Страница 3 из 4
– Не считай себя самой умной. Я дам Мише то, что ему нужно, и он будет счастлив.
– Ты? – заливисто смеюсь. – Девушка, которой суют деньги в трусы? Мой Михаил никогда бы не стал предлагать создать семью танцовщице из низкопробной местной забегаловки. Я понимаю, что ты для него лишь развлечение, эротический клоун, который удовлетворяет прихоти, но предложение о детях? Оксана, здесь ты явно переборщила с фантазией. Я слишком хорошо знаю своего супруга, чтобы даже на миг поверить в подобную чушь.
– Действительно? Ты утверждаешь, что в курсе обо всех бурлящих в нем переживаниях? Или просто наблюдаешь его жизнь с вершины, между командировками, усталостью и минутами, которые удается выкроить для собственного мужа? – пытается задеть.
– Я осведомлена обо всем, что мне необходимо, – отвечаю спокойно. Только я знаю, чего мне стоит держать себя в руках и ни единым мускулом не показать боли, которая скопилась, в районе солнечного сплетения. – Надеюсь, что ты удовлетворена своей попыткой меня шокировать, а сейчас давай, покинь наш дом. После тяжелого рабочего дня мне хочется расслабиться.
– Не могу понять, что это? Тотальное равнодушие к Мише, или же искусно созданная маска неуязвимости? – пытается разобраться.
– Мне надоел это разговор. Ничего интересного я не услышу, будь добра, – указываю на входную дверь. – Как раз по пути в клуб, где предстоит швырять трусики на усладу потным мужикам, будет время обдумать, что да как.
Оксана стоит на месте, словно вкопанная, и буравит меня таким взглядом, как будто желает испепелить. Мне никогда не приходилось встречаться с врагом на своей территории, и уж тем более, когда врагом является девушка, которая утверждает, что спит с моим мужем.
За окнами, на заднем дворе, доносится скрип тормозов и заглушенного двигателя. Я узнаю этот звук – это Михаил, вернувшийся домой.
Бросаю взгляд на Оксану, которая все еще стоит на месте, и вижу, как ее уверенность в себе начинает ослабевать. Она, а не я, должна бояться приближающихся шагов Миши. Я – дома. Это моя территория.
Муж заходит с огромным букетом цветов. Его глаза выражают удивление, когда он замечает Оксану, но тут же переключаются на меня, чтобы вникнуть в происходящее.
– Михаил, – говорю, пытаясь звучать спокойно и уверенно. – Твоя подруга пришла навестить нас…
– Привет, Миш, – произносит Оксана с насмешливым прищуром. – А мы тут с твоей женой немного пообщались, – принимает позу идиотки, пытаясь произвести впечатление сексуальной дивы.
Твою мать! Что она делает у меня в доме? Откуда узнала адрес и что все это значит? Похоже, у стрипухи Окс действительно подтекают мозги. Не следовало игнорировать ее разговоры о любви и принимать их за шутку.
Прет напролом нахалка.
– Молодец, тебе пора, – указываю на дверь.
– Думаешь? А может, мы решим все прямо здесь и сейчас? Расскажи своей жене, как ты проводишь время в клубе, думаю, ей будет интересно, – заявляет с сарказмом.
– У тебя явные проблемы с головой, давай, – подталкиваю к выходу. – До свидания.
– Я никуда не пойду! Надоело быть на вторых ролях, – артачится.
– Боже, Оксана, о какой, блядь, роли ты говоришь? Ты никто и звать никак, выметайся, или обязательно нужно доводить до насилия? Не сомневайся, вытолкаю и глазом не моргну, – смотрю на нее с яростью.
Окс фыркает, а затем переводит взгляд на жену и произносит:
– Не вздумай даже верить в его оправдания, все ложь!
– Так, меня это утомило, – отбрасываю на пуф букет, который купил жене, и резко хватаю Оксану за локоть, оттягивая ее к двери. – Неадекватная, блядь! Ты чем вообще думала? – шиплю.
– О нас, Миша, думала о нас. Сам ты никогда не решишься на разговор, ускорила процесс.
– Отлично, – закрываю перед ее носом дверь, как только девушка оказывается на улице. – Ты собралась? – обращаюсь к Кристине, замечая, как ее плечи дрожат.
Черт, даже сердце сжимается от того, что я вижу жену в таком состоянии. Она хорохорится, но мне то известно – внутри все разрывается от боли.
– Куда? – глухо произносит.
– В Париж, забыла? Годовщина, празднование, скоро вылет, нужно поторопиться на регистрацию.
– Миша, что ты несешь? Какой Париж? Считаешь, я притворюсь дурой и сделаю вид, что ничего не произошло? Ослепла и не заметила твою любовницу? – отвечает с негодованием.
– Ну я же ослеп и якобы не видел, что ты творишь за моей спиной, предлагаю использовать опыт и смело его применить, – раздражённо выдаю, игнорируя обвинения.
– О чем ты? Не переворачивай все с ног на голову. Это не мой любовник явился в наш дом и рассказывает, как мы весело занимаемся сексом по приватам. Лучшая защита – нападение? – повышает тон.
– Оксана – всего лишь моя клиентка, я уже говорил об этом, – стараюсь сохранить спокойствие.
– Только забыл упомянуть, что ты с ней спишь, не так ли? – вижу, как Кристина с трудом сдерживает гнев, чтобы не начать скандал.
Сука. Меня распирает от злости и непонимания, какого хрена Окс притащилась к моей жене. Я ничего ей не обещал, не клялся в любви. Каждым своим действием и словом ясно давал понять, что она исключительно для траха, и вот – приплыли! Права качать решила. Порой кажется, что у некоторых недалеких баб в голове не мозги, а только опилки. Что-то там себе придумывают и искренне в это верят.
Глубоко вздыхаю, пробуя ослабить бушующие эмоции, и осознаю, что сейчас самое время унять просыпающуюся внутри панику и попытаться исправить ситуацию.
Не сдалась мне Оксана ни под каким соусом, что за хрень?
– Это правда? – Кристина смотрит на меня ледяными глазами, но я вижу в них вспышку ярости.
– Я не знаю, о чем она тебе поведала, как я могу ответить на этот вопрос?– чувствую накатывающую агрессию. Лицо опаляет огнем, ощущаю, как краснею. Бесит, что меня вот так, как недалекого пацаненка, слила какая-то шмара.
– Говори! Ты с ней спишь? – требовательно напирает.
Молчу, в попытке подобрать правильные слова, но, как назло, мой сообразительный ум и язык, умеющий найти на все оправдание и заболтать, словно присыхает к небу.
– Я хочу знать! – срывается на крик. – У вас действительно был секс?
– Кристина, успокойся, – подхожу, чтобы обнять.
– Не смей приближаться, – нервно отступает назад и спотыкается, – не подходи! – продолжает хрипло. – Отвечай, Миша! Не делай из меня идиотку. Оксана твоя любовница?
– У меня нет любовницы, но мы были с ней близки, да, – выдаю практически беззвучно.
– Как ты посмел? Как ты смог? – ее глаза как будто шальные. А как же мы?– впивается в меня отчаянным взглядом. Ощущение, словно невидимая рука отвешивает пощечину.
– Больно, да? – произношу, сжимая зубы. –Понимаю, кому, как не мне, знать, каково это, когда тебя предает любимый человек. Только я, Кристиночка, пережил это, справился, и ни единым словом и жестом ни разу не упрекнул. Снова научился доверять. Не дал тебе усомниться в своей любви, схавал и не подавился. Что же, теперь твой ход, давай, иди собирайся, нам пора, – перевожу взгляд на часы.
– Что ты говоришь? Я ни разу не изменяла тебе, всегда была верна с самого начала и до последней минуты. Я никогда не лгала, жила с открытым сердцем и честными мыслями. Как ты смеешь утверждать, что понимаешь, каково мне сейчас? Как? – ощущение, сейчас заплачет.
– Так это ты с открытой душой и сердцем сделала аборт? Интересно. Наверное, по святой чистоте и наивности побежала избавляться от ребенка, которого нагуляла. А я, влюбленный идиот, все гадал, отчего же любимой жене не до моих внутренних переживаний, почему, черт возьми, единственный раз в жизни, когда я споткнулся, блядь, она не нашла ни единого слова, чтобы поддержать и выслушать. Кристиночка то, Кристиночка это, все для тебя, женушка! Но когда помощь понадобилась мне, и я за ней обратился, услышал, что свои проблемы решать должен сам! Поправь, если ошибаюсь, – меня колотит. – Любовничек все время отнимал?
– Миша, – ее лицо становится бледным. – Ты во всем ошибаешься, – голос звучит еле слышно.
– А где я соврал? Аборта не было?
– Миша…
– Что, Миша? Давай же, теперь скажи ты! Будь честна, как призывала к этому пять минут назад. Или правда должна быть только с моей стороны?
– Ты все не так понял, – Крис словно оглушенная.
– Аборт был? – хочу услышать прямой ответ жены, понимая, что сдерживать агрессию еле выходит.
– Был, – кивает, опустив глаза в пол.
– Сука! – нервно бью ногой по консоли, с которой с грохотом падает наша свадебная фотография в рамке и разбивается. – Так это ты об этом мне тут рассказывала, напевая о кристальной чистоте помыслов? Миленько. Собирайся, самолет ждать не станет. На месте все обсудим. Поговорить действительно есть о чем.
– Я не полечу, – на ватных ногах она подходит к креслу и садится в него. – Я никуда не полечу…
– Да и хер с тобой, значит полечу я! – отвечаю взвинчено.
Нервно хлопнув дверью, выхожу из дома.
Блядь! Ну какого хрена Оксана притащилась? Идиотка безмозглая.
Знать бы еще, что наговорила Кристине, стрипухе палец в рот не клади – дай присочинить небылиц и помечтать о несбыточном.
Овца! Испортила долгожданную поездку. Из-за постоянной суеты на работе редко удается провести время наедине с женой, и я так надеялся на эти дни в Париже, чтобы сблизиться, обсудить наши отношения и, возможно, предложить обратиться к психологу.
Мысль шальная, но я реально подумывал о том, чтобы перед тем, как завести детей, разобраться в наших внутренних проблемах.
Любовь между нами есть, и в этом нет сомнений, но вот близость куда-то исчезла. После того, как я узнал о ее прерванной беременности, меня как будто замкнуло – внутри барьер, который не могу перешагнуть. Сколько раз порывался обсудить наши с женой косяки и предложить начать все с чистого листа, но…
Черт возьми, люди всегда склонны откладывать все на потом, а потом, как известно, может никогда не наступить.
История с абортом, казалось, в прошлом, и я запрятал все это дерьмо глубоко внутри себя, но наглые уверения Кристины «я честная до мозга костей» – триггернули. Честная она, блядь! Пресвятая Дева Мария явилась на Землю.
Ну и я такой же честный, ни больше – ни меньше.
Ничего.
Жена простит. Поплачет, подумает, и простит. Крис любит меня, а я люблю ее, и наши отношения не могут закончиться из-за откровений невнятной шлюхи. Оксана всего лишь баба на раз, незначительная мелочь, которая не в силах разрушить мой брак, – уговариваю себя.
Сажусь за руль, включаю музыку погромче и вслух произношу:
– Кристина все поймет. Разумная девочка. Посидит в одиночестве, вспомнит лучшее, что нас с ней связывало и связывает, и одумается. Крис не может подать на развод, потому что я без нее ноль, и она без меня ноль, только вместе мы сила и просто обязаны перешагнуть дерьмо, которое навалилось.
В висках пульсирует, а в легких категорически не хватает воздуха. Я взвинчен до предела, настолько заведен, что еле сдерживаюсь, чтобы не разбить вокруг все к хуям.
Я отгоняю мысли о нашем разговоре, но они все равно вертятся в голове:
Аборт был.
Был аборт.
Да, Миша, я сделала аборт.
Сука! – с силой ударяю кулаком по бардачку, и он издает хлипкий звук ломающегося пластика.
Я знал, но как же мне хотелось услышать что-то другое. Обломаться, узнав, что все херня и беременности не было. Нет. Была, и Крис ни слова о ней не сказала.
Интересно, это действительно Костик?
Козлина, который увивался за женой, наверное, полжизни. Строчил смс, пытался втюхать свои веники и неизменно звал замуж. Припадал пентюх на колено раз пять на моей памяти, но Кристина была категорична. Общение в то же время, не прекращала, уверяя, что они просто друзья.
Скажите, на кой хрен иметь друга, у которого дымит шашка так, что за километр можно рассмотреть его стояк? Нет. Это было не дружбой, и когда все завершилось тем, чем завершилось, он явно ушел в туман, а Крис, выбрав меня и семью, сделала аборт.
От собственных мыслей прихожу в ахер.
Накручивать себя я мастер, есть такое, но справился же. Закрыл глаза. Переварил, покопался внутри. Может быть, и я не додал чего-то жене, недолюбил; женщины просто так не ходят налево, – снова ищу Кристине оправдание.
Выбрала ведь меня. Осталась. Исключила Костяна из жизни. Значит я любим, нужен и важен, – возвращаюсь к самоуговорам.
Кристина любит меня. А я ее. Мы никто без друг друга, и это очевидно. Нас не держат бабки, привычка, нас соединяет чувство! И все не может закончиться вот так бесславно после визита стрипухи. Нет!
Между ребер сдавливает, чувствую боль, которая блуждает по всему телу и касается души.
Почему я такой идиот?
И вроде мозги есть, но Оксана…
Зачем я с ней связался? Видел же какая назойливая. И ведь не нужна мне девка, а все туда же. Искать спасение в дырке, пусть и отменного качества, было глобальной ошибкой. Но… что сделано, то сделано.
Нам с Крис необходимо остыть. Все обдумать. Закрутить колесо отношений с новой силой и в другом направлении.
Я готов обсуждать ее косяки: измену, аборт. Готов и свои. Измена на измену – равно обнуление. Какого черта Крис идет в отказ? Почему это просто не проговорить?
Женщина. Нужно остыть, переварить.
Не вижу проблемы простить человека за поход налево, если гулять начала сама! Первая, бессовестно и нагло. К чему такая драма, когда в свое время спокойно ложилась под мужика, не думая о предохранении?
Мысли о Кристина злят и бесят, но не могу не думать о том, каково ей сейчас. Знаю, как это больно. Хоть бы только не плакала. Блядь, ненавижу ее слезы, видеть ее боль и страдания.
Вспоминаю встречу с Костяном на одной из выставок чуть больше года назад. Мудак занимается недвижимостью, как и я, и точно так же успешно строит карьеру.
Его борзое:
– Твоя Кристинка горячая штучка, – до сих пор стоит в ушах.
Не знаю, как я не разбил ему харю, но клиентов, на которых возлагал большие надежды – увел.
С моим характером до сих пор диву даюсь, что это существо еще бродит по планете и дышит, и чего мне стоило закрыть для себя эту историю – знаю лишь я.
С другой стороны, закрыл ли? Если так и прет все вывалить наружу при первой же серьезной встряске. Сказал все-таки, швырнул в лицо! Не удержался.
Проезжая мимо остановки около нашего коттеджного комплекса, замечаю Оксану, она буквально бросается под мою машину, и я еле успеваю тормознуть. Девушка падает, а я, выбегая из авто, что есть силы ору:
– Совсем пизданулась? Ты что творишь?
– Больно, – показывает на разбитую в кровь коленку. – Посмотри, что ты натворил.
– Оксана, ты адекватная? Да я мог насмерть сбить, что у тебя в голове? Жить надоело? Ну так открывай окно и прыгай, зачем других в свои проблемы втягивать? – меня пробирает.
– Спасибо за совет, может быть, так и сделаю, моя жизнь ничего не стоит. Я никому не нужна – отцу плевать, тебе тоже, друзья и подруги просто используют ради связей и денег, которыми швыряю. Зачем мне жить? – глаза ее наполняются слезами.
– Давай только без этого. Я не поддамся на твои слезы и сопливые манипуляции. Где твоя машина? Какого хера ты делаешь на остановке? Такси отменили?
– Я ждала тебя, – шепчет всхлипывая.
– Мне кажется, кому-то пора в психушку. Поднимайся и вызывай извозчика, поезжай домой и приведи себя в порядок. Я с тебя шизею, устроила шоу.
– Миш, но я ведь оказалась права, Кристина выгнала тебя, даже не выслушав. А ее бесконечные романы? Твоя жена непорядочная женщина и этому есть подтверждение.
– Кристина и наша с ней жизнь тебя не касаются, сколько раз говорил – закройся и молчи. Меня все устраивает, – чувствую, как ходят желваки.
– Не верю, посмотри на себя – издерганный, вечно нервный, так не должно быть в браке, где люди любят друг друга. Она не достойна тебя, – продолжает.
– Или я ее?
– У тебя проблемы – тотальное чувство вины и неадекватное преклонение перед той, кому не нужен. Где твоя Кристина? Вы собирались в Париж. Она отказалась? Поверила какой-то девчонке, наговорившей с три короба? А я ведь даже доказательств никаких не предоставила, просто слова – бла-бла-бла, и она уже от тебя отвернулась. Плюнула и на отношения, и на брак, и на якобы любовь. Не будь терпилой, этой женщине ты не нужен. Миша, ты болен, одержим, а еще – задето мужское эго. Смотри, не выпрыгни из штанов, доказывая, что достоин быть рядом, этим только и занимаешься с Крис – выслуживаешься.
– Завали свой рот, – разворачиваюсь и направляюсь к машине.
– Отвези меня домой, – подходит к внедорожнику, пытаясь открыть дверь.
– Нет, вызови такси, – отказываю.
– Миша, пожалуйста, у меня травма, – настаивает.
– Вот и подлечись, а заодно голову проверь, – завожу авто и выезжаю в аэропорт.
Миша уходит, а я остаюсь в состоянии оцепенения.
Он знал о моем аборте?
Знал и промолчал?
Властный характер супруга и его решение не задавать вопросов по этому поводу приводят в замешательство. Я не могу понять и найти объяснения его молчанию.
Измена?
Почему он решил, что ребенок был не от него? Это настолько глупо и непонятно, что меня раздирает от несправедливости. Неужели Миша действительно считает, что я могла гулять за его спиной?
Без причины поставил на мне клеймо неверной женщины и обвинил.
Поднимаюсь из кресла и направляюсь на кухню, наливаю стакан холодной воды и залпом его осушаю, затем споласкиваю лицо и глубоко дышу.
Нужно успокоиться. Взять себя в руки.
Миша даже не представляет, что отцом этого малыша был он. А когда узнает? Супруг так сильно хотел детей, что не допускал мысли, что я могла избавиться от беременности без его согласия. Не сомневаюсь, что он был бы против аборта. Уверена, что захотел бы сохранить ребенка.
Теперь я и сама ощущаю вину за то, что сделала это необдуманно и без его совета. Но уже нет смысла мучить себя угрызениями совести. Время не вернуть, как и не родившегося малыша.
В момент, когда я принимала тяжелое решение, мне казалось, что карьера важнее. С материнством еще успеется, впереди годы. Сегодня я бы никогда не сделала такой выбор. Но жизнь учит нас, дарит опыт, и ошибки, совершенные в прошлом, заставляют многое осмыслить и сделать выводы.
Святых не существует. И, возможно, я не являюсь идеальной женой, но измена?
За что?
Обвинения и подозрения Миши кажутся такими бессмысленными и несправедливыми.
Разве я заслужила быть преданной?
Размышления прерывает пиликанье телефона:
– Кристюш, звоню тебе, чтобы пожелать успешного пути и шикарного отдыха, – весело щебечет Аня, не замечая моего настроения. – Передавай привет Эйфелевой башне, налегай на круассаны и не забудь прикупить какую-нибудь шикарную дизайнерскую вещицу, столько работаешь – обязательно себя побалуй. Миха пусть тоже старается ублажить свою красотку. Короче, жарких ночей и всего-всего… – заканчивает свою речь, которая напоминает больше тост на свадебном застолье.
– Ань, я не улетела, дома осталась, – отвечаю уставшим голосом.
– Почему? Что-то случилось? У Миши очередной аврал и он отложил поездку? – делает предположение.
– Нет.
– Крис, говори, – тяжело дышит.
– Он изменил мне, – чеканю слова, которые рвут душу на части.
Аня молчит. Мы обе не знаем, что сказать друг другу.
– С той коровой из клуба, да? – оживает.
– Видимо, да.
– Вот скотина! Как чувствовала, что нужно было подойти к нему, может, не осмелился бы шляться с потаскухой и лыбиться, как начищенный самовар. Урод!
– Не нужно его оскорблять, Ань. Это решение мужа. Значит, хотел это сделать, твоя активность вряд ли бы его остановила.
Гнев и обида подруги понятны, но я осознаю, что ее фееричные словечки и унижение Михаила не помогут решить сложившуюся ситуацию.
– Козел он, Кристин. Самый настоящий ко-зли-на, – выдает по слогам, игнорируя просьбу. – И что будешь делать? Он где? Надеюсь, уже вымаливает прощения, валяясь в ногах?
– Улетел в Париж.
– Я хренею-ю-ю-ю, – возмущение подруги возрастает. – Послушай, а чего тебе дома сидеть? Мы с Тамарой едем на вечеринку к Козловскому, дом отстроил себе ого-го какой, помнишь рассказывала. Раз уж не Париж, так хотя бы это. Давай с нами.
– Нет, мне сейчас не до развлечений. Сама понимаешь, – тяжело вздыхаю.
– Ну да, нужно ведь посидеть, погоревать, слезы в три ручья запустить. Давай, собирайся, съездим на пару часиков, а потом к тебе, будем решать, как жить дальше.
– Аня, – пытаюсь закончить разговор.
– Через час буду, ничего не знаю. Прорыдаться ты всегда успеешь. Пока, – слышу гудки на другом конце провода.
Да уж. И ведь не отвяжется.
Ехать совершенно не хочется, видеть общих знакомых и придумывать ответ на вопрос, где же Миша, тем более.
Наверное, после того как муж покинул дом, прямиком направился к Оксане и пригласил ее подменить жену в путешествии. А что? В постели она давно заняла мое место, почему бы и в отпуске не составить компанию? – накручиваю себя.
Не понимаю.
Категорически не укладывается в голове, почему Миша решился на измену.
Это месть? Желание ответить подлостью на то, чего я не совершала?
Что его не устраивало настолько, что решился пойти налево?
Как вообще посмел уложить Оксану в постель?
И встал же член, захотел.
В сексе у нас никогда не было проблем, Мише я позволяла всегда и все, исполняя даже самые извращенные желания. Более того, получала от этого удовольствие и сама.
Половая жизнь была регулярной, супруг достаточно темпераментный в интиме и ему нужно часто и много, тем не менее я никогда ему не отказывала, и он, как мне казалось, всегда был удовлетворен. Возбуждался, получал удовольствие, постоянно твердил, что я горячая и наша совместимость в сексе – это нечто.
Чувства?
Звучит самонадеянно, но я не верю, что он любит Оксану. Его отношение отчетливо показывает, что относится к девушке с неприкрытой грубостью, считает себя выше, лучше и достойнее большего. А она так… игрушка для члена.
Разнообразие? Рутина? Скука?
Или все же месть?
Желание ужалить, причинить боль и унизить меня?
Тогда о какой любви он говорит, если Мише ничего не стоит меня растоптать. Размазать, как букашку.
Бесконечные вопросы сводят с ума, но ответов у меня на них нет. Как и на то, рассказывать ли Михаилу правду о злосчастном аборте. Если семья рухнула, какой смысл бередить прошлое? Известие о том, что ребенок был от него, только разозлит мужа. Он еще больше возненавидит. Не спустит мне того, что такое решение приняла сама, не удосужившись посоветоваться. Устроит тяжелый развод с мытарствами и кучей проблем.
Миша лидер и привык, что все значимые вещи случаются с его позволения, одобрения и разрешения. Сможет ли он успокоиться, узнав правду?
Звонок в дверь отрезвляет.
Черт. Аня.
Она действительно приехала.
Нехотя открываю и вижу ее расфуфыренную в пух и прах.
– Собралась? – смотрит на меня изучающим взглядом. – Нет, Крис, так не пойдет. Джинсы? – морщит нос.
Около двадцати минут она бурчит мне что-то на ухо, попутно штудируя мой шкаф на предмет подходящей шмотки для выхода, и через еще полчаса мы выезжаем.
– Тамарка уже ждет. Выше нос, как там Скарлетт говорила? Об этом подумаешь завтра, – пытается меня приободрить.
– Да уж. Завтра я планирую съезжать, некогда заниматься размышлениями.
В доме у Козловского шумно и многолюдно. Гостей внутри столько, как будто собрались отмечать свадьбу, а не новоселье. Вижу много знакомых лиц и убеждаюсь, что приехала зря. Сейчас начнутся разговоры и вопросы, на которые я не желаю отвечать.
Вот и нужно мне это?
Выпью бокал шампанского и поеду домой, – решаю про себя.
Приветствую хозяев и направляюсь к столику, где разливают игристые напитки. Аня и Тома скрываются в уборной, чтобы припудрить носик, а я тем временем раздумываю, как бы под шумок вызвать такси и незаметно улизнуть.
Официант подает бокал с ледяным французским шампанским, и я его благодарю. Делаю глубокий глоток и снова мыслями возвращаюсь к мужу.
Где он сейчас?
С кем?
– Шикарно выглядишь, Кристина, впрочем, как всегда, – слышу позади знакомый голос с хрипотцой. Оборачиваюсь и замечаю Константина.
– Ты? – удивленно на него смотрю? – Вот уж не ожидала встретить на этой вечеринке.
– Правда? А я мечтал тебя увидеть, – его глаза жадно меня сканируют….
Я остаюсь сидеть на обочине, наблюдая, как машина Михаила исчезает из вида. Внутри бурлит смесь различных эмоций: не скажу, что надеялась на его вежливость и благосклонность, но все же верила, что не бросит с разбитым коленом прямо на дороге. Хамло.
Черт, какой же Миша грубый! В то же время его натура притягивает меня, вызывает трепет и чувства. Знаю, что Михаил достаточно хлесткий и резкий, но полагаю, что наполнение у мужчины куда более глубокое – есть в нем и горячее сердце, не самое каменное, и умение сострадать, и уважение к женщинам, и многое, что он не склонен открыто демонстрировать, чтобы не показаться уязвимым.
Подобрать ключи к такому человеку сложно, но возможно, стоит только набраться терпения и действовать продуманно, не отступая от цели ни на шаг.
Мы оба любим достигать того, чего желаем, и это создает особую связь между нами. У нас много общего не только в характере, но и в образе жизни. Однако Михаил не желает признавать эти сходства, сосредоточившись полностью на своих проблемах с Кристиной, которая категорически ему не подходит.
А что по поводу нее – считаю Крис глупой и пустой. Их пятилетний брак выглядит мертвым и невозможно назвать то, что происходит между Мишей и женой, настоящим отношениями. Мне кажется, что Михаил просто боится признать поражение и смириться, что семья окончательно себя изжила, вот и тянет лямку, которая ему на самом деле не нужна.
Вызываю такси и еду домой. Хотелось бы, конечно, составить Михаилу компанию в Париже, но тянуться следом, вызывая еще больший гнев – не лучшая идея. Тут главное не перегнуть, набраться выдержки, которой во мне, если честно, крохи, и ждать.
