Страница 4 из 5
Сплевывая кровь, я поднялся на ватных ногах. Если верить нейросети, то у меня было сломано четыре ребра в шести местах и множественные гематомы по всему телу. Ещё бы знать, что такое «гематомы», но звучит неважно…
Прямой в голову.
Мел бьет кулаком, не собираясь убивать меня. Пока что.
Я падаю, но вновь встаю. Спасибо нейросети, которая каким-то чудом понизила чувствительность некоторых нервных узлов.
Мел бы мог прикончить меня прямо сейчас, просто нанеся удар мечом. Едва ли я смог бы увернуться. Но вместо этого он бил кулаком или сапогом, и каждый такой удар был подобен удару молота.
В какой-то миг я просто упал и понял, что уже не могу подняться. Пытался, но едва приподнимался, как вновь оказывался на холодном камне, а затем чей-то сапог придавил мою голову к полу.
***
Эрам не считал себя хорошим человеком и в молодости натворил много вещей, которыми не мог гордится. На его руках было столько крови, что хватит заполнить не один десяток чаш для Хранительницы.
Он никогда не обладал склонностями к Ки или Мане, так что шестой ранг для него был заказан, но это нисколько не огорчало Эрама. Напротив, он всегда считал это своего рода вызовом. В итоге это привело его в клан Зальда, где после долгих лет обучения у мастера Тиберия Ор’я он получил титул мастера оружия и сам стал заниматься тренировками новобранцев.
Эрам всегда считал, что это сделало его лучше. Если не искупило старые грехи, то хотя бы сейчас ему было не стыдно смотреть в зеркало по утрам. Он научил сражаться сотни юношей и девушек. Мела в том числе.
Он наблюдал за поединком юноши и воина, почти достигшего шестого ранга, умеющего управлять внутренней энергией. Этот поединок и раньше едва ли был честным, но теперь…
Эрам был готов увидеть, как этот мальчик умрет. Он видел достаточно смертей малознакомых людей и знал, что переживает и эту. Но когда Мел, тот, кого он учил сражаться, вместо того, чтобы закончить схватку быстро, начал избивать парня, внутри пожилого воина что-то надломилось.
«Где же твоя гордость?!» – кричал его внутренний голос. И этот голос был обращен не только к Мелу, но и ко всем присутствующим тут, включая самого Эрама. Старый мастер оружия оглянул присутствующих и увидел, что все смотрят на поединок без каких-либо эмоций. В их глазах он не увидел ни осуждения, ни возмущения, лишь холодную безразличность.
Лишь Рутт живо переживала эту схватку, но она, как командир, не имела права вмешиваться. Но Эрам отлично знал, что женщины порой могут сделать глупости, поддавшись своим чувствам.
Он устало вздохнул, опустив взгляд на свою старую флягу, и затем сделал из неё глубокий глоток.
– Я догадывался, что умру здесь…. – вздохнул он, вставая на ноги.
– Эрам, ты чего? – удивленно посмотрела на него Рутт.
– Да так… Просто решил вспомнить, что у меня есть достоинство. И если уж я умру сегодня, то лучше сделаю так, как сам решил.
– Эрам! Стой! Это приказ!
Рыжеволосый воин смело вошел в круг, широко улыбаясь. Он должен был испытывать страх или даже волнение, но вместо этого ощущал небывалую легкость.
– Массарово семя, ты что творишь, Эрам?! – зарычал Мел, придавив голову окровавленного и едва живого парня.
– Да вот, устал смотреть на это избиение младенца, – покачал головой рыжий воин, после чего повернулся к наблюдающей за схваткой статуе. – Эй! Я прошел твое испытание! И я передаю свою «Долю» этому пареньку. Он проходит дальше, я сражаюсь вместо него.
– Это не сработает, Эрам! – крикнула Рутт. – Я уже пыталась!
Но в этот раз статуя молчала. Лишь её губы ещё шире растянулись в окровавленном оскале.
– Это против правил!
– Разве? Она вроде не возражает. Или я не прав? – мужчина повернул голову к Хранительнице, но та по-прежнему хранила молчание.
– Эрам, перестань, – уже дружелюбнее начал говорить Мел, отступая от парня. – Мы же с тобой товарищи! Ты не один год учил меня, и вот так просто готов убить? И ради чего? Ради этого деревенского паренька? Я ещё понимаю Рутт, но ты?!
– Сегодня я уже убил одного товарища, – Эрам посмотрел на меч в собственных руках и не без радости увидел, как драгоценный камень в навершии сменил цвет с синего на зеленый. Значит, Хранительница все-таки согласилась на эту сделку. – И мне его жаль, Мел. Но у него была гордость. Он умер с честью, сражаясь из последних сил. И я сражался с ним, уважая его.
Эрам сам не заметил, как по его щеке скользнула одинокая слезинка.
– Но то, что ты делаешь сейчас – в этом нет чести. Нет достоинства. Ты мог бы убить его сразу, но вместо этого решил мучать.
– Старик, ты бредишь.
– Возможно. А может быть, люди, оказываясь в шаге от смерти, показывают свою истинную суть. Этот мальчик показал свою решимость и нежелание сдаваться превосходящему по силе врагу. Ты же показал надменность, которая всегда была в тебе. А я…. Я тоже покажу тебе сейчас, каков я на самом деле.
– Ты совершаешь глупость, старик, – предупредил Мел, отходя в сторону и уже прикидывая, как лучше подступиться к Эраму. Рыжий клановец тем временем подошел к юноше и прощупал пульс – тот был ещё жив.
– Ничего, малец, ты хорошо сражался. Можешь отдыхать, – тихо произнес он, после чего бросил своим товарищам. – Унесите его отсюда и окажите первую помощь.
Тем не менее, клановцы не спешили, и только когда Рутт кивнула головой, соглашаясь со словами Эрама, выполнили приказ.
Когда раненого юношу унесли с «арены», циферблат над неё давал воинам всего шесть минут. Что будет после? Скорее всего, Хранительница убьет одного из них, а может и обоих.
Сейчас Эрам старался об этом не думать и целиком сосредоточиться на противнике. Мел и раньше был весьма умел, но теперь… пусть он ещё толком не освоился с новыми силами, это все равно ставит его на голову выше многих его учеников.
«Будет непросто…» – подумалось ему, но отступать Эрам не собирался.
Времени становилось все меньше, так что мастер по оружию напал первым, используя дриорский стиль, раньше принадлежавший гарконской школе фехтования. Нынче этой школы уже нет, но некоторые техники перекочевали и в другие школы.
Мел опешил, когда после нескольких быстрых колющих ударов, которые тот с легкостью отбил, старик нанес круговой удар из самого невероятного положения. В первую же минуту схватки Мел чуть было не лишился руки.
– Не стоит недооценивать меня только потому, что ты владеешь Ки.
– Прошу прощения, учитель, это больше не повторится, – прошипел Мел и тут же скакнул в сторону, меняя положение меча.
«Низкий вертикальный удар, ломающий блок, и тут же укол…» – предугадал Эрам движения противника, но тот ухитрился неприятно его удивить, на лету сменив руку. Старый мастер по оружию едва сумел парировать эту атаку.
Как не пытался Эрам избежать клинча, это все-таки случилось. Мечи столкнулись у самой гарды, воины оказались лицом к лицу, и вот тут Мел сразу воспользовался своим преимуществом в физической силе, отбрасывая от себя своего учителя.
Эраму оказалось сложно устоять на ногах после мощного толчка. Он был уже не молод, и дряхлое тело уже давало о себе знать, несмотря на тяжелые и изнуряющие тренировки.
Он тут же сменил боевую стойку, а затем нанес витиеватый и сложный в исполнении удар.. Эраму пришлось пойти на небольшой риск, ведь если бы Мел знал особенности данной стойки, то защититься или даже контратаковать было бы не так уж и сложно.
Но Мел не знал. Он даже не пытался изучить техники других кланов, и очень зря, ведь мало того, что ты мастерски отточил свою технику, надо ещё точно знать, как будут драться твои враги.
Меч старика скользнул по груди отшатнувшегося мужчины, добравшись до плоти сквозь кожаную броню. Эрам знал, рана была не глубока, но это лишь начало.
Мел, увидев собственную кров,ь взревел словно разьяренный зверь. Его глаза полыхнули голубым светом, и он обрушил всю свою мощь на бывшего учителя.
Атаки ужасали. Если бы Эрам попробовал принять их, то, скорее всего, противник вскрыл бы его защиту уже на втором ударе, но старик был искуснее. В моменты удара он слегка наклонял меч, отчего атака Мела просто соскальзывала, теряя всю свою сокрушительную мощь.
Неожиданно Мел нанес резкий горизонтальный удар, настолько быстрый, что Эрам едва успел отреагировать.
– Вот же ублюдок… – оскалился Эрам, чувствуя как кровь в жилах буквально кипит.
Новый выпад, и старика чуть было не разрубили пополам. Эрам сразу понял, что за технику использует противник, но едва ли от этого становилось легче.
«Мгновенное ускорение» , несомненно. Оно позволяет совершить одну атаку на пределе физических возможностей тела. Воины шестого ранга обычно ею заканчивают сражение, поскольку она травмирует тело. Одно-два использования – это нормально для тех, кто часто использует Ки, но многократное использование может привести к тому, что мышцы просто сломают кости, а сухожилия порвутся.
И, тем не менее, Мел использовал её два раза и, судя по налитым кровью и Ки глазам, собирался применить её не раз.
Шаг. Шаг. Шаг.
Эрам про себя считал шаги, стараясь держаться от бывшего ученика на достаточном расстоянии, и все же бывший ученик смог подловить своего старого мастера. Эрам понял, какой будет атака, но было слишком поздно. Клинок скользнул по лицу старика, рассекая щеку и едва не задев глаз.
– Две минуты, нам пора бы уже заканчивать, – ухмыльнулся Мел, но от глаз Эрама не укрылось, что мужчина держит меч не так, как раньше. Его правую руку скручивала небольшая судорога – первое, но далеко не единственное последствие от чрезмерного использования техники, к которой ты не готов.
– Тут ты прав, – ответил оппонент, касаясь раны на щеке.
Две стальные волны столкнулись в оглушительном звоне. Эрам едва не выронил меч от этого удара, но тут же слегка отклонил его в сторону и попытался провести контратаку.
Его остановила резкая вспышка боли в боку.
Тут же отпрянув от противника, старик бросил на то место беглый взгляд и зло выругался. Из его живота торчал небольшой метательный нож.
– Прости, Эрам, – скривился Мел, будучи не рад подобному повороту событий. – Время уходит, а ты сдаваться не собираешься. В другое время я бы не прибег к таким трюкам, но…
– Успокаивай себя этим и дальше, мальчишка, – сплюнул кровь рыжий воин. В глазах на мгновение померкло, но Эрам смог справиться с этим приступом слабости. Даже с такой раной он ещё способен сражаться. Оставшиеся полторы минуты точно.
Морщась от боли, он вытащил из себя короткий клинок и метнул его в сторону Мела. Разумеется, тот с легкостью отбил этот выпад, но тем самым на мгновение изменил стойку, чем старый воин и воспользовался.
Резкий укол, на который Мел успел отреагировать лишь в последний момент, парировав удар, но тут же получил кулаком в лицо. Рухнув на спину, воин тут же поднялся на ногу и провел ещё один усиленный удар. Тот задел Эрама лишь вскользь, поцарапав руку.
Несмотря на то, что Мел был быстрее, его руки все сильнее дрожали, и это очень сильно сказывалось на мастерстве. Почти пол минуты противники кружили по арене, обмениваясь ударами. Молодой воин уже не так активно использовал свои способности, видимо, подходя к своему пределу. Даже раненый Эрам ухитрялся выдерживать напор противника, ожидая удачного момента.
И он настал.
Во время очередной атаки Мел слишком сильно сместился вправо, и Эрам воспользовался немного подлым приемом. Он подставил подножку сопернику, и когда тот отвлекся на то, чтобы удержать вертикальное положение, провел обезоруживающий удар.
Мел даже не успел понять, что именно произошло. Вот он пытается сохранить равновесие, одновременно блокируя атаку старика, но уже через один удар сердца меч соперника словно выскальзывает у того из рук и тут же берется обратным хватом. Острая боль в руке, и вот уже оружие с зеленым камнем летит в сторону.
– Вот и все, – сказал Эрам, у него оставалось ещё секунд десять до окончания отсчета. И то, что пару минут назад казалось ему легким, неожиданно стало почти невыполнимым.
Десять.
Девять.
Восемь.
Он держал меч у самого горла Мела, но не мог нанести заключительный удар. Сентиментальность. Ему часто говорили, что он слишком сентиментален, и что эта черта его погубит.
Семь.
Шесть.
Пять.
Все эти фразы, на которые он отвечал усмешкой, оказались правдой. Смотря на Мела сейчас, он увидел его юношей, который вместе с братом вступил в клан Зальда. Вспомнил как он обучал их искусству боя.
Да, он убил своего прошлого соперника, но тот был новичком, в отличие от Мела. Он знал того от силы пару месяцев, и это облегчало тот поступок, и все же старик корил себя за него. Пройдет много времени, прежде чем все сгладится, но убийство Мела оставит слишком глубокий шрам в его душе.
– Я не могу… – прошептал Эрам, смотря в испуганные глаза своего бывшего ученика.
Четыре.
– Эрам! Убей его! – крикнула Рутт. – Иначе вы оба умрете!
Три.
– Не медли! – кричал кто-то ещё.
Два.
– Давай…
Один.
Я с трудом открыл глаза. Все тело ныло от боли, а в голове, где-то на границе сознания гудела нейросеть, оповещая о целой куче повреждений.
– Он пришел в себя, – сказал кто-то. Передо мной сидел юноша не старше двадцати пяти, с длинными светлыми волосами, собранными в хвост.
Изображение сразу стало мутным, но сделав несколько усилий и сфокусировав взгляд, мне удалось это побороть. Обращался он к Рутт, которая наблюдала за чьим-то поединком.
– Выпей, это снимет боль, – сказал парень, буквально силой вливая мне в горло какую-то горькую и обжигающую жидкость.
Перед глазами тут же возникло окошко:
«Обнаружено сложное химическое соединение»
«Идет анализ…»
«Предположение: лекарственное средство гирденского соединения»
«Проверка возможности синтеза: положительно».
«Гирденское соединение» мне ни о чем не говорило, поэтому я не придал значение этой информации, ведь сейчас меня интересовало другое: почему лежу тут? Живой.
Я помню драку с Мелом, и я проиграл, но почему-то не мертв.
Белобрысый не обманул, лекарство подействовало очень быстро, о чем даже сообщила нейросеть. Боль стала отходить, самочувствие в целом улучшилось. Соображал я все ещё туго, но куда быстрее, чем раньше.
Удивительная скорость воздействия… Видимо, это было одно из чудо-зелий алхимиков. Простому люду они по большей части не по карману, а вот кланы закупают их большими партиями для своих воинов.
– Что происходит? – тихо спросил я, но на меня никто не обратил внимание. Все, включая блондина, что оказывал мне помощь, наблюдали за схваткой. И лишь сейчас я смог рассмотреть, кто именно дрался.
Противниками были Эрам и Мел.
– Он… он сражается вместо меня…
– Да, – подтвердил белобрысый, не отрывая взгляд от бойцов. – У старины Эрама всегда было доброе сердце. Тебе повезло.
Схватка была впечатляющей. Эрам почти не уступал оппоненту, который использовал Ки-усиление. Я затаив дыхание наблюдал за сражением и ужаснулся, когда Мел поступил подло и вонзил старику кинжал в живот.
И все же Эрам победил. Он ранил руку мужчины и выбил из неё меч. Острие клинка уперлось Мелу в горло, но старый клановец медлил. Оставались считанные секунды до окончания схватки, но я сразу понял, что старик этого не сделает.
Оставалось две секунды.
Клановцы что-то кричали, но я не слушал, смотря только на рыжего старика, спасшего мне жизнь.
Одна.
Один из парящих мечей Хранительницы сорвался с места настолько быстро, что никто этого не заметил. Лишь итог.
Оружие этого чудовища снесло Эраму голову, окропив кровью лежащего на полу Мела. Тот испуганно таращился перед собой, ещё толком не успев понять, что произошло.
– Не-е-е-е-е-т! – закричал я, пытаясь встать, но тут же повалился на каменный пол, скрючившись от боли. Но этого оказалось мало, чтобы остановить меня, я кое-как поднялся и закричал. – Почему он?! Он же победил! Он победил! Почему ты убила его?!
В сумраке подземелья казалось, что губы Хранительницы растянулись в ещё более жуткий оскал.
Мел тем временем, не веря в свое счастье, ползком попытался быстрее покинуть проклятый круг, на котором происходил бой.
– Испытание «Доля Шестерых» завершено! Шестеро Избранных проходят дальше!
– Тва-а-арь! – зарычал я, схватил первое попавшееся под руку ржавое оружие и швырнул его в статую. Сил не хватило, и оно приземлилось у самых ног этого чудовища.
– Успокойся! – сказала Рутт, в её глазах я тоже увидел боль. Она потеряла сегодня куда больше друзей, чем я, но у девушки хватало силы духа сохранять спокойствие и не бросаться на тварь с кулаками. – Напав на эту штуку, ты только обесценишь тот шанс что дал тебе Эрам. Он отправлялся туда, зная, что умрет, так что просто прими это и будь благодарен.
Она была чертовски права…
– Простите….
– Все, что мы можем – это играть по её правилам.
– А если надежды нет? Что если…
– Это место – испытание. Испытание достойных, – сказала она, впервые приоткрыв тайну того, во что именно меня втянули. – Если мы пройдем испытания Хранительницы, то она нас отпустит и даже вознаградит.
– И какая награда стоит жизней товарищей? – фыркнул я.
– Божественное оружие первого ранга.
***
В этот раз Хранительница молчала долго, словно давая нам время прийти в себя и залечить раны. А у меня была возможность обдумать, почему она убила именно Эрама, а не Мела. И полагаю, все дело в том ударе кинжалом в живот. По оценкам нейросети, рана была практически смертельной. Мел знал, куда бил. Для того, чтобы старик выжил, потребовалось бы сразу оказать помощь, и не такую как мне, а профессиональную. Нужен был маг-целитель, но все маги, как я понял, погибли ещё во время первой атаки.
Остался лишь Сион, тот самый белобрысый парень, что оказал мне первую помощь. Он был учеником алхимика и носил с собой кое-какие стимулирующие зелья. Именно он помог мне перевязать раны, пока Рутт разбиралась с последствиями.
Сразу после боя у неё с Мелом состоялся разговор, очень серьезный, и никто из этой парочки не остался доволен итогом.
– Хорошо дрался щенок, – почти выплюнул подошелший ко мне Мел. – Надеюсь, что подаренную стариной Эрамом жизнь ты не просрешь, – развернувшись, воин зашагал прочь. И это меня удивило. Казалось, что он должен был начать испытывать ко мне куда большую ненависть, чем раньше, но на деле все оказалось иначе.
Все стали смотреть на меня по-другому. Если раньше для них я был просто мальчишкой, которым можно пожертвовать, то теперь подобного в их взглядах не читалось. Они словно приняли тот факт, что я занял место Эрама, пусть и не в том понимании, как должно быть. Теперь моя жизнь, в их глазах, была равноценна собственным.
– Только не вини себя, – сказал мне Сион, заметив мой хмурый вид. – Он прожил хорошую жизнь и умер за правое дело. Это хорошая смерть.
– Это все равно смерть, – буркнул я, бросив взгляд на Хранительницу. Несмотря на бездействие, она наблюдала. Следила за нами и, возможно, в данную секунду придумывала новое садистское испытание.
– Тут ты прав…. – вздохнул он.
– Расскажи мне о нем. Об Эраме. Хочу знать о нем больше.
– Конечно, – улыбнулся юноша. – Но перед этим выпей вот это, – я даже и не заметил, как в его руках возник новый бутылёк с алхимическим зельем.
***
Статуя ожила примерно через четыре часа. В один миг я просто почувствовал волны силы, исходящие от неё, как и в прошлый раз. Металл перестал быть просто металлом, а вновь стал сосудом для чего-то запредельного. Попутно попробовал оценить уровень силы существа, и не смог этого сделать, потому что показатели скакали как сумасшедшие.
«Уровень силы противника: 19,134»
«Уровень силы противника: 67,021»
«Уровень силы противника: 1.02»
«Уровень силы противника: 233,221»
«Уровень силы противника: – 0.0976»
Нет, оценить уровень силы Хранительницы я был не в состоянии. Зато мог оценить остальных. Сила Рутт в числовом эквиваленте была на уровне трехсот, моего нового знакомого Сиона – сорок два. Сила Мела опустилась до шестидесяти девяти. У двоих оставшихся, имена которых я не знал – сорок восемь и тридцать один.
С моими ранениями собственная сила опустилась до смешной тройки. Благодаря своевременной помощи Сиона, мне было гораздо лучше, но драться я, конечно, не мог.
– Избранные, встаньте в центр, – громко сказала Хранительница, подняв руки.
Переглянувшись, мы нехотя направились в сторону круглой платформы, совсем недавно бывшей для нас ареной.
– Новое испытание: Испытание Удачи! – одновременно со словами Хранительницы в центре круга возникла чаша. Она была похожа на ту, которую совсем недавно клановцы наполняли кровью.
Кто-то даже нервно сглотнул, увидев её, я же остался спокоен. Нейросеть снова активировала «NPSD-8809b»,благодаря чему я смог взять эмоции под контроль.
– Испытание удачи, – пробормотал я. После слов Рутт о том, что все это часть испытания, а не какая-то жуткая пытка, я попытался найти закономерность. Когда испытание началось, зальдовцы совершили глупость, напав на Хранительницу. Расплатой стала гибель большей части отряда.
Первым испытанием было испытание крови – крайне суровое, но выполнимое. Тут она проверяла одновременно нашу смекалку и нашу сплоченность. Не уверен, что сами зальдовцы поняли, но никто из тех, кто первым добровольно пожертвовал кровь, не умерли. Лишь несколько последних, сомневавшихся до самого конца.
Скорее всего, полным составом мы могли бы заполнить чашу без трупов. Когда каждый бы отдал понемногу. И возможно, что в следующем испытании было бы гораздо больше битв и гораздо больше выживших. Или, оно было бы совершенно другим.
С легкой опаской мы подступились к чаше и обнаружили внутри неё небольшую десятигранную игральную кость, какие обычно используют в некоторых азартных играх. У одного из краев чаши я заметил что-то похожее на слепок руки. Видимо, мы должны были приложить туда ладонь.
– Каждый из Избранных должен бросить кубик, число на нем определит его дальнейшую судьбу!
И все. Хранительница вернулась на свой трон, вновь превратившись в бездушную глыбу металла. Хотя было понятно, что сущность все ещё была тут, наблюдала и в любой момент могла вернуться в эту оболочку, как делала уже не раз.
– И это все?! Что мы должны сделать с этим?! – вспылил Мел.
– Разве ты её не слышал? – вопросительно вздернула тонкую бровь Рутт. – Бросить её. Есть добровольцы?
Но никто не спешил вызываться. Зато над нашими головами вновь материализовался обратный отсчет. На этот раз Хранительница расщедрилась и предоставила нам целых четыре часа.
Все с недоверием и опаской смотрели на кость в чаше, не решаясь взять её в руки.
– Мел, ты будешь первым.
– Что? Почему я?! – усомнился в решении Рутт мужчина. После того, как Эрам сломал ему нос в битве, голос Мела теперь стал более глухим.
– Потому что в последнем испытании повел себя глупо, и это стоило жизни Эраму. Будет справедливо, если в этот раз ты будешь первым.
Мел проворчал что-то бессвязное, видимо, ругательство, и подошел к чаше. Немного помедлив, он бросил кость, та со звоном покатилась по чаше и замерла на отметке «три».
– И? – осторожно поинтересовался Мел, оглядываясь по сторонам. – Что должно произойти?
Подождав около минуты, он повторил бросок, на этот раз кость показала цифру «семь».
– Мне кажется, нужно положить руку на тот отпечаток, и только после этого бросать, – выдвинул я предположение, на которое Мел ответил полным презрения взглядом.
– Попробуй, – приказала ему Рутт.
У Мела не оставалось выбора кроме как подчиниться. Он положил правую руку на отпечаток и тут же заметил:
– Я ощущаю странное покалывание.
После чего бросил кость, в этот раз выпала цифра «четыре». Мел фыркнул и хотел сказать что-то ещё, но неожиданно замолк.
– Мел? – с легким беспокойством обратилась к нему Рутт. Тут уже и Сион подключился, подойдя к мужчине и пробуя заглянуть ему в глаза.
– Он словно в трансе. Что-то бормочет, – сообщил светловолосый алхимик, прикладывая руку к его лбу.
– Может, попробуем что-нибудь сделать? Оторвать его от этой штуки или вроде того? – предложил один из клановецв.
– Не стоит этого делать, – покачал головой Сион. – Она, судя по всему, воздействует на разум. Если попробовать оторвать его, то итог может быть… не очень хорошим. Вплоть до того, что он превратится в овощ. Лучше пусть все идет своим чередом.
– Согласен, – высказался я, заработав скептический взгляд от всех присутствующих. Ну, ещё бы, для них же я деревенский паренек, глупо пытаться убедить их, что я читал довольно много книг на разные темы. – Возможно, это какая-то ментальная проверка. Да и прошла всего пара минут.
– Поддержу, – кивнул Сион. – Подождем хотя бы полчаса, а дальше будем решать…
Но решать не пришлось, так как Мел отпрянул от чаши, бледный как смерть. Он был так напуган, что не сразу понял, где находится. Один из его товарищей попытался успокоить его, но мужчина лишь испуганно отшатнулся, что-то бормоча себе под нос.
Потребовалось несколько минут, чтобы он стал отвечать хотя бы осмысленно, но в тоже время с ним явно было что-то не так.
– Что случилось? – допытывалась до него Рутт, но вместо внятного ответа он нес какую-то чушь про какую-то женщину.
– Кто пойдет следующим? – спросила наша командирша, уперев руки в бока. Она явно косилась на меня, но я не спешил. И причина этому была вовсе не в трусости – я хотел подольше понаблюдать за испытанием, чтобы понять его суть.
Рутт уже хотела пойти сама, но тогда же вызвался один из солдат.
– Я буду следующим.
– Хорошо, Рилм, будь осторожен.
Клановец бросил опасливый взгляд на Мела, который до сих пор бормотал себе под нос, словно говоря с невидимым собеседником. Рутт, кажется, это тоже беспокоило, но она старалась сохранять спокойствие.
Рилм подошел к чаше и, приложив одну руку к отпечатку ладони, бросил кость, та сделала круг, после чего покатилась в центр чаши.
Затаив дыхание, я наблюдал за тем, какое число выпадет.
– Семь, – тихо прошептал я и тут же перевел взгляд на Рилма. С ним происходило то же самое, что и с Мелом. Он застыл в оцепенении, уставившись перед собой.
Мы не пытались его разбудить или привести в чувства, но вдруг что-то пошло не так. Рилм истошно заорал, так громко и так отчаянно, что этот вопль пробирал до костей.
Его ноги подогнулись, рука же продолжала находиться на отпечатке.
Рутт, Сион и другой клановец, имени которого я по-прежнему не знал, пытались оторвать Рилма от чаши, но безрезультатно. Рилм кричал, а его воплю вторил хохот Мела, который, кажется, тронулся умом после пережитого.
Рука мужчины оказалась словно приклеена к чаше, и как бы товарищи не пытались его освободить, у них это не получалось. Тем временем с телом Рилма начало что-то происходить. Вначале раздался хруст, а затем его ноги выгнулись под неестественным углом. То же самое произошло и с руками. Словно невидимая сила ломала ему кости, а мы были бессильны что-либо сделать. Рилм уже даже не вопил, а хрипел, захлебываясь кровью, лившейся не только изо рта, но и из глаз и ушей.
Наконец, воин умолк. Чаша, в конце концов, отпустила его, но к тому времени зальдовец уже был мертв. Его череп был странным образом сплюснут, словно его сдавили в огромных тисках.
Рутт прикрыла глаза, не в силах смотреть на изломанное тело ещё одного из своих людей.
Только что она потеряла ещё одного товарища. Но что хуже всего, как командир, она чувствовала личную ответственность за эти смерти. И с каждым разом ей становилось все труднее принимать это.
Все это читалось слишком легко на её красивом лице….
– Четыре, Девять, Удача… Четыре, Девять, Удача… – повторял я пытаясь найти какую-то закономерность. Было бы проще, если бы Мел детальнее объяснил, с чем столкнулся, но тот все ещё был не в себе. Он странно поглядывал на нас, посмеиваясь, чем нервировал всех нас.
Рилма оттащили к остальным, а я подошел к чаше.
– Дрейк, ты будешь следующим? – взволновано спросила Рутт, заметив мои действия.
– Да. Не буду с этим тянуть, – ответил я, но класть руку на отпечаток ладони не спешил. Вместо этого взял в руку игральную кость, осмотрел со всех сторон и сделал несколько пробных бросков.
