Страница 2 из 3
— «Ами»3 во французском языке означает «друг» или «подруга». Перевод зависит от того, как пишется слово.
Мальчики удивленно переглянулись.
— Ай-яй-яй, девчонки! — Дима насмешливо замотал головой, — Слышала бы вас Валентина Вячеславовна! Что за слова непонятные используете!
Лиза фыркнула, уперев руки в бока. Глаза ее сощурились, а стекла очков как будто воинственно заблестели:
— Ой, ты нас поучать еще будешь!
Дима энергично закивал. Вид у него был как у профессора. Остальные весело переглянулись: у Димы и Лизы было негласное правило, придираться друг к другу из-за пустяков. К счастью, все всегда заканчивалось миром.
Однако сегодня спор даже толком и не начался — внимание на себя переключил Миша. С блестящими от нетерпения глазами, он предложил стоявшим рядом одноклассникам:
— Давайте себе тоже какое-нибудь слово придумаем!
— И правда! Чем мы хуже… — поддержал Дима, с вызовом поглядывая на Лизу.
— Толко нэ «амифки»! — предупредил Вася. Он дожевывал булочку, поэтому фразу сказал нечетко, но мальчики его поняли.
Принялись перебирать иностранную лексику.
— Можно выбрать слово «бади»4! — азартно предложил Миша, — Так называют друга или приятеля в англоязычных странах. Во множественном числе — «бадиз».
Маша достала из рюкзачка тетрадку с совой на обложке и сделала пометки — она частенько записывала интересные слова.
— Заметано! — хлопнул в ладоши Дима. Каждый «бади», ужасно довольный собой, важно закивал. Дима широко улыбнулся.
— Димас! У тебя скобы на зубах появились?! — вдруг заметил Миша.
— Ты что, только увидел? — усмехнулась Лиза.
Все остальные переглянулись. И правда, на зубах мальчика поблескивали металлические приспособления.
— Ага, скобы — это бре́кеты, — пожал плечами Дима. Вероятно, какой-нибудь другой мальчик занервничал бы, почувствовал себя неловко с такой «обновкой», но только не Дима. Зная, что главное — правильно преподнести ту или иную информацию, он беззаботно пояснил, махнув рукой, — Предки потащили к стоматологу. А доктор сказал, что мне нужны бре́кеты. Кстати, в английском языке слово «brackets» означает «скобки». Так вот, мне такие скобы для красивой улыбки прописали. Так что пока буду ходить с ними. Для меня это вроде доспехов!
— Как так? — не понял Никита.
— А так, — Дима запрокинул голову — заважничал, — Укрепляют характер! С ними знаете как тяжело! И потом еще… попробуй наберись терпения, чтобы не стянуть их раньше времени!
Мальчики переглянулись. Похоже на то — задача и в самом деле непростая, героическая!
Лиза хихикнула, остальные девочки весело переглянулись.
— Ну что, бадиз, лэтс гоу (buddies, let’s go5) на урок! — сказал Миша и насмешливо добавил, — Кто последний… тот в конце дня поднимает все стулья!
Мальчики ринулись в класс. Там сообщили остальным «бадиз» о том, как они теперь все будут друг друга называть. Девочки поднялись чуть позже.
Сегодня на истории Ярослав Олегович был спокоен и даже улыбался. О плафонах никто спрашивать не рискнул.
В начале урока классный руководитель заметил:
— Не забудьте, сегодня у вас технология! — заметив, что Вася сидит, уткнувшись в телефон, Ярослав Олегович настойчиво уточнил, — Ребята, все слышали? Между прочим, даже царь (а впоследствии — император) Петр I плотницким делом увлекался.
— Серьезно что ли? — восхитился Никита.
— Конечно! — кивнул преподаватель, — Кто же о Петре Великом несерьезно говорит?! Добавлю, что именно при нем Новый год стали отмечать зимой.
— А до этого как же, без Нового года что ли обходились? — удивилась Вика.
— Нет, — улыбнулся преподаватель, — Его отмечали осенью. А еще раньше — весной.
Часть урока истории преподаватель символично назвал словом «вече» — «собрание». Ярослав Олегович, словно мудрый полководец, раздавал поручения по поводу праздничной сценки.
Тематику они с учениками выбрали необычную: «Старинные предания и традиции». Ребят она всерьез увлекла, многие с энтузиазмом делились идеями.
Лиза и Маша показали альбом с набросками костюмов и поделились идеей: в качестве «собольего меха» использовать воротники со старой верхней одежды. Вася поинтересовался, будут ли они чем-то угощать зрителей. Девочки пообещали принести пироги и пирожки, а Миша залез в Интернет в поисках чего-нибудь необычного и предложил приготовить «сбитень» — напиток из меда с добавлением пряностей.
Следующий урок — физкультура — тоже прошел без приключений. После занятия преподаватель вернул всем телефоны (он стал их забирать на время урока после того, как несколько любителей селфи едва не расшиблись, пытаясь сделать наиболее «эффектные» кадры).
На перемене те, кто уже успел переодеться, собрались в коридоре — обсудить предстоящую сценку.
— Ребята, ребята, тише! — вдруг шикнула на всех Вера.
— Бомба идет! — добавила Ника, прижимая указательный палец к губам.
Все мгновенно замолчали. И попытались пригладить волосы, заправить рубашки, одернуть свитера и приосаниться.
Бомбой завуча школы прозвали не без причины. Фамилия у Элеоноры Филипповны говорила сама за себя: Бомбилова. Она буквально взрывалась, если ей было что-то не по нраву. Казалось, в ее присутствии даже мухи старались не жужжать.
Боже упаси, если какой-нибудь незадачливый мальчишка (или девчонка) умудрится помчаться куда-нибудь в ее присутствии! Дело в том, что Элеонора Филипповна любила порядок во всем. У нее всегда в порядке прическа, наряд и дома у нее, вероятно, всегда порядок. В школе она также усердно следила за порядком. А, если кто-нибудь из ребят вдруг слышал ее голос, звучащий с другого конца школы, значит, там (на том конце школы) явно что-то не в порядке!
— Вот вы и попались! — произнесла Элеонора Филипповна, хищно сверкая глазами.
— Да мы и не убегали, — шепнула Лиза Маше. Обе хихикнули.
Виолетта заголосила:
— Элеонора Филипповна, а девочки шепчутся о Вас!
— Ябеда-корябеда! — негодующе прошипела Лиза.
Завуч сдвинула брови и сурово посмотрела на Машу с Лизой:
— Что-то затеваете?! Уроки прогуливаете?
— Никто ничего не затевает! — храбро сказал Миша, старясь смотреть завучу прямо в глаза — для большей убедительности.
— Просто идем на технологию, — пояснила Маша.
— Вы мне зубы не заговаривайте! — воскликнула завуч, — Разговаривают они! Дисциплину расхолаживают! Технология на первом этаже. А ну, марш на занятия!
Дважды повторять не пришлось. Ребята быстрым шагом (бежать ведь нельзя) направились к лестнице.
После занятий все отправились в гардероб — очередь там зимой почти всегда огромная. Получив свою одежду, Маша стала переобуваться. Лиза, уже одетая в пуховик, подошла к ней, кивнула и, поправив очки, направилась к выходу из школы.
Забрав, наконец, свою зимнюю куртку из гардероба, Дима крикнул Мише и Никите:
— Пока, бадиз. Я, типа, побегу — еще младшего брата из сада забрать надо. И о приключениях в Африке он все просит почитать.
На улице он догнал Лизу. Девочка выглядела удивленной и в то же время обрадованной:
— А я думала, ты забыл, что хотел меня проводить до дома.
— Ну, я, типа, обещал! — пожал плечами Дима, — А я свое слово держу. И потом, Лиза, мы же друзья! — при этих словах девочка невольно улыбнулась, а мальчик спросил, — А ты меня почему не подождала? Я не метеор. Так быстро не могу одеваться.
Лиза замялась. Она не хотела признаваться, что не любит никому навязываться. К тому же она думала, что Дима забыл о своем обещании.
— А как же твой младший братик? — спросила Лиза, желая сменить тему.
— Если ты не против, мы вместе за ним зайдем в сад, тут по пути.
Лиза была очень даже не против.
А в школе тем временем ученики продолжали получать свою одежду из гардероба.
— Уф, наконец-то! — поспешно надевая куртку, сказал Никита и обратился к Мише, — Ну, до завтра! Пойду разыщу Вику — я ей обещал помочь нести портфель! — и пояснил, как бы оправдываясь, — Все равно живем рядом, — с этими словами он скрылся в гудящем улье школьников.
Миша пожал плечами и подошел к Маше. Друзья решили вместе пойти домой, тем более что жили они в соседних дворах.
На землю мягко падал снег, морозец, озорничая, кусал щеки и носы. Все-таки предпраздничная пора зимой — удивительное время! Вроде бы снег такой же, как в любой другой зимний месяц. А уличные фонари те же, что и летом. Но именно перед Новым годом все это кажется волшебным. Словно есть в воздухе что-то такое… чудесное. И ощущается нечто сказочное. Кажется, наступит следующий год, а вместе с ним ко всем придет какая-то особенная радость. Новая. И новые лица, друзья, впечатления!
— Погляди-ка, — Маша потянула Мишу за рукав, — Фонари уже проснулись и теперь такие красивые!
— Проснулись? — удивленно переспросил Миша.
— Ну да, — пожала плечами девочка, — Днем спали, а сейчас открыли свои блестящие «глаза».
— Фантазерка ты! — добродушно хмыкнул Миша.
— Немножко, — согласилась Маша, потупив глаза, но тут же вскинула голову, — А что в этом плохого?
— Ничего… а я и не говорил, — мальчик смущенно пожал плечами и чуточку покраснел.
Подул ветер. Миша пошутил, что не тот подарок попросил к Новому году: не планшет надо было, а снегоход! Маша улыбнулась. Обычно ее глаза смотрели сосредоточенно, а лицо было серьезно, но Миша в очередной раз обратил внимание: когда девочка смеется или улыбается, ее глаза блестят и напоминают темный шоколад.
Во дворе было пустынно. Наверное, взрослые еще не вернулись с работы, а школьники пока сюда не добрались. Услышав хруст шагов по снегу, Миша и Маша обернулись — за ними шли трое рослых незнакомцев — девочка и двое мальчиков. Наверняка из старших классов. И Маше отчего-то стало тревожно: «Все это подозрительно…»
Неприятное чувство, когда за спиной ощущаешь взгляд неприятного человека. А тут — даже не одного, а сразу нескольких! Не сговариваясь, Миша и Маша ускорили шаг — не нужны им неприятности накануне праздников.
«Может, просто показалось, что они за нами следят», — подумала Маша. «Ой!» — вскрикнула она, когда они с Мишей завернули за угол жилого дома. Кто-то с силой потянул ее за косу, выглядывавшую из-под шапочки. Девочка обернулась. Миша сделал то же самое. Они увидели ухмылявшуюся незнакомую старшеклассницу. Это она подкралась сзади и дернула Машу за косу. Через миг рядом с ней оказался один из спутников. Другой, тяжело пыхтя, спешил к ним.
— Ты чего?! — возмутился Миша, строго глядя на незнакомку.
— Развлекаюсь! — противно хихикнула та и показала язык. У девчонки был кричащий макияж: небрежно подведенные ярко-красные губы и неестественно розовые щеки. Как будто на лице штукатурка у этой «Цацы». Но в компании своих друзей она, безусловно, выглядела самой «приятной».
— А че, чего-то не устраивает? — огрызнулся один из мальчишек. Миша условно окрестил его «Тощим» — он был очень худой, с выступающими скулами, острым подбородком и маленькими бегающими глазками.
— Вообще-то да! — воскликнул Миша.
Маша потянула его за руку, пытаясь увести. Лучше не связываться с этой компанией. Но мальчик не сдвинулся с места. В этот момент к ним подбежал второй мальчишка: крупный с огромными ручищами и широченными плечами. Настоящий «Шкаф»! Он запыхался, и его частое дыхание напоминало гудок паровоза.
— Пускай извинится! — твердо сказал Миша, обращаясь к «Тощему», который, несомненно, был главарем этой «банды».
— Еще чего! — хмыкнул «Тощий», пожав плечами, — Мы даже перед родителями никогда не извиняемся! А ты че, умник? Чего паришься?!
— Парятся в бане! — парировал Миша.
— Ладно, Миш, пошли! — прошептала Маша, пытаясь увести мальчика, но тот не слушал ее.
— Зачем вы нас преследовали? — строго спросил он, переводя взгляд с «Тощего» на «Цацу». «Шкаф» все еще пытался отдышаться. Из его рта шел пар.
Маша с тревогой огляделась по сторонам — кроме них здесь никого нет. И где эти прохожие, когда они так нужны?! «Шкаф» ринулся к Маше, но Миша преградил ему путь. Оба с кулаками кинулись друг на друга. «Тощий» с деланным равнодушием достал из кармана куртки телефон и принялся снимать (сначала себя, а потом и происходящее) на видео.
— Останови своего увальня! — крикнула Маша и бросилась к «Тощему», едва не выбив у него из рук телефон.
— Ниче се! Зачетный выпад! — изумился «Тощий», отбиваясь от Маши и переводя камеру на нее, — А ты, оказывается, боевая девчонка!
— Ты чего к нему лезешь?! — завизжала «Цаца», бросаясь на Машу.
Девочки принялись хватать друг друга за волосы и толкаться. «Цаца» была значительно крупнее Маши, которой становилось все труднее сражаться. На школьных уроках ее не обучали самообороне. К сожалению. Но интуиция подсказала Маше применить зубы.
— Ай! — вскрикнула «Цаца», отпустив Машу, — Эта дурища меня укусила!
— Крутяк! — хмыкнул «Тощий».
Теперь он крупным планом стал снимать борющихся друг с другом девочек, похоже, совсем позабыв о мальчиках, которые в пылу сражения уже повалились на снег, побросав рюкзаки.
Маша с силой оттолкнула «Цацу» и бросилась к школе — за подмогой. В школьном дворе она увидела одноклассников: Нику, Вику и Никиту — они еще не успели разойтись по домам. Чуть поодаль стояла Вера и о чем-то разговаривала с каким-то высоким мальчиком.
— Помогите! — закричала Маша и замахала руками, чтобы привлечь внимание, — За мной, быстрей! Миша! Хулиганы! — девочка остановилась, чтобы перевести дух, но продолжать не понадобилось — слова «хулиганы» было достаточно. Не задачки же Миша с ними решает!
Все побежали за Машей. По дороге незнакомый мальчик крикнул:
— Уж не мои ли это хулиганы?
Оказавшись на «поле сражения», незнакомец и Никита накинулись на «Шкафа», с которым боролся Миша, а четыре подруги налетели на озадаченного «Тощего». Маша, изловчившись, выхватила у него телефон. «Цаца» на сей раз не стала участвовать в поединке. Зачем портить внешность? Итак, пока боролась с Машей, свой ноготь сломала!
Наконец, «Тощий» прохрипел:
— Сдаемся! Сдаемся! Вы че, уже и шуток не понимаете?! — коряво улыбнулся он и приблизился к Маше, в руках у которой все еще был «трофейный» телефон.
— Хороши у вас шуточки! — сердито воскликнула Вера, сверкая глазами.
Ника и Вика не сводили глаз с «Цацы» — чтобы не вздумала улизнуть. Маша подбежала к Мише, который уже успел подняться с земли и отряхивал одежду от снега. «Шкафу» тоже досталось — капюшон его куртки Миша оторвал еще до того, как прибыла подмога. Никита, не отрываясь, следил за «Шкафом».
— А ты молоток! Хорошо дерешься! — похвалил незнакомец Мишу, — Я Максим. Староста этих вот дуралеев.
«Тощий», заметив, что Максим взял у Маши его телефон и что-то там нажал, завопил:
— Э, э, ты че творишь?!
Он подбежал к Максиму, но наброситься на него не решался. Маше показалось, что хулиган побаивался своего старосту.
— Я отправил себе на телефон видео, которое ты наснимал, — сурово заявил Максим и добавил, — Это — важные улики. С твоего телефона я их удалил. Нечего разбойничать! У меня, если помнишь, папа в полиции работает!
— Да помню я! Это трудно забыть, — просипел «Тощий», а «Шкаф» испуганно шмыгнул носом.
— Меня потому старостой в нашем классе и назначили, — пояснил Максим Мише, Маше и их друзьям, — Чтобы я за этими вот, — он кивнул в сторону своих одноклассников, — Присматривал.
«Тощий» заискивающе прогнусавил:
— Зачем отвлекать твоего папу от важных дел? — «Шкаф» и «Цаца» закивали, — Мы больше не тронем этих… киборгов!
Миша и Маша переглянулись. Так их еще не называли. Может, «Тощий» и впрямь сдержит свое слово? Вера и Ника с подозрением покосились на хулиганов, а Никита и Вика заинтригованно смотрели на Максима и «Тощего».
— И не только их! — пригрозил Максим, переводя взгляд с «Тощего» на «Шкафа», а потом — на «Цацу», — Перестаньте пугать людей! Я вам спуску не дам — имейте в виду! Мало вам было наказаний за разбитый плафон?!
Миша, Маша и их друзья переглянулись: так вот кто хулиганил в школе! Максим добавил, что доведет каждого из своих одноклассников до дома (он, как староста, знает, где кто живет).
— Проконтролирую, чтобы новую кашу не заварили! — пояснил Максим, кивая в сторону драчунов.
— Спасибо за помощь! — кивнул Миша, пожимая руку Максиму.
«Шкаф» на прощание пригрозил Мише:
— Ну, ушастый, попадись ты мне в какой-нибудь онлайн-игре!
— Ой, напугал! — с насмешкой ответил Миша, — У меня и там скилы6 неплохие, — повернувшись к друзьям, Миша добавил, — Вот он чудик! Можно подумать, если я не «качок» и роста среднего, я за себя и близких постоять не смогу! А я ведь на рукопашку хожу. Между прочим, большой рост и вес в сражении — не всегда преимущество…
Когда Максим и его «подопечные» скрылись из виду, друзья переглянулись. Вот так «приключеньице»! Миша и Маша поблагодарили одноклассников за помощь. Вся четверка вызвалась сопровождать мальчика и девочку. «Да ладно вам, телохранители!» — попытался пошутить Миша, но строгий взгляд Веры и Ники его остановил. А Никита обиженно сказал: «Мы же за вас волнуемся!»
Маша задрожала. В пылу сражений она вспотела, и теперь у девочки возникло ощущение, что холодный ветер пронизывает насквозь.
— Маша, в чем дело? — встревожилась Вика.
— Тебя не ушибла эта дылда? — воинственно уточнил Миша.
— Нет, нет, — смущенно ответила девочка, — Ничего страшного. Просто холодно. А Мише раны обработать надо!
Мальчик запротестовал:
— Какие там раны, не драматизируй! Так, пара синяков, — с этими словами он потер ушибленные места и айкнул — все-таки больновато было.
— И фингал под глазом! — добавил Никита, кивая на лицо мальчика.
— А вот это уже хуже, — помрачнел Миша, — Мама заметит. Устроит допрос с пристрастием.
— Хулиганов не испугался, а маму боишься? — улыбнулся Никита. Он говорил это без издевки, а с тайным восхищением. Он бы тоже хотел проявить себя как-нибудь геройски. Особенно перед Викой. Мальчик не знал, что Вика уже считала его героем —он так отважно бросился помогать другу!
Проводив Мишу, дружная компания направилась к Машиному дому…
Миша, выходя из лифта на своем девятом этаже, размышлял, кто из родителей уже дома, и как замаскировать фингал. Дверь открыл папа. Это не так страшно. Василий Анатольевич хоть роста был и не самого высокого — в школьных драках участвовал и наверняка все поймет.
Пока папа еще не успел опомниться и засыпать его вопросами, Миша рассказал обо всем сам.
— Молодец, сынок, что за Машу заступился, — одобрил папа, покручивая ус. И предусмотрительно заметил, — Маме лучше твой фингал не показывать. Перепугается, по врачам тебя таскать начнет, обследования проводить.
— Как же я его скрою? — спросил мальчик, машинально прикоснувшись к «боевому ранению» и сразу же ойкнув.
— Ляжешь сегодня спать пораньше. Мама звонила, только выезжает. А вечером пробки, сам знаешь. Завтра найдем тебе затемненные очки без диоптрий. В них и пойдешь в школу. Проблема решена!
— Па, ты супер! Правда! — Миша даже подпрыгнул от радости.
— Ну так, — смущенно ответил Василий Анатольевич, — Я же твой папа! А как у тебя дела с контрольными и прочими «орудиями пыток»?
— У меня все в порядке, — произнес мальчик, — Контрольные мы уже все написали. С биологией мне Маша здорово помогла — это ее любимый предмет!
Василий Анатольевич улыбнулся и посоветовал Мише прилечь, а сам пошел за льдом. Миша расположился у себя в спальне на любимом диванчике. Не успел мальчик загрустить без компьютера, как папа вошел в его комнату.
— Приложи, сынок, — произнес он, подавая мальчику компресс.
Миша сделал то, что рекомендовал ему старший по опыту «сражений». Чтобы не видеть компресс (на нервы действует), мальчик закрыл глаз, под которым был фингал. Так, лежа с одним открытым глазом, Миша вдруг подумал, что стал похож на одноглазого пирата. «Хорошо хоть не одноногого» — усмехнулся мальчик и принялся (открытым глазом) изучать карту мира, висевшую на стене у диванчика.
Почти сразу Миша отыскал Мадагаскар и его столицу Антананари́ву, о которой говорили недавно на географии. «Интересно, в Антананари́ву тоже есть хулиганы и разбойники? — размышлял мальчик, — Думаю, есть. Они повсюду. Но хороших людей все-таки больше».
От размышлений Мишу отвлекло звяканье посуды, раздававшееся с кухни — папа разогревал ужин. «Попозже надо будет Маше позвонить… О, папа „местное“ радио включил, ну-ка, послушаем, какие там новости…»
В комнату мягкой поступью вошел Помпон. Кот вспрыгнул на диванчик и принялся тереться головой о Мишину руку.
— Ты не представляешь, что сегодня было! — произнес мальчик, поглаживая любимца по мягкой шерстке. Тот мурлыкнул, проявляя заинтересованность, прикрыл глаза и принялся внимательно слушать…
Сидя в своей квартире за кухонным столом и не слыша, о чем говорит радиодиктор, Маша задумчиво ковыряла вилкой в пюре.
— Доча, выкладывай! — произнесла над самым ухом Василиса Николаевна, убирая со лба выбившуюся прядь каштановых волос. Ее обычно такие ласковые карие глаза на сей раз смотрели внимательно и даже строго, — Это же твое любимое блюдо: пюре с котлетой. Раз не поела — тебя что-то беспокоит!
— Ну да, — пробормотала девочка, опершись подбородком на внутреннюю сторону ладони, — Из-за меня Миша сегодня подрался!
И она все рассказала маме. После этого даже как-то легче стало.
— Я теперь волнуюсь, как он там!
— Так позвони! Еще лучше — возьми гостинцев да сходи к нему в гости.
— А можно?! — обрадовалась Маша.
— Почему же нет?! — рассмеялась мама, — Живет он в соседнем дворе, а на улице еще не очень темно. На обратном пути тебя папа встретит — он как раз с работы будет возвращаться, я ему позвоню и предупрежу. Ну что с тобой, Маш? Тут без посторонних не обошлось. Кто-то что-то сказал? Опять Виолетта эта покоя тебе не дает?
Маша всегда удивлялась: и откуда мама все знает? Или чувствует просто.
— Да нет, все в порядке, — девочка улыбнулась, — Виолетте, наверное, просто заняться нечем — вот она людей и затрагивает. Но я придумала, как реагировать на ее реплики — и это сработало.
— Умница! — Василиса Николаевна обняла дочь, — В любом случае помни: ты всегда можешь поделиться со мной и с папой тем, что у тебя на душе.
— Знаю, — улыбнулась девочка.
Повеселев, Маша принялась собирать пакет с гостинцами.
Когда девочка позвонила в дверь квартиры, открыл Мишин папа:
— О, подмога приехала! Заходи, Машутка! Вовремя ты — наш Мишутка отказывается кашу есть. Может, хоть ты его уговоришь.
— Па, ну я же просил так меня не называть! — сердито пробурчал Миша, выходя в прихожую. И остановился, как вкопанный. — Маша, это ты?
Девочка улыбнулась, потрогала свою голову, руки, ноги:
— Да, вроде бы я! Посылку тебе принесла. От Снегурочки! — с этими словами девочка протянула Мише пакет с гостинцами. — Пришла узнать, как у тебя дела.
Миша смущенно улыбнулся и достал для нее тапочки. Тем временем Мишин папа закрыл Помпона в спальне — чтобы Маша не мучилась от аллергии. Ребята немного поболтали за чаем, и Маша, успокоившись, что с Мишей все в порядке, отправилась домой…
Необъяснимая вещь: когда Елена Аркадьевна вернулась домой, ее сын Миша уже лежал в своей кровати, повернувшись лицом к стене!
— Что это он так рано спать лег? — с подозрением спросила мама, выходя из комнаты сына.
— Просто устал, — пояснил папа, — День был тяжелый. А завтра еще и репетиции.
Мама о репетициях слышала, но о том, чтобы Миша ложился спать так рано — никогда. Она снова зашла в комнату.
Василий Анатольевич понял, что настала пора действовать:
— Милая, — прошептал он, заходя следом, — У меня там программка компьютерная никак не устанавливается. Может, у тебя получится? Ты же у нас умница, специалист!
Уловка сработала — мама улыбнулась:
— Ладно, пошли. А Миша, — она бросила ласковый взгляд на макушку сына, выглядывавшую из-под одеяла, — Пускай отдыхает.
Дни понеслись галопом. К счастью, контрольные уже были позади, и теперь легче мечталось о каникулах. Конечно, Мишина мама узнала о его «боевых ранениях», как он их в шутку называл. Но мальчик и Василий Анатольевич заверили Елену Аркадьевну, что беспокоиться не о чем. Компрессы они уже прикладывали, и теперь все быстро пройдет. Повздыхав и посетовав на такую скрытность, мама, в конце концов, успокоилась.
В школе ребята продолжали репетировать сценку. Виолетта в этом участия не принимала, да и вообще ходила какая-то странная — ни к кому не цеплялась со своими едкими замечаниями и, казалось, мыслями была где-то далеко, думала о чем-то, известном ей одной. Некоторые девочки из класса предполагали, что она поссорилась со старшеклассниками, дружбой с которыми совсем недавно хвасталась. Мальчиков же… эти вопросы нисколько не волновали. Главное — что хулиганы из класса Максима были тише воды ниже травы.
Школьникам еще продолжали задавать домашние задания, а погода выполняла свое собственное задание: засыпала улицы снегом. Город одевался в елочные фонарики. Все блестело и сияло, будто по волшебству. Красивые, нежные снежинки облепили окно узорчатой рамкой. На запотевшем стекле Маша вывела: «Н г». Он совсем скоро!
И вот наступил день школьного торжества. Кое-кто из ребят, не принимавших участие в выступлении, уже уехал, чтобы отметить праздники, а некоторые просто решили не приходить на мероприятие.
Открыл «елку» танец снежинок. За ним — небольшая постановка «Зимняя сказка». После — была сценка под названием «О непростой жизни блогеров». Но о них сейчас почти все знают, а вот «Старинные предания и традиции» — для многих тема с загадками и тайнами. Поэтому ребята из класса Ярослава Олеговича ее и выбрали.
Мальчики и девочки в нарядах под старину вышли на сцену и хором обратились к зрителям: «Гой еси! Это молвим каждому, кого приветствуем».
Зрители удивленно переглянулись, такое необычное вступление всех заинтриговало. Школьники, в соответствии с ролями, продолжили: «Земля наша прекрасна и щедра. Здесь путнику прием радушный: и хлеб, и соль; рассказ нескучный. Хороводы тут повсюду, чудеса с тобою будут!»
Все играли с большим удовольствием. Вася, как и обещал, принес балалайку, а Ярослав Олегович удивил всех своей игрой на гуслях. Представление очень понравилось зрителям. Даже Элеонора Филипповна не протестовала, когда в актовом зале стало слишком шумно — от аплодисментов! После бурных оваций ребята вместе с классным руководителем пригласили всех на сцену — угоститься подготовленными лакомствами и, конечно же, сбитнем!
К радости ребят их с Ярославом Олеговичем сценка о путешествии во времени заняла первое место. Миша, Маша и все их одноклассники хлопали в ладоши и поздравляли друг друга с победой.
До новогодних праздников оставалось совсем чуть-чуть. Маша и ее родители после длительных поисков и обсуждений выбрали пушистую елочку, которая им приглянулась. Эта хвойная красавица заняла почетное место в зале и наполнила воздух праздничным ароматом (в сочетании с «оранжевым» мандариновым настроением). Как только все принялись наряжать елку, в дверь их квартиры на седьмом этаже раздался звонок. На пороге стоял Миша с ранцем на плечах и большущей коробкой конфет в руках. Мальчик пришел вместе с родителями: Еленой Аркадьевной и Василием Анатольевичем. Помпона они оставили у своих соседей. Мишины родители поздравили всех с наступающим Новым годом, помогли украсить елку и поспешили в аэропорт (на все каникулы они отправлялись в корпоративную поездку)…
Наконец, тридцать первого декабря Миша, Маша и ее родители собрались за праздничным столом и включили телевизор. Там показывали любимый многими фильм, снятый еще в советское время, «Ирония судьбы, или С легким паром»: Женя Лукашин уже начал осознавать, что каким-то удивительным образом он оказался в совершенно неожиданном для себя месте, в ленинградской квартире.
Пришел Новый год, а с ним — веселый смех и яркий фейерверк! После боя курантов позвонили с поздравлениями друзьям и родственникам. Мишин дедушка передавал привет из очередного путешествия в северные края, а Машина бабушка напомнила мальчику и девочке, что с нетерпением ждет их к себе в гости.
Когда широкоплечий Илья Иванович ласково взял Василису Николаевну за руку и вышел с ней на балкон — полюбоваться очередным фейерверком, Миша отвел Машу в зал. Там, под елкой, лежала коробочка, завернутая в блестящую красную бумагу.
— Подарок от Деда Мороза, — улыбнулся мальчик. Он явно нервничал.
Аккуратно развернув бумагу и раскрыв коробочку, Маша обнаружила деревянные бусы с кулоном в виде Жар-птицы. Девочка торопливо надела украшение и побежала к зеркалу. Вернулась в комнату с сияющими глазами — такой диковинки точно ни у кого больше нет! К тому же, Миша сделал это своими руками — настоящий умелец! Маша закружилась, плавно взмахивая руками и представляя, будто и сама она — птица, летящая по голубому небу. Миша невольно залюбовался девочкой.
— Ой! Чуть не забыла о своем подарке для тебя! — вдруг спохватилась Маша, убирая со лба волосы. Напевая одну из новогодних песенок, она вручила мальчику коробку, перевязанную лентами. Там был собственноручно связанный шарф.
— Очень кстати! — обрадовался мальчик и поднял вверх большой палец, — Ты такая рукодельница!
