Страница 1 из 2
© Темергалий Казиев, 2024
ISBN 978-5-0055-7891-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Жили у одного хозяина собака с кошкой. Собака, которую звали Аф-аф, охраняла дом и двор от непрошеных гостей, кошка Мяука оберегала хозяйское имущество от мышей и крыс. В общем, каждое из животных исправно занималось отведённым ему делом.
Были собака с кошкой очень дружны, жили, можно сказать, душа в душу. Мяука порой целыми днями не отходила от собачьей конуры, беспробудно коротая время в компании неразлучного друга. Тёплыми летними вечерами, удобно расположившись перед скромным жилищем Аф-афа, они долгими часами с упоением рассуждали о жизни. Заводила разговор обычно Мяука.
– Как же мудро поступили наши далёкие предки – кошки и собаки, решив перейти на службу к людям, – начинала она. – Ведь жизнь в дикой природе так непредсказуема, так опасна… Необходимо уметь самим себе добывать пропитание, устраивать жильё, защищаться от бесчисленных врагов… Это так сложно, это так пугает…
– Да-да! – согласно кивая головой, поддакивал собеседнице Аф-аф.
– Представляю, как тяжело приходится выживать там, за границами нашего цивилизованного мира, моим многочисленным родственникам… Львам, тиграм, пантерам, леопардам, барсам… – продолжала Мяука.
– А разве это твои родственники?.. – широко раскрывал глаза в неподдельном изумлении Аф-аф.
– А как же! Ведь все они входят в наше общее семейство кошачьих! Знать об этом надо, приятель!
– Теперь буду знать…
– Я назвала тебе лишь малую часть своих родственников – самых крупных и известных. Но помимо них у меня имеются ещё многочисленные мелкие сородичи – лесная кошка, степная кошка, пустынная кошка, камышовая кошка… А также: золотая, мраморная, пятнистая, рыбья, андская, борнейская, манул… Да всех и не перечислить!
– Как же много у тебя родственников!.. Даже запомнить трудно! Завидую, завидую от всей души… А вот я могу назвать только одного своего сородича – могучего и сильного серого волка.
– Не привирай, пёс! Про братьев своих, шакалов и гиен, забыл, что ли? А еноты разве не вашей собачьей породы?
– Да что ты сразу про них… Разве не знаешь, что из всех животных на Земле я только серого брата и признаю?
– Какой гордый!.. Лишь самого сильного из сородичей признаёшь… Не видишь ничего больше! А вот мне, кошке, что сильные, что слабые, что родичи, что не родичи – всё равно. Главное, чтобы польза от них хоть какая-то была. К примеру, хозяин наш, дядя Миша – по виду большой, сильный, а на самом деле глупый. Он кормит, поит меня, думает, что я вовсю стараюсь для него, мышей ловлю. А разве это так? Я мышей не ловлю, как полоумная за ними по углам не бегаю. Зачем мне это?.. Я просто по-хорошему договариваюсь с этими мелкими тварями. Ночью запускаю их в амбар, развязываю узлы на мешках и объявляю: «Ешьте корма, сколько хотите, только мешки не портьте, не грызите!» Дожидаюсь, пока наедятся, и сразу прогоняю обратно. Потом завязываю, как было, узлы на мешках, и – всё!.. Но если, бывает, разбросают вокруг себя зёрнышки – заставляю подметать пол вениками!
– Вениками? Какими вениками?..
– Обычными! Собирают отовсюду соломинки, обвязывают их нитками из хозяйкиного сундука, и в итоге получаются веники! Отличные веники, между прочим. Не знал об этом что ли?
– Не-е-ет…
– Да что ты вообще знаешь, узколобый? Я тебя многим вещам могу научить, друг!
– Только не надо меня ничему учить, Мяука, потому что таким изворотливым и ловким, как ты, мне не быть никогда. Я не умею хитрить, я привык всегда поступать правильно. За что, откровенно признаться, иногда незаслуженно страдаю. Вот, к примеру, всего дня три назад неприятная история со мной приключилась. Началось с того, что вечером, когда стемнело, хозяин снял с меня ошейник и отпустил гулять по саду – плодовые деревья от воров охранять. Избавленный от ненавистной цепи, на радостях я часа два бешено носился по садовым закоулкам. Потом, устав, присел отдохнуть у забора. Сижу спокойно, отдыхаю и вдруг вижу… кто-то неслышно перемахнул через ограду и, зайдя под яблоню, принялся срывать с ветвей плоды. Немного выждав, я осторожно подкрался к вору сзади и громко зарычал. Вор, завидев меня, камнем застыл на месте, а потом бросился к забору. Пока он перелезал через забор, я успел укусить за задницу. Так вот всё и было…
– Быть может, я чего-то не понимаю, Аф-аф, но что же тут неприятного?
– Неприятности начались утром, когда у ворот появился сосед нашего хозяина. Завидев его, я по привычке залаял. А тот вдруг закричал на меня! Никогда до этого рта не раскрывал, молчун, а тут, не знаю с какого перепуга, закричал, замахал руками!.. Я даже на мгновение опешил от удивления! Заслышав затеянный нами шум, из дома вышел дядя Миша. Когда они начали между собой разговаривать, выяснилось, что вечером в саду я укусил за зад его сына! Теперь этот жалобник требовал, чтобы хозяин наказал меня! За что-о-о?.. За то, что я прилежно исполнил свою работу?! Ведь это же несправедливо! Но дядя Миша, к счастью, повёл себя очень разумно и решительно: сказал, что мальчишку могла укусить любая другая собака, и пригрозил, что если вдруг ещё раз застанет озорника в своём саду – поступит с ним так же и, возможно, хуже. Затем он попросил соседа поскорее покинуть двор. Сосед вышел, ещё немного поругался и ушёл. А я смог наконец с облегчением вздохнуть.
– Дело обошлось миром, можно было бы и забыть об этом.
– Да как забыть, если в тот же день последовало её печальное продолжение – вечером хозяин не снял с меня ошейник, не выпустил гулять по саду! А мне так хотелось снова свободно носиться среди деревьев, обнюхивать нежные зелёные листочки и цветы, кататься по земле, рыть лапами землю… Как жаль, как жаль…
– Сочувствую тебе, Аф-аф, но ничем не могу помочь. Такова уж наша нелёгкая звериная доля… Ты своим рассказом, может, не желая того, слегка разбередил и мою душу, заставил о грустном вспомнить. Ведь мне и самой до чёртиков надоело целыми днями сидеть дома, без конца видеть одно и то же – дом-двор, дом-двор, дом-двор… Хочется уже и гульнуть немного, тоску зелёную разогнать! У женихов своих погостить. А их у меня знаешь как много! И все как на подбор несравненные красавцы! Один кот Вася чего стоит… Грудь богатырская, глаза зелёные, выпуклые, светятся в темени как алмазы! Завидный чудо-кавалер!.. А Борю-кота как не вспомнить? Нежный, обходительный… Песни чудесно поёт! Круглыми ночами без устали может петь: заслушавшись, даже твои собратья-псы ему подпевать, подлаивать начинают! И я тоже, бывает, подпеваю. Вдвоём поём так красиво, так красиво… По всем окрестностям голоса наши протяжные разносятся! Всем-всем вокруг пение наше нравится! Кроме одних только людей… Они кричат на нас, камнями кидаются, злятся. А знаешь, почему они злятся?
– Почему?
– Да просто потому что завидуют! Сами как следует петь не умеют, вот и завидуют! Жаба их давит!..
– Да-да. Правильно говоришь.
– Может быть, прямо завтра, лапу тебе на прощание пожму и уйду гостить. Дня на три, а может, и на неделю… В общем, как получится. Так что не скучай тут без меня, друг… Случаются в жизни и разлуки! А вон и хозяйка из дома вышла, еду мне в чаше вынесла… Побегу-ка к ней, распробую, что она на этот раз настряпала!
Поднялась кошка с земли, встряхнулась и, высоко вспрыгивая, побежала к хозяйке.
А на следующий день Мяука действительно пропала. Хозяева попытались её разыскать, прошлись, взывая «Кис! кис!» по двору. Но всё бесполезно: никто на их зов не откликнулся, не вышел.
Незаметно минула со времени пропажи кошки неделя, потом прошёл восьмой день, а на девятый Мяука неожиданно объявилась. Аф-аф увидел её поздним вечером, когда во дворе уже было темно. Стремительной чёрной тенью она вынырнула со стороны амбара и спустя мгновения предстала перед ним.
– Не могу поверить своим глазам! Мяука?! Неужели это ты?.. – удивлённо раскрыв глаза, воскликнул Аф-аф. – Где же, где же ты была?..
– Привет, приятель, – грустным голосом проговорила Мяука. – Всё так же, как прежде, дежуришь у конуры… А я вот немного задержалась у своих женихов… Днями и ночами пели-гуляли… Очень устала от этого. Вернуться решила. Вроде вернулась, а тут… Хозяин с хозяйкой встречают, злые! Как увидели… вместо радостных объятий и поглаживаний кричать, будто сумасшедшие, начали! Я разобраться ни в чём не могу… А дядя Миша грубо схватил меня за шиворот и поволок куда-то. В амбар затащил и бросил на пол!.. Только там я смогла понять причину их буйства. Оказывается, во время моего отсутствия мыши изгрызли все мешки в амбаре! Да ещё вдобавок разбросали по полу корма! Представляешь, какими противными и неблагодарными оказались эти твари! Доброты моей не оценили!.. Дождутся, дождутся они теперь того, что я начну их беспощадно кушать! Дождутся этого, грызуны… Дядя Миша, уходя, запер за собой дверь, думал, видно, что я не выберусь из амбара. А я вот, как видишь, выбралась. Пролезла через щель в разбитом окне – и сразу к тебе. После всего того, что произошло, мне теперь необходимо немного отдохнуть, набраться свежих сил. Надеюсь, ты, Аф-аф, приютишь меня на время у себя, укроешь в будке от хозяев?
– Конечно, конечно, Мяука! Разве могу я тебе в чём-то отказать? Оставайся, раз надо, у меня. Правда, чуть тесновата моя конура, не знаю, хватит ли для двоих места…
– Да это ничего, что тесно! Привыкну, привыкну к тесноте! Мне бы здесь всего несколько дней прожить, а дальше уж видно будет.
– Живи, живи, сколько захочешь! Голодной не оставлю, едой, что сам питаюсь, делиться буду!
– Спасибо, спасибо, дорогой друг. Твоей доброты я никогда не забуду, отплачу за помощь, – поблагодарила кошка.
Приютил Аф-аф Мяуку, стали они жить вместе. Днём кошка прячется от хозяев в конуре, а ночью выходит прогуляться по окрестностям. На шестые сутки вышла она рано утром во двор и пропала. Долго, почти до самого полудня, прождал подругу, не сходя со своего места, Аф-аф. Когда вконец уже отчаялся, исчезнувшая Мяука вдруг снова появилась. Появилась совсем не оттуда, откуда ожидал, – увидел её на крыльце хозяйского дома! Спрыгнув со ступеней, кошка с приветственным криком устремилась к псу.
– Куда ты пропала? – едва они сблизились, обеспокоенно спросил Аф-аф.
– Разве не видел, откуда я пришла? В доме была. Рано утром встретилась мне на пути наша хозяйка тётя Лена. Завидев её, я сразу стала убегать. Через некоторое время остановилась, оглядываюсь назад – а хозяйка-то идёт за мной следом и ласково так: «Кис-кис-кис… Кис-кис-кис…» – приговаривает. Подзывает к себе добрым голоском: «Не бойся, не бойся меня, кошечка… Я тебя не трону, не обижу… Возвращайся обратно домой – всем-всем, чем ни пожелаешь, угощу…» Слушала я её, слушала – и не выдержала, подошла. Она меня на руки взяла, в дом занесла, накормила-напоила, поспать с часок дала. Отдохнула я там чуток, повалялась, но потом вспомнила про тебя и явилась, чтобы рассказать об изменениях в своей жизни. Вроде, тьфу-тьфу, на лад дела пошли. Думаю теперь вновь приступать к прежним обязанностям – с грызунами амбарными бороться, детей хозяйских своим присутствием радовать… А тебе, друг, хочу выразить огромную-огромную благодарность за то, что не оставил в трудное время в беде, предоставил кров. Как только всё наладится, обязательно отплачу. Колбасой, ветчиной, сосисками и ещё много чем угощу, мне там всякие-всякие вкусности дают! Будешь доволен, пёс! А сейчас мне пора снова в дом – заждались уже, наверно, моего возвращения тётя Лена с дочками. Загляну к тебе завтра. Не унывай, дружище. Пока!
– Пока! – ответил Аф-аф.
Провожая взглядом уходящую кошку, пёс восхищённо рассуждал: «Какая молодчина! С её ли талантами в конуре сидеть?!»
На другое утро Мяука вновь появилась у жилища Аф-афа. Пёс, едва завидев её, радостно забегал на цепи и прокричал:
– Привет! Как дела?
– Здравствуй, здравствуй, дорогой! Дела мои как никогда хороши, – отозвалась кошка. – Чего и тебе и от души желаю.
– А что с мышами? Смогла разобраться?
– С мышами я вопрос успешно уладила. Ночью подкараулила в амбаре их вожака, впилась в него когтями, помучила, потаскала по полу, а потом строго так спросила: «Что это вы тут без меня за бардак устроили – мешки все изгрызли, корм повсюду разбросали?! Хочешь, чтобы я тебя за это съела?!» А вожак в ответ: «Нет, нет, не надо меня кушать! Это не я, это не я, это всё молодёжь устроила! Безголовая, не знающая жизни молодёжь! Я им говорил, я им объяснял: не грызите мешки, не разбрасывайте корма! А они будто оглохли: меня, уважаемого стаей вожака, не послушались… Оттолкнули в сторону и бросились с воплями к мешкам!.. Вот так всё и было на самом деле… Я ни в чём, ни в чём не виноват!..» Закончил говорить и смотрит снизу жалостливо… «Значит, плохой ты вожак, – сказала я ему. – Если хочешь пощады и мира, как раньше, пообещай, что приведёшь сейчас сюда своих мышей! Пусть заново наводят в помещении порядок! Тогда и прощу!..» – «Обещаю, обещаю… – сразу живо встрепенулся, закивал головой вожак. – Приведу, – говорит, – всех до единого, всё-всё, как велишь, исполню!» Поверила я ему, выпустила из лап. А спустя время, как было обещано, явились мыши. Построились передо мной, а потом по команде взяли в лапы веники и стали подметать амбар. Весь пол, все углы дочиста вымели, а мусор совками в ямки выбросили.
– Бесподобно! Просто бесподобно!.. Даже не знаю, что ещё сказать! – восторженно мотая головой, разразился похвалой пёс. – Так, как ты, Мяука, не умеет решать вопросы никто! Никто-никто на свете! А как, расскажи, в доме обстоят дела?
– В доме тоже всё отлично. С утра с их младшей дочкой нянчилась. Потом, когда надоело, сунула ей в рот соску, набросала кучу игрушек, а сама пошла спать. Как только проснулась – сразу сюда побежала.
– Хорошо, что прибежала! Будто знала, что мне тут очень скучно одному сидеть. Расскажешь что-нибудь новенькое? Например, о коте, который стал королём зверей. Львом его, кажется, зовут.
– Конечно, расскажу! – похлопывая пса по плечу, бодрым тоном ответила Мяука. – Времени у меня свободного много, почему бы и не поболтать?
Выбрали они тенистое местечко у конуры, расселись там поудобнее и стали рассказывать друг другу разные истории. Рассказывали до тех пор, пока на крыльце дома не появилась тётя Лена. Завидев их, она начала зазывать мягким нежным голосом:
– Кис-кис-кис… Кис-кис-кис… Подходи, подходи ко мне, моя кошечка. Сосисочку тебе вынесла, угостить хочу…
– Иди, раз зовут, – сказал пёс Мяуке.
– Пойду, конечно, куда же я денусь? А знаешь, почему она меня зовёт?
– Понятно почему – угостить сосиской решила.
– Нет, не из-за этого, не угадал. Видно, младшая дочка её проснулась, плачет, а успокоить некому. Вот и зовёт меня. Я-то тётю Лену хорошо знаю…
Сузив глаза, кошка расплылась в довольной улыбке. Затем встала и, неспешно перебирая лапами, направилась к дому.
С этого дня жизнь друзей вернулась в прежнее русло. Снова они часами просиживали у конуры, проводя время в нескончаемых, подобно огородным сорнякам, разговорах. Казалось, что их дружбе не будет конца. Но конец однажды наступил.
Как-то, сидя у конуры, Аф-аф спросил:
– Ты не позабыла, Мяука, о своём обещании угостить меня всякими вкусностями, как только всё наладится? Вот сейчас, например, я не отказался бы от палки копчёной колбаски…
– Конечно, помню, как забыть! – живо откликнулась кошка. – Завтра же и принесу, что обещала.
Утром Мяука явилась к псу с большим куском колбасы. Аф-аф, принимая гостинец, был несказанно рад и горячо благодарил дарительницу:
– Спасибо! Спасибо, дорогая! Мне так давно, так давно хотелось поесть колбасу! Ведь ты же знаешь, какой я большой любитель мясных блюд!
Спустя день после того, как и прежде, за разговором, Аф-аф сказал Мяуке:
– До чего же вкусна была принесённая тобой колбаска! Такая жирная, такая сочная – пальчики оближешь! Не могла бы ты принести ещё одну такую же?
– Принести ещё одну? Ведь всего лишь день прошёл, а ты уже вторую просишь, – недовольно передёрнув плечами, отозвалась кошка. – Что ж… Принесу, раз обещала.
На другой день она доставила псу колбасу. Тот был снова несказанно рад.
Через два дня Аф-аф попросил принести ему ветчину. Кошка, выслушав просьбу, ответила:
– Получишь ветчину дня через три, раньше принести не смогу.
– Через три дня? Почему так долго, почему не сейчас? – обиженно пробурчал пёс.
– А ты что, всерьёз думаешь, что колбаса с ветчиной на деревьях растут?! – в сердцах воскликнула Мяука. – И так после пропажи колбасы хозяева на меня косо смотрят!
– Ладно, подожду, – мотнув лапой, неохотно согласился Аф-аф.
Ровно через три дня, явившись, как обычно, утром, кошка бросила к лапам пса кусок ветчины.
– Почему ты её бросаешь, а не подаёшь мне в лапы? – хмуро обронил Аф-аф.
– Потому что мне сейчас некогда! Дома дел полно, с хозяйской дочкой нянчиться надо! А с тобой, занудой, стоит только заговорить – сразу, как попрошайка, клянчить чего-нибудь начинаешь! Знаю уже!
– Ты обозвала меня попрошайкой? Не ожидал услышать от тебя подобное, Мяука…
– Я не называла тебя попрошайкой! Я сказала «как попрошайка»! Следи внимательнее за словами!
– Не нравится, что я иногда что-то прошу? Тогда напомню, если забыла: ты сама пообещала щедро отплатить мне за добро, я за язык тебя не тянул!
– Что же, будешь теперь всю жизнь попрекать меня за нечаянно данные обещания?! Вцепился в обещания, как клещ в кожу!
– Э-э-эх… Если бы я знал, что ты такая неблагодарная, не делился бы тогда с тобой последним, обманщица…
– Кто-о-о? Кто обманщик?! Ты переходишь все границы дозволенного, пёс… Сам, хитрый проныра, нагло обманываешь… Делил, наверно, еду по принципу: что негоже, то – Мяуке, что побольше да получше – себе! Разве не правду говорю?!
– Да как ты могла вообще о таком подумать?! Я делил еду поровну!
– Делил поровну? А как ты это сможешь доказать? Кто-то видел, как ты её делил? Нет, не видел. Значит, обманываешь!
– Я обманываю?! – взревел, оскалив зубы, пёс. – Я никогда в жизни никого не обманывал, хитрая выдумщица!
– Выдумщица?.. – медленно отодвигаясь назад на безопасное от пса расстояние, протянула Мяука. – Меня обозвал выдумщицей? А сам-то, не выдумщик?! Хочешь, скажу, кто ты на самом деле? Ты – жалкая собачонка, мечтающая быть могучей и сильной, как волк… Да никогда тебе таким не быть!
– Не смей задевать моё больное место! А не то очень больно укушу!
– Укусишь? Ну, попробуй, укуси, укуси!.. Что застыл, достать не можешь? Цепь мешает? А вот мне цепь не мешает, могу тебя кое-чем угостить…
Кошка схватила лежавший перед ней пересохший говяжий мосол и с размаху швырнула им в пса. Сама того не ожидая, попала точно в собачий бок. Аф-аф от удара резко дёрнулся, пронзительно взвизгнул и затем бешено рванулся к обидчице. Но добраться до неё не смог: бессильно завис на месте, удерживаемый неподатливой железной цепью.
Мяука тем временем взобралась на калитку и сверху с довольным видом наблюдала за беспомощностью врага. Она торжествовала, её безудержный смех подобно ветру разлетался по двору.
– Хи-хи-хи-хи-хи-хи! Хи-хи-хи-хи-хи-хи! Укусить меня хотел, недоумок? Только вот позабыл про цепь, к которой приковал тебя человек… Быть тебе прикованным к этой цепи вечно, по праву заслужил такую участь, несчастный! Ещё возомнил сравниться с волком, презренный брат гиен…
– Что ты всё обо мне да обо мне, взгляни-ка лучше на себя! – закричал в ответ Аф-аф. – Не хотел говорить об этом раньше, но теперь уж придётся, расскажу всю правду о тебе! Ты, Мяука, считаешь себя умной, считаешь себя красивой, а на самом деле всё обстоит по-другому. В действительности ты такая безобразная, такая уродливая… Из всего живого на Земле с тобой может сравниться лишь грязная болотная лягушка! Вот так!
Вытянув вперёд морду, Аф-аф состроил насмешливую улыбку и разгорячённо продолжил:
– А взгляни-ка на свою шкуру, взгляни-ка на шкуру… Она у тебя такая тонкая, такая облезлая – её невозможно сравнить ни с тёплой и шелковистой шкурой лисицы, ни с заячьей! Ни с какой, ни с какой другой! А ещё ты… несъедобная! И лишь только поэтому вашу кошачью породу не трогают люди! Они просто брезгуют вами!
– Неправда! Грязная ложь! Это ты всё со зла придумываешь! На самом деле я красива! Меня любят, меня ценят люди!
– Нет, не любят!
– Любят!
– Не любят!
– Любят!
– Не любят! Сама представь: если бы ты была со шкурой собольей, да ещё и съедобной – они давно бы тебя уже съели!
– Не съели бы!
– Съели бы!
– Не съели бы!
– Съели бы! Люди содержат вас, кошек, вовсе не из-за любви к вам!
– Ну-у-у… Довёл ты меня до крайней черты, пёс! – устрашающе выпучив глаза, прошипела Мяука. – Больше ничего у меня не проси! Ничего не получишь!
– А ты… – прорычал в ответ пёс. – Тоже никогда больше ко мне не подходи! Поняла?! Если хоть на шажок приблизишься – разорву на части! Запомни это навек!
Позлились, покричали они ещё друг на друга, а потом разошлись.
Вот так и закончилась дружба Аф-афа с Мяукой. Неразлучные прежде друзья, они с того времени превратились в самых-самых непримиримых врагов. Вражда их оказалась настолько жестокой и стойкой, что продлилась до самого конца жизней животных, а после передалась по наследству многочисленным потомкам.
И ныне враждуют кошки с собаками, не могут ужиться мирно уж многие-многие тысячи, а возможно, и миллионы лет. Быть может, когда-то первобытная собака укусила за что-то такую же первобытную кошку, положив начало их вечной вражде? А может, всё было совсем по-другому? Как бы того ни хотелось, но в точности узнать причину, по которой они стали врагами, нам не удастся уже никогда…
Встретились как-то на берегу реки овца с фазаном. Овца поначалу даже не поняла, что за птица перед ней стоит, и спрашивает:
– Ты кто такая? Что-то никак не могу тебя припомнить…
– Я фазан! Самая-самая красивая птица на земле! Просто удивительно, как это ты не смогла меня узнать!
– Неужели фазан? А я-то чуть было не перепутала тебя с молодым петушком с хозяйского двора! И цвета вроде одного, и ростом одинаковые…
– Раскрой шире глаза, овца! Ну что может быть общего между мной, известным птичьим красавцем, и обыкновенным домашним петушком?! Ничего и ещё раз – ни-че-го! Потому что я, фазан, неповторим – стоит мне лишь распустить свои восхитительные перья, и-и-и… никто-никто на свете не сможет устоять перед их красотой!
– И я тоже?
– И ты, конечно, тоже!
– Забавно слышать такое… Уж кого-кого, а меня, всезнающую овцу, трудно чем-то удивить. Ни ветру, ни дождю, ни грому не удивлюсь, а тебе, слишком высоко возомнившая о себе птица, тем более! Красотой хвалишься, а сама-то, если взглянуть поближе, не очень и красива! Интересно ещё взглянуть на твои расчудесные пёрышки – покажи-ка их мне, попробуй удивить.
– Айн момент! – с готовностью отозвался фазан и одним неуловимым движением расправил кверху свой хвост.
Внезапно выросший за спиной птицы великолепный, составленный из разноцветных – чёрных, белых, зелёных, жёлтых – перьев наряд привёл овцу в изумление – она так и застыла с раскрытым ртом на месте. Фазан же, довольный произведённым эффектом, важно замотал головой, закрутил хвостом, показывая с разных углов переливающуюся на солнце красу.
– Сколько на белом свете живу, но никогда ничего подобного не видела!.. – восхищённо цокая языком, призналась овца. – Вроде с виду хвост как хвост, а тут всего за мгновения обернулся в просто неописуемую красоту!.. Жалко, как жалко, что у меня не такой… Уж как бы все вокруг удивились!..
– Каждому своё, дорогая: нам, птицам – птичье, а вам, овцам – овечье… Где же ты, скажи, была, когда бог хвосты раздавал? Ну, теперь-то уж, думаю, ты точно убедилась в том, что я самая красивая птица на земле.
– Убедилась, но не до конца. Потому что грызёт голову одно сомнение… Ведь я, овца, по правде сказать, тоже собою неплоха. И сложена правильно, и мордой довольно симпатична… Бывает, гляну на своё отражение в воде… так веришь ли – налюбоваться на себя не могу! Красавица, да и только!.. А если ещё и улыбнусь, такое происходит… Огромные речные сомы из тёмной глубины на поверхность выплывают и улыбаются в ответ! Ты можешь представить такое? Наш стадный вожак, когда завидит меня, стыдливо отводит в сторону глаза, а потом одаривает букетами чудеснейших цветов! Мне его внимание так приятно, так приятно… Вот что значит, длиннохвостый, настоящая красота!
– Что же, по-твоему, выходит, я недостаточно красив?..
– Конечно! Ты правильно угадал мою мысль! Если кто-то из нас двоих красив, так это, безусловно, я!
– Ты-ы-ы?.. Ты, безобразная, обросшая шерстью овца – красавица? Ой, не могу… Как смешно, как смешно!
– Не смей надо мной смеяться, жалкая птица! Неведомо откуда явившееся чудо в перьях!
– Чудо в перьях?.. Да-да, я чудо в перьях, непревзойдённую красоту которого все-все вокруг признают! А вот признает ли хоть кто-то твою овечью красу – тут я очень-очень сильно сомневаюсь. Давай-ка не будем напрасно гадать, а просто спросим о том, кто из нас красивее, у проживающих поблизости птиц и животных. Думаю, так будет справедливо.
– Разумная мысль! Давай, давай спросим у них! Со стороны ведь, что ни говори, виднее!
– Всё, договорились! – взмахом крыла подтвердил соглашение фазан и, быстро оглядевшись по сторонам, закричал: – Лебедь! Лебедь! Плыви скорее к нам! Дело у нас к тебе имеется срочное!
Не успела ещё овца толком определить, кому кричал фазан, как откуда-то спереди донеслось лёгкое еле слышное шуршание и из гущи камышей, подобно призрачному видению, явилась большая белая птица. Это был лебедь. Он вышел к ним на берег и спросил:
– Так по какому делу вы меня зовёте? Лебедиху свою с лебедятами из-за вас одних среди зарослей оставил!
– Не волнуйся, дорогой, не волнуйся, дело у нас к тебе совсем небольшое, много времени не займёт, – поспешил успокоить птицу фазан. – Хотим лишь, чтобы ты ответил на один-единственный вопрос: кто из нас двоих, я или овца, красивее?
– Красивее? Какой странный вопрос… – удивлённо замотал головой лебедь. – Конечно, ты, фазан, красивее. Прекрасней твоего наряда нет ни у одной птицы на свете!
– А что же я?.. – пробирая лебедя вопросительным взглядом, растерянно выронила овца.
– А тебе, рогатая, о такой красе можно лишь мечтать.
– Что-о-о?.. Что ты сказал, презренный озёрный гусь?! Повтори!!! Тебе ли, всю жизнь не вылезающей из воды птице, судить о настоящей красоте?!
Опасаясь того, что разъярённое животное начнёт бодать, лебедь спешно отступил в воду.
– Нашёл у кого спросить!!! – угрожающе качая рогами, продолжала горячиться овца. – Сговорились! Сговорились, наверно, заранее против меня! Сговорились по-соседски, по-дружески!..
– Ты что такое выдумываешь?! – возмущённо вскинулся фазан. – Да я лебедя дня три назад в последний раз видел! Утром, когда над рекой пролетал!
– А я тебя, красавчик, признаться честно, не видел с самой весны! – откликнулся с другого бока от камышей лебедь. – Может, потому не видел, что с потомством слишком много времени провожу, а может, оттого что прячешься ты среди травы искусно.
– Даже если вы не сговорились, я не могу доверять словам всего лишь одной птицы! – снова разразилась криком овца. – Правильным будет узнать мнение и других местных обитателей!
– Согласен, согласен с тобой! – закивал головой фазан. – Конечно, конечно, неплохо было бы узнать мнение других! Ведь именно это, если помнишь, я в самом начале и предложил!
Успокоившись и придя к согласию, договорились овца, фазан и лебедь, что тот, кто первым появится перед ними, и станет судьёй в их споре.
Вскоре появился баран. Отвечая на вопрос, кто красивее, он без колебаний указал на овцу. А так как перед этим лебедь выбрал фазана, получилось, что число поданных за того и другого голосов стало равным. Подсчитав результат и выяснив, что решающего перевеса нет ни у одной из сторон, собравшиеся решили, что окончательную точку в споре поставит тот, кто заявится к ним следующим.
Следующим подошёл журавль. Узнав суть спора, птица, недолго думая, показала крылом на фазана. Овца с бараном категорически не согласились с заключением журавля и твёрдо настояли на том, что следует вызнать мнение ещё хотя бы одного местного обитальца.
Прошло немного времени, и увидели спешащего по тропинке к реке козла. Сойдясь в разноголосом крике, подозвали бородача к себе и попросили, как предыдущих пришельцев, ответить на вопрос: кто же из двоих, овца или фазан, красивее? А козёл как будто был готов к этому: прошёлся сухим коротким взглядом по фазану, а перед овцой встал на колени, покорно преклонил к земле рогатую голову. И без всяких слов стало понятно, кому отдаёт он предпочтение…
Таким образом, счёт снова сравнялся: двое отдали свой голос за фазана и также двое – за овцу. В очередной раз заспорили и, не придя к общему мнению, договорились повторить попытку – задать волнующий вопрос любому, кто первым покажется перед ними. Задать теперь уж точно в последний раз.
Один за другим взойдя на прибрежный бугор, они встали цепочкой по его краю и нацелили взгляды на прилегающую к реке местность.
– Вижу! Вижу! – опережая всех, радостно закричал козёл, указывая копытом на зачерневшее вдалеке на горизонте пятно. Это, ещё трудноразличимое на фоне окружающего ландшафта, пятно явно двигалось в их сторону.
– Кто же это может быть?.. – сосредоточенно сощурив глаза, проронил баран. – Не знаю почему, но мне сразу вспоминается хозяйский бык, с которым собираюсь на днях пободаться…
– А может быть, не бык, а лиса… – встревоженно задвигал шеей лебедь. – Когда выхожу с птенцами на берег пощипать траву – за каждым кустом она мерещится!..
– Я понял! Я понял, кто это! Это же осёл, осёл к нам несётся!!! – восторженно подлетая на месте, выпалил задравший выше всех голову журавль. – Вернее сказать, он бежал в нашу сторону, а теперь почему-то повернул обратно…
– Повернул обратно?.. – не сводя глаз с начавшего быстро отдаляться пятна, огорчённо выдохнул козёл. – Ах, как же не повезло, как же не повезло… Мой длинноухий друг легко рассудил бы нас. Он ведь знаете какой умный, какой головастый!..
– Ладно, не расстраивайся, борода, подождём ещё, – похлопывая копытом по холке, успокоила козла овца.
И они снова погрузились в ожидание.
– А это что за странная птица с места на место летает? – указывая куда-то позади себя, нарушила затянувшееся молчание овца. – Может, кто-то знает, как зовут эту летунью?
Внезапно прозвучавший вопрос заставил всех одновременно повернуться назад.
– Где?! Где?! – бросая быстрые взгляды то на близлежащие кустарники, то на саму овцу, спросил баран.
– А я увидел, я увидел её! Она залетела вон в те кусты!!! – указывая впереди себя крылом, зашёлся в ликующем крике фазан. – Это сова! Мудрая лесная сова! Вот кто, вот кто способен действительно справедливо разрешить наш спор! Надо позвать, надо позвать её сюда!
– Что-то ты слишком сильно обрадовался… Уж не друзья ли вы с ней близкие? – недовольно нахмурив лоб, заметила овца. – Но ничего не поделаешь: раз уж никого больше нет, раз договорились… давай, зови, зови её сюда.
Получив одобрение, фазан неспешно двинулся к кустам. Совсем немного не дойдя до крайних ив, он остановился и громко позвал:
– Сова! Сова! Выходи, выходи скорее к нам! Выходи, не прячься, я тебя вижу! Я тебя вижу!
На зов его никто не откликнулся и не вышел. Потом одна из ветвей ближайшего деревца едва заметно шевельнулась, и оттуда с шумом вылетела большая длиннокрылая птица. Никуда не сворачивая, она приземлилась прямо перед фазаном.
– Он её вызвал! Он её вызвал! Теперь всё решится! Всё-всё наконец решится!!! – возбуждённо дёргая шеей, закричал журавль и широкими прыжками рванул к застывшим друг перед другом птицам.
Внезапно обнаружив, что остался один среди животных, лебедь с пронзительным гоготом бросился за журавлём. Вопросительно переглянувшись между собой баран, козёл и овца кинулись вслед за лебедем.
За считаные мгновения оказавшаяся в окружении безумной компании птиц и животных сова испуганно заверещала:
– Что?! Что вы хотите со мной сделать?! Сжальтесь, пощадите, пощадите! Простите великодушно, если осудила кого-то неправильно… Все мы, все мы имеем право на ошибку!..
– О чём это ты, мудрая птица?.. – озадаченно глядя на сову, проговорила овца. – Не бойся, ничего мы с тобой не собираемся сделать. Мы собрались здесь всего лишь для того, чтобы решить один очень важный вопрос: кто из нас двоих, я или этот фазан, красивее. Вот баран с козлом считают, что я красавица, а они – лебедь с журавлём – показывают на него. Сколько ни сидим тут, ни гадаем, никак-никак не можем прийти к общему мнению! Поэтому и позвали тебя. Хотим, чтобы ты рассудила наш спор, разложила всё по справедливости. Хотя… лично для меня здесь и так всё ясно.
– Что ясно?! Что ясно?! То, что ты красивее меня?! – исступлённо размахивая крыльями, сорвался с места фазан. – Возомнила себя красавицей, ходячая гора меха, и представьте только – сама же тому верит! Да ещё и имеет наглость со мной, фазаном, красотой мериться!.. Хорошо, хорошо, давай померяемся, пусть многоуважаемая сова оценит нас по достоинству…
Выйдя в середину круга, фазан важно выпятил грудь и следом распахнул за своей спиной хвост.
– Ах, какая красота!.. – при виде явившегося глазам пышного наряда восхищённо выдохнул лебедь.
– Просто прелесть!.. – умилённо качая головой, добавил стоявший рядом с лебедем журавль.
– Ничего особенного не вижу, – недовольно поморщившись, выронил баран.
– Полностью согласен с тобой, брат: перья не шерсть – зимой не согреют, – холодно заключил вслед за бараном козёл.
– А ты, ты что думаешь по поводу моего наряда? – слегка пританцовывая, обратился к сове фазан. – Пора уже наконец-то узнать, кто из нас двоих красивее.
– Да-да, пришла пора это узнать! – резко оттеснив фазана в сторону, предстала перед совой овца. – Признай, признай, лесная птица, что я красивее! И нос, и губы, и глаза – всё-всё во мне прекрасно! А шёрстка – просто загляденье! Давай-давай, решай скорее, не томи уже!..
– Даже не знаю, что и сказать, – глядя то на фазана, то на застывшую в напряжении овцу, проговорила сова. – Такое сложное дело сразу не решить. Надо бы немного подумать.
– Да что тут думать, что тут думать?! Прелестнее овцы нет никого на свете! Другого я не признаю! – возбуждённо подскакивая на месте, выкрикнул баран.
– Правильно, правильно сказал, друг! Вот, вот она, красавица, перед нами! Настоящая красавица, невыдуманная! – горячо поддержал барана козёл. – Не видит этой красоты только слепой! Только слепой!!! А кто видит, но не хочет признавать её – тот просто хамелеон! Презренный двуличный хамелеон, которого надо топтать и бодать! Топтать и бодать!!!
Ударив копытами по земле, козёл сорвался с места и стал с криками носиться по поляне.
– Долго он так будет бегать? Может, мне отсюда уйти?.. – с опаской поглядывая на козла, выронила через время сова.
– Нет! Нет! Не уходи! Не уходи! – взволнованно загомонили в ответ птицы. – Лишь только ты, только ты одна способна рассудить нас!
– Конечно! Конечно, оставайся, не уходи! Без тебя нам тут ничего, ничего не решить! – без промедления присоединились к уговорам овца с бараном.
Козёл, уяснив происходящее, моментально прекратил бег и смирно встал позади барана.
Убедившись в том, что все успокоились, сова разом приободрилась и умиротворённым голосом изрекла:
– Хотите, значит, чтобы я осталась? Тогда прошу соблюдать мои условия: вести себя на суде спокойно, слушаться и не перебивать. В противном случае я просто уйду. Всем понятно?
