачиваясь, произнёс Вадим, покидая кабинет ювелира.
– Узнал что-нибудь? – увидев выходящего из здания Вадима, поинтересовался Олег, приглушая в машине музыку.
– Поехали в конторы, там всё расскажу, – открывая переднюю дверь чёрного Джипа, бросил Вадим. – Ну, что замер, бросай сигарету и поехали, у нас ещё на сегодня много дел!
Глава 4
Оторвавшись от лица и шеи Галины, которая откинув голову на подушку, прикрыла свои зелёные глаза, Николай непроизвольно отпустил свой взгляд и уставился на золотой крестик, что покоился между пышных и покрытых бисеринками пота грудей девушки.
– Что это такое? – прошипел гневно мужчина.
– Разве ты, милый, не знаешь, что находится здесь у женщины, приоткрыв глаза и увидев, что Николай внимательно и сосредоточенно смотрит на её прекрасную грудь.
– Я не маленький ребёнок и знаю, чем баба отличается от мужика! – грозно рявкнул в лицо Галины Николай, брызгая слюнями. – Скажи мне, что это у тебя притаилось между сисек?
Мужчина взял двумя пальцами крестик, словно брезгуя к нему прикасаться, и оттянул цепочку, так, что та сильно впилась ей в шею.
– Крестик, – удивлённо прошептала Галина, сжимая зубы, стараясь не показывать Николаю, что ей больно, – разве ты этого сам не видишь?
– Где ты его взяла? – вновь выкрикнул мужчина, ещё сильнее натягивая цепочку.
– Отпусти, ты мне делаешь больно, дорогой, – прошептала Галина, хватая его за руку, чтобы хоть немного ослабить натяжение цепочки.
– Ты, что сука, мразь, подстилка, – резко дёрнул руку Николай, брызгая в лицо девушки слюнями и рвя цепочку, – состоишь в секте сатанистов? Сейчас же отвечай мне падаль, пока я тебя не пришил?!
– Откуда ты это взял Коленька? – испугавшись за свою жизнь и сжавшись в комок, пролепетала девушка. – Ни в какой секте я не состою, что это ты выдумываешь и наговариваешь на меня.
– Тогда объясни мне, что это у тебя за хрень между сисек? – немного сбавив тон, бросил Николай, сжимая крестик с оборванной цепочкой в руке.
– Отпусти меня, Николай?! – стала вырываться из-под мужчины Галина, который сидел на ней, вжав её своим телом в постель.
– Сначала ты мне ответишь, сука, что это у тебя за хрень? – сжимая девушку ногами и поднимая сжатый кулак к её лицу, произнёс разъяренный, как дикий зверь, мужчина, в глазах которого застыл ужас.
– Ничего я тебе не буду говорить, скотина, мерзкий ублюдок! – огрызнулась девушка и, плюнув Николаю в лицо, опустила голову на подушку, при этом закрыв глаза.
Увидев, что девушка игнорирует его вопрос и ещё при этом огрызается, старлей сильно взбесился и с размаху ударил её в лицо, да так, что у той зазвенели зубы.
– Отпусти, козёл! – зашипела Галина, превозмогая боль, но глаз не открывая.
От такой наглости и оскорбления от какой-то шлюхи, у Николая взыграла кровь и помутилось в голове, он стал наносить девушки многочисленные и сильные удары: в лицо, грудь и живот.
От невыносимой боли Галину скрутило и она, открыв глаза, громко закричала, пытаясь защититься руками от ударов мужчины, но у неё ничего не получалось.
– Заткнись сука! – вновь заревел Николай и, вложив всю свою силу и ненависть к женщине в кулак, ударил её в лицо, сломав нос.
От боли Галина потеряла сознание и обмякла, словно сломанная кукла, а из носа потекла струйка крови, смешиваясь с потом и слезами.
Увидев на лице Галины кровь, мужчина ещё больше озверел.
Упав на беспомощную и бессознательную девушку, он раздвинул ей ноги и со всей своей силой и мощью вошёл в неё, ревя, как дикий зверь во время охоты и пуская слюни, которые капали на лицо Галины, смешиваясь с кровью.
Приподнимаясь, Николай с силой входил в девушку, словно старался проткнуть её насквозь и больше причинить её боли, разрывая всё внутри.
Очнувшись, от сильной боли между ног, что распространялась, со скоростью света, по всему телу и тяжести, навалившегося на неё мужчины и вдавливающего её в постель, Галина попыталась вырваться из-под него, выкрикивая бранные слова, которые часто слышала в своей жизни.
Увидев, что девушка открыла глаза и, услышав её неразборчивый голос, ведь рот у неё был забит кровью, Николай немного приподнялся и вновь ударил Галину по лицу, при этом произнеся:
– Говори, подзаборная шлюха, мерзкая тварь, дьявольская подстилка, откуда у тебя этот грёбаный крестик.
Николай всё время, пока бил и насиловал девушку, сжимал его в кулаке.
– Отпусти меня, пожалуйста, и не бей больше, – сквозь слёзы, перемешанные с собственной кровью, что не переставала течь из носа, прошипела Галина, – я всё тебе расскажу. Только прошу, больше не бей меня и не причиняй боли.
Поднявшись, скорее вскочив на ноги, Николай уставился на голую девушку, лежавшую в его постели, длинные светлые волосы которой были разбросаны по подушке, а в глазах стоял ужас, от перенесённого ей страха.
– Говори! – бросил Николай, сглатывая, подкатившую к горлу слюну, от вида прелестных женских прелестей, что были у него перед глазами.
– Мне можно подняться? – попросила, боясь пошевелиться и чем-либо обидеть мужчину, который диким волком стоял над ней и пытался, при удобном случае, вновь наброситься на свою беспомощную жертву.
– Нет! – выкрикнул он и сплюнул на пол, – только прикройся простынёй и не сверкай здесь своими прелестями, а то они меня сильно возбуждают!
Натянув простынь до самой шеи, которая скомканная лежала в её ногах, Галина, всхлипывая, пошевелила разбитыми губами:
– Что ты хочешь от меня услышать, Николай? Объясни мне нормальным языком, а не кричи и не называй меня постыдными и оскорбительными, для порядочной девушки, словами?
– Я запрещаю тебе, называть меня этим человеческим именем! – заверещал мужчина, дёргая плечами, словно у него начинались припадки эпилепсии.
– Тогда скажи, как называть мне тебя? – сглотнув слюну, вместе с собственной кровью, спросила, не разжимая зубов, девушка и не отрывая своего перепуганного взгляда от возбуждённого, в прямом смысле слова, мужчины, который смотрел на неё дикими глазами.
– Тебе всё равно это не поможет, дьявольская подстилка, – сжав кулак, Николай рубанул перед собой воздух.
– Я не проститутка, – набравшись смелости, выдавила из себя Галина, – и прошу, не называй меня так. Твои слова оскорбляют меня.
– Для меня все женщины шлюхи, которых я давил, насиловал, а потом уничтожал, как падаль, – прошипел Николай, вновь рубанув кулаком воздух. – Говори, откуда на твоей груди этот дьявольский крест с перевёрнутым распятьем и не ври, а то сделаешь ещё хуже себе?
– Это просто сувенир, – сжавшись в комок, под простынёй, пошевелила губами Галина. – Мне понравилась картинка, которую я увидела в журнале и я заказала ювелиру, чтобы он сделал мне именно такой крестик.
– Врёшь, сука, подстилка сатанистов и сосуд для их спермы, которая до сих пор булькает в тебе, я это слышу и чувствую своим чистым нутром праведника и санитара, – заговорил Николай и вновь кинулся на немного успокоившуюся девушку.
Сорвав с неё простыню и отбросив в сторону, он наотмашь ударил её по лицу, а потом бил ещё и ещё, нанося многочисленные удары по всему телу, пока Галина вновь не потеряла сознание, обмякнув.
Раздвинув ей ноги, которые девушка сжала под простынёй, разговаривая с мужчиной и унимая боль, Николай с диким рёвом вновь бросился на неё и резко вошёл.
Но Галина, от полученных ударов по лицу, в грудь и другие части тела, уже не ощущала в себе мужчину, она впала в кому и больше из неё не выходила. Через несколько минут жизнь покинула тело медсестры, и сердце перестало отбивать свой ритм.
Поняв, что он натворил, Николай, после часа издевательств и изнасилования уже мёртвой девушки, он поднял её и отнёс в ванную.
Влетев на кухню, не замечая, что весь перепачкан кровью девушки, он схватил со стола недопитый бокал с красным вином и осушил его за один глоток, утоляя жажду и страсть. Но вино не помогло мужчине снять стресс и напряжение во всём теле.
Отбросив пустой бокал в сторону, он открыл холодильник и достал оттуда бутылку водки.
Открутив крышку и тоже отбросив её, он стал с жадностью поглощать огненную воду, припав к горлышку.
Только после того, как он полностью высосал бутылку водки, Николай взял со стола кухонный нож и вернулся в ванную, где уже остывало тело Галины Вернибок.
Глава 5
Тронув с места джип, Олег посмотрел на задумавшегося Вадима и тихонько спросил:
– Вадим, у тебя что-то случилось?
– Откуда ты это взял? – повернулся в сторону водителя капитан.
– У тебя такое лицо, словно ожидается конец света, – буркнул Олег Петроченко и чертыхнулся, увидев впереди знак ремонта дорог и объезда. – Опять засранцы всё перекопали. Вот решил сократить путь, а получается всё наоборот. Придётся разворачиваться и делать крюк.
– Не ной! – фыркнул на него Вадим, – на первом повороте повернёшь направо, там по Балакирева доедешь до Железнодорожной, а потом на светофоре повернёшь на Красовского и мы в конторе.
– Ни хрена себе маршрут ты здесь нарисовал! – выпалил Олег, – лучше развернёмся и по Садовой, как мы ехали сюда к ювелиру.
– Поезжай, как тебе будет удобней, – закрыл глаза Вадим, – а я немного подумаю, и не приставай с вопросами, всё расскажу, как приедем.
– Намекни хоть, что тебе рассказал ювелир, по нашему делу? – не унимался нудить Олег.
– Обойдёшься! – бросил, не открывая глаз, капитан и замолчал, погружаясь в раздумья.
– Зануда, а не друг, – прошипел водитель джипа и включил поворот направо.
Но улица Балакирева была забита машинами, и джип на сорок минут встал в пробку.
– Блин, послушался навигатора хренова, а теперь вот кукуй в пробке, – заворчал Олег.
Открыв глаза на пару секунд, Вадим увидел переполненную машинами улицу, но говорить ничего не стал в своё оправдание, а вновь их прикрыл.
Только через час чёрный джип, наконец-то, остановился возле неприметного здания из красного кирпича.
– Всё, конечная станция! – бросил Олег и первым покинул машину.
Вадим, молча, вышел следом и последовал за водителем к железной двери.
– Что так долго? – увидев входящих в кабинет Вадима и Олега, поинтересовался Степан, оторвавшись от компьютера.
– Пробки, чёрт их побери! – бросил Олег, плюхаясь на своё место.
– Как съездили? – поднялся Джеки и, подойдя к столу, включил чайник.
– Пусть капитан рассказывает, – выдавил из себя Олег, зыркнув на Вадима.
– Нечего рассказывать, – поднялся Вадим, – ювелир ничего не знает.
– Как, вообще? – взглянул на капитана Степан.
– Ювелир назвал фамилию девушки, для которой сделал, по её рисунку, крестик, но больше ничего не знает. Он только намекнул мне, что она работает медсестрой.
– Адрес он знает? – поинтересовался Джеки.
– Нет! – направляясь к двери, бросил Вадим.
– Ты куда? – в один голос спросили бойцы.
– К Сергеичу с докладом!
Дверь в кабинет полковника Сергеева была открыта.
Заглянув, Вадим увидел, что Сергей сидел за столом и что-то писал.
– Можно? – поинтересовался капитан, тихонько постучав.
– Проходи и присаживайся, Вадим, – поднял голову полковник, – я сейчас закончу с этой писаниной и мы поговорим.
Вадим прошёл в кабинет и уселся на стул, а Сергеев вновь уткнулся в какие-то бумаги, что лежали перед ним и застрочил ручкой.
Через пять минут он убрал бумаги в серую папку и, спрятав её в стол, поднял на капитана глаза:
– Ну, что-нибудь у ювелира ты выяснил?
– Крестик с перевёрнутым распятием он сделал на заказ Галине Вернибок! – ответил капитан.
– Это её нашли возле ворот парка? – спросил полковник, не спуская с Вадима глаз.
– А вот этого я сказать тебе не могу.
– Это почему?
– Не с чем сравнивать, – буркнул Вадим. – Степан пробьёт адрес по инициалам, я сгоняю к ней домой и только тогда буду точно знать результат.
– Какой?
– В квартире, где проживает Галина Вернибок, возможно, есть её фотографии, но и их мало, ведь лицо девушки сильно повреждено, – произнёс капитан Шведов.
– Что ты предлагаешь? – поднялся из-за стола полковник.
– Петру Анисимовичу нужна какая-нибудь вещь, принадлежащая Галине, чтобы выделить из неё ДНК и сравнить с телом девушки. Если она совпадёт, значит, в нашем морге лежит Галина Вернибок.
– Понятно. Вадим, а эта, как её Галина, работает, или учится.
– Работает медсестрой, но точного адреса нет.
– Ладно, ступай и работай, – подходя к шкафу, бросил полковник, – как что-нибудь выяснишь, сразу доложи и не тяни резину, мне уже звонили сверху.
– Будет сделано! – отчеканил капитан и, поднявшись, покинул кабинет начальника.
– Дверь не закрывай! – крикнул в спину Вадима Сергей, – в кабинете душно, а кондиционер приказал долго жить.
Вернувшись в свой кабинет, Вадим, молча, бухнулся в кресло и прикрыл глаза.
– Я пробил адрес, где живёт Галина Вернибок, – произнёс Степан.
– Олег, Джеки, – открыл глаза Вадим, – сгоняйте по адресу и всё там выясните. Может эта девушка, что лежит у нас в морге и не она вовсе.
– Вот адрес квартиры и места работы Галины Вергибок, – протянул Степан листок Олегу.
– Это совсем рядом, – обрадовался Олег, взглянув на адрес. – Ну, а ты, что застыл как пень? – повернулся он к Джеки, – поехали, часики тикают тик-так, тик-так.
– Степан, – заговорил Вадим, когда за бойцами закрылась дверь, – выясни всё, что сможешь найти в своём ящике, про Галину Вернибок, если это возможно.
– Всё возможно, – мотнул головой Степан и вновь уткнулся в компьютер.
– Кофе будешь? – поинтересовался Вадим у Степана, поднимаясь.
– Нет! – не поднимая головы, ответил программист.
– А я выпью! – бросил капитан, подходя к столу.
Через десять минут Степан оторвался от монитора и произнёс:
– Готово!
– Распечатай, я посмотрю, – вымолвил Вадим, открывая глаза. – Там есть что-нибудь интересного, для нас. Только, пожалуйста, в двух словах, а то начнёшь свою лекцию и тебя не остановить.
– Ничего интересного в биографии Галины нет! – бросил Степан. – Дом, работа, дом!
– Муж, дети, родители есть?
– Никого нет! – ответил Степан.
– Понятно, – буркнул Вадим.
Принтер выдал бумагу и Степан, поднявшись, отдал её Вадиму:
– Почитай, может, ты что-нибудь найдёшь. А то у меня глаза уже болят от этого ящика и я, возможно, что-нибудь пропустил.
Взяв распечатку, капитан уткнулся в неё и стал про себя читать, останавливаясь после каждого предложения.
– Ну, как тебе такое кино? – увидев, что Вадим отложил бумажку в сторонку, поинтересовался Степан.
– Что-то здесь не так, – буркнул капитан, поднимаясь.
– В каком смысле, не так? – уставился на него Степан.
– Слишком всё гладко.
– Это хорошо или плохо?
– Если Галина Вернибок такая прекрасная девушка, как ты нарыл в компьютере, – заговорил Вадим, – то почему она заказала у ювелира такой странный крестик.
– Ну, у каждого человека свои тараканы в голове, – процедил сквозь зубы Степан и, поднявшись, подошёл к столику, где стоял чайник и банка растворимого кофе. – Ты будешь?
– Наливай!
Взяв у Степана чашку с кофе, Вадим уселся на своё место и вновь заговорил:
– Нормальная баба, а тем более медработник, никогда не позволит себе носить такую вещицу. В больнице всегда много народа, а сам знаешь, у людей длинный язык, за это можно, работы лишиться, да и по шее схлопотать.
– Ты прав! – делая небольшой глоток горячего кофе, бросил Степан. – Я об этом и не подумал! – Вадим, а может тело вовсе и не Галины?
– Не знаю, – попивая кофе, произнёс капитан. – Но, кровь из носу, нам нужно это выяснить и как можно скорее.
– Это почему?
– Полковнику уже позвонило сверху и сказали, чтобы не затягивал с этим делом.
– Понятно. Может ребятам что-нибудь удастся нарыть на квартире, – делая ещё пару глотков, буркнул программист. – Давай их дождёмся, и только тогда будем решать, что делать дальше.
– Я полностью с тобой согласен! – бросил капитан.
Но не успел он это произнести, как зазвонил телефон.
– Капитан Шведов слушает! – схватил трубку Вадим.
– Вадим, у тебя есть свободная минутка, для старика? – раздался в трубке голос Петра Анисимовича.
– Да! – ответил Вадим.
– Тогда срочно зайди ко мне! – произнёс патологоанатом и отключился.
Глава 6
