Читать «Практическая философия новой жизни. Рационально-эмоционально-поведенческая терапия» — Илья Качай онлайн
Страница 4 из 5
Ревность – это эмоция агрессивного спектра, возникающая вследствие мыслей о возможной неверности партнёра, угрожающей стабильности значимых для человека романтических отношений. Формулой ревности является следующее иррациональное верование: «Отношения с человеком, которых я очень хочу для себя, не должны достаться кому-то другому». Ревность, как правило, возникает на почве неуверенности человека в себе и отношениях, а также избыточной привязанности к партнёру или даже зависимости от отношений с ним. Ревность подпитывается представлениями о том, что затраченные человеком ресурсы на установление и развитие отношений, окажутся напрасными, ведь партнёр «достанется» «конкуренту» – какому-то другому человеку. Стоит заметить, что ревность может возникать не только в романтических, но также и в дружеских и профессиональных отношениях, если друг или коллега уделяет, как кажется человеку, незаслуженно больше внимания кому-то другому. В этом случае ревность также создаётся мыслями о возможной потере друга или коллеги и, как следствие, потенциальном одиночестве субъекта ревности.
РЭПТ-формула ревности
С точки зрения РЭПТ источником любой нездоровой негативной эмоции является долженствование, а также одно или несколько производных от него убеждений – катастрофизация, низкая переносимость фрустрации и/или глобальная оценка (себя, других или мира). Ниже представлены РЭПТ-формулы ревности, связанной со страхом потери значимых отношений (рис. 33) и с гневом на конкурента или партнёра (рис. 34).
Рис. 33. РЭПТ-формула ревности (страх потери значимых отношений)
Рис. 34. РЭПТ-формула ревности (гнев на конкурента/партнёра)
Отличия дисфункциональной и функциональной ревности
Таб. 12. Сравнительная характеристика дисфункциональной и функциональной ревности
ГЛАВА 17. РЭПТ-ФОРМУЛА ЗАВИСТИ
Структура зависти
Зависть – также эмоция агрессивного спектра, возникающая вследствие мыслей о превосходстве другого человека, которое угрожает самоуважению, зависимому от социального статуса. Формулой зависти является следующее иррациональное верование: «Достижения и положение человека, которых я хочу себе, должны быть у меня, а не у этого человека». Зависть, как правило, возникает на фоне глубинных представлений человека о себе как о «никчёмном» и является следствием болезненного сравнения с другими людьми – «успешными» и «идеальными». Такое нереалистичное и неадекватное сравнение приводит к обесцениванию собственных достижений, по причине чего человек «ощущает» себя неудачником, поскольку воспринимает чужой успех как свидетельство своего «поражения». Следует отметить, что зависть возникает в отношении только тех людей, которые обладают схожими качествами и интересами, и не может проявиться к тем людям, успехи которых не являются значимыми и ценными для человека. Зависть зачастую сопровождается гневом, презрением, ревностью, досадой, тревогой, подавленностью, стыдом, а также стремлением обесценить достижения другого человека.
РЭПТ-формула зависти
С точки зрения РЭПТ источником любой нездоровой негативной эмоции является долженствование, а также одно или несколько производных от него убеждений – катастрофизация, низкая переносимость фрустрации и/или глобальная оценка (себя, других или мира). В случае с стыдом его когнитивный фундамент в схематичном формате выглядит следующим образом (рис. 35):
Рис. 35. РЭПТ-формула зависти
Отличия дисфункциональной и функциональной зависти
Таб. 13. Сравнительная характеристика дисфункциональной и функциональной зависти
ЧАСТЬ V. НАСТОЯЩИЕ
ИЗМЕНЕНИЯ
ГЛАВА 18. ПРИНЦИП ЭМОЦИОНАЛЬНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ
Общий и специальный принципы эмоциональной ответственности
Любой человек способен идентифицировать и изменить свои иррациональные верования и заменить их на более гибкие рациональные аналоги, что позволит ему чувствовать себя и действовать более адаптивно. В этой связи задачей рационально-эмоционально-поведенческой терапии (равно как и когнитивно-поведенческой терапии в целом) является ослабление естественной тенденции к иррациональному мышлению, ведущему к эмоциональным нарушениям, за счёт выработки и укрепления новых привычек реалистичного, логичного и практичного мышления, порождающего здоровые негативные эмоции даже в очень непростых ситуациях. Однако прежде всего человеку важно признать и понять, что он несёт ответственность за свои мысли, эмоции и действия, которые он выбирает (пусть и не всегда осознанно) в каждой конкретной ситуации. Именно в этом состоит суть общего принципа эмоциональной ответственности. В свою очередь, специальный принцип эмоциональной ответственности конкретизирует общий принцип, указывая на то, что реакции человека обуславливаются его иррациональными убеждениями, а именно долженствованием и вытекающими из него производными (установками-сателлитами) – катастрофизацией, низкой переносимостью фрустрации и/или глобальной оценкой (обесцениванием) (себя, других и/или мира).
Эмоциональная ответственность vs. самокритика
С целью усвоения когнитивной модели вы можете понаблюдать за тем, как ваши друзья и знакомые или герои фильмов и новостных сюжетов игнорируют принцип эмоциональной ответственности («Он меня разозлил») и всякий раз мысленно перефразировать эти высказывания («Он сам разозлился, потому что, вероятно, подумал о том, что…»). При этом важно понимать, что общий принцип эмоциональной ответственности не тождественен необходимости обвинения себя в наличии нездоровых негативных эмоций. Такие самообвинения проистекают из дисфункциональных представлений о том, что человек не должен испытывать избыточных негативных эмоций (а раз они у него возникают, значит он «никчёмный»), что лишь усиливает изначальные и создаёт вторичные невротические эмоции. Как замечают А. Эллис и А. Ландж, те, «кто постоянно обвиняет себя, используют лишь около 30% жизненных возможностей и потому очень несчастны» (Эллис, Ландж, 2021). В этом отношении важно правильно понимать принцип эмоциональной ответственности, не обвинять себя в своих проблемах и не унижать себя за то, что вы являетесь источником своих эмоциональных проблем. Таким образом, ответственность не тождественна самообвинениям, о чём также пишут А. Эллис и А. Ландж: «Быть ответственным – значит отдавать себе отчёт в своих чувствах и поступках, контролировать их и управлять ими. Обвинять себя в чём- то – означает порицать себя и только себя за какой-то проступок» (Эллис, Ландж, 2021).
Искажённое толкование когнитивной модели
Важно также заметить, что, усвоив когнитивную модель и общий принцип эмоциональной ответственности, человек иногда начинает использовать их с целью «отбеливания» своего дисфункционального поведения в обществе: «Другие люди сами расстраиваются, поэтому если кого-то не устраивает моё плохое поведение, это их проблемы». Будучи формально правым, человек не учитывает того факта, что хотя он не является источником негативных реакций других, он, тем не менее, способствует этим реакциям, поскольку его антисоциальное поведение становится для окружающих активирующим событием, за что (за которое) он, естественно, несёт прямую ответственность. К тому же другие люди могут не иметь искажённых мыслей по поводу такого поведения человека и, тем не менее, испытывать здоровые негативные эмоции. На самом деле за таким подходом скрывается требование того, чтобы другие люди принимали дисфункциональное поведение человека и не осуждали его как личность. И если человек не осознаёт этого требования, это ещё не значит, что когнитивная модель в его случае перестаёт работать (или продолжает работать только для других).
Ответственность за ущерб, но не за реакции
Равным образом общий принцип эмоциональной ответственности отнюдь не исключает ответственности других людей за своё деструктивное поведение, независимо от того, как это поведение воспринимает человек, по отношению к которому оно направлено. Например, как замечает У. Драйден, «насильник несёт ответственность за совершение изнасилования независимо от того, как себя чувствует лицо, подвергшееся изнасилованию, и независимо от любых так называемых смягчающих обстоятельств» (Драйден, Нинан, 2023). В этом случае человек, подвергшийся насилию, отвечает за то, как он будет относиться к насилию и, следовательно, какие эмоции он будет испытывать по поводу насилия. Говоря иначе, насильник не отвечает за эмоциональную реакцию объекта насилия, но целиком и полностью отвечает за тот вред и урон, который наносит своей жертве.
Психотерапевт для самого себя, но не для других
Как замечает Д. В. Ковпак, зачастую люди, преодолевшие собственные эмоциональные проблемы (или считающие, что они их преодолели), начинают усердно «лечить» других людей по принципу «у меня было то же самое, поэтому делай, как я, и избавишься». И хотя когнитивно-поведенческая терапия направлена на то, чтобы человек со временем мог стать психотерапевтом для самого себя, вера в то, что после решения своих проблем человек может быть терапевтом для других, является иллюзией, во-первых, потому, что языки описания новоиспечённого «терапевта» и его «подопечных» могут не совпасть, а главное, потому, что без знания методологии проведения терапии именно в качестве специалиста качественную помощь осуществлять невозможно. Помимо этого, некоторые люди настолько хорошо усваивают важнейшие принципы когнитивно-поведенческой (и, в частности, рационально-эмоционально-поведенческой терапии), что начинают жить только психотерапией, постоянно замечая когнитивные искажения и иррациональные верования у своих друзей, знакомых и незнакомых людей и поправляя их без их на то согласия. Поиск в высказываниях других людей иррациональных верований может быть полезным упражнением, служащим закреплению когнитивной модели, но когда человек фанатично занимается этим, то начинает воспринимать других людей не как интересных собеседников, а как ходячий набор когнитивных искажений, что влечёт за собой риск утраты интереса к окружающим. В этой связи важно помнить о том, что психотерапия создана для человека, а не наоборот. Помимо этого, как пишут А. Эллис и К. Макларен, часто люди «бывают так сосредоточены на решении какой-то проблемы, что теряют связь с другими сферами жизни. Проблема, таким образом, становится определяющим элементом их существования» (Эллис, Макларен, 2008).
ГЛАВА 19. ПРОШЛОЕ VS. НАСТОЯЩЕЕ
Настоящие изменения – в настоящем
Представленная ранее модель психологического здоровья ABCDEFG (которая ещё будет подробно рассматриваться далее) наглядно показывает, каким образом человек может эффективно решать свои эмоциональные, поведенческие и, в целом, жизненные проблемы в настоящем. Однако человек может верить в то, что для того чтобы избавиться от своего эмоционального расстройства, ему необходимо тщательно проанализировать своё прошлое, обнаружить детские психотравмы или найти и разрешить бессознательный внутренний конфликт. Практика показывает, что такие действия избавляют только от регулярной работы по изменению иррациональных верований, работа над которыми в настоящем и приведёт человека к тому, чего он хочет, – спокойной и счастливой жизни без эмоциональных проблем. Несмотря на то что причины и источники эмоциональных расстройств кроются в прошлом, решение беспокоящей человека проблемы возможно только в настоящем, ведь никто не в силах поменять прошлое. Суть второго инсайта РЭПТ как раз и состоит в том, что иррациональные верования сформированы в прошлом, но в настоящем человек самостоятельно подкрепляет их за счёт постоянного повторения и многократного воспроизведения этих безумных идей, которые и являются причиной его текущих эмоциональных проблем и страданий.
Обсуждение прошлого как стратегия избегания
Опытные РЭПТ-терапевты знают о том, что постоянное обращение человека к прошлому и попытки разобраться в причинах возникновения проблем во время психотерапевтических сессий могут являться формой избегания, поскольку зачастую говорить о прошлом людям проще, чем решать проблемы в настоящем. Действительно, как пишут А. Эллис и У. Драйден, «несмотря на понимание того, что проблемы людей в большей степени определены их взглядами, они могут отвлечься и таким образом закрепить свои проблемы, отыскивая исторические предтечи этих воззрений вместо того, чтобы целенаправленно изменять их в том виде, в котором они есть на текущий момент» (Эллис, Драйден, 2002). Обсуждение с психотерапевтом прошлого хоть и может быть важным, но не приводит к изменениям в настоящем: если вы заболели ангиной, то как знание того, где и когда вы ей заболели, поможет вам вылечить её? Тот же психоанализ, как отмечает А. Эллис, как правило, «побуждает клиента сосредоточиться на огромном количестве не относящейся к делу информации о себе, поощряет его продолжительную зависимость от аналитика и внушает ему ряд очень сомнительных утверждений по поводу оснований и причин его поведения» (Эллис, 2002).
Копать или не копать – вот в чём вопрос
Однако многие до сих пор верят в то, что их текущие неадаптивные эмоции и действия обусловлены прошлым травматическим опытом, в связи с чем либо убеждены в том, что не могут измениться, либо считают, что для изменений нужно найти причины проблем в прошлом, либо полагают, что преодоление тех или иных эмоциональных расстройств – вопрос десятилетних обсуждений детских событий с психоаналитиком. В этой связи сразу вспоминается анекдот: «Психоаналитик умер, но успел принять ещё трёх клиентов». Посему, как замечает Д. Бернс, «сама мысль, что можно попытаться достичь своих эмоциональных целей достаточно быстро, пользуясь структурированной программой обучения, может казаться трюкачеством, а основанный на ней терапевтический подход – поверхностным» (Бернс, 2023c). Е. А. Ромек приводит следующие слова А. Эллиса: «Меня ненавидели практически все психологи и психиатры. Они считали меня поверхностным и тупоголовым. И всё потому, что я заявил, что терапия не обязательно должна продолжаться годы…» (Эллис, Макларен, 2008).
Обвинения других людей и обстоятельств
Кроме поисков причин своего эмоционального расстройства в прошлом люди часто обвиняют в своём плохом самочувствии других людей и внешние события и упрямо настаивают на бесполезности или несправедливости изменения своих дисфункциональных привычек мышления и поведения (ведь «измениться должны другие люди!»). Как пишут А. Эллис и К. Дойл, «вы также можете ложно утверждать, что ваши мысли имеют мало общего с вашими чувствами… и что эти чувства не имеют под собой иррациональных убеждений», в случае чего «всякий раз, когда вы будете отрицать, что это вы сами огорчили себя, подумайте, почему вы так защищаете свою позицию, и поищите какое-то скрытое обязательство26» (Эллис, Дойл, 2021). В этой связи Д. Бернс замечает, что некоторых людей «крайне оскорбляет сама мысль, что они несут ответственность за свои чувства: они не считают, что должны упорно работать, чтобы исправить сложную ситуацию» (Бернс, 2023с). Однако такие обвинения других людей и обстоятельств в собственном стрессе ведут лишь к усилению «чувства» беспомощности и усугублению эмоционального состояния. Посему любому человеку полезно чаще напоминать себе, что ответственность за его эмоциональные страдания несёт не кто-то или что-то вовне, а только он сам, и что он является не жертвой прошлых или текущих событий и обстоятельств, а свободным творцом собственной жизни.
Бесполезность раскопок прошлого
Нередко человек винит в собственных эмоциональных проблемах своих родителей. Как в анекдоте, когда торопящийся по своим делам психоаналитик предлагает клиенту сразу обвинить во всех его бедах «холодную» мать и закончить сеанс пораньше. А для ещё большего эффекта, как шутит Д. В. Ковпак, «хорошо бы воскресить прабабушек и прадедушек, принести их останки на психоаналитический сеанс и хорошенько постучать костями по столу. Ещё лучше стереть их в порошок и принимать лекарство три раза в день» (Ковпак, Качай, 2020). Сам А. Эллис, обучавшийся психоанализу и практиковавший его на протяжении шести лет (равно как и основатель когнитивной терапии А. Бек, честно пытавшийся доказать эффективность психоанализа, но в итоге доказавший его неэффективность), пришёл к ясному пониманию бесполезности ярых раскопок прошлого для решения текущих проблем человека. Вот как Эллис пишет об этом: «К своему удивлению, я обнаружил, что психоанализ слишком много внимания уделяет детскому опыту и практически полностью игнорирует сложившиеся у людей убеждения относительно их дальнейшей жизни» (Эллис, 2022b). Как замечают А. Джоши и К. Пхадке, возражения Эллиса против психоаналитической теории и терапии можно свести к трём базовым аргументам: «Во-первых, традиционный психоанализ необоснованно акцентировал внимание на инсайтах… Во-вторых, помогая клиентам, психоаналитики избирают слишком пассивную линию поведения… И наконец, его методы интерпретации ответов клиентов были ненаучными» (Джоши, Пхадке, 2021).
Прошлое – всего лишь прошлое
Психоаналитический тезис о том, что прошлые события влияют на избыточные негативные эмоции, которые человек испытывает сегодня, противоречит реальному положению дел, поскольку человек, по большей части, самостоятельно создаёт свои болезненные эмоции. Какие бы травматические и трагические события ни пережил человек в детстве, он, во-первых, их уже пережил, а во-вторых, прошлое остаётся всего лишь прошлым – оно не способно волшебным образом определять настоящее и будущее. Сегодняшний день уже завтра станет прошлым, но это не значит, что он содержит в себе ответы на все беспокоящие человека вопросы. Время идёт, обстоятельства меняются, и человек тоже меняется вместе с ними. В этой связи А. Эллис и Р. Харпер пишут: «Вы сами, а не ваше прошлое, создаёте своё „завтра“. Воспринимайте наследие прошлого лишь как некое затруднение, а не нечто, что может блокировать вашу волю» (Эллис, Харпер, 2021b). Более того, переживания человека по поводу его прошлого создаются и поддерживаются его текущим отношением к этим прошлым событиям, иными словами, иррациональными верованиями и, прежде всего, требованиями в отношении, например, событий и условий детства или действий родителей.
Психотравма = событие + интерпретация
Даже применяющийся в некоторых современных течениях когнитивно-поведенческой терапии метод так называемого рескриптинга («переписывания» прошлого опыта) на самом деле основан на изменении текущего отношения человека к прошлым событиям. Да и сами по себе травматические события прошлого стали травматическими в том числе потому, что человек уже тогда имел иррациональные представления о происходящем (и продолжает лелеять эти безумные идеи): «Родители не должны так со мной поступать!», «То, что они так поступают со мной, – ужасно!», «Такое отношение ко мне родителей просто невыносимо!», «Раз они так обращаются со мной, то они – отвратительные люди!», «Я не должен позволять им так действовать, а иначе я – ничтожество, слабак, неудачник!» и т. п. Действительно, как пишут А. Эллис и Р. Харпер, «даже если человек пережил глубокую травму (насилие в детстве, инцест и т.д.), проблемой будет не только само событие», поскольку «важна реакция, под воздействием которой формируются самоустрашающие убеждения относительно произошедшего» (Эллис, Харпер, 2021b). В этой связи А. Эллис подчёркивает: «Как только вы разберётесь со своими основными „я должен“, поймёте механизм развития своего беспокойства и узнаете, как всё это можно изменить, вам больше не понадобится копаться в прошлом!» (Эллис, 2022b).
Изменение отношения к прошлым событиям
Важно подчеркнуть, что когнитивно-поведенческая терапия и, в частности, рационально-эмоционально-поведенческая терапия периодически обращаются к прошлому опыту, но делает акцент не на самих неблагоприятных событиях, а на том, как человек относился к ним тогда и как он продолжает относиться к ним сейчас (а также помогает изменить это дисфункциональное отношение в настоящем моменте времени). Например, для преодоления тревоги может быть полезным прояснение источников того или иного страха, но только для того, чтобы понять, что в настоящий момент эти детские переживания, по большей части, неразумны и неактуальны. Как замечает Д. В. Ковпак, анализ прошлого в когнитивно-поведенческой терапии важен не как история, а для понимания того, как внешняя и внутренняя среды влияли на становление и развитие системы дисфункциональных убеждений человека и как эти убеждения активировались в стрессовых для человека ситуациях и продолжают приводить к актуальным проблемам, симптомам и расстройствам. Неспроста даже Фрейд писал о том, что прошлое важно только потому, что человек продолжает везде и всюду таскать его с собой в настоящем. В этом и состоит суть второго инсайта РЭПТ: нездоровые негативные эмоции обуславливаются иррациональными верованиями, которые (даже если были сформированы в прошлом и некритически переняты от тех же родителей) человек в настоящем времени воспроизводит с завидной регулярностью, что и приводит его к незавидным эмоциональным (и поведенческим) последствиям.
Изменение иррациональных представлений
Соответственно, для избавления от последних важно не просто осознать свои иррациональные верования, но и регулярно оспаривать их, а также корректировать своё поведение. И если в нежном детском возрасте человек был неспособен критически осмыслить свои иррациональные верования, которые он сам же и создал, то сегодня, будучи уже взрослым человеком, он точно может пересмотреть свои взгляды, которыми сам выносит себе мозг. Вот что на одной из терапевтический сессий Р. Харпер спросил у своего клиента, которого описывал как «собирателя несправедливостей»: «„Когда вы были ребёнком, вам было плохо. Но теперь вы выросли, вы помните об этом? Зачем же страдать о том, чего вы не получили в прошлом? Почему бы не сделать что-то интересное, конструктивное и приятное с вашей жизнью в настоящем?“» (Эллис, Харпер, 2021b). Равным образом А. Эллис замечает, что «даже если меня в детстве убедили – или я сам убедил себя – в правильности… идиотских представлений, я всё-таки могу приложить определённые усилия и изменить свои взгляды» (Эллис, 2021).
Инсайтов недостаточно для изменений
Однако психоаналитики так не считают, о чём пишут А. Эллис и Р. Харпер: «Приверженцы фрейдистской школы… не допустят даже мысли о том, что эмоции можно понять и изменить, наблюдая и меняя свои убеждения» (Эллис, Харпер, 2021b). Представители этого подхода продолжают настаивать на том, что осознание источников эмоциональных проблем, коренящихся в прошлом, якобы способствует преодолению этих проблем. В этой связи уместно вспомнить третий инсайт РЭПТ, который заключается в том, что одних инсайтов недостаточно для изменений: улучшений можно достичь только посредством регулярной и настойчивой работы по изменению иррациональных верований и путём формирования гибкой и реалистичной новой философии жизни. Как замечает Д. В. Ковпак, лучше сразу отказаться от иллюзии, что животворящий инсайт ведёт к фантастическому катарсису, а понимание проблемы – к её решению. Конечно, многих людей прельщает идея расковырять прошлое, осознать причины своих проблем и преисполниться этим осознанием, но при таком подходе, как высказывается Ковпак, неизбежно возникнет вопрос: «Расковырять – расковыряли, а кто теперь будет заковыривать обратно?»
Искажённые трактовки и бегство от свободы
Допустим, вы с психоаналитиком «напсихоанализировали», что «истинной» причиной ваших сегодняшних эмоциональных проблем являются пьяные выходки вашего отца в детстве. Во-первых, нет никаких оснований полагать, что именно это (а не какое-то другое) событие стало подлинной предпосылкой и основополагающей причиной формирования вашего эмоционального расстройства. Психоаналитические интерпретации, гипотезы и догадки остаются всего лишь интерпретациями, гипотезами и догадками, тем более что, как замечают А. Эллис и Р. Харпер, «„воспоминания детства“, которые некоторые специалисты так тщательно выуживают из своих клиентов, часто оказываются делом рук самих аналитиков» (Эллис, Харпер, 2021b). Во-вторых, даже если предположить, что причина была обнаружена правильно, возникают вопросы: и что дальше? продолжать страдать? обвинять отца своего и матерь свою? В-третьих, бесконечные обсуждения прошлого не помогут вам по-настоящему измениться в настоящем. Но они точно помогут избежать ответственности за собственные невротические реакции, избежать упорной работы по изменению своего мышления и поведения и, как следствие, избежать свободного выбора здоровых эмоций и ответственного выбора не быть несчастным.
«Отбеливание» эмоций и «прокачка» требований
В-четвёртых, вы продолжите инфантилистски «отбеливать» свои текущие невротические эмоции и действия обстоятельствами и действиями людей из прошлого, тем самым лишь «прокачивая» свои иррациональные верования, например, идею о «несправедливости мира» или бессмысленные требования сатисфакции детских трудностей и лишений. А. Джоши и К. Пхадке пишут: «Психоаналитик говорит с клиентами так, будто они – беспомощные жертвы своей прошлой жизни. Следовательно, не только его анализ неэффективен, но часто неосознанно побуждает клиентов жалеть и даже заново травмировать себя, размышляя над несчастливыми событиями в их прошлом» (Джоши, Пхадке, 2021). В-пятых, как уже подчёркивалось, бесцельное обсуждение прошлого отнимает у вас время на то, чтобы уже сегодня начать менять свои иррациональные верования, отказываться от неэффективных привычек поведения (в том числе детских) и решать текущие проблемы. В этой связи А. Джоши и К. Пхадке замечают: «Зацикленность на… событиях прошлого не поможет что-то изменить или реализовать творческие цели. Напротив, постоянно вспоминая плохие события из прошлого, вы превратитесь в пессимиста в нынешней и будущей жизни» (Джоши, Пхадке, 2021).
Активное решение проблем
На одном из обучающих семинаров по рационально-эмоционально-поведенческой терапии, который проводила Е. А. Ромек, был наглядно продемонстрирован принцип активного решения проблем. Одна из участниц семинара годами стеснялась попросить свою знакомую вернуть ей долг. Конечно, участница могла бы обратиться к психоаналитику и ещё несколько лет обсуждать, что попросить вернуть долг ей мешает зависть к пенису отца, однако это вряд ли помогло бы ей увидеть по праву причитающиеся ей деньги. Итак, прямо на семинаре участница осмелилась провести поведенческий эксперимент: позвонила знакомой и сказала: «Я сейчас проверила свою банковскую карту, но так и не увидела на своём счету денег, которые я одалживала тебе три года назад». Знакомая извинилась, сказав, что напрочь забыла про долг, и уже через минуту сумма долга была полностью переведена на карту участницы семинара. Этот реальный пример наглядно показывает, что проблему, которую люди решают (точнее, не решают) годами (в том числе лёжа на кушетке психоаналитика), иногда можно решить за несколько минут (или несколько недель). Достаточно изменить свои ограничивающие представления и начать действовать в соответствии с новой эффективной философией.
Кривые зеркала прошлого
В-шестых, бесконечно копаясь в своём прошлом, вы не отдаёте себе отчёта в том, что, как говорил Гераклит, «всё течёт, всё изменяется», по причине чего «нельзя дважды войти в одну и ту же реку». Говоря иначе, настоящее коренным образом отличается от прошлого, а прошлое отличается от того, как вы воспринимаете его в настоящем. Поэтому нет абсолютно никакого смысла проецировать свои искажённые воспоминания на то, что происходит сейчас, и рассматривать текущий опыт сквозь призму этих кривых зеркал прошлого. В этой связи А. Эллис замечает, что «вы в значительной степени сами являетесь создателем своего прошлого, вы „изобретаете“ его. И если „оно“, это прошлое, сейчас „заставляет“ вас чувствовать себя подавленным, это значит, что вы по собственной воле оживляете его». В-седьмых, когда вы основательно поработаете над изменением своих иррациональных представлений, вам может открыться, чтона самом деле происходило в вашем детстве и как вы сами участвовали в формировании и поддержании своих прошлых проблем. Вот как об этом пишет Эллис: «Можно на протяжении долгих лет думать, что отец пренебрегал вами, а затем понять, что в силу своей занятости он был вынужден так поступать, считая, что именно таким образом он выражает свою любовь» (Эллис, 2022a).
Лучше годы жизни
В-восьмых, практика настойчиво показывает, что чем глубже вы закапываетесь в прошлом в поисках причин всех своих проблем, тем хуже себя чувствуете, поскольку проблемы не решаются, «каша в голове» только усугубляется, а негативные эмоции, возникающие вследствие самообвинений и обвинений других людей, только усиливаются. Неспроста Эллис пишет: «Лучшие годы вашей жизни – когда вы решаете, что ваши проблемы принадлежат только вам. Вы не вините в них мать, экологию или президента. Вы осознаёте, что сами контролируете свою судьбу» (Эллис, Макларен, 2008). В-девятых, прежде чем погружаться в исследование и интерпретации бессознательного вместе с психоаналитиком, спросите себя: «Я уже стал настолько сознательным и понял всё, что происходит у меня в сознании, раз так хочу перейти „на новый уровень“ и понять, что творится в моём бессознательном?» Как подчёркивает Е. А. Ромек, «знание о том, почему человек когда-то начал вести себя и думать нелогично, не даёт ни представления о том, почему он продолжает это делать, ни тем более знания о том, что ему нужно предпринять, чтобы скорректировать своё мышление и поведение».
Новые способы мышления и поведения
Таким образом, целью когнитивно-поведенческой терапии и, в частности, рационально-эмоционально-поведенческой терапии является помощь человеку в выборе более эффективных способов мышления и поведения с целью улучшения качества жизни (вместо устаревших и уже не работающих «программ» мышления и поведения, которые человек выбирал прежде и которые он продолжает использовать, вместо того чтобы измениться). В этом отношении РЭПТ-терапевт обучает клиентов научному подходу к своему мышлению, о чём А. Эллис пишет следующим образом: «Он показывает им, что неверные заключения относительно объективной реальности или себя возникают из неверных предпосылок… Он обучает их принимать гипотезы как гипотезы, а не как факты… Он также показывает, как экспериментировать… со своими собственными желаниями и видами деятельности, чтобы обнаружить, что они по-настоящему хотели бы иметь в жизни» (Эллис, 2002). В следующей части этой книги подробно рассматривается каждый элемент модели психологического здоровья ABCDEFG, позволяющей преодолевать самые разные эмоциональные и поведенческие нарушения и решать различные жизненные трудности в настоящем.
ЧАСТЬ VI. МОДЕЛЬ
ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО ЗДОРОВЬЯ
ГЛАВА 20. ВВОДНЫЕ КОММЕНТАРИИ
«Формула антинесчастья»
Прежде чем подробно познакомиться с каждым элементом модели психологического здоровья ABCDEFG, необходимо кратко напомнить суть этой азбучной «формулы антинесчастья» А. Эллиса. Итак, автор РЭПТ, опираясь, в первую очередь, на работы различных философов, представил механизм формирования дисфункциональных реакций с помощью наглядной формулы А-В-С: активирующее событие (А) активирует иррациональное верование (В), которое приводит к эмоциональным, физиологическим и поведенческим следствиям (С). При этом Эллис замечал, что формула А-В-С (activating event – beliefs – consequences), объясняющая способ восприятия человеком реальности и проясняющая источник его эмоциональных и поведенческих нарушений, проста для понимания, как азбука, и доступна для освоения каждому человеку. Продолжение этой буквенной формулы отображает не менее понятные шаги для преодоления дисфункциональных реакций и улучшения качества жизни: D (disputations) – диспутирование (оспаривание) иррационального верования (создающего дисфункциональные эмоциональные, телесные и поведенческие реакции); E (effective beliefs) – рациональное утверждение (и – шире – новая эффективная философия), формулирующееся в результате оспаривания иррационального верования; F (functional feelings) – функциональные реакции (являющиеся следствием рационального утверждения); G (goals) – значимые для человека цели, ценности и желаемые результаты (достигающиеся на основе рационального утверждения и функциональных реакций) (рис. 36).
Рис. 36. Модель психологического здоровья
ГЛАВА 21. «А» – АКТИВИРУЮЩЕЕ СОБЫТИЕ
A: Activating event
Рис. 37. Активирующее (неблагоприятное) событие
Итак, на пути реализации человеком значимых для него целей (как ситуативных – внутри конкретного события, так и глобальных – в разных сферах жизни) и ценностей (главными из которых являются сохранение жизни и получение удовольствия) (G), встречаются препятствия в виде активирующих событий (А) – неблагоприятных и нежелательных факторов и обстоятельств, препятствующих осуществлению этих целей и ценностей и достижению желаемых результатов. В качестве активирующего события (с точки зрения РЭПТ) может выступать практически всё что угодно: внешние или внутренние,реальные или воображаемые события прошлого27, настоящего или будущего. Чаще всего активирующим событием (А) становится внешнее событие настоящего времени, однако им может являться и внутреннее событие настоящего (мысли, эмоции, физические ощущения), прошлого (воспоминания) или будущего (ожидания, предвосхищения).
Примерами активирующего события (А) могут быть любые неблагоприятные жизненные обстоятельства и условия, противоречащие целям, ценностям, желаниям, потребностям и интересам человека. К таковым могут относится, скажем, физическое заболевание, семейное несчастье, проблемы на работе, трудности в учёбе, финансовые сложности, бытовые вопросы, критика и неодобрение значимых людей, провалы и неудачи в делах и проектах, отвержение любимого человека, разлад в отношениях с другом, расставание с близким человеком, сексуальные проблемы и т. п. Однако стоит помнить о том, что активирующим событием может быть как объективно происходящее событие, так и его интерпретация, ожидание, воспоминание и т. д.
Обозначая активирующее событие, важно выявить критический момент ситуации (критическое А) – тот (максимально конкретный) аспект события, который ассоциируется с наибольшим эмоциональным стрессом, потому как именно этот аспект наиболее тесно связан с иррациональным верованием, которое далее предстоит диспутировать (оспаривать). Иными словами, критический аспект активирующего события представляет собой вывод, который человек делает по поводу ситуации, или значение для человека этой ситуации.
ГЛАВА 22. «В» – ИРРАЦИОНАЛЬНОЕ ВЕРОВАНИЕ
B: Beliefs
Рис. 38. Иррациональное верование
Под литерой «B» в РЭПТ обозначается система убеждений человека, являющаяся основным посредником между активирующим событием (А) и реакциями (С). Итак, когда в жизни человека происходит неблагоприятное событие (А), нарушающее его цели (G) и угрожающее его ценностям (G), он осознанно или неосознанно (чаще всего не очень осознанно) обращается к рациональным или иррациональным мыслям (В), которые создают, соответственно, здоровые или нездоровые эмоциональные и поведенческие реакции (С)28. А. Эллис и Р. Тафрейт иллюстрируют это следующим образом: «Как только вы оцениваете или интерпретируете происходящее с вами (А) – то есть создаёте собственные убеждения, – ваши убеждения (В) начинают провоцировать у вас чувства29 и поведение, которые сопровождают эти активизирующие события» (Эллис, Тафрейт, 2021).
Понимаемая предельно широко, система убеждений (В) включает в себя (рациональные и иррациональные) мысли, представления, ожидания, оценки, отношения, значения, суждения, мнения, убеждения, установки, идеи, смыслы и взгляды человека по поводу активирующего события (А), приводящие к здоровым или проблемным эмоциональным (физиологическим) и поведенческим следствиям (С). А. Эллис и А. Ландж пишут: «Чтобы описать состояние, подразумеваемое под В, существует множество слов: мы реагируем, выбираем, воспринимаем, решаем, анализируем, выносим своё суждение, взвешиваем обстоятельства, оцениваем их, предполагаем – всё это можно объединить под одним понятием: думаем» (Эллис, Ландж, 2021).
Уже упоминавшийся ранее основатель терапии реальностью У. Глассер подчёркивает, что в реальности практически не встречается «стрессовых» ситуаций, поскольку люди сами выбирают свои стрессовые эмоции. В этой связи то, что в поведенческой терапии обычно именуется стимулом (S→R), представители терапии реальностью определяют лишь как информацию, которая не оказывает прямого влияния на эмоции человека (S→O→R). Говоря иначе, активирующие события провоцируют эмоциональную реакцию человека, но не порождают её непосредственно (А→В→С). При этом человек может осознавать или не осознавать свои мысли (В), а также выражать их как словесно, так и в виде образов, картинок, «видеоклипов», воспоминаний, фантазий и символов. Однако РЭПТ учит формулировать подобного рода образы и представления вербально.
Итак, рациональные или иррациональные мысли (В) по поводу активирующего события (А) способствуют возникновению здоровых или нездоровых эмоциональных, физиологических и поведенческих реакций (С). Если рациональные утверждения порождают здоровые негативные эмоции, нормальную физиологическую реакцию и адаптивное поведение, то иррациональные верования приводят к нездоровым негативным эмоциям, стрессовой физиологии и проблемному поведению. Как уже замечалось ранее, иррациональное верование (В)непременно содержит в себе долженствование, а также одну или несколько его производных (сателлитов) – катастрофизацию («ужасность» невыполнения требования), низкую переносимость фрустрации («невыносимость» невыполнения требования) и/или глобальную оценку (обесценивание) (себя, других и/или мира) (негативную оценку себя, других и/или мира в случае невыполнения требования), что и обуславливает нездоровые эмоциональные, физиологические и поведенческие реакции (С). По сути, иррациональное верование (В) представляет собой описание критического момента ситуации (критического А), обрамлённое долженствованием. Так, если «А» – «Она не пригласила меня на ужин», то «В» – «Она должна была пригласить меня на ужин»). Если требование не удовлетворяется, человек, как правило, делает катастрофические, фрустрационные и/или оценочные заключения: «То, что она не пригласила меня на ужин, – ужасно!»,«Я не вынесу того, что она не пригласила меня на ужин!», «Раз она не пригласила меня на ужин, значит я непривлекательный(она высокомерная, а мир несправедлив)!»
Теперь важно внести терминологическую ясность: долженствование, катастрофизация, низкая переносимость фрустрации, глобальная оценка (обесценивание) – это установки, или убеждения (в когнитивной терапии А. Бека они также именуются когнитивными искажениями). Говоря иначе, понятия «установка», «убеждение» и «когнитивное искажение» являются относительными синонимами. Вытекающие из этих дисфункциональных установок (или иррациональных убеждений) конкретные мысли, проявляющиеся в различных активирующих событиях и вызывающие нездоровые эмоциональные и поведенческие реакции, называются «иррациональные верования». Таким образом, квартет вышепредставленных установок можно назвать своего рода матрицами восприятия, или парадигмами мышления, из которых произрастают конкретные иррациональные верования. Например, долженствование – это дисфункциональная установка, или, что то же самое, иррациональное убеждение (когнитивное искажение), а конкретная мысль, проявившаяся в конкретной ситуации и отражающая эту установку (убеждение) – это иррациональное верование: «Я не должен был ругаться на свою сестру!»
Соответственно, пожелание, фактичность (когнитивный континуум и перспективность), высокая переносимость фрустрации, конкретная оценка (и безусловное принятие) – это тоже установки, или убеждения, но уже функциональные (рациональные). Вытекающие из этих функциональных установок (рациональных убеждений) конкретные мысли, проявляющиеся в различных активирующих событиях и вызывающие здоровые эмоциональные и поведенческие реакции, называются «рациональные утверждения». Так, пожелание – это функциональная установка, или, что то же самое, рациональное убеждение, а конкретная мысль, проявившаяся в конкретной ситуации и отражающая эту установку (убеждение), именуется рациональным утверждением: «Мне бы хотелось не срываться на свою сестру, но это не означает, что так должно быть всегда». (В приводимых в книге цитатах эти термины могут смешиваться, поэтому очень важно, чтобы понятия соответствовали тому, что они означают).
ГЛАВА 23. «С» – СЛЕДСТВИЯ
С: Сonsequences
Рис. 39. Следствия (эмоциональные, физиологические и поведенческие)
Под следствиями (С) в РЭПТ понимается эмоциональная и поведенческая реакции (или совокупность обеих реакций), обуславливающиеся системой убеждений (В) в отношении активирующего события (А) и помогающие или мешающие человеку достигать значимых для него целей и ценностей (G). Людей расстраивают (С) не сами по себе события (А), а отношение (В) к ним, в связи с чем только сами люди являются творцами своих страданий (С), которые возникают не из-за неблагоприятных обстоятельств (А), а в силу иррациональных верований (В). Однако, как пишут А. Эллис и К. Макларен, «поскольку „С“ нередко наступает непосредственно вслед за „А“, они не видят, что „В“ (убеждения) также немало содействуют „С“» (Эллис, Макларен, 2008). Конечно, активирующие события (А) оказывают некоторое влияние на эмоциональные и поведенческие реакции человека (С) (особенно в объективно стрессовых ситуациях, таких как физическое насилие, стихийные бедствия и пр.), однако эти события не создают эмоциональные и поведенческие следствия непосредственно.
Таким образом, А не является источником и причиной С. Как подчёркивают А. Эллис и Р. Харпер, «причиной эмоциональных расстройств (С – последствий) является А, помноженное на В» (Эллис, Харпер, 2021b). Следует отметить, что С является следствием именно произведения, а не простого сложения А и В, поскольку при наступлении неблагоприятного события (А) люди не просто «добавляют» к нему своё отношение (В), а «перемножают» А и В, в результате чего получают реакции (С), которые зачастую несоразмерны, непропорциональны и неадекватны событию (А). Подчёркивая взаимовлияние А,В и С, А. Эллис и У. Драйден замечают: «Люди практически никогда не испытывают „А“ без „В“ и „С“, но они так же редко испытывают „В“ и „С“ в отсутствие „А“», поскольку «„А“, „В“ и „С“ тесно связаны, и ни один из этих элементов не может существовать без других» (Эллис, Драйден, 2002).
Если здоровые эмоциональные и поведенческие следствия (С=F) являются результатом взаимодействия активирующего события (А) и рациональных утверждений (В=Е) в отношении этого нежелательного события (А), то нездоровые эмоциональные и поведенческие следствия (С) вытекают из взаимодействия активирующего события (А) и иррациональных верований (В) по поводу этой триггерной ситуации (А). Необходимо напомнить, что здоровыми (уместными, оправданными) эмоциональными реакциями (С=F) являются такие эмоции, как волнение, раздражение, досада, грусть, раскаяние, сожаление, функциональная ревность и функциональная зависть, а к нездоровым (избыточным, невротическим) эмоциональным следствиям (С) относятся, соответственно, тревога, гнев, обида, подавленность, вина, стыд, дисфункциональная ревность и дисфункциональная зависть.
В свою очередь, к здоровым (адаптивным, конструктивным) поведенческим реакциям (С=F) можно отнести, например, решение проблем, активный образ жизни, открытое высказывание эмоций и желаний, разумное стремление к удовольствиям, уверенное поведение, поддержку себя и других и т.д., в то время как нездоровыми (неадаптивными, проблемными) моделями поведения являются такие, как гиперконтроль, перфекционизм, конформность, агрессия, зависимость от алкоголя, компульсивное переедание, прокрастинация, пассивность, поиск заверений, избегание общения, сложных задач и т. п. Как пишет А. Эллис, «если вы чувствуете себя несчастным или действуете нелепо (пункт С…), то ваша цель в пункте А блокируется» (Эллис, 2021). Однако часто человек самостоятельно создаёт эмоциональные и поведенческие барьеры (С) на пути реализации своих целей и ценностей (G), придерживаясь иррациональных верований (В) в отношении нежелательных активирующих событий (А). Таким образом, нездоровые эмоции и поведение именуются нездоровыми хотя бы потому, что они препятствуют реализации значимых для человека целей и ценностей.
ГЛАВА 24. «D» – ДИСПУТИРОВАНИЕ ВЕРОВАНИЯ
D: Disputations
Рис. 40. Диспутирование (оспаривание) иррационального верования
Этап диспутирования иррациональных верований (D), ведущих к нездоровым негативным эмоциям и проблемному поведению (С), представляет собой процесс активного, настойчивого и систематического оспаривания (постановки под сомнение) иррациональных верований когнитивными и поведенческими способами (а также с помощью эмоциональных техник)30. Диспутирование (D) имеет своей целью ослабление веры в иррациональное верование (В) и даже его разрушение для последующего формирования и укрепления рационального утверждения (и новой эффективной философии) (Е) на фоне достигнутого когнитивного сдвига во взгляде на исходное активирующее событие (А). Когнитивное диспутирование может проводиться за счёт использования эмпирических (реалистических), логических и прагматических вопросов, формулируемых и задаваемых в разных стилях (дидактическом, сократовском, метафорическом и юмористическом)31.
Диспутирование (D) конкретного иррационального верования (В), проявившегося в рамках конкретного активирующего события (А), продолжается до тех пор, пока не произойдёт преобразование дисфункциональной установки долженствования в функциональную установку пожелания (равно как и изменения производных установок – катастрофизации (в фактичность, когнитивный континуум и/или перспективность), низкой переносимости фрустрации (в высокую переносимость фрустрации), глобальной оценки (обесценивания) (в конкретную оценку и безусловное принятие). Таким образом, диспутирование (D) можно представить как самую настоящую научную дискуссию с неразумными представлениями (В) с целью выработки актуальных для конкретной ситуации (А) рациональных утверждений (Е) и формирования новой эффективной философии (Е), которую можно распространить и на другие неблагоприятные и нежелательные события (А), что приведёт к сокращению нездоровых эмоций и действий (С) и их замене на более функциональные реакции (F)32.
ГЛАВА 25. «E» – РАЦИОНАЛЬНОЕ УТВЕРЖДЕНИЕ
E: Effective beliefs (effective new philosophy)
Рис. 41. Рациональное утверждение (новая эффективная философия)
После успешного оспаривания иррационального верования (D) принципиально важно сформулировать альтернативное рациональное утверждение и даже новую эффективную философию (Е) по отношению к активирующему событию (А), приводящую к более здоровым эмоциональным/поведенческим реакциям (F) и в большей степени способствующую достижению значимых целей, реализации ценностей и решению актуальных проблем (G). Эффективное рациональное утверждение (как эффект диспута) (E) является реалистичной, логичной и полезной альтернативой иррационального верования (B) и содержит в себе пожелание и одно или несколько его производных (функциональных и рациональных установок-сателлитов). Важность формулировки рационального утверждения (Е) объясняется тем, что оспаривание иррационального верования (D) не ведёт автоматически к появлению новых мыслей (E).
Людям свойственно придерживаться до боли знакомых иррациональных верований (даже если боль от этих идей очень сильная и люди понимают, что эти идеи ошибочны) до тех пор, пока они не обнаружат достойную альтернативную идею, которая бы успешно заменяла их старые искажённые (но очень привычные!) представления. Говоря иначе, даже наличие неоспоримых и «железобетонных» аргументов против иррационального верования отнюдь не мешает человеку продолжать верить в него, если он не смог сформулировать новое рациональное утверждение. Таким образом, нездоровые эмоциональные и поведенческие реакции (С) порождаются не только иррациональным верованием (В) но и отсутствием альтернативного рационального утверждения (Е). Как замечают А. Джоши и К. Пхадке, «согласно модели эмоциональных расстройств, где А х В = С, если клиент принимает рациональную философию жизни, он получит устойчивую эмоциональную и поведенческую пользу» (Джоши, Пхадке, 2021). Это можно выразить в следующей формуле: А х (D+E) = F.
ГЛАВА 26. «F» – ФУНКЦИОНАЛЬНЫЕ РЕАКЦИИ
F: Functional feelings
Рис. 42. Функциональные эмоции (и физиология) и адаптивное поведение
Литера «F» означает здоровые негативные эмоции (нормальные физические реакции) и адаптивное поведение, являющиеся следствием рациональных утверждений (Е), последние из которых за счёт их последовательного практического закрепления со временем могут превратиться в самую настоящую новую эффективную философию (E), в соответствии с которой человек может выстраивать свою жизнь, чтобы получать больше желаемого и меньше нежелательного (G). Помимо этого, уровень «F» также можно обозначить как эмоциональную и поведенческую цель (желаемые здоровые эмоции и адаптивное поведение), к которым важно прийти вследствие диспутирования иррациональных верований (D) и формирования новой эффективной философии (E) в отношении конкретных неблагоприятных обстоятельств (А).
ГЛАВА 27. «G» – ЦЕЛИ, ЦЕННОСТИ И РЕЗУЛЬТАТЫ
G: Goals
Рис. 43. Ситуативные и глобальные цели (и ценности) и желаемые результаты
Наконец, литера «G» в РЭПТ означает стремление человека к достижению значимых целей (как внутри конкретного события, так и в жизни в целом) и реализации ценностей (главными из которых являются сохранение жизни и получение удовольствия, ведь все люди хотят жить и быть счастливыми) (G). Это становится более вероятным и менее проблематичным (даже при наличии препятствий в виде неблагоприятных активирующих событий (А)) на основе здоровых эмоций и адаптивных действий (F), являющихся следствием рациональных утверждений и новой эффективной философии (Е).
Как уже замечалось, основными ценностями человеческой жизни РЭПТ утверждает сохранение и поддержание жизни и получение удовольствий. При этом, как отмечают А. Эллис и Р. Харпер, человек стремится быть «удовлетворённым (1) самим собой, (2) своими отношениями с другими, (3) своей продуктивностью и достижениями, (4) своей оригинальностью и креативностью, (5) своей физической, эмоциональной и ментальной деятельностью» (Эллис, Харпер, 2021b). Среди важных ценностей, желаний и устремлений человека, сформированных под влиянием значимых Других, семейных ценностей, культурных традиций, социальных контактов и личностных особенностей, следует особенно выделить получение одобрения от значимых людей, стремление к успехам и достижениям, а также желание романтических отношений. Однако под влиянием иррациональных убеждений и, в частности, долженствований данные цели, ценности и желания возводятся в ранг «необходимости», что заставляет человека зависеть от одобрения, достижений и любви и испытывать избыточные отрицательные эмоции и вести себя контрпродуктивно33.
Так или иначе, в состоянии эмоционального стресса способность человека достигать желаемого и решать актуальные проблемы может существенно ухудшаться, в связи с чем реализация значимых целей чаще всего целесообразна после улучшения эмоционального состояния (за исключением ситуаций, угрожающих здоровью и жизни человека или его близких, где может требоваться прямое воздействие на внешние обстоятельства (А) с целью изменения этих неблагоприятных условий жизни). Неспроста А. Эллис настаивает на первичном решении эмоциональных проблем (перед решением практических вопросов), поскольку избыточные негативные эмоции чаще всего мешает принятию обдуманных решений и отнимают силы и время, необходимые для решения практических трудностей: «Вы можете так переживать из-за того, что у вас возникла практическая проблема, что окажетесь просто неспособным собраться с мыслями, чтобы решить эту проблему» (Эллис, 2021). Равным образом У. Драйден и М. Нинан отмечают, что когда человек испытывает сильные негативные эмоции в связи с какими-то неблагоприятными условиями, стремление изменить эти обстоятельства «или освоить новые навыки, чтобы вызвать изменения без предварительного преодоления своего эмоционального расстройства, подобны попытке идти в гору с ядром, прикованным к ноге, – эмоциональное расстройство продолжает тянуть назад»34 (Драйден, Нинан, 2023).
ГЛАВА 28. ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ КОММЕНТАРИИ
Последовательное решение проблем
Диспутирование иррационального верования (D), завершающееся формулировкой нового рационального утверждения (новой эффективной философии) (Е) по отношению к активирующему событию (А) может означать окончание работы над одной проблемой и начало работы над другой. Проработка новой проблемы с помощью рационально-эмоционально-поведенческой терапии осуществляется по той же ABCDEFG-модели психологического здоровья (рис. 44). Очень важно последовательно прорабатывать имеющиеся проблемы и не пытаться решить все проблемы за один раз. Последний подход лишь усилит дистресс35, а первый позволит постепенно выбраться из самого запутанного клубка проблем. Не менее важно периодически проверять уже проработанные по этой модели проблемы и оценивать различные эмоции (которые могут относиться к одной и той же ситуации).
Рис. 44. Модель психологического здоровья
Механизм возникновения и решения проблем
Итак, если механизм возникновения и поддержания эмоциональных и поведенческих проблем иллюстрирует формула A x B = C, то преодоление этих нездоровых реакций можно схематично представить в виде формулы A x (D + E) = F (рис. 45).
Рис. 45. Механизм возникновения и решения проблем
Таким образом, можно выделить пять основных этапов улучшения эмоциональных и поведенческих реакций (и, как следствие, улучшения качества жизни в целом):
1. Выявление внутреннего диалога в контексте активирующего события.
2. Идентификация иррационального верования в контексте внутреннего диалога.
3. Диспутирование (оспаривание) иррационального верования.
4. Формулировка альтернативного рационального утверждения (новой эффективной философии).
5. Тренировка, закрепление и развитие новой эффективной философии на практике.
ЧАСТЬ VII. ВИДЫ И СТИЛИ
ДИСПУТА
ГЛАВА 29. ВИДЫ ДИСПУТА
Основные виды диспута
Когнитивно-поведенческие (равно как и рационально-эмоционально-поведенческие) терапевты в процессе оспаривания иррациональных верований клиента используют три вида когнитивного диспута (реалистический, логический и прагматический), а также эмоциональный и поведенческий диспуты36:
– реалистический (эмпирический) – диспут, основанный на проверке соответствия мыслей фактам и опыту и направленный на поиск доказательств;
– логический – диспут, основанный на проверке соответствия мыслей законам логики и здравому смыслу;
– прагматический (функциональный) – диспут, основанный на проверке соответствия мыслей целям и ценностям и направленный на исследование их пользы и выгоды;
– эмоциональный – диспут с привлечением эмоций, образов, воображения, юмора, парадоксов, ролевых игр, аудиоматериалов и т.д.;
– поведенческий – диспут, направленный на проверку мыслей и верований за счёт применения поведенческих техник (поведенческий эксперимент37, градуированная экспозиция38, систематическая десенсибилизация39, неградуированная экспозиция40, парадоксальная интенция41, принцип «действуй как будто»42, принцип «оставайся там, где дискомфорт»43, атака стыда44, отработка навыков45 и т.д.).
Основные вопросы реалистического диспута
Примерами вопросов реалистического (эмпирического) диспута могут служить следующие:
– «Соответствует ли эта мысль реальности?»
– «Основана ли эта мысль на фактах и опыте?»
– «Насколько правдиво это представление?»
– «Насколько реалистично это верование?»
– «Где доказательства, что…?»
– «Где написано, что…?», «Кто сказал, что…?»
– «Есть ли основания полагать, что…?»
– «Откуда вы знаете, что…?»
– «Известны ли вам какие-то факты…?»
– «О чём свидетельствует ваш опыт?»
– «О чём говорит опыт других людей?»
– «Когда в последний раз…?»
Основные вопросы логического диспута
К вариантам логического диспута могут относиться следующие вопросительные конструкции:
– «Логично ли рассуждать, что…?»
– «Обоснована ли такая логика?»
– «Почему нелогично говорить о том, что…?»
– «Как из того, что…, следует, что…?»
– «Как логически связано, что…?»
– «Можно ли доказать истинность этой мысли?»
– «Что вы имеете в виду, говоря о…?»
– «На самом ли деле существует такая связь?»
– «Насколько это верование имеет смысл?»
– «Согласуется ли эта мысль с…?»
– «Применили ли бы вы такую логику к…?»
– «Не противоречит ли эта мысль сама себе?»
Основные вопросы прагматического диспута
Прагматический (функциональный) диспут раскрывается в следующих вопросах:
– «Как вам помогает эта мысль?»
– «Что вам даёт это верование?»
– «Какую выгоду приносит это представление?»
– «Является ли это верование гибким?»
– «К каким последствиям приводит эта мысль?»
– «Помогает ли эта мысль в достижении вашей цели?»
– «Способствует ли эта мысль решению проблемы?»
– «Когда вы так думаете, как вы себя чувствуете?»
– «Когда вы так думаете, как вы себя ведёте?»
– «Сколько вам стоила ваша убеждённость в…?»
– «Какой смысл держаться за это верование?»
– «Какая мысль поможет вам достичь желаемого?»
Альтернативное обоснование
Помимо реалистического (эмпирического), логического и прагматического (функционального) видов диспута также существует альтернативное обоснование, суть которого состоит в выработке гибкой рациональной альтернативы для конкретной дисфункциональной мысли или иррационального верования. Примерами вопросов альтернативного обоснования могут служить следующие46:
– «Что бы вы могли возразить этой мысли?»
– «Какую альтернативную трактовку можно найти для этой ситуации?»
– «Что бы вы посоветовали другу (родному, близкому) с такой же проблемой и мыслями?»
– «Что вы можете сказать себе, вместо того чтобы думать, что это ужасно и невыносимо?»
– «Какими могут быть ваши мысли, чтобы вы чувствовали себя менее расстроенным в этой ситуации и могли справиться с ней более эффективно?»
Самораскрытие терапевта*
Пятым вариантом когнитивного диспута можно условно назвать самораскрытие терапевта, речь о котором пойдёт несколько позже47.
Эвристический диспут*
Некоторые специалисты в области когнитивно-поведенческой терапии также выделяют эвристический вид диспута, направленный на создание у клиента когнитивного диссонанса48. С помощью эвристического диспута терапевт помогает клиенту увидеть, что последний уже придерживается рациональных представлений в различных сферах своей жизни, но упорно продолжает следовать иррациональным верованиям в какой-то другой. Осознание этого несоответствия может побудить клиента начать использовать более рациональные подходы также и в проблемной сфере жизни, в которой он до этого придерживался иррациональных взглядов. Примерами вопросов эвристического вида диспута могут быть следующие:
– «Ежедневно многие люди думают, что не могут чего-то вынести, но всё равно выносят это. Как это можно объяснить?»
– «Если бы вам заплатили десять миллионов рублей за то, чтобы вы прошли через этот дискомфорт, вы бы смогли его вынести?»
– «Кажется, ваша рубашка неидеально выглажена, поскольку на ней есть вот эта складка. Из этого следует, что вы ничтожество, я правильно понимаю?»