И вместе с кучкой девушек я рассмеялась, а Дико и Ди закатили глаза. Теперь, овладев расположением незнакомок, я стала узнавать о лабиринте и том, как стать победительницей. Отчего-то они видели во мне безобидное дружелюбное создание, а не соперницу.
– Ваши фамильяры должны пройти в соседний вход лабиринта, вход для фамильяров, – сказала мне зеленоглазая блондинка, которая явно была сердцем их компании. – Ведь главное в испытании не просто найти выход, а найти своего фамильяра и выбраться из лабиринта совместными силами. Я и моя Эмми знаем друг друга пять лет, уверена, мы сразу же найдём друг друга.
– Ничего, – наклонилась я к Ди, – мы знаем друг друга не так уж и долго, но уже через столько всего прошли. Вместе опозорились, успели поругаться…
– Если что, то ты перечисляешь не хорошие вещи, – хмыкнула Ди.
– Но нас ведь не только плохие вещи связывают! Ты мне открыла целый новый мир, научила стольким вещам – например, спать без штанов.
– Этот диалог становится всё хуже и хуже, я, пожалуй, лучше пойду к входу для фамильяров.
– Погоди! Уроборос – символ «мглы», а стены лабиринта закруглённые, так что я думаю, лабиринт построен в виде змея, кусающего себя за хвост.
– О, так ты знаешь схему лабиринта! И как нам из него выйти!
– Понятия не имею, но уроборос символизирует бесконечность и движение космоса. Я теоретик, а не практик.
– Ты меня разочаровываешь, дорогая. Илон, пойдём! Илон!
Мы с Дико остались вдвоём, девушки перед нами успели пропасть внутри лабиринта. Переглянувшись, мы шагнули внутрь. Количество поворотов просто поражало. Мы с Дико разошлись, и спустя полчаса я уже верила в то, что мы больше никогда не увидимся, и я погибну в ледяном лабиринте. Иногда мне встречались фамильяры и новички-студенты, но я никак не могла найти Ди. Это напоминало День Поиска Фамильяра: холод, темнота и отчаянье, которое мне не хотелось признавать.
Но кое-что сильно отличалось от того дня, когда мы с Ди впервые встретились: теперь я точно знала кого и почему ищу. Раньше мне всего лишь нужен был фамильяр, милый друг, который захотел бы обо мне заботиться. Но теперь мне нужна была Ди, ничем мне не обязанная, своенравная и дерзкая. И я знала, что нужна была ей не меньше. Я, ей нужна была я, а не кто-то другой, даже если бы этот кто-то был бы во всём лучше меня. И моё сердце пылало от осознания этого.
– Ди?! – воскликнула я, заметив за ледяными стенами размытое чёрное пятно. – Ди, стой там, я найду тебя! Я приду к тебе!
Но, к сожалению, мы обе прекрасно понимали, что потеряем из виду друг друга, как только начнём двигаться по ледяному коридору.
– Чёрт! – в чувствах воскликнула я и ударила кулаком по стене.
И случилось что-то неожиданное: в месте, по которому я ударила, осталась расплавленная вмятина. Тогда я приложила к стене ладошку, и меня обдало паром – лёд превращался в воду, что стекала к моим ногам.
– Ди, попробуй расплавить стену! – крикнула я, проходя в следующий коридор.
Стен между нами становилось всё меньше и меньше. Я уверено шла вперёд, пока моё пылающее сердце освещало дорогу и устраняло ледяные препятствия на моём пути. Не знай я, как сильно мне тогда хотелось увидеть Ди рядом, не знай я, как сильно кипела во мне кровь, когда между нами встали ледяные стены, я удивилась бы тому, что человеческое тепло способно растопить толстые стены из прочного льда.
Спустя всего несколько минут между мной и Ди осталась лишь одна толстая-толстая стена изо льда – это была несущая стена, если, конечно, в лабиринтах бывают несущие стены. И эта стена была серьёзным препятствием. Это было хорошо, потому что силу чего-либо начинаешь ощущать после того, как это что-то проходит даже через очень серьёзные препятствия и не ломается.
Я присела, чтобы быть на уровни кошки, а Ди наоборот встала на задние лапки, прижимая передние, с которых она скинула сапожки, к стене. Мы уверенно улыбались друг другу, зная, что теперь, когда мы рядом, нам всё на свете под силу. И тогда, стоило стене растрескаться и растаять, как мы с Ди дали друг другу пять, встретившись ладошкой и лапкой. На моей ладони остался золотистый светящийся отпечаток её лапки и, наверное, в тот момент он навсегда закрепился в моём сердце.
– Ну что, – вздёрнув воинственно подбородок, сказала я, – создадим выход, вместо того, чтобы его искать?
– Давай и впредь так действовать! Это похоже на беспроигрышную тактику.
– Вперёд! Только я захвачу твои ботиночки, минутку!
Я прожигала стену изо льда сверху, а Ди снизу, поэтому это не заняло много времени, и мы удивительно быстро выбрались из лабиринта, оставив за собой лужи воды и разрушенные стены, а ещё ошарашенные взгляды тех, кто проходил лабиринт стандартным способом.
Боко и профессор Салем, подошедшие к нам, не могли найти слов, так что первой заговорила я:
– Это победа, настоящий триумф! Это лучшее из возможных взаимодействий волшебника и фамильяра! Нас не разлучат даже стены изо льда, сначала мы уберём их между нами, а потом разберёмся со всем, что происходит вокруг. У нас есть работающая стратегия. Вот так-то!
– Мы можем это засчитать за победу? – спросила Боко профессора, ошарашено глядя на пленников лабиринта, выходящих из прожжённой нами дыры.
– Думаю, да. Итак, – Селам повернулся к толпе зевак, – приветствуем победителей, прошедших лабиринт Уробороса! А теперь самая главная часть состязание – подарок! Вы уже выбрали, что хотите получить?
Ди потёрлась о мою ногу, громко мурлыкнув, и я потерялась в сиянии её разноцветных глаз. А потом, словно мягкий и нежный удар под дых, меня сбил с ног взгляд Дико, застывшего в прожжённой нами с Ди дыре. И в этом взгляде не было просьбы о помощи, не было ничего такого, что могло бы меня заставить, сказать:
– Я хочу отдать свою победу Дико и Илону. Они не хотят проходить завтрашнее собеседование. Пусть они пройдут его автоматом.
Ди вздохнула, но сказала уверенно:
– Да, мы хотим, чтобы они без собеседования были приняты на обучение в академию.
Мы с Ди прекрасно понимали, что никто не допустит в академию мальчика с собакой. Всем известно, что из мужчин редко выходят стоящие волшебники, это всё же стезя, протоптанная женщинами, и много веков мужчины не допускались к колдовству. Поэтому поступить во «мглу», будучи мужчиной, было гораздо сложнее. А что касается Илона, не было никаких доказательств того, что он был волк, а не пёс, а потому Дико могли не допустить к обучению по причине отсутствия фамильяра.
– Что ж, братец, тебе очень повезло, – сквозь зубы сказала Боко, а потом глянула на меня так, словно я разрушила её жизнь. – Очень благородный поступок, девочка. Но не забывай, что благородство не красит ведьму.
И я, выступив на шаг вперёд, уверено глядя перед собой, отчётливо заявила:
– Меня зовут Тантанарет, и я буду первой благородной доброй ведьмой в истории.
Я ожидала завороженной тишины или поражённого вздоха толпы, но столкнулась с гогочущим хохотом. И он мог бы сбить меня с ног, на которых я так уверенно стояла уже много лет, если бы Дико не встал передо мной, словно щит. Смех отразился от его спины, пока он смотрел на меня, скромно улыбаясь.
– Ты спасла нас.
Илон же проявил благодарность куда более бурно, встав на задние лапы и облезав мне лицо. Я переживала за Ди, но, оказавшись удивительно смышлёным, Илон не стал повторять былых ошибок, и вместо того, чтобы облизать Ди, он лишь нежно ткнул её своей вытянутой аккуратной мордочкой.
– А теперь продолжим литературную викторину! – заставил замолчать толпу Селам. – Кто ответит мне, что хотела сказать автор?
– А? Какой автор? – Ди наклонила голову синхронно с Илоном.
– Да не важно, – отмахнулся профессор.
– Что значит «что хотела сказать автор»?! – насупилась я. – Может быть, автор хотел не сказать, а поговорить! Вы такой вариант не рассматривали? Чтобы начать писать произведение, неважно какое, достаточно знать, что сквозь века, расстояния и языковые барьеры найдётся кто-то, кто выслушает, кто захочет поддержать этот странный разговор.
– Прекрасный ответ! Ты наверняка хотела сказать всем этим, что искусство есть казуальная реминисценция жизни творца?
Не поняв и половины прозвучавших слов, я уверено хлопнула кулаком по ладошке и закивала. А потом раздался душераздирающий крик Дико за моей спиной:
– Кто-нибудь, помогите! Здесь слюнотечение! Она потеряла слишком много слюны!
За моей спиной Дико сидел рядом с Ди, державшейся за урчащий животик. Толпа перед нами снова замерла, глядя так, словно мы были главным развлечением того вечера. Подумать только, они были увлечены происходящим чуть ли не до потери способности дышать, но никто из них никак не отреагировал на заявление Дико о неудобной ситуации Ди. Я очень злилась на себя за то, что не покормила Ди ни разу за день, но эта злость никак не помогала Ди в сложившейся ситуации.
И тогда появилась она. Словно зеркальная копия Ди, словно её полная противоположность, трёхцветная изящная кошка вышла из толпы, держа в зубах хлебную мышку. Она опустила её на землю перед собой и присела, приглашающе глядя на Ди. Тем временем толпа, кажется, кроме способности дышать утратила ещё и способность двигаться. Даже Селам и Боко внимательно наблюдали за происходящим, словно смотрели увлекательный сериал.
Ди, чувствуя на себе взгляды сотен пар глаз, аккуратно вышла вперёд и села напротив белой кошки в чёрно-рыжих пятнах или, возможно, она была рыжей с чёрно-белыми пятнами или даже чёрной с белыми и рыжими пятнами, но всё это не имеет большого значения в истории, о которой я пытаюсь вам рассказать.
Все, включая меня и Ди, наклонились вперёд, чтобы лучше расслышать то, что скажет героическая кошка, но вместо эпической речи, воспламеняющей сердца, кошка сказала «кряк», подмигнула Ди и в два прыжка исчезла в толпе. Ди наклонилась к хлебной мышке, принюхалась, а потом поморщилась:
– Я не ем такое. Но это было мило. Можешь скушать, Тан, ты ешь хлеб, я видела, как ты ела его утром.
– Ну прости меня, ну не злись! Ну что мне сделать, чтобы ты меня простила?
– Ничего, – сказала, как обрезала Ди. – Пойду поищу что-нибудь съедобное.
Так мой фамильяр, захватив свои сапожки, скрылся в толпе, а Дико дал мне аккуратный, но выразительный подзатыльник.
– Ты дурочка?
– В смысле?! – обиженно спросила я.
– Ты, правда, не понимаешь? Что за «ну что мне сделать»? Разве не очевидно, что она будет снова милой с тобой, как только ты её покормишь?
– Но…
– Что?
– Она уже ушла. Она говорит не тревожить её, когда она злится или грустит.
– Что ж, это твой фамильяр, тебе лучше знать, – ответил мне Дико и после неловкого молчания заявил: – Остался всего час до завершения торжества посвящения, а мы ещё не создали своё первое заклинание. Хочешь, пойдём вместе?
– Да, пойдём, – кивнула я.
И именно так я в очередной раз совершила ошибку, как тогда утром, когда отпустила Ди одну в комнату и осталась в академии. Похоже, я ничего не поняла и не усвоила. Наверное, если история затянется и станет невыносимо тоскливой, можно будет развлечься, посчитав, сколько раз я упомянула слово ошибка до того момента, как произошла главная ошибка, породившая новые миры, новые слова, новые чувства и уничтожившая не меньше этого.
Обряд первого заклинания проходил у дерева Дьявола. Теперь вокруг него стояли столики с различными ингредиентами и латинскими словарями. А ещё у каждого второго столика стоял старшекурсник в чёрной мантии и волшебной шляпе, и я чуть не свернула себе шею, проходя мимо и засматриваясь на них. Они стояли там для того, чтобы помочь нам, новичкам, с созданием первого заклятия. Мне сложно было поверить, что уже завтра после собеседования я смогу надеть на себя шляпу и мантию, как у скучающих за столиками старшекурсников.
– Я нашла! – крикнула я Дико, застывшему у дальнего столика. – А ты?
– Нет, нигде нет. Мне нужна гитарная струна.
– Это куда сложнее найти, чем жабьи кости, – задумчиво сказала я, глядя на косточки, лежащие у меня в ладошке. – Я помогу!
Но спустя десять минут поисков, я поняла, что гитарной струны на столиках у дерева нет. Дико пришлось искать что-то другое, а я сидела на корне дерева Дьявола, и ждала, когда Дико и Илон подойдут ко мне с собранными ингредиентами для их заклинания. От скуки я стала играться с жабьей костью, вращая её между пальцев. И это было весело до того момента, пока я не услышала хруст. Хорошая новость в том, что я не сломала свой палец, и хрустели не мои кости. А плохая новость заключается в том, что я сломала жабью кость.
– Погодите, – прошептала я, прищурившись.
Это была трубчатая кость, поэтому внутри она была полой. И, хотя в это сложно поверить, я понимаю, но внутри кость была исписана одним и тем же словом. Этим словом было «ква». По какой-то причине информация о том, что наши кости полны вещей более значимых, чем костный мозг, нервы и кровеносные сосуды, отсутствует в учебниках анатомии, но мне незачем вам врать. Внутри жабьей кости на самом деле были выцарапаны слова. Я не успела обдумать это, я успела лишь обдумать то, каким образом, где и в какой атмосфере я буду об этом думать. Ход моих мыслей нарушил Дико.
– Дай мне свой волос, пожалуйста.
– Конечно, вот, держи.
– Что? Так просто? Я минут десять собирался с духом, чтобы попросить. Всё-таки мы почти незнакомы…
– Ещё успеем познакомиться, – уверено ответила я. – Я вырыла для своего заклинания ямку, мне хотелось вырыть её и для тебя, но заклятья должны от начала и до конца совершаться одним лицом. Правило номер тридцать девять волшебного устава, сам понимаешь.
Дико быстро вырыл ямку рядом с моей, залил её мёдом, бросил туда два волоска, закрыл глаза и прошептал что-то тихо-тихо, так что я не смогла его услышать. Я же, поняв, что ничего интересного о Дико так не узнаю, занялась собственным заклятием. Похоронив жабьи кости, я порезала руку и полила могилку своей кровью, приговаривая: «Кровь утопит моё горе, жабьи кости под землёй. Я творец, я творю слово, приди за ним, а не за мной!»
– Вот и всё, – я поднялась с колен и радостно улыбнулась Дико. – Теперь всё будет хорошо! Этот день, как и все предыдущие, было тяжело проживать. Но теперь будет легче.
– Ты меня тревожишь, – Дико достал белый платочек из кармана и стал перевязывать мне ладонь.
– Это что, тот платок, которым ты вытирал слюни Илона с Ди? О, кстати, а Боко твоя сестра? Весь вечер забываю об этом спросить.
– Не будем говорить об этом, хорошо?
– Но это ведь не ответ!
– Нет, это тоже ответ.
– А мне так не нравится, – хмыкнула я. – Счастливо оставаться, я спрошу у неё самой! Мы уже почти подружки!
И я сорвалась с места. Пока я бежала под гирляндами светящихся фонариков, пока моя порезанная рука ныла от боли, пока я чувствовала, что поступаю противоречиво, но не плохо и не хорошо, я чувствовала себя как никогда живой. Я снова чувствовала себя маленьким ребёнком, который не знает слова «страх», который не скучает, даже когда остаётся один, я снова была собой. Моё заклинание действовало.
– Привет! – подлетела я к Боко. – О, ты… уходишь?
– Да, торжество закончилось.
– Как жаль, мне так хотелось познакомиться с тобой ближе. Ну, знаешь, подружиться.
– Да? – Боко опешила. – У меня нет на это время, мне нужно уладить все те неприятности, что ты причинила. Мой фамильяр как сквозь землю провалился, отчёты не готовы, ледяной лабиринт разрушен, а торжество вышло как какое-то цирковое представление. И со всем этим должна разбираться я! Всего хорошего, – резко сказала она, круто развернувшись, и однозначно не желая мне ничего хорошего.
Я осталась одна. Все уже разошлись, к Дико мне почему-то не хотелось возвращаться, наверное, потому что мой интерес к их с сестрой отношениям только распалился, и я не смогла бы удержать себя от неприятных ему расспросов.
– Тоже не хочется ехать домой? – откуда-то ко мне подошла одна из тех девушек, что я видела у входа в лабиринт.
– Совсем не хочется, – согласилась я.
– Тогда давай прогуляемся, я знаю одно место!
Проделав длинный запутанный путь, мы перелезли через чей-то забор и направились к элегантному дому, украшенному колоннами и множеством изящных балкончиков. Не то, чтобы мы много говорили с девушкой, что привела меня туда, но нам достаточно было того, что мы вместе делали что-то рискованное и, по всей видимости, нехорошее. Тогда мне казалось, что этого более чем достаточно, чтобы с кем-то поладить. Но такого рода вещи ни разу не о дружбе. В какой-то момент я заметила, что осталась одна. Я даже не могла понять, когда именно меня оставили одну, и куда можно было скрыться так незаметно и быстро.
– Стоять! – раздался голос, напугавший меня до дрожи в коленях. – Вот ты и попалась! Я тебе покажу, как пробираться на частную собственность!
В одну секунду меня схватили за шиворот куртки и поволокли внутрь дома, вдоль стены которого я пробиралась за компанию с… Я даже не знала имени девушки, которая ввязала меня во всю эту историю!
Внутри дома меня встретил молодой человек с чертами лица, казавшимися мне почему-то знакомыми. Преисполненный внешним великолепием, опустошённый внутренним ничтожеством, он олицетворял до красивого уродливое противоречие. Эта уродливая красота знакома многим из нас. Он прятал её за бархатным бордовым халатом и гримасой злости на лице.
– Ты следила за мной?! Нет, ты собирала информацию! Очередная фанатка, как я устал от всего этого!
Охранник подтолкнул меня вперёд, в центр комнаты, и я, растеряно посмотрев на холеного мужчину перед собой, спросила:
– А Вы кто?
Он опешил всего на секунду, всего на секунду сквозь гримасу злости промелькнули усталость и печаль, а потом он снова начал кричать, как истеричная женщина:
– Да как ты можешь не знать, кто я! Все знают, кто я! Лучше скажи, кто ты!
– Я Тантанарет, – ответила я спокойно, сообразив, что ничего серьёзного мне не угрожает. – Я была на посвящении в магической академии, а потом как-то забрела сюда. Я плохо знаю местность. И плохо ориентируюсь во времени.
– Что будем делать, господин? – спросил охранник. – Кажется, она говорит правду.
Молодой господин достал телефон из кармана халата и настрочил кому-то длинное сообщение. Потом, убрав телефон, он одарил меня долгим взглядом и спросил:
– Ты на самом деле не знаешь, кто я?
– Понятия не имею, – честно ответила я.
– Чем же ты занимаешься в свободное время?
– Хотите меня куда-то пригласить?
– Что? – резко выпалил охранник.
– Ч-что? – синхронно с ним произнёс хозяин дома.
– Что? – удивилась я. – Разве разговор шёл не к этому? Наверное, я плохо понимаю мотивы и вообще, ну, знаете, смысл происходящего. Я вышла прогуляться за стенами академии с незнакомой студенткой, а потом она исчезла, и тут этот охранник…
– Хочешь чаю? – вдруг спросил молодой господин.
– С печеньем?
– Будет тебе печенье. Проходи.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
