Страница 2 из 2
Потом нас посадили в большую моторную лодку, и мы отправились на берег океана, где была первая база. С нами ехала красивая дочка моториста. И никогда не видел такой взгляд, какой был у моториста, когда он с гордостью поглядывал на дочку. Проплываем вдоль берега океана, на гальке дремлет крокодил. Немцы вопят от восторга, моторист с дочкой даже головы не повернули.
Коста-Рика, крокодил на берегу
Мы живем на берегу то ли реки, то ли протоки среди тропического леса. Добраться сюда можно только на лодке. В полдень солнце в зените – мы почти на экваторе. Представьте себе еще тридцатиградусную жару и 99% влажность. Руки липкие, футболка мокрая от пота. Представили? Так там было еще в три раза тяжелее!
Купаться в реке нельзя – она кишит крокодилами. В домике, где мы живем, нет кондиционера. На все наше поселение один кондиционер в центральном офисе. Ветра нет, металлическая крыша нашего домика днем раскаляется, и до заката туда лучше не заходить. Деревья нависают над тропинками и кажется, что с ветвей на тебя вот-вот бросятся полчища ядовитых змей и насекомых. В воздухе стоит тяжелый запах цветов и какой-то сырости. Лужи после ночного дождя не высыхают целый день. Перед походом в джунгли хочется надеть резиновые сапоги и выпить для храбрости.
Наша проводница ходит в шортах и в шлепанцах на босу ногу. Я осмелел и попробовал дойти от бассейна до нашего домика в плавках. Ни один комар меня не укусил! Нас пугали постоянными тропическими дождями и тьмой кровососущих насекомых. Пока нет ни тех ни других. Мы идем по джунглям. Я слышу дикий вой – наверное, так воют грешники в аду. У меня по спине бегают мурашки и шевелятся волосы на голове.
– Это воющие обезьяны, – спокойно говорит проводница. – Пошли посмотрим.
Огромные обезьяны оккупировали верхушки деревьев, и вой раздается оттуда.
– Это воют самцы, – говорит проводница. – У птиц-самцов красивое оперение, а самцы-обезьяны научились выть. Так они привлекают самок.
На дорожке дремлет огромная пятнистая змея.
– Это безобидный удав, – говорит проводница. – Боятся надо маленьких змеек на ветках. Особенно желтых.
Со змеями у меня сложные отношения, я фотографирую удава и оглядываю соседние ветки. Со всех веток что-то свисает, но это лианы. А может и не лианы.
***
После бассейна и душа удается как-то уснуть, но в пять часов я уже смотрю в окно, где начинает сереть небо. МС тоже не спит и говорит, что готова идти со мной на океан встречать рассвет. На берегу влажно и душно. Но жары пока нет, мы идем по плотному мокрому песку. Вода теплая уже с утра. Набегающие волны не охлаждают ноги. Купаться нельзя. В воде масса акул, которых тут зовут пляжными. Песок изрыт ямками, возле которых сидят крабы, готовые нырнуть в свою норку при первом сигнале опасности. Ночью на этот бесконечный пляж из воды вылезают огромные черепахи и откладывают яйца. Каждая черепаха помнит, где она вылупилась, и через 25 лет придет откладывать яйца именно на это место.
Коста-Рика, Атлантический океан
Пляж пустынный. Только мы с МС бредем по песку, и еще одинокий рыбак закидывает спиннингом блесну в пенящиеся волны.
В Коста-Рике надо обязательно увидеть туканов и зеленую лягушку с красными глазами. И то и другое непросто. Туканы пугливы и скрываются в джунглях. Лягушки ведут ночной образ жизни, а днем они прячутся, маскируясь под листочки. Наконец, первая лягушка с красными глазами у нас в руках. Ее принес работник нашего поселения. Эта лягушка не ядовита, она весьма любопытна, прыгает с человека на человека, ползает по рукам и ногам, охотно позирует. Потом мы с трудом находим еще пару таких лягушек. Днем они цепляются за большие листья, закрывают красные глаза и становятся незаметными.
Гораздо легче обнаружить красных ядовитых лягушек, которые смело прыгают по веткам. Это древесные лягушки, у них на лапках нет перепонок. Красное туловище и синие лапы говорят всем обитателей джунглей, что от таких лягушек надо держаться подальше. Яд лягушек очень сильный. Он действует также, как знаменитый яд кураре (помните рассказы про Шерлока Холмса?), которым индейцы смазывали наконечники стрел.
Коста-Рика, знаменитая лягушка
В лесу стоит вольер, где разводят больших синих бабочек. В вольере совсем душно. Я ползаю на коленях и пытаюсь сфотографировать бабочек. Это не просто. Они почти все время летают, а когда садятся, то сразу складывают крылья.
Солнце начинает склоняться к горизонту, мы отправляемся на лодке по протокам среди тропического леса. Духота немного спадает, глаза начинают фокусироваться и замечают массу интересных деталей. Цапли устраиваются на ночлег. Они забираются на сухие ветки, подальше от крокодилов.
Крокодилов, а точнее кайманов, тут видимо-невидимо! Они выбирают участки воды, где скапливается плавучий растительный мусор, и замирают там в ожидании добычи. Лодка медленно скользит вдоль берега, а рядом с бортом из воды то и дело появляются большие карие глаза, внимательно наблюдающие за нашими движениями.
На ветке сидит большая птица, раскинувшая крылья для просушки. Она умеет плавать и нырять за рыбой, но у нее нет жировой смазки на перьях и ей надо периодически сушить крылья, иначе она не сможет летать.
По деревьям за лодкой скачут обезьяны, но фотографировать их трудно – мешают ветки. Мы плывем дальше, все больше птиц усаживается на ветки, готовясь провести тут ночь. На бесшумную лодку они не обращают внимания.
Птицы Коста-Рики
Протоки становятся все уже, темнеет, что-то касается лица и уже плохо видно: это ветка или маленькая змейка? В чаще кто-то кричит дурным голосом. Над верхушками деревьев всходит луна. Небо чистое, но луна окружена мутным ореолом. Влажно! В траве плеснуло что-то большое, и мне кажется, что оттуда теперь слышно громкое чавкание.
А где-то в это время люди интеллигентно смотрят телевизор и задумчиво пьют холодное пиво.
***
Мы с МС уже четвертый час едем по центру страны. У остальных членов нашей группы другая программа. Мелькают деревушки и городки. Бедность, бедность, бедность… Многие домики сколочены из фанеры и кусков шифера. Другие, побогаче, оштукатурены и покрашены в яркие цвета. Все маленькое: домики, дворики… Женщины сидят возле открытых дверей и смотрят на проезжающие машины. Рядом дети, они тоже смотрят на машины.
Несмотря на бедность, в каждом городке есть школы. К вечеру вдоль дорог потянулись школьники в синей форме. В стране нет полезных ископаемых, нет больших фабрик и заводов. Но костариканцы решили дать детям хорошее образование, что поможет компенсировать бедность недр. В каждой школе бесплатный Интернет, дети ухожены и выглядят счастливыми.
Наш шофер почти глухой. У него мощный слуховой аппарат и резкая отрывистая речь. Уже три часа, как он молчит. Но вдруг он поворачивается ко мне и показывает на огромную треугольную гору:
– Вулкан! – говорит он.
Коста-Рика, вулкан Ареал
Это один из самых молодых вулканов в мире – вулкан Аренал. Он действующий, над его кратером постоянно клубится облако. Вулкан периодически извергает немного лавы, которая превращается в большие раскаленные камни. Эти камни катятся вниз, меняя на ходу цвет из оранжево-розового в черный.
Окна нашей комнаты выходят в сад, где растут большие красные цветы. А дальше, высоко над цветами возвышается вулкан.
***
Извилистая горная речка шумит где-то далеко внизу. Вокруг в немыслимом переплетении растут тысячи растений. На листьях, иголках, мягком мху, стволах, лианах, сухих ветках – везде блестят капли росы. Эти капли не высыхают, они иногда падают вниз, и на их месте собираются новые. Ветра нет, но от испарений воздух дрожит, и кажется, что даже сухие деревья шевелят своими серыми сучьями, заросшими зеленым мхом.
Мы ходим по висячим мостам, с которых не видно земли. Под ногами сплошная зеленая масса, и казалось, что можно прыгнуть, уцепиться за мягкие ветки и не спеша проделать весь стометровый путь вниз от моста до каменистого берега речки.
Коста-Рика, висячий мост в джунглях
В джунглях особенно отчетливо чувствуешь, что в этом мире все едят того, кто слабее. Даже огромные орлы, парящие над бесконечным зеленым морем, садятся на ветви, чтобы очистить перья от наглых маленьких кровососов. Но вот в тени на мокрой ветке спокойно сидит красная лягушка с большими синими лапами. Ее никто не собирается есть. Если у вас царапина на пальце, то прикосновение к этой лягушке, в лучшем случае, будет означать поход в больницу.
Наверное, этой красной лягушке завидуют миллионы вкусных зеленых лягушек. А кому завидует ядовитая красная лягушка?
Фотограф просто обязан привезти из Коста-Рики фото тукана – это смешной красавец с цветными перьями и длинным толстым радужным клювом.
Мы уже третий час бродим по джунглям в поисках туканов. В начале пути мы их видели, но очень далеко. Но вот наши усилия вознаграждены. Совсем близко, слегка скрытый тонкими ветками, сидит разноцветный красавец. Вот он повернул клюв налево, направо, расправил крылья и взлетел. Но я успел нажать пять раз на спуск фотокамеры.
Коста-Рика, тукан
– Тукан – это плохой парень, – говорит нам проводник. – Длинный нос ему нужен, чтобы залезать в чужие гнезда и лакомиться яйцами.
Плохие парни часто бывают красивыми. Это только в старых фильмах они были уродами.
– Теперь мы посмотрим на водопад, а потом пойдем обедать, – сказал проводник
Коста-Рика, водопад
Сто метров вниз, потом сто метров вверх. Ступеньки сделаны почти в отвесной стене. Это высота 40-этажного дома. Плюс жара и влажность. И еще надо идти туда после трех часов блуждания по джунглям. И еще с тяжелым рюкзаком и штативом. И все это ради парочки фотографий столба воды, которая разгоняется в свободном падении со стометровой высоты и с грохотом обрушивается в крошечное изумрудное озеро.
В ресторане мы жадно пьем воду, потом какой-то хитрый безалкогольный коктейль. Вскоре мне приносят фагитос.
В Коста-Рике не умеют готовить. По крайней мере в тех ресторанах, где мы побывали. Даже в крошечных ресторанчиках на пляжах в Мексике готовили великолепное фагитос. Маленькие куски мяса вкусно обжарены с луком, рядом лежат теплые кукурузные лепешки, на краю большой тарелки темнеют нежные бобы, в маленьких мисочках острая сальса и нежное гуакамоле.
То, что мне принесли, напоминает фагитос только названием и некоторым совпадением ингредиентов. Все соленое и сморщенное.
***
Мы идем к вулкану по узкой тропинке среди травы высотой в два человеческих роста. Тропинка то и дело раздваивается, ныряет в кусты, идет по насыпи больших черных камней, потом петляет по крутому скалистому склону. Без проводника найти выход на большую ровную площадку было бы непросто. За нами увязались две бодренькие американские старушки, но перед очередным подъемом они вздыхают и поворачивают назад к машине. Рядом с тропинкой, на большом круглом листе дремлет маленькая светло-коричневая змейка-гадючка. Ее укуса достаточно, чтобы убить быка.
Накрапывает дождь. Мы добрались до небольшой площадки, откуда видны горы, покрытые облаками, далекое озеро, зеленые холмы, где пасутся коровы и черный конус вулкана. Вот на вершине показывается огромный раскаленный докрасна камень и с гулом устремляется вниз. Вскоре за этим – огромный выброс пепла из кратера.
– Вам повезло, – говорит проводник. – Другие тут живут по неделе и каждый день безрезультатно ходят сюда, чтобы увидеть выбросы и падающие камни.
Около каждого активного вулкана есть место с горячей водой. Тут на таком месте устроили спа-курорт. МС ныряет из бассейна с горячей водой в холодную воду, сидит под теплыми водопадами и смотрит на огромную луну. Я устроился на лежаке и дремлю. Сегодняшняя беготня с рюкзаком на плечах вполне заменила мне эти бассейны. Мимо в клубах пара проходят загорелые девушки, но мои глаза начинают закрываться от усталости, девушки исчезают…
***
Мы с МС идем в ресторан на завтрак и замечаем, что на территории отеля еще красивее, чем в джунглях и на склонах вулкана. Тысячи цветов покрыты каплями росы. Орхидеи тут рядовой цветок. Светит солнце, голубеет небо, сверкает роса. Это все неправильно, т. к. по прогнозам должны быть дожди утром, днем, вечером и ночью.
***
Теперь наш путь лежит высоко в горы, куда в пятидесятые годы прошлого столетия эмигрировали квакеры из Америки. Им не понравилось, что их детей хотели забрать в армию. К этому времени Коста-Рика распустила свою армию, и квакеры решили, что это наиболее подходящая страна для жизни.
Чтобы добраться до нового отеля, сначала нам надо переплыть огромное озеро. Машина довозит нас до болотистого берега, где около плоских камней стоит большая лодка с комфортабельными креслами и крышей.
Коста-Рика, на пути к Тихому океану
Капитан лодки очень старается. Он ведет свое судно вдоль берега и высматривает для нас птиц и животных. После того, как он остановил лодку около игуаны, мы просим его прибавить ход и меньше обращать внимания на друзей наших меньших.
На другом конце озера капитан направляет лодку в камыши и с разгона врезается в илистый берег. Увидев наши недоуменные лица, он подхватывает чемоданы и бежит с ними на высокий обрыв. Там стоит машина, которая должна отвезти нас в горный отель.
Узкая грунтовая дорога, кочки, ямы, камни. После особенно сильного удара камня по днищу машины шофер выходит и смотрит, что случилось. Ничего не случилось, мы едем дальше. Вот тут нужны джипы, а не в Миннесоте с ее асфальтовыми дорогами даже среди болот. Через два часа тряски жить еще хочется, но уже не так сильно, как в начале пути.
Видно, что облака внизу под нами. Но есть и те, что сверху, – оттуда скоро пойдет дождь. Мы на склоне, который обращен к Тихому океану. Тут выпадает всего четыре метра осадков в год. На другом склоне, где осаждается влага Атлантики, выпадает восемь метров осадков. Но зато прохладно и можно дышать. Это место называется Монтеверде – зеленые горы.
Дождь пошел, когда мы вошли в комнату.
– Объявляется день отдыха! – почти одновременно произносим мы с МС.
В комнате и правда хочется отдыхать. Темный паркет, мебель из цельного дерева, огромные окна, кровати, где можно заблудиться и не найти дорогу на пол.
Такое чувство, что кроме нас в отеле никого нет. Мы обедаем в пустом ресторане, бродим по дорожкам мимо влажных кустов. В воздухе прохлада, по которой мы уже успели соскучиться. Около пустого бассейна стоит столик с шахматами. МС приходит в азарт и явно хочет у меня выиграть. Ее пешки ходят не только вперед, но и вбок, слоны иногда становятся однопольными. После удивительных ходов, не предусмотренных шахматной теорией, я получаю мат.
Коста-Рика, туман в Монте Верде
– А как правильно сказать? – спрашивает МС. – Слоны разнопольные или разнополые?
У нас в комнате огромное, от пола до потолка окно. Я просыпаюсь среди ночи и не могу отвести от окна глаз. За стеклом летают десятки светлячков. Мерцающие огоньки освещают мокрые листья. Дождь кончился, но я слышу, как с крыши продолжает капать вода.
***
Мы опять идем по джунглям, опасливо уклоняясь от свисающих веток, прислушиваясь к крикам обезьян и птиц. С нами проводник. Мы дали слово больше не пользоваться услугами проводников, но тут нам обещали показать райских птиц. Самцы этих птиц красно-зелено-синие. В период ухаживания у них вырастают длинные, до полуметра перья. Эти перья красивые и очень ценные. Раньше индейцы меняли их на золото.
– Эти перья нужны самцам, как мужчинам БМВ! – говорит проводник, всматриваясь в зеленое переплетение веток, листьев, лиан и мха.
Жарко и влажно. Испаряется вчерашний дождь и собирается новый. Мы в горах, и эти джунгли для разнообразия называются заоблачным лесом – если выйти на открытое место, то и правда можно увидеть облака под ногами. Проводник наклоняется около небольшой ямки и стучит по ней палочкой. Через секунду из норки вылезает чудовищный тарантул и сердито на всех смотрит. Я пробую наклониться, чтобы снять его поближе, но он недовольно пятится назад, исчезает в норке и больше не показывается.
МС манит меня пальцем и показывает, чтобы я ступал осторожно. На кусте сидит палочник. Надо иметь хорошее воображение, чтобы отличить его от сухой ветки.
Райские птицы летают вокруг, но в кадр не попадают. Только ленивые изумрудные самочки дремлют на сучьях и ждут своих возлюбленных. Самцы покрикивают, но близко не подлетают.
Я окончательно убедился, что wildlife photography (фотографирование диких животных и птиц) – это не для меня. Я видел профи, обвешанных дорогими телевиками, часами сидевших в засадах ради одного кадра. Это напоминает мне работу снайпера. Хороший телевик – не самая большая проблема. Его можно окупить довольно быстро. Проблема в моем нетерпении жить. Мне нравится действовать, бороться и искать. Это, типа, пришел, увидел, щелкнул!
***
К нам в гости пришло облако. Сначала за окном замелькали белые клочья – щупальца облака. А потом пришло и само облако, похожее на туман. Но это живой туман. Он двигался, менял цвета, закрывал и открывал окружающие деревья и тропинки. Мы вышли из дома и пошли через лес к бассейну. Там облако заползло под крышу и чувствовало себя весьма комфортно, получая подкрепление от испарений бассейна-спа. Окружающий мир стал совсем сюрреалистическим. Казалось, что скульптуры стариков, сидящих на скамейке и играющих на альте, ожили, в воздухе явно слышались звуки музыки, над бассейном появлялись и исчезали призрачные фигуры, слепленные из тумана.
– Давай сыграем в шахматы! – предложила МС. – Ведь тебе надо отыграться!
Коста-Рика, туман в Монте Верде
Более странного предложения в этот момент, среди нереальной реальности трудно было ожидать, но я почему-то с радостью согласился.
Мы расставили фигуры, пододвинули столик к краю бассейна, и белая королевская пешка шагнула на две клетки вперед. Итальянская партия, которую к своему удивлению разыграла МС, развивалась быстро и драматично. Облако явно было на стороне МС. Мокрые фигуры белых теснили оборону черного короля и вскоре я получил мат.
– Странно все это, – сказала МС. – Ведь ты прекрасно играешь.
Из леса раздались приглушенные булькающие звуки. Наверное, это смеялось облако.
В ресторане мы снова были одни. На темных стенах висели яркие картины, написанные хозяином отеля. Официант сидел в баре и смотрел футбол. Передавали матч чемпионата Голландии.
– Тут в одной из команд играет парень из Коста-Рики! – гордо сказал официант. – Вся страна болеет за этот клуб!
***
Мы едем к Тихому океану. Там наша последняя база. Минивэн поскрипывает, его подбрасывает на камнях, мотор воет на подъемах. Дорога узкая, я не понимаю, как тут могут разъехаться две машины, но мы успешно разъезжаемся, уменьшая скорость почти до нуля и рассчитывая каждый сантиметр пространства между бортами.
Нашего водителя зовут Алонсо. Он будет возить нас до последнего дня. Питается он чипсами, запивая их какой-то странной ярко-красной жидкостью с химическим запахом.
Коста-Рика, дорога к океану
– Почему в Монтеверде не сделают нормальную дорогу? – спрашиваем мы Алонсо. – Ведь там, в горах, мы были на сыроваренном заводике, который снабжает сыром всю страну!
– Местным жителям не нужны толпы туристов, – Алонсо останавливает машину, и мы отправляемся смотреть на тукана, прыгающего в ветвях.
Но вот, наконец, мы едем вдоль океана. Океан серый и спокойный. Далеко над горами висят черные тучи, но это уже позади. Алонсо тормозит около небольшого магазина. Цены на продукты тут выше, чем в Америке, и я понимаю, что мы въехали в курортную зону.
***
Дожди в нашем путешествии были почти каждый день. В России дожди приносили прохладу, здесь они только еще больше увеличивали влажность. Нам дожди особо не мешали. Как только начинался ливень, мы с облегчением отменяли очередную прогулку и занимались своими делами.
Сейчас у нас огромная комната с видом на океан. Мы вышли на балкон и смотрели на острова в океане, которые постепенно становились невидимыми сквозь серо-туманную занавеску, отгородившую нас от остального мира. Не стало видно океана, не стало видно земли, не стало видно даже дерева, которое почти касалось нашего балкона. Я держался за балконную решетку и казалось, что я стою на капитанском мостике, и мой корабль уже не плывет по волнам, а взмыл в воздух и летит высоко над землей как бесшумный воздушный шар.
Коста-Рика, бассейн
Я не любитель бассейнов. Я не ходил в бассейны в Москве, не ходил в бассейны в Америке. Запах хлорки меня раздражает.
Но бассейн в отеле Марипоза (бабочка) уникален. Он огромен, извилист, над ним растут красивые деревья, на которых поют птицы, от него не пахнет хлоркой и еще он infinity view. Последнее означает, что когда плывешь по бассейну, то кажется, что плывешь в бесконечном море без бортиков-берегов.
– Мы очищаем бассейн с помощью лазера, поэтому у нас мало хлорки! – гордо сказал нам бармен. – Причем лазер не хирургический, а оптический!
– ???!!!
У меня чуть мозги набекрень не съехали от такой информации!
Мы плавали в бассейне. Шел дождь, который сбивал большие голубые цветы с деревьев, и эти цветы падали в воду.
***
Солнечное утро, природа забыла про вчерашний дождь и готова радовать нас голубым небом и изумрудной водой в океане. Хотя с изумрудностью здесь туговато. Мощные волны баламутят серый песок, и в воде много серого цвета. На пляже песок плотный, тут можно кататься на велосипеде.
Пляж практически пустой. Мы сидим в тени деревьев, смотрим на ленивые волны и любой человек, проходящий мимо, – это событие. По мокрому песку бегают сотни крабиков, и каждый несет на своей спине ракушку. Это их переносные домики, куда крабики прячутся при первом сигнале опасности.
Коста-Рика, крабик с раковиной
Вода теплая, как парное молоко – это не метафора! Купание не освежает. МС прыгает на волнах, рядом кто-то пытается встать на доску для серфинга, вдоль берега бежит большая черная собака.
Мы вернулись в номер и решили больше на это пляж не ходить. С нашего балкона видны острова и скалы в океане. Двадцать минут спуска и можно подойти к этим скалам. Сверху казалось, что все такое маленькое, доступное. Вблизи скалы огромны, до островов доплыть непросто. И тут понимаешь, что человек все-таки маленькая букашечка на земном шаре. Мы тужимся, что-то делаем, что-то изобретаем, но все это может быть легко разрушено землетрясением, извержением вулкана или цунами. Про энергию космоса вообще лучше не думать. А если честно, то в такую духоту вообще думать неохота!
***
У Тихого океана джунгли пожиже. Их и джунглями назвать трудно – так, запущенная тропическая роща. Нет замечательной сырости, нет переплетения лиан и ветвей, нет дикости. Мы идем быстро. Все уже знакомо, мы ничего не боимся, за две недели мы стали бывалыми путешественниками по тропикам. Жарко, влажно, но это уже привычно. Я вижу китаянку, опасливо поглядывающую на свисающие над тропой ветки. На руках у нее хирургические перчатки. У меня «шлепки» на босу ногу.
Коста-Рика, Тихий океан
Тропа выходит к небольшой, почти круглой, бухте с желтым песчаным пляжем. Мне видится огромный парусный корабль на якоре, плывущие к берегу шлюпки и веселые парни с саблями и тяжелыми пистолетами на боках. Я встряхиваю головой, парни с пистолетами исчезают и появляется группа русских туристов, с воплями несущихся в серо-зеленую воду бухты. По берегу на красивой лошади едет девушка и улыбается.
Коста-Рика, МС, Тихий океан
На дереве висит ленивец. Я подхожу к нему, он не спеша поворачивает голову и смотрит на меня. Я отхожу в сторону, ленивец вздыхает и снова медленно поворачивает голову. Бедняга, так и устать недолго!
Коста-Рика, ленивец
На берегу растут дикие яблони. Мы теперь много знаем про коварство тропических растений. К этим яблоням нельзя даже приближаться. В них ядовито все: кора, листья, плоды. А вот игуане все на пользу. Она подползает к упавшему яблоку и не спеша его хрумкает.
На горизонте собираются тучи, скоро снова пойдет дождь.
***
Мы с МС как две загнанные лошади. Скоро отпуск кончается, а мы еще не начинали отдыхать. Бассейн в отеле приветливо манит голубой водой, на старой акации, усыпанной красными цветами, прыгают желтогрудые мухоловки. Они пикируют с веток, ловят мух над бассейном и снова садятся в засаду на ветки.
Коста-Рика, ядовитая яблоня
Совсем рядом появились две обезьяны – капуцины. Есть в Италии монахи-капуцины. Их одежда – коричневый низ, белый верх. Отсюда и кофе (капучино) с молочной пенкой наверху и обезьяны с белыми мордочками. В джунглях их было много, но высоко и за ветками. А в отеле рядом, хоть руку протяни.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
