Лалеана была очень хорошей, несмотря на все невзгоды и несправедливости, навалившиеся на бедняжку.
Родилась Лали в небольшом приграничном городке у женщины довольно скупой на проявление материнских чувств. Отца своего девочка никогда не знала, а на все вопросы дочери мать только злилась, отмахиваясь от «докучливой лентяйки». Но это было потом, когда «добрый» отчим, пьяный как последняя скотина, вывалил на Лали всю правду, измазав десятилетнюю кроху в такой словесной грязи, которую не всякая бывалая потаскуха слышала! Настоящий ублюдок! Странички, повествующие об этом ужасном открытии были заляпаны разводами. Видимо, Лали горько рыдала, описывая свои чувства затрёпанной книжице.
А сначала, и если коротко…
Лали была продавщицей в лавке травницы, своей матери. Она – дочь от первого брака, а точнее не брака даже, грешной связи матери с заезжим драконом-воякой, наобещавшем наивной дурочке розовых грёз, а потом бесследно укатившем в неизвестном направлении. Мать Лали быстро выдали замуж за кузнеца, чтобы скрыть беременность. Заплатили кузнецу немеряное приданное за такой сюрприз "два по цене одного". В семье девочку никто не любил, хотя она была очень старательной, помогала во всём, безропотно сидела с младшим братиком, с которого, к слову, как раз все сдували пылинки. Семья старательно использовала Лали, и только дедушка Зартан во внучке души не чаял. Он привил ей любовь к зельям и научил всему, что знал сам… Пока в пьяном угаре его сын не раскрыл глаза старику, признавшись во всех грязных подробностях, что внучка – вовсе не внучка Зартану.
Это был самый ужасный вечер на памяти Лалеаны… Дедушка замкнулся в себе, оградился от Лали. Она пыталась вернуть любовь дедушки, но Зартан не шел на контакт.
Без того мрачные дни девчушки превратились в тоскливую жизнь! Лали из кожи вон лезла, чтобы её оценили по достоинству: училась лучше всех школьников в городе, подрабатывала в лавке, как взрослая, дома всё блестело… а кроме презрения ничего так и не добилась.
Лали почти отчаялась, встретив ещё девять зим в унынии.
А потом ее нашел генерал…
В один такой беспросветный день, он явился совершенно нежданно-негаданно! Заглянул в лавку и ослепил её своей мужской статью и драконьей красотой!
А когда он твёрдо заявил о своих намерениях, громогласно признав в Лалеане свою истинную, девочка совсем потеряла голову от любви. Тяга к истинному и быстро устанавливающаяся связь вскружили малышке голову. Она не знала ещё о любви, ей некогда было заниматься глупостями, хотя в драконьем крае нормально относились к общению девушек и парней. Конечно, в пределах разумного, но танцы вечерами и открытые площадки для прогулок никто не отменял.
Но безукоризненность Лали наоборот польстила грозному генералу аш Одо. Он довольно улыбался своим мыслям, выкупив Лалеану у родителей, точно какой-то товар.
Через три дня Гефран привёз Лали в своё родовое имение. Состоялась свадьба… потом «волшебная ночь», как ошибочно решила малышка. Лалеану всё устраивало, пока она не наткнулась на жуткую картину измены, вернувшись от портнихи на два часа раньше обговоренного.
Я категорически плохо относилась всегда к суициду, но сейчас… сглотнув горечь, разделила со строчками Лали ужасную боль девушки. Она просто не вынесла очередного предательства. Потеряла почву под ногами, когда её идол, самый прекрасный мужчина на свете наорал на нее, а потом с дикими и злыми глазами, как у зверя, ударил её по лицу, выгоняя прочь из спальни, в которой дарил ей видимость счастья. Лали просто сломалась. Окончательно и бесповоротно.
«Прости меня… я оставляю тебя. Навсегда…» – снова прочитала ужасные строки, холодея изнутри.
Перевернув страницы, наткнулась на список зелий, грамотно написанный на последней странице дневника. Некоторые названия зелий были зачёркнуты.
«Морское зрение», – читала на автомате, размышляя о судьбе своей предшественницы, – «Слезы дракона»… нет, я точно не буду продолжать её путь. У нас слишком разные характеры! Я терпеть этого урода не намерена, даже если он вернёт себе прежнюю манеру поведения! «Зелье взрыва»… Надо как-то оттянуть момент супружеского долга, познакомиться с миром через книги (это у попаданок святое!), а потом уже валить отсюда подальше! «Хитрая правда», «Жидкий стул», «Хорошее настроение»… неплохой списочек, – отдала должное увлечению Лали. – Было бы здорово найти её лабораторию и захватить с собой все эти припасы. – «Ускоренная регенерация», «Вечный сон», «Ложная беременность», «Синтетическая кровь»…
Мысли метались в голове, выстраивая достойный путь к спасению, а взгляд продолжал двигаться по списку.
Лихорадочное состояние прервал стук в дверь.
– Госпожа, – следом за стуком в комнату проникла уже знакомая служанка. Её глаза были испуганно распахнуты. – Обед подадут в трапезную через десять минут. Лорд аш Одо велел вам спуститься. Господин желает, чтобы вы разделили с ним трапезу.
После всего прочитанного у меня тоже появилось определённое желания. Я желала, как минимум, найти пузырёк с зельем «Жидкий стул» и влить его содержимое в пасть мерзкому Гефрану, наплевав на все его «велел».
«Ублюдок! Взять и сломать такую добрую девочку! Толкнуть её на самое страшное в мире – лишить себя жизни! Оооооо! Как я зла! Силы небесные! Раз уж есть реинкарнация, пусть душа Лалеаны в новой жизни будет оценена близкими ей людьми по достоинству!»
Хоть праведная злость и набирала обороты, но подставлять без того дрожащую служанку я не стала. Горничная не виновата в моём настроении и приказах своего напыщенного господина!
– Помоги мне собраться, – просто попросила совсем юную малышку.
Глава 4. Хитрый ход
Девушка торопилась, как могла, но мы всё равно не успели к назначенному времени. Спустились в трапезную только через четверть часа.
Горничная что-то тихо причитала, нервно заламывая руки, а я шла в светло-коричневую комнату походкой царицы. Решительный настрой немного сбился с параметров «Я тебе покажу!» до «Садимся и тихо изучаем врага», когда мой взгляд наткнулся на недовольную рожу красавчика-мужа.
– Ты опоздала, – холодно отрезал генерал зелёных драконов, под управлением которого был целый легион расы пресмыкающихся. Цедить недовольство у аш Одо получалось довольно грозно. В его стиле, пусть я этот стиль только-только начала испытывать на собственной шкуре.
«И всё равно себя в обиду не дам! Я – не Лалеана: его совсем не любила, и уж точно не полюблю! Да Гефран мне даже не нравится. Обычный гнус, пусть и красивый… и богатый. Из-за последнего его больше опасаться надо, чем боготворить. Подумаешь, генерал! И что, что это звание здесь сродни титулу герцога монаршей системы правления!? Должен быть шанс избежать тесного общения с этим индивидуумом! Не собираюсь я оставаться женой такого бездушного упыря!»
Обойдя стол, села на положенное место жены, чётко напротив мужа, в противоположной торцовой части стола.
Слуги зашевелились, подавая еду.
На первое был куриный крем-суп, и съели мы его в оглушающей тишине.
Когда настал черёд смены блюд, и лакеи принялись резво выставлять в центр длинного стола копчёную радужную форель, строганную оленину, карамелизированный свиной кострец, баклажаны и кабачки в сливочном соусе и огромное блюдо с нежнейшим белым, как снег пюре, Гефран изучающе уставился на меня, немного прищурив свои серо-зелёные глаза.
– Вижу, ты уже пришла в себя…
«Интересно, с чего такой вывод?»
Гефран будто услышал мои мысли, с довольным видом ухмыльнувшись:
– Библиотека. Ты не успела проснуться, как помчалась читать книги. Несвойственно тебе, конечно, но похвально. И обнадёживающе. Раз твоё состояние нормализуется, сегодня продолжим.
Моргнув пару раз в ожидании продолжения, почувствовала тревогу, когда этого продолжения не последовало.
«С другой стороны – хорошо. Значит, мои мысли могут выдохнуть спокойно. Никто их не читает…»
И всё-таки волнение нельзя было оставлять без внимания, поэтому я решилась уточнить:
– Продолжим что?
Гефран, нёсший ко рту вилку с кусочками сочного мяса, замер, хмуря лоб.
На меня уставились не самым приятным взглядом. Даже в пяти метрах я почувствовала мужское раздражение.
Скривив губы, генерал зелёных драконов снизошёл до ответа… но лучше бы не отвечал:
– Зачатие.
Одно слово, а у меня внутри всё оборвалось и похолодело. Аппетит резко пропал, несмотря на запахи и обилие кулинарных шедевров.
А муженёк продолжил разъяснять свои матримониальные цели, как ни в чём не бывало.
– Ты – моя истинная. Для чего ещё я на тебе женился?
«Действительно!» – мысленно прокомментировала этот аттракцион невиданной щедрости одного распрекрасного представителя высшей аристократии к обычной торговке. Не жалея сарказма, естественно.
Драконица жалобно заскулила, искренне страдая от слов своей пары.
«Тише, моя чешуйчатая зайка. Держись меня… и мы с тобой выберемся из этой задницы».
А задница намечалась конкретнейшая! Сейчас обед, а там и ужин не за горами, а значит… постелька! Конечно, мужской писюлькой меня не напугать. Как бы тёте почти тридцать лет. У меня дома в шкатулке такой вибратор лежит, которому любая обзавидуется! Но всё же переходить с этим гамадрилом в плоскость горизонтального общения я категорически отказываюсь!
До конца трапезы находилась в ступоре, лихорадочно придумывая варианты, где меня оставят в покое хотя бы на эту ночь, но на ум ничего дельного не приходило. Я медленно ковыряла вилкой в тарелке, не желая даже смотреть на истинного Лалеаны.
Только звякнувшие приборы заставили вскинуть взгляд.
Гефран уже стоял на ногах, методично вытирая пальцы специальной салфеткой, при этом хищно наблюдая за мной.
– Рад, что на этот раз обошлось без истерики. Не хотелось бы снова… – Гефран запнулся, поморщившись. Потом улыбнулся, будто вычеркнул неприятные воспоминания из своей памяти. – До вечера, Лали…
Мужчина бросил салфетку на стул, развернулся и с нереально прямой спиной покинул трапезную залу, будто ему вместо позвоночника вбили осиновый кол.
«Без истерики? А она была? Что значит это «снова»?! – меня встряхнуло от дрожи. – Неужели этот ущербный на человеческие качества мерзавец после нанесённой Лалеане обиды приходил к девочке, чтобы… – я себя одёрнула, вздрогнув всем телом. Вспомнила строчку из дневника девушки. – Грубо воспользовались… Моральный ты вампирюга! Сукин сын!! Что же с тобой делать? Может, подговорить горничную, чтобы она пролила над чаном с ужином одну из настоек хозяйки? Не зря же Лали увлекалась зельями?! Проблема с животом, например, точно отсрочит исполнение супружеского долга. Только вряд ли горничная согласиться. Они тут все такие запуганные… Да и слабовата расплата за… за изнасилование. – Мороз пробежал по коже, вызывая озноб. – Так, Лиля! Настройся. Сейчас надо думать о себе. Лалеане уже ничего не грозит. Хм… Легче и безопаснее, конечно, испытать какое-нибудь снадобье на себе. Такое, которое вызовет лёгкое недомогание… Что-то щадящее. Что там было у Лали?»
Мне подали клубничный десерт.
«Вечный сон», слава Богу, уже зачёркнут… Да и умирать – это не моё. По крайней мере, не по собственной воли. Что там ещё было? Регенерация? На кой она мне?! «Хитрая правда» тоже в пролёте… «Ложная берем…»
Я чуть не подавилась кусочком нежнейшего чизкейка, подскакивая со стула. Чуть на смерть не напугала лакеев в ливрее и Сафину, робкую помощницу Лалеаны.
– Я наелась. Благодарю. Всё безумно вкусно! Сафина, идём обратно…
«Надо прочитать побольше о зелье. – Внутри меня заклокотало нетерпение. – Там выноски напротив каждой позиции. Если выгорит…» – у меня, как в той басне про ворону, аж «в зобу дыханье спёрло». Одним словом «надежда»!
В комнату не входила, а влетала, захлопнув дверь перед носом горничной. Девушка после такого входить не посмела.
«Всё-таки их тут реально всех запугали…»
Дневник нашёлся там, где я его оставила. Опять острый выступ лизнул каплю крови, и пухлая потёртая тетрадь раскрылась.
Я листала странички из жизни девушки с быстротой кометы Галлея.
– Вот оно! – воскликнула, и тут же прикусила язык, бросив напряжённый взгляд на дверь.
Никто не спешил врываться в комнату с обличительным криком: «Попалась?!»
«Вроде пронесло…»
С облегчением выдохнув, опустила взгляд на описание действий зелья «Ложной беременности».
Отсутствие менструации, появляется токсикоз, наблюдается пигментация сосков, возникает тяга к определённым продуктам, даже увеличивается живот и появляется тошнота, если пить эликсир больше трёх месяцев! Зелье вызывало ощущения того, что плод шевелиться! Ко всему прочему, ориентируясь на сверхспособности расы драконов, Лали добилась невероятного – полностью осушенный бутылёк обещал не только шевеление, но и биение "сердца" несуществующего малыша! У меня аж руки задрожали от такой информации.
«Это выход! Пусть действие одного сосуда (а он был в единственном количестве!), распространяется лишь на один месяц, но уже это избавит меня от попыток недомуженька зачать во мне своего реального наследника!»
Захлопнув дневник, принялась заполошно вертеть головой. Прочитать – это полдела. Надо же ещё найти это зелье! Где там лаборатория Лалеаны?!
Вернувшись к двери, рывком открыла её.
Кудрявая малышка резко перестала улыбаться приставленному ко мне стражу.
«Парочка? На этом можно сыграть…»
– Ваша милость?
Прищурившись, коротко бросила:
– На секунду, Сафина.
Косо посматривая на меня с опаской, девушка, которой я навскидку дала бы не больше шестнадцати лет, вошла в комнату.
Плотно закрыв дверь, приказала горничной следовать за мной.
Остановилась только тогда, когда мы оказались в купели. Для уверенности, что стражник нас не подслушает, ещё и краны у мраморной раковины открутила.
– Сейчас вымоешь мне голову, – ненавязчиво приказала я, указывая на корсет платья. – А потом проводишь в лабораторию.
Девушка только расслабилась, как тут же посерела лицом и бухнулась на колени.
– Госпожа! Не гневайтесь! Запрещено вам туда ходить после отравления. Милорд строго-настрого приказал! Сказал, что лично отходит плетью того, кто нарушит приказ!
Я глубоко вздохнула, чувствуя скорый приход песца. Но сдаваться не собиралась.
– Хоть скажи, она там же осталась? Или мою лабораторию перенесли?
– Там же! – неистово закачала головой Сафина. – Левая дверь справа от библиотеки.
Я прикрыла глаза, не представляя, как добраться до вожделенной бутыли.
И тут меня озарила идея.
– Слушай сюда, детка, – перешла на деловой тон, строго уставившись на дрожащую девушку. Не хотелось опускаться до угроз, но мне не оставили выбора. – Сейчас мы пойдём якобы в библиотеку, и ты отвлечёшь моего охранника. Я так поняла, что вы с ним знакомы…
– Госпожа… – несчастно пискнула девчушка.
Я наступила на горло своей совести, включая злюку.
– Я ещё не закончила. Пока ты будешь отвлекать этого молодца, я быстро схожу в лабораторию и тут же вернусь. Только попробуй ему проболтаться, и плетью получишь уже от меня. Это ясно?
Сафина испуганно прикрыла рот руками.
– Обещаю, что ничего с собой не сделаю, – решила немного успокоить совесть крохи. – В лабораторию мне надо за… за блокнотом. Заберу его и тут же выйду. Поняла?
Сафина затрясла испуганно головой.
– Вот и умница. Теперь умойся, натяни на себя улыбку… стой. У меня там графин с вином на тумбочке стоит. Сейчас тебе для храбрости накапаю. – Я метнулась в покои, быстро сделала дело и вернулась с наполовину полным стаканом разбавленного вина. – Давай… Залпом. Хорошая девочка. Теперь улыбнись. Молодец. Не подведи нас, а то всем будет плохо. Уяснила?
– Да, госпожа.
Так началась наша миссия «Врёшь – не возьмёшь!»
Глава 5. «Врёшь – не возьмёшь!»
– В библиотеку, – дала я команду охраннику, выходя первой на дело.
Казалось, во мне каждая клеточка поёт что-то из композиций Джереми Соула. Этот недооцененный композитор такие лейтмотивы творил, что диву даёшься! Особенно меня вдохновляли его беспокойные таинственные треки, прямиком из моего детства. Его произведения озвучили не одну компьютерную игру. Я не поленилась узнать их автора, и вот уже больше десяти лет изучала пробы воздуха, земли и воды именно под его музыку.
Наверное, так привыкла концентрироваться и уходить с головой в волнительный процесс «Эврики», что даже сейчас, в другом теле, слышала каждую тревожную нотку в момент очередного открытия.
«Хоть бы получилось… хоть бы получилось!» – скандировала мысленно, стараясь держать на лице маску безмятежного спокойствия, свойственную прежней владелице этого тела.
Заветная дверь лаборатории нашлась сразу за библиотечной. По левой стороне коридора. Неприметная, почти слившаяся со стеной. Не было на ней ни лепнины, ни позолоты. Простая и обычная… И по архитектуре дома можно легко сказать, что комнатка за ней пряталась совсем крошечных размеров.
Я постаралась не пялиться на заветную цель.
– Сафина… Жди здесь, – бросила коротко, самостоятельно открывая двери библиотеки.
Осторожно прикрыла её за собой, оставляя небольшую щель.
– Бедняжка, – вздохнул дракон, поворачиваясь к моей горничной. – С ней всё в порядке?
– Ох, Марик… – Сафина взволнованно приложила ладони к груди. – Кажется, наша госпожа сходит с ума…
«Вот… зараза! Не дай Бог заложит меня!»
Я бесшумно выскользнула обратно и показала девушке кулак.
Сафина всхлипнула.
Марик среагировал на этот всхлип девушки весьма по-джентельменски – подошёл ближе и погладил горничную по плечу.
«Идеально!»
– Ничего, Сафина. Не переживай за неё. Госпожа просто слишком… слишком добрая. Если сплетни не врут, то ей пришлось очень не просто в эти дни. Но ничего! Её статус стоит многих поблажек. Господин научит леди Лалеану закрывать глаза на слабости мужа.
Пока стражник жалел Сафину, я прокралась по стенке к заветной двери, негодуя от слов умника. Но тут же одёрнула себя, все эмоции отодвигая на второй план. Чтобы не мешали. Потом повозмущаюсь.
Дойдя до цели, потянула ручку сначала на себя, потом попыталась толкнуть её внутрь – и ничего!
«Закрыто! – от досады хотелось взвыть! – Но оно и понятно! – корила я себя, жутко злясь на беспечность. – Было бы странно, если бы её оставили открытой после того, как Лали себя решила отравить!»
Я поняла, что первая попытка попасть в лабораторию с треском провалилась, поэтому попятилась осторожно обратно, стараясь двигаться на цыпочках.
В метре от двери библиотеки стражник отстранился от Сафины.
Я замерла, боясь нервировать боковое зрение мужчины.
Горничная так и вовсе побелела, как первый снег на морозе, стоя ко мне лицом.
– Эм… – недолго думая, девушка притянула Марика обратно к себе, крепко прижавшись к его губам.
«Отличный ход! – нервно хихикнула про себя я, быстро оказываясь за спиной охранника. – Молодец! С такой и в партизаны можно!»
– Кхм-кхм, – делано откашлялась я, заставляя рабочий персонал подскочить от испуга.
– Простите, госпожа! – пискнула девушка, на что я лишь махнула рукой.
– Я ничего не видела. Идём обратно… я кое-что забыла… перьевую ручку для пометок.
Нахмурившись, бросила затею придумывать уважительную причину. Господа не оправдываются перед челядью!
Задрав нос, снова первой пошла вперёд по коридору.
В этот раз я не захлопывала дверь перед лицом камеристки. Наоборот, даже придержала её, чтобы девушка спокойно вошла.
Это лишь ещё больше напугало малышку. Страх был написан на её лице.
Говорить я начала только в ванной комнате… и опять под хорошим напором воды в кранах.
– Ключ где?
Глаза Сафины забегали.
– Был у вас, госпожа… Но потом, после того как вы отравились, господин забрал его из секретера и отдал нашей управляющей. Там шкатулочка от ключа осталась.
Я поняла, что это провал. У меня совсем не осталось времени, чтобы ещё и с управляющей иметь дело.
«Всё! Придётся…»
Волна отвращения пробежала по всему телу, заставляя волоски на голове и руках зашевелиться. А всё потому, что я никак не желала спать с насильником! Мужчина, который позволяет себе поднять руку на женщину (плевать какой бы раздражающей он её ни видел в своих глазах!), может рассчитывать только на моё отвращение.
Я в расстроенных чувствах прошла за Сафиной по инерции.
– Вот она, – прошептала горничная и указала на коробочку, стоящую на столе. Она находилась в той части, где свисали из большой шкатулки драгоценности. В прошлый раз я и внимания на неё не обратила. Только белоснежный жемчуг тронула пальцем.
Открыв коробку, охнула.
Бархатная обивка пустого футляра чётко обрисовывала силуэт ключа. Это был практически слепок! Только вот толку от него?! Отливать ключи я всё равно не умею. Да и материала для подобного процесса у меня нет, чтобы попытаться научиться.
Меня взяла такая обида!
Искры сорвались с пальцев, снова провоцируя фестиваль едва заметных пылинок.
«Хммм… пыль имеет свойства уплотнения и слипаемости! – озарило меня. – Если… Если я… Хм…» – я интенсивнее зашевелила пальцами, пуская пылинки в хоровод.
– Обычно, когда речь идёт о взаимодействии пылевых частиц между собой, явления аутогезии именуют слипаемостью. Она обусловлена силами электрического, молекулярного и капиллярного происхождения. Устойчивая работа пылеулавливающего оборудования во многом зависит от слипаемости пыли. И вот её мы-то и используем!
– А?
Я моргнула, вспомнив, что в комнате нахожусь не одна.
– Прости. Привыкла разговаривать вслух, когда работаю… – тут я вспомнила, что вообще-то больше не Лилия Тимохина, а Лалеана аш Одо, в прошлом торговка в травной лавке. – Эм… когда работаю с зельями. Встань у двери. И… и отвернись. Я сейчас.
Сконцентрировавшись на футляре от ключа, вытянула руки и стала целенаправленно думать о гадком Гефране, чтобы разозлиться. Я ещё в прошлый раз заметила, что эмоции провоцируют выброс магии.
Пришлось сильно попотеть. Магия, которую здесь называют бытовой, выплёскивалась с переменным успехом, то укладываясь ровным слоем на бархатную обивку для ключа, то сворачиваясь комьями. Магичить, как оказалось, не так-то и просто!
Пока получилось что-то приблизительно похожее на ключ, у меня даже на спине сквозь ткань проступила дорожка пота.
Я осторожно извлекла хрупкий «ключ», светящийся загадочным голубым мерцанием, и нервно посмотрела в окно.
Наверное, солнце успело закатиться за горизонт, потому как небо начало медленно темнеть.
– Быстро идём!
Сафина еле стояла на ногах. Бедная девочка за сегодня перенервничала на годы вперёд!
Я боялась, что у меня ничего не выйдет. Боялась, что снова обдурить стражника не получится, что ключ рассыплется в моих руках, что я не успею выпить зелье… В общем, перенервничала не меньше своей подельницы!
Но видимо, сегодня звёзды были на моей стороне. Я так же успешно покинула библиотеку, пока молодёжь разговаривала, тихо прокралась вдоль стены к лаборатории и, затаив дыхание, сунула ключ в замочную скважину.
Казалось, победный щелчок слышит всё поместье! Но и здесь фортуна оказалась повёрнутой ко мне лицом! Ни страж-дракон, ни моя нервная камеристка даже ухом не повели.
Я нырнула в открывшийся зев темноты, с удивлением опуская руки, в которых распался пылью ключ.
«Прекрасно! – язвительно подумала я, щупая стены лаборатории. Здесь царила такая темень! И ни одного окна! Наверное, раньше это был небольшой чулан. – И как тут можно отыскать хоть что-то?!»
Мелькнула мысль об опыте с добычей электричества. Как говорится, раз уж пыль в этом мире имеет свою собственную магию, то не только химия, но и физика должна работать на меня! Да вот только «электризация частиц» происходит в нескольких случаях: это или адсорбции ионов газов из воздуха (что нам совсем не надо, так как всё здесь может вмиг вспыхнуть и загореться!), или трение пыли о твердую поверхность или воздух, что тоже не есть гуд, так как шумом я привлеку внимание. О третьем варианте я вообще молчу, потому как электризация при дроблении и измельчении твердого вещества опять таки связана с шумом и вниманием стража ко мне.
В общем, чтобы работать с магией, надо сначала научиться управлять ею. Вон, сколько сил на создание ключа у меня ушло! Коленки до сих пор дрожат. На ногах стою только потому, что надо себя спасти от незавидной участи Лалианы.
Тяжко вздохнув, собралась с духом.
У меня не было других вариантов, как просто трогать пространство наощупь.
Так я дошла до полок с бутылками. Их было не много. Всего две. Две полки имеется в виду. А вот с бутылками оказалась засада. Их я нащупала больше того количества, которое предлагал список Лали.
– Ускоряемся, – поторопила себя, чувствуя, как адреналин скоро в штаны выпадет.
По две, по три пухлых колбы хватала привычным движением и осторожно возвращалась к двери. Оставленный мною зазор пропускал небольшую полоску света. Это позволило прочитать наименование зелий.
Время будто застыло, а страх быть пойманной, наоборот, набирал масштаб, подгоняя меня в шею.
По закону подлости необходимая «Ложная беременность» обнаружилась на предпоследнем из двенадцати заходов.
Прочитав надпись, я чуть не запищала в голос от счастья, как какая-нибудь школьница, но вовремя одёрнула себя.
Откупорив сосуд, резко выдохнула и принялась жадно лакать ужасное на вкус пойло. Только то, что это единственная моя отсрочка, один шанс на спасение, помогло смириться с жутчайшей горечью эликсира. Я пила его так, будто меня вот-вот должны как минимум четвертовать!
Когда последняя капля упала на язык, я закрыла глаза, только сейчас понимая, как мне всё это время было до безумия страшно. Спастись от такого, как этот генерал Гефран, совсем не просто! У него связи, у него огромный вес в местном обществе! Чтобы уйти, надо действовать очень осторожно. А чтобы не оказаться пойманной, ещё и мудро! И мне кажется, я двигаюсь в правильном направлении!
Поправив этикетку с названием зелья, долила в пустую бутыль из той колбы, что держала в левой руке. Только после этого поставила обе ёмкости на полку. Зрение Лалеаны было на порядок выше человеческого. Пусть прочитать названия зелий я смогла только с помощью света, падающего благодаря дверному зазору, однако силуэты колб и бутылочек я прекрасно видела.
Затормозив у двери, прислушалась.
– Как твоя мама поживает, Марик?
– Мама? Сафина, ты чего? Ты же мою маму всегда терпеть не могла!
«Кажется, у подельницы уже исчерпаны все темы для разговора, – хмыкнула я, продолжая сглатывать вязкую после зелья слюну. Премерзкая дрянь – эта «Ложная беременность»! Вздрогнув от брезгливости, потёрла щёки. – Пора выходить…»
Дверь открывалась в сторону болтающей парочки, поэтому я чётко видела, можно идти или нет.
Так как ключ рассыпался, лабораторию просто прикрыла.
«Ничего! Даже если обнаружат, слуги вряд ли осмелятся заикнуться о подозрительно открытой двери!» – Я делала ставку на запуганностью работающего контингента и надеялась на прогадать.
До заветной библиотеки кралась, как агент 007!
– … и она говорит…
Коснувшись двери читальни, громко её прикрыла, как будто только что вышла оттуда.
– Ох! Госпожа, – Марк резко обернулся и почтительно кивнул. – Куда теперь?
– В покои, – ответила медленно, изображая усталость. – Что-то меня тошнит.
– Через полчаса ужин, миледи, – пискнула Сафина, приседая в реверансе.
– Посмотрим.
Когда мы оказались в спальне, я приказала плотно закрыть дверь.
– Госпожа, а где же ваш блокнот? – робко задала вопрос горничная.
– Какой блокнот? – не сразу поняла я. Только когда Сафина посерела от своих предполагаемых догадок, махнула рукой. – А! С записями!? Да я его не нашла. Там такая темень. Забей.
– Что, простите?
– Воды, говорю, в стакан долей. Пить страшно хочется. И платье приготовь для ужина.
Девочка с облегчением выдохнула, бросившись исполнять приказ. Видимо, поняла, что второй раз я не планирую умирать.
И действительно! У меня в голове складывались совсем другие планы!
«Так! Теперь полчаса ждать! Действие эликсира, как указано в описании, начнётся после его полного всасывания в кишечник. А это как раз двадцать-тридцать минут. Значит… значит, с представлением до ужина лучше не спешить. С другой стороны, это к лучшему! Надо хорошо покушать… а уж потом устроить этому главному дракону-осеменатору фаер-шоу по-нашенски!»
Я повалилась спиной на кровать, улыбаясь от уха до уха!
Сколько нервов! Но оно того стоило! Хотя лучше не радоваться раньше времени! Вот когда придёт целитель и громко подтвердит, что внутри меня якобы бьётся сердце маленького дракончика, вот тогда и будем переходить ко второй стадии спасения! Такая мастерица в зельях, как Лали, не должна ошибиться! У нас всё получится! Главное – не вызывать подозрений!
