Страница 1 из 2
– Теренс хватит бегать! – окрик мамы врывается в наши вечерние посиделки у камина, когда мой трёхлетний братишка снёс небольшой столик на тонкой ножке, стоявший недалеко от окна.
Вечерами мы любили здесь сидеть все вместе. Вот и сегодня, я, сидя в дедушкином кресле, читала книгу, Теренс носился вокруг нас, а мама сидела на диване и вязала для нас носочки. Это конечно не подобающее увлечение для знатной леди, но мама была из простой человеческой семьи и никогда не считала вязание чем-то неприглядным. Вязальщицы, которые работали в нашем дворце уже давно всё приготовили для наших солдат и служащих, но для своей семьи мама вязала сама. Папа с удовольствием носил то, что ему вязала его любимая. «Связанная с любовью вещь дарит больше тепла» – говорит он, надевая её подарки.
– Чем занимаются мои любимые? – зашёл в каминную отец. – Иди сюда непоседа! – подхватив Теренса подкинул его в воздухе. По комнате разлился звонкий, детский смех, эхом отражаясь от каменных стен старого замка.
– Милый! Я его потом не смогу уложить! – возмущалась мама, с улыбкой наблюдая за своими мужчинами.
– Не беспокойся любимая! Сегодня эти займусь я! – и подойдя к маме, наклонился и поцеловал и столько любви и нежности было в его взгляде в этот момент.
– Вы такие милые! – вздохнула я, любуясь на идиллию, царившую между родителями. – Тоже хочу встретить истинную пару!
– Обязательно встретишь, милая! – родители переглянулись и заулыбались.
– Когда? Мне всего лишь двенадцать! Ещё целую вечность ждать! – закрыла книгу и встала с кресла, чтобы подойти к семье и поучаствовать в общих обнимашках.
– Ты все вещи собрала? Завтра придёт Нэйтан Аддерли, чтобы сопроводить тебя в школу магии, – папа присел около мамы на диван, не выпуская её из своих объятий.
– Почему он? Неужели вы сами не можете меня туда перенести? – занервничала я.
Нэйтан Аддерли был старшим братом и по совместительству советником короля Эйкена ас Аддерли и самым сильным демоном во всех государствах. И по слухам, которые ходили вокруг него, вряд ли найдётся кто-то более умный, опасный и непредсказуемый. Я видела его только один раз, когда он приехал, вместе с королевской четой демонов, на празднования, посвящённые рождению у наших правителей наследника. Я случайно налетела на него в саду, когда мы играли в догонялки. Меня бросило в дрожь, стоило встретиться и его немигающим, чёрным взглядом. Он смотрел на меня так пристально и внимательно, словно пытался прочитать все мои мысли и испугав меня так сильно, что у меня чуть ноги не подогнулись от его присутствия. Мне хотелось исчезнуть куда-нибудь, только бы не попадаться на его глаза
– Мне же придётся шагать в этот страшный, чёрный портал! – вспомнила я об ещё одном моём страхе, связанным с этим демоном.
Я никогда не видела таких чёрных порталов, как у него. Обычно сквозь портал можно было разглядеть, что происходит на той стороне, но только не у Нэйтана Аддерли. Его портал был сплошной, чёрный, поглощающий любой свет. Мне казалось, что стоит мне туда зайти и я потеряюсь, исчезну в неизвестности.
– Он ничем не отличается от обычных порталов. Просто его цвет соответствует силе Нейтана.
– Ты просто себя накручиваешь, дочка! – потрепала меня по голове мама. – Нейтан ничего плохого тебе не сделает!
Мне всё ещё хотелось отстоять свою точку зрения и доказать, что я права, а родители сильно ошибаются, но громкий хлопок во дворе, от которого затряслось здание и посыпались стёкла из окон, прервал мою тираду.
Громкие голоса и звуки боя пробивались через выбитые окна, разрывая ночную тишину. Пока мы поднимались с пола и приходили в себя, прогремел ещё один хлопок, а массивные, резные двери затряслись и разлетелись на щепки открывая доступ в помещение. Отец встал в середине комнаты прикрывая нас своей спиной.
Я видела, как в гостиную заходит группа вооружённых наёмников. Они были полностью скрыты под чёрной одеждой. Только глаза, не прикрытые маской, злые, жестокие не оставляли простора для предположений… Они пришли убивать! И им было всё равно кто перед ними, мужчина, женщина или ребёнок. Не пощадят никого! Они рассредоточились по комнате, непрерывно сканируя нас своими злобными взглядами.
– Как вы смеете врываться в дом советника правителя? – громкий голос моего отца привлёк взгляд входивших людей.
– Ваш советник подыхает во дворе, и вы вскоре составите ему компанию! – ответил один из наёмников и кинулся на отца.
Отец некоторое время ещё отбивался, но магические атаки отскакивали от наёмников, не причиняя последним не малейшего вреда. Возможно у них был какой-то защитный артефакт, который мог отражать такие мощные атаки. Всё же отец был одним из сильнейших магов Каслтона, но наёмники явно были не простыми людьми… Возможно демоны. Только они были сильнее любого мага. Отцу оставалось только драться на мечах, стараясь перетянуть внимание на себя и позволить нам сбежать. Но соперников было слишком много и вскоре я наблюдала как его тело, пробитое катаной, заваливается на пол и по белой плитке разливается красное пятно крови. Мама с болезненным криком бросилась к телу отца, но не добежав, была так же повержена вражеским оружием. Нам не оставляли не малейшего шанса.
Один из наёмников, подойдя к нам вплотную, схватил Теренса и толкнул беззащитного ребёнка в стену. Малыш даже не заплакал, он молча сполз по стене на пол оставляя на светлых обоях кровавый след.
Беспредельный ужас сковал моё тело. Мой взгляд метался от родителей к братишке. Моё горло сковывал страх, не позволяя кричать и звать на помощь. Да и кого звать? Если они зашли в дом, то значит во дворе уже никого нет в живых. Охрана бы их не пропустила. А со слов наёмника, то дедушка тоже успел вернуться и его убили первым. Каминную комнату начал заполнять густой, едкий дым.
– Что вам надо? – закричала я, пытаясь сделать вдох и закашляла от попавшего в лёгкие дыма.
– Передать привет твоему женишку! – усмехнулся один из наёмников и подойдя ко мне болезненно схватил за шею.
– Какой жених? Вы что-то путаете! – шептала я, пытаясь вырваться из болезненного захвата, который затруднял дыхание. – Мне только двенадцать!
– Девиц не убивать! Нам нужны те, кто передаст привет, – из его голоса было слышно, что он улыбается.
– Мы только развлечёмся, – захохотали другие, где-то за моей спиной и я услышала звуки разрываемой ткани и крики служанок.
– Очень жаль, что ты приглянулась не тому мужчине! Ты была бы очень красивой с возрастом. И чего, вам женщинам, не хватает, – его серые, бездушные глаза очень внимательно разглядывали меня. – Ну что ж, красавица… Будем прощаться! Ничего личного! – засмеявшись наёмник отпустил мою шею. Я, не удержавшись на ногах, упала на колени и пыталась отдышаться.
Почувствовав непонятную тревогу, резко подняв взгляд, чтобы понять, что происходит и увидела булаву, которая с большой скоростью приближалась к моей голове. А потом резкая боль и кажется я даже услышала треск ломающегося черепа. По лицу потекла тёплая жидкость, застилая один глаз красной пеленой.
Лёжа на боку, видела тела родных, к которым уже подбиралось разгорающееся пламя. Даже странно, что я всё ещё в сознании! Я явно ощутила, как мне разбили голову. От такого удара даже взрослые мужчины не всегда выживают, а мне всего двенадцать.
– Уходим отсюда, здесь сейчас всё рухнет! – крикнул один из наёмников и бросил в камин красный камень.
Я видела, как они уходили, волоча за собой обнажённых, измученных служанок. Наблюдала, как огонь поглощает гобелены, висящие на стенах, мамин диван с недовязанными носочками, дедушкино кресло, где он любил читать по вечерам, и тела моих родных, которых уже нет рядом со мной. Но это не на долго, скоро я тоже буду там же где и они. Уже было не так страшно умирать. Здесь меня уже ничего не держало. А как же жалко. Я ещё даже не успела пожить, не успела влюбиться. А так хотелось быть любимой!
Едкий дым мешал дышать, пропитывая всё вокруг. Глаза закрывались! Силы иссякали! Мне было страшно…
И только я расслабилась, ожидая неизбежного, как услышала шуршание и ко мне подполз Теренс. Всхлипывая и утирая слёзы, он вцепился в меня руками и начал дёргать, пытаясь привести в чувства и оттащить подальше от огня, который по ковру подбирался к нам…
Открыв глаза увидела голубое небо, по которому проплывали пушистые облака, принимая причудливые формы, которые постоянно менялись. Словно танцуя, используя разнообразные па. Закрыла глаза, досчитала до пяти и снова открыла. Ничего не изменилось! Свежий ветерок, пробежался по моему лицу, шевеля волосы. Попыталась повернуть голову, чтобы оглядеться, но острая боль пронзила мою голову, там куда меня ударили булавой. Неужели после смерти можно чувствовать ветер и боль?
Еле-еле подняла дрожащую руку и прикоснулась к тому месту, где явно ощущалась пульсирующая боль. Под пальцами нащупала рваную рану, которая удивительно быстро срасталась. Посмотрела на свои руки и увидела золотистое сияние своей магии, которое словно струилось под кожей заживляя ранки и уменьшая боль. Видимо эта самая магия и спасла мою жизнь, защищая своего носителя от неминуемой гибели.
Какое-то время ещё лежала, наблюдая за незамысловатым танцем облаков и прислушиваясь к окружающему пространству, пытаясь хоть что-нибудь услышать, но ничего, кроме гомона птиц и шуршания мелкой живности в траве не удавалось уловить. Только бы мышки ко мне не подбегали! До ужаса боюсь этих мелких грызунов.
В какой-то момент начала чувствовать шею и смогла повернуть голову. Я лежала среди высокой травы на опушке какого-то леса…Что происходит? Где я? Как я здесь очутилась? И ещё миллионы вопросов начали зарождаться в моей голове.
По всем правилам, сейчас я должна была быть мертва. Даже если моя целительная магия защитила меня от удара по голове, то от огня она меня никак не могла спасти. А я уже сомневаюсь, что я мертва, потому что мёртвые вряд ли чувствуют боль. Моё же тело так болело, будто по мне потоптались кони наших рыцарей, а потом развернулись и ещё немного потоптались. Я ощущала тепло от своей магии, которое разливалось по телу, струясь по коже и постепенно убирая эту невыносимую боль. Даже если происходило это медленно, но чувствительно. То тут, то там боль уменьшалась, возвращая лёгкость и расслабляя мышцы. Даже головная боль постепенно уменьшалась, пока окончательно не прошла, и я почувствовала, что онемение уходит из тела и попыталась подняться. В этот раз у меня всё получилось. Я смогла сесть. И то что я увидела наполнило моё сердце неожиданной радостью…Я была не одна!
Прижавшись к моим ногам, на траве спал Теренс. Мой маленький, такой беззащитный, любимый братишка. Единственный, оставшийся в живых наследник рода Олдридж! Мой родной кусочек семьи!
Я сидела, поглаживая братика по голове и плакала. Оплакивая смерть родителей, уничтожение нашего рода, разрушение дома и окончания моего детства. А я только начинала жить! Должна была пойти учиться, найти себе подруг, пойти на первый бал! А что же теперь? Что делать дальше?
Надо поплакать сейчас, пока Теренс ещё спит. Потом я должна буду быть сильной и смелой, чтобы заботится о малыше и не пугать его. Я должна быть той, на кого он сможет опереться. Мама всегда мне так говорила! Сейчас, вспоминая родителе, понимаю, что меня часто воспитывали так, будто их нет рядом! Неужели они подозревали о покушении? Хотя вряд ли! Если бы знали, то охраны было бы больше, не думаю, что они рискнули бы нашими жизнями.
Сперва надо понять где мы и как мы сюда попали! А потом уже думать, как поступить дальше и куда идти! Однозначно нам нельзя раскрывать тайну нашего происхождения и того, что мы живы. Ведь со слов наёмников, убийство нашей семьи произошло по моей вине. Неужели родители подобрали мне жениха? И кому-то не понравилось, что такой сильный род породниться с кем-то. Вопрос с кем?
Если не испугались уничтожить нашу семью, то наши враги тоже очень сильные. И единственное, что нам остаётся- это исчезнуть. Может со временем, когда Теренс вырастит и сможет за себя постоять, мы попытаемся найти виновных, но это потом. Сейчас надо хотя бы найти крышу над головой и еду! Кушать хотелось очень сильно, а учитывая, что солнце стоит в зените, то уже полдень, а последний раз я ела только вчера в обед, поужинать мы так и не успели.
Решила встать и пройтись, может каких ягод удастся найти! Только успела подняться как Теренс проснулся и вцепившись в мою ногу, заплакал. Пришлось заново опускаться на траву и успокаивать малыша.
– Ну всё, не плачь, – поглаживая его по волосам говорила я. – Я только хотела поискать ягод, я не собиралась уходить.
Как же мне хотелось, чтобы сейчас кто-нибудь так же обнимал меня и успокаивал. Чтобы кто-нибудь другой думал о том, что нам делать и куда идти! Но эта нерадостная привилегия досталась мне. Это мне надо было думать, где найти еду и жильё. Мне, двенадцатилетней девочке, которая всю жизнь прожила под крылом родителей и даже элементарных правил выживания не знает. За меня всегда думали взрослые. Если рядом не было родителей, то это была няня, если не няня, то дворецкий, но мне никогда не приходилось задумываться откуда брать еду и как её готовить! И сейчас, сидя около леса с трёхлетним малышом на руках, я должна была найти хоть какую-нибудь еду и решить, что делать дальше.
Как только Теренс успокоился, мы поднялись и направились в сторону леса, в поисках хоть какого-нибудь пропитания. Главное не наткнуться на диких животных!
Удача сегодня была на нашей стороне. Стоило нам сделать шагов десять, как мы наткнулись на целую кучу лесной земляники и с жадностью накинулись на сладкие, красные ягоды, чтобы хоть немного утолить голод. Наевшись досыта, собрали немного веточек с ягодами, чтобы перекусить позднее, всё же такой еды на долго не хватает и через некоторое время мы снова проголодаемся.
– Теренс, а ты не знаешь, как мы здесь оказались? – спросила я братишку, пока мы шли вдоль леса, в надежде на то, что выйдем к какому-нибудь поселению или на крайний случай, встретим кого-нибудь из проезжающих мимо. А около леса удобно было прятаться, да и тенёк от высоких деревьев был поблизости и можно было скрываться от припекающего солнца.
– Теленс, – назвал он своё имя, не выговаривая букву р.
– То есть ты?
– Да.
– А как? – удивилась я его ответу.
– Полтал.
– Что? – переспросила, не разобрав слово.
– Я отклыл полтал, – как само собой разумеющееся ответил он, а я чуть не упала, запнувшись о торчащий корень.
– Как портал? Ты же ещё не умеешь?
Я знала, что у Теренса будет портальная магия, но ещё очень рано для её пробуждения.
Мы, будучи магами, рождаемся обычными людьми и только по достижению одного года у ребёнка появляются зачатки магии. По ним и определяют основное направление силы. С возрастом можно конечно развивать и другие умения, но та магия, которая появляется первой, будет самой сильной и для её использования не нужны будут заклинания и плетения. Ближе к семи годам эти зачатки набирают силу, и ребёнок начинает учиться управлять своей магией. У Теренса в год проявились зачатки портальщика, но силы эта магия пока не имеет.
У меня в год появились зачатки лечебной магии и с семи лет я уже занималась с учителем и развивала своё умение. В двенадцать лет, детей отправляют в магическую школу, где их учат и другим направлениям магии и усиливают врождённую. Я тоже должна была поехать учиться, но к сожалению, не сложилось и возможно я так и останусь с единственным видом магии.
Я перевела сканирующий взгляд на Теренса и заметила, что сгусток его магии, который раньше набирал силу, сейчас стал очень маленьким, словно Теренсу всего лишь год. Получается его магия спасла своего носителя, что было для нас не редкость. Видимо и моя лечебная магия защитила меня от смерти, когда меня ударили по голове. И сейчас, смотря на этот маленький зародыш магии я понимаю, что сила Теренса начнёт развиваться позже. Но ничего, сейчас главное понять где мы находимся и найти крышу над головой! А потом я всеми силами постараюсь отправить малыша в Магическую школу!
И самое главное, нам нельзя дать понять врагам, что мы живы!
– Теренс, милый послушай меня внимательно, – села я под дерево и посадила малыша на колени. – Нас хотели убить и если бы не твой портал, то мы бы погибли. Поэтому пока нам нельзя возвращаться!
– Нас убют? – коверкая слова спросил братишка.
– Если узнают, что мы живы, то да! Поэтому нам нельзя говорить кто мы такие.
– Холосо.
– И надо поменять имена. Тебя будут звать Ренс, а ко мне обращайся Элли! Хорошо!
– Холошо, Элли.
– А фамилию возьмём человеческую. О Брайн, такая фамилия была у мамы нашей няни. У простых людей тоже рождаются целители, а твоей магии пока невидно.
– А гте мы бутем жить?
– А вот об этом нам надо подумать в первую очередь, поэтому пошли скорее, может до темноты набредём на какое-нибудь поселение.
Мы шли уже пару часов, без остановки. Солнце нещадно припекало. Даже деревья не спасали, так как солнце уже шло к закату. Можно было конечно углубиться в лес, но там мешали идти ветки и коряги. Ещё и пить хотелось ужасно сильно.
Теренс тоже устал. Мне приходилось поднимать его на руки. Но долго нести его я не могла. Скорость у нас значительно замедлилась. Ещё и ноги до крови натёрла. Всё же туфельки на моих ногах не предназначены для долгих путешествий пешком. Мы еле переставляли ноги. Мне хотелось сесть и заплакать от усталости, но Теренс, будучи таким маленьким, сейчас шёл около меня и даже не думал плакать или капризничать. Поэтому и у меня не было на это права. Я должна быть сильной!
Пройдя ещё какое-то время, мы услышали надрывный женский крик, плачь младенца и мужские причитания. Прислушалась по внимательнее, чтобы убедиться, что там нет никакой опасности и пригибаясь пониже, осторожно приблизились к месту, откуда доносился крик.
Около небольшого ручья сидел мужчина и пытался остановить кровь, которая вытекала из тела женщины, а рядом, завёрнутый в серую тряпку, лежал младенец. Видимо женщина только что родила, потому что малыш был весь в крови и слизи.
Магия внутри меня взбунтовалась, желая помочь нуждающемуся. Это была одна из особенностей целительной магии. Силе всегда надо было высвобождаться, чтобы увеличивать свою мощь, и она подталкивала своих носителей помогать больным. Но эта особенность была только в детстве. Когда целитель взрослеет, магия уже не самовольничает, а полностью подчиняется своему носителю.
Сейчас же мои пальцы колола нетерпеливая магия, искрясь между пальцами и подталкивая меня к женщине, которая уже была без сознания от потерянной крови и любое промедление могло стоить ей жизни и лишить рождённого ребёнка матери.
– Я могу помочь! – подошла я поближе к бледному, напуганному мужчине.
– Чем ты можешь по…? – начал грубить мужчина и посмотрел на меня, а потом перевёл взгляд на мои руки по которым растекалось золотистое свечение. – Ты целитель? Ты сможешь? Помоги пожалуйста, она умирает, – взмолился мужчина, с надеждой посмотрел на меня и попятился в сторону, освобождая мне место.
Присела около роженицы и положила ладони на её живот. Сила, вырвалась из моих пальцев, проникая под кожу женщины пробегая по всему телу, сканируя и определяя больные органы, а потом глубже, туда, откуда шли импульсы боли, где были повреждены сосуды и разорваны ткани, откуда вытекала кровь, угрожая жизни женщины. Обходя каждый орган, обновляя повреждённые клетки, сшивая разорванные сосуды и ткани, останавливая кровотечение и убирая боль, а залечив основную болезнь, прошлась по всему организму женщины исцеляя и омолаживая её. Я видела, как румянец возвращается к лицу женщины, как разглаживаются морщинки омолаживая её и возвращая здоровый блеск её волосам. Я слышала восхищённый вздох мужчины, который наблюдал за преображением жены, укачивая в руках малыша.
Я чувствовала, как из меня уходят силы, но магия не позволяла останавливаться, не завершив своей работы, тем самым увеличивая свой резерв, а в будущем и мои способности.
Почувствовав полное исцеление женщины, магия резко отпрянула от неё и впитавшись обратно в моё тело, отключила моё сознание для восстановления.
Проснулась, почувствовав влажную ткань, которой протирали моё лицо, и медленно открыла глаза.
– Наконец-то ты проснулась! – выдохнула женщина которую я до этого исцеляла. Она сидела около меня с мокрой тряпкой и улыбалась.
Я огляделась. По сгустившимся сумеркам было понятно, что проспала я довольно долго. Вспомнив про Теренса, подскочила и начала озираться по сторонам.
– Не переживай, – ответила мне женщина, поняв причину моих метаний. – Мальчик уже поел, а сейчас спит около костра, умаялся сильно, ещё и за тебя испугался. – поддерживая меня за плечи сказала женщина. – Мы так тебе благодарны за спасение моей жизни! Если бы не ты…
Её речь прервало шумное возмущение моего желудка, который уже и забыл, когда последний раз в него что-то попадало. И если подумать, то вспоминается только обед дома. Поужинать мы так и не успели.
– Ой, прости меня. Отвлекаю тебя своими разговорами, вместо того чтобы накормить. Пошли к костру, там всё готово, – женщина помогла мне подняться и подвела к костру.
Меня окутало тепло исходящее от огня, согревая озябшие руки. Около костра сидел её муж и держал в руках свёрток с малышом, который был уже чистенький. Видимо и ему достались походные водные процедуры. Недалеко от мужчины, на расстеленной шкуре сопел мой братишка.
– Садись девочка, кушай, – сказал он мне, указав на тарелки, которые стояли на разогретых камнях, видимо, чтобы еда не остыла. В котелке, который висел над огнём кипел ароматный травяной напиток.
Схватив одну из тарелок, с жадностью накинулась на еду. В этот момент я мало напоминала леди из высшего общества, да и не леди я уже, я беглянка, которая хочет спасти жизнь себе и своему маленькому братику, и пора учиться быть обычной. Я даже не заметила, как съела всё, что было в тарелке, а мне протянули ещё одну.
–Вы видимо давно не ели? – спросил мужчина, а я замерла с ложкой у рта, не зная, что ответить. Что-то я этот вопрос не продумала. Что говорить людям, чтобы не вызвать подозрений.
– Уилан, ты пугаешь ребёнка! Не бойся нас, – подсела ко мне женщина и накинула мне на плечи шаль. – Я Эдна. Это мой муж Уилан О Келли. Мы ехали из города домой, когда телега сломалась, я не удержалась и упала. У меня начались преждевременные роды и если бы не ты, то я бы умерла, а мой малыш лишился бы матери. Тебя сама богиня послала нам.
– Вы были все в крови и саже, мы поняли, что с вами что-то случилось! – сказал мужчина, – Если не хочешь говорить, то можешь не рассказывать, что произошло, но если мы сможем вам помочь, то мы это сделаем.
Я слушала супругов и обдумывала, что же могу им рассказать. Приставка О, к имени рода, используется в Сайделле. Это соседнее, с Каслтоном, государство. Неужели Теренс смог перенести нас в другую страну? Это очень хорошо. Ведь у нас все узнают про чудовищное происшествие и двум детям тяжело будет спрятаться от внимания и вопросов, а это значит подвергнуть себя опасности. В Сайделле же вряд ли интересуются соседним государством, тем более простые жители. Это даёт нам шанс на спокойную жизнь.
– Я Элли, мой братишка Ренс О Брайн, – использовала девичью фамилию маминой няни. Её ещё маленькой приютили в нашем доме и родственников, как мне известно, у неё не было. – На наш дом напали разбойники, – сказала я полуправду. Не стоит пугать людей тем, что нас заказали наёмникам. – Вся семья погибла. Меня ударили по голове, и я потеряла сознание. Когда пришла в себя, то увидела, что дом сгорел. Мы с Ренсом спаслись только из-за того, что были на улице.
– А где вы жили? – поинтересовался Уилан.
– В лесу, – ответила первое что пришло в голову. Названия здешних посёлков я не знаю, а в лесу вряд ли будут искать.
– А родственники есть?
– Дедушка с нами жил, но он тоже в доме был. Больше никого нет, – вздохнула я и даже не притворялась, а на глаза навернулись слёзы. Вздох был тяжёлый, сжимающий сердце и вызывающий обжигающие слёзы, которые я не смогла удержать. Домик в лесу хоть и был выдуманный, а вот потеря была вполне реальная, причиняющая боль.
– Не плачь! – погладила меня по спине Эдна. – Может у нас поживёте, если вам некуда идти? Живём мы конечно не богато, но все в посёлке будут рады если у нас будет свой целитель!
– Отличная идея! Кров и еду обеспечим, с малышом поможем! – поддержал жену Уилан. – Да и тебе тоже помощь нужна, ребёнок совсем.
– Ну если мы вас не затрудним, то я не откажусь, – вытерла слёзы и даже обрадовалась, что всё так удачно сложилось. Было бы глупо отказываться от такой возможности.
– Вот и отлично! А теперь давайте-ка, девочки ложитесь спать, а я покараулю.
Я легла около братишки и приобняла, согревая моего единственного родного человека. Прости меня, мой хороший. Я за один вечер превратила нас из уважаемых аристократов и приближённых к престолу магов, в простолюдинов. И жить мы теперь будем как простолюдины в маленькой деревушке, но это пока единственное, что я могу сделать. Главное – это обеспечить нас крышей над головой и едой, а статус не так и важен, оказывается.
И наш первый шаг – это научиться жить как простые люди…
Десять лет спустя
– Ну вот, теперь можно уже и бегать, – закончила лечение одного из местных мальчишек, который подвернул ногу, а Ренс помог ему дойти до меня.
– Тогда мы пойдём? – топтался на пороге братишка, стараясь скорее ускользнуть гулять, пока я ему какую-нибудь работёнку не нашла.
– Идите. Только осторожней прыгайте с деревьев.
Мальчишки! Что с них взять!
Как же быстро пролетели эти десять лет. Они, для меня были не лёгкие и очень одинокие. Обнимая маленького братишку, мне тоже хотелось почувствовать тёплые объятия, заботу и внимание. Но это были только воспоминания о прошлом или мечты, что в будущем возможно я тоже буду любима. И я обязательно найду своё счастье! Только вначале надо устроить жизнь братишки.
Теренсу уже тринадцать и в начале осени он должен был поехать учиться в Единую Магическую Школу, которая находится в столице Каслтона. Я его пыталась отговорить, но он всей душой тянулся туда, где когда-то учились наши родители. Он объяснял это тем, что, прогуливаясь по коридорам учебного заведения будет представлять себе полную и счастливую семью, которая ждёт его дома. Что возможно даже найдёт какие-нибудь изображения родителей. Он же был очень маленьким и совершенно их не помнит.
Я тоже в своё время должна была там учиться, но жизнь распорядилась по-своему. И вместо престижной школы, я попала в обычную деревню где училась целительству не под руководством именитых профессоров, а самостоятельно, методом проб и ошибок. Спасибо местным жителям, которые мне помогали. И помогали они мне во всём с самого первого дня.
Первые два года мы жили в семье О Келли, но с рождением у них ещё одного ребёнка, там стало тесновато и глава посёлка, Дойл О Брайн, выделил мне с Ренсом один из пустующих домов. В доме раньше жила пожилая пара. Их дочь вышла замуж в столицу и совсем не навещала родителей, даже на похороны не приехала. В доме было всё, чтобы спокойно жить, не беспокоясь о холодной зиме или мокрой осени.
Одну из комнат я переделала в лечебную и там принимаю пациентов и этим зарабатываю на жизнь. И зарабатываю неплохо, ко мне даже из соседних городов приезжают.
Но спокойствие длилось не долго. В конце лета, наш правитель решил захватить рудники Каслтона, которые находились недалеко от нашей границы и напал на соседнее государство. За десять лет, что мы живём в Сайделле, это стало для нас нормой. Годфрид Сильнейший, как он себя именовал, каждые два года предпринимал попытку нападения и всячески провоцировал соседнее государство. Но получал отпор и успокаивался на пару лет.
Вот и в этом году мы думали всё так и закончиться, но наши ожидания не оправдались. Армия Годфрида, в этот раз, была очень большая и не получила должного отпора. По слухам, что доходили до нашей деревушки, в Каслтоне произошла попытка убийства Исанда Эзтли и разгорелись вооружённые противостояния и все силы армии были брошены на подавление провокаций и восстаний внутри страны. Граница осталась ослабленной, чем и воспользовался князь Годфрид. И решил не ограничиваться одними только рудниками и продолжил захватывать другие земли.
Из-за этих нерадостных событий, отъезд Ренса в Магическую школу Каслтона откладывается вот уже на два месяца. И мы даже не представляем, когда в итоге закончится это противостояние и мы снова заживём спокойно.
Но я даже немного рада, что его отъезд откладывается. Я очень переживала за его жизнь в школе, ведь поедет он туда не как наследник уважаемого рода Олдридж, а как магически одарённый мальчик соседнего государства.
Мы с ним оба понимаем, что ему там будет не легко. Что отношение к приехавшим из соседнего, недружелюбного государства, там натянутые, даже, наверное, пренебрежительные. Я как могла пыталась его отговорить. Предлагала магическую школу Сайделлы или в крайнем случае Демоническую Академию Бейлимики, но Теренс стоял на своём. Он всё ещё не отказался от своей затеи найти виновников в смерти наших близких. Я же с каждым днём всё меньше и меньше хотела, чтобы он ввязывался в это дело. Может со стороны это кажется предательством родных, но их уже нет, а я так устала быть сильной. Даже если мы найдём убийц, это не вернёт нам наших родных, зато я могу потерять единственного кто у меня остался. Ведь нас только двое, а против такого количества наёмников, не смогли справиться даже наши дед с отцом и команда вооружённой охраны. А снова что-то терять я не хочу! Если я потеряю ещё и Теренса, я уже не смогу жить!
– Элли! – взволнованный голос старосты вырвал меня из размышлений. – Элли, ты дома?
– Да. Что случилось? – выбежала я на порог. Не каждый день ко мне домой староста приходит. Неужели что-то серьёзное?
– Беда Элли. Беда! – запыхаясь проговорил он, сел на ступени и начал судорожно дышать.
Вынесла стакан с водой и протянула мужчине. До сих пор помню, как Уилан привёл нас к нему, чтобы обсудить возможность нашего пребывания в посёлке. Невысокий, коренастый мужчина с седыми волосами и добрыми, серыми глазами, вокруг которых искрили мелкие морщинки. Он с таким сочувствием смотрел на двух сирот, словно мы его родные внуки.
Я тогда вылечила его больную спину и колени. Он так радовался, что в поселке появится свой целитель и не придётся ездить в город, который находился в трёх днях пути от нас. Он сделал нам документы и даже выделил деньги, чтобы купить нам одежду и обувь.
– Похоже что-то происходит на передовой. И не очень для нас хорошее.
– Почему вы так говорите?
– Приехали офицеры со списком тех, кто должен отправится на войну. Это почти все наши мужчины. И ты тоже есть в списке.
– Я? – ноги перестают меня держать, и я плюхаюсь на ступени, около старосты. Мысли путаются в голове, а слова застревают в горле.
– Да дочка, тебя тоже забирают. Сегодня к пяти часам вечера с вещами надо быть около моего дома.
– Почему я? – я всё не могла понять.
– Ох, Элли! Мне так жаль, но целителей очень мало, а те, кто из высшего общества не хотят ехать на войну и откупаются от этого как могут. А простолюдин даже не спрашивают, ставят перед фактом и всё. Я мужчин уже предупредил, все собираются. Ты тоже собирайся, и тёплую одежду побольше возьми, ночами уже холодно, а скоро и снег пойдёт.
– А как же Ренс?
– За мальчонку не переживай. Мы за всеми присмотрим.
Дойл ушёл, а я, как оглушённая, продолжала сидеть на ступенях и смотреть невидящим взглядом в пустоту пока в меня что-то не врезалось. Повернув голову, увидела Теренса, который сидел, вцепившись в меня, и плакал.
– Ренс, миленький не плачь! Всё будет хорошо! – обняв его дрожащее тело начала гладить по голове.
– Не будет! – взвыл он. – Тебя на войну забирают!
– Ну я же не воевать буду, а раненных исцелять. И наверняка я буду далеко от боевых действий.
– Зачем он снова напал на Каслтон? Чего этому старику не хватает? – спросил Теренс, а я сразу поняла о ком он говорит.
– Не знаю милый. Разве мы можем понять сильных мира сего? Они всё делают в своих интересах, а проблемы и потери простого народа их не волнует!
– Мы раньше тоже были среди сильных!
– Да, но это было раньше! И наш правитель не был самодуром и ни разу не начинал войну.
– Я боюсь!
– Я тоже боюсь, но у нас нет выбора. Жалко только что твоя учёба откладывается! Может поедешь в магическую школу Сайды? Вдруг после этого нападения магов из Сайделлы не будут принимать в Каслтоне. Всё же Годфрит уже столько лет вредит им и провоцирует.
– Я никуда не поеду пока ты не вернёшся!
Я не знаю, что будет завтра! Не представляю, как выглядит война! Я боюсь! Очень сильно боюсь! И даже не столько за свою жизнь, сколько из-за того, что вынуждена оставить Теренса одного. И я вижу, что он тоже в ужасе, но от того, что я поеду туда, где смерть можно встретить на каждом шагу.
– Я вернусь! Обещаю! – поглаживая волосы Теренса, говорю ему. И эти слова не только для успокоения Теренса, а больше для себя самой. Установка, что я должна вернуться несмотря ни на что! Возможно это мой следующий шаг к счастью и я его сделаю!
Вторая половина дня прошла в приготовлениях к нерадостному путешествию. Из наших накоплений взяла немного монет на расходы, а остальное оставила Теренсу. Ещё неизвестно на сколько продлиться моё отсутствие. Взяла побольше тёплых вещей. За окном уже холодно, а через пару недель уже и зима войдёт в свои права и тогда любая тёплая вещь будет сродни золоту. А к месту боевых действий, ярмарки вряд ли поедут и мёрзни потом из-за своей глупости. Но я же не глупая! Поэтому в дорожный мешок полетел тулуп, два шерстяных свитера, несколько тёплых гамаш, колготы, тёплое бельё, даже ночную сорочку с начёсом взяла. И к моменту, как мы выходим на окраину посёлка, за моей спиной висела огромная котомка, которую я еле волочу.
На себя одела тёплую кофту и куртку с шапкой, а поверх куртки накинула непромокаемый плащ. Всё же погода была пасмурная и предвещала скорый дождь. Дожди в наших местах были частыми гостями, и мы были к ним готовы.
На окраине уже собрались все жители посёлка, чтобы проводить своих родных и близких. К сожалению, это большая часть наших мужчин.
Остаются только старики и мальчишки. И среди всех мужчин, я, одна девушка.
Мою котомку сразу выхватил Уилан и положил в одну из повозок.
– Присмотрите там друг за другом, – подошла ко мне Эдна и со слезами на глазах прижала меня к себе. – За Ренса не волнуйся, он поживёт пока у нас, и за домиком вашим присмотрим.
– Спасибо, – старалась на заплакать, но это получалось очень плохо и глаза то и дело заслоняли накопившиеся слёзы.
Уилан подошёл к нам и Эдна прижалась уже к нему, а меня обнял Теренс. Все женщины, дети, старики плачут и обнимают своих мужей, отцов, сыновей. Это горе для нас и для них. Ведь многие, кто сейчас стоит здесь, не смогут вернуться! Их уже не дождутся любимые! И сегодня, возможно, их последние объятия, последние поцелуи. И это не просто слова, это правило любой войны. Ведь даже моё присутствие не спасёт всех. Целитель только лечит раненных, а не возвращает к жизни мёртвых!
Я так же, как и все, стою в объятьях моего Теренса. Ему только тринадцать, а ростом он уже выше меня, весь в отца пошёл, а я была маленькая, как мама, всего метр шестьдесят. Я чувствую, как содрогается его худощавая, мальчишеская грудь от бесшумных слёз, которые он пытается от меня скрыть. Меня это очень задевает. Ему ещё только тринадцать, а сколько трудностей он уже видел.
– Всё, пора трогаться, – слышу я незнакомый мужской голос. Все повернулись в ту сторону. Несколько мужчин в военной форме, армии Сайделлы, подходили к нам в сопровождении старосты. – Часть людей садятся в повозки, остальная часть пешком, позже поменяетесь. Остановок делать не будем. Нам надо догнать основную группу! – сказал мужчина и вскочил на коня.
Я отстраняюсь от Теренса и подхожу к повозке, куда Уилан закинул мои вещи. Мне помогают залезть и мужчины тоже начинают запрыгивать в телегу, рассаживаясь около меня. Остальные, выстроились сзади и мы тронулись.
Рыдания провожающих разгорелись с новой силой. Какое-то время, женщины ещё шли рядом с нами, но потом остановились и просто молчаливо наблюдали за удаляющейся группой.
А я, не отводя взгляд смотрела в родное лицо Теренса, которое всё больше и больше отдалялось. И чем тише становились голоса провожающих, тем тяжелее становилось на душе. Я сотрясалась беззвучными рыданиями, переживая за Теренса, за себя, и всех тех, кто сейчас был со мной.
Вокруг всё сильнее сгущались сумерки погружая нас в темноту. Порывы ветра становились всё сильнее и уже чувствовалась влажность во вдыхаемом воздухе, оповещая о приближении дождя. Хорошо, что все одели не промокающие плащи, не хватало нам ещё заболеть по пути. Хотя даже если заболеют, я их сразу вылечу для меня это не проблема.
– Похоже будет дождь, – кто-то прокомментировал ночную погоду.
– Уберите мешки под лавки, – сказал Уилан и все, кто находился в телеге, засуетились, пряча вещи, чтобы они не промокли. Хорошо, что лавки широкие и под них всё лезет.
Уже даже звёзды, которые десять минут назад ещё виднелись на ночном небе, исчезли, скрывшись за тёмными, тяжёлыми тучами, подтверждая наши опасения. Ещё через какое-то время начал моросить холодный, мелкий дождь, впитываясь в поверхности и сразу всё стало мокрым и серым, округу заволокло густым туманом. Плотность тумана была такая сильная, что можно было разглядеть очертания только одной телеги впереди и одной сзади и всё, остальной караван скрывался в непроглядной пелене.
Спустя несколько часов в пути, мужчины поменялись местами. Те, кто шёл пешком сели в телеги, а те, кто всё это время ехал, пошли пешком. Я же осталась сидеть на своём месте. И в течение всей дороги, мужчины менялись ещё несколько раз, я же всегда оставалась в телеге.
Терпеть не могла такую погоду Сайделлы, но в этом районе, где мы жили, она была такая. Всегда влажная и промозглая и даже зима не сильно отличалась. Даже если выпадал снег, то спустя пару дней он весь таял из-за дождей и постоянного тумана. В более южных районах было немного суше, но и там периодичность дождей была чаще чем в соседних государствах.
Другое дело погода в Калстоне. Я её запомнила тёплой, солнечной и яркой. Осенью листья на деревьях приобретали разные цвета от палевого до сиреневого. Но больше всего мне нравились мелкие листья дерева Тирамис, которые летом были нежно розовые, а осенью приобретали ярко-алый цвет, который очень хорошо смотрелся в различных цветочных композициях.
Громкие крики и ржание лошадей выдернули меня из воспоминаний о счастливом детстве, родителях и прежней жизни…
Видимо мы нагнали основную группу! Все начали осматриваться, но из-за белого марева ничего не было видно. Мы двигались дальше и спустя ещё где-то десять минут начали появляться смутные очертания костров и скопление телег.
Как только мы приблизились к стоянке, моросящий дождь, внезапно, прекратился. Словно мы заехали под навес, который накрывает место стоянки от сырости и тумана.
– Хорошо, что магический навес поставили, хоть обсушимся,– заликовали мужчины, которые ехали рядом со мной. Я же с удивлением, пыталась разглядеть этот навес. Ни разу не встречала таких навесов.
Наши телеги остановились около других телег, вокруг которых уже сидели или лежали другие мужчины. Нас сразу же пригласили к одному из костров и раздали тарелки с горячим супом. Группа мужчин, начала переносить провиант из наших телег в крытые и более большие повозки.
Оглядываясь, пыталась найти взглядом хоть одну девушку, но всё тщетно. Или их не было совсем или они уже где-то спят! Надеюсь всё-таки второе. Всё же время давно перевалило за полночь и большинство давно уснули.
– Устала? – рядом со мной сел Уилан, держа свою тарелку.
– Есть немного, но больше боюсь и переживаю.
– Не бойся! Вас, целительниц, вряд ли на передовую отправят, наверняка в лагере оставят.
– Целительниц? Ещё девушки есть? – обрадовалась я его словам. Всё же страшно было, быть единственной девушкой в целой армии мужчин.
– Да. Пока ходили в уборную, услышал, что все целительницы уже легли спать и там ещё крытую уборную установили, специально для женщин. Потом провожу и покараулю.
– Спасибо! – обрадовалась я. Только сидела и думала о том, что уже хочется в кустики.
– Где у вас целитель? – услышала я мужской, не знакомый голос и обернувшись увидела мужчину в военном мундире. Видимо один из командиров!
– Я здесь, – встала со своего места, чтобы меня можно было увидеть.
– Слушайте все, кто только прибыл, – начал он, осматривая уже и всех остальных. – Это наша последняя стоянка. Дальше движемся без остановок. Завтра всем раздадут сух паёк, которым и будете питаться всю дорогу! Следующая остановка и горячее питание только в военном лагере, на границе. Движемся так же, как и сегодня, часть пешком, остальные в телегах, каждые три часа меняетесь. Целительница едет в телеге. При любом недомогании, сразу подходите к ней. Даже если горло першит или в носу свербит. К моменту прибытия в лагерь, не должно быть ни одного больного солдата! Целительница, поняла? – пристально посмотрел на меня.
– Да, – ответила я, а в голове вертелся один вопрос. Как ходить в кустики, если мы не будем останавливаться? Видимо сказался мой заполненный мочевой пузырь. Но при таком количестве мужчин, я такое не могу спросить.
– А если захочется в туалет? – спросил кто-то из мужчин. Из-за своих переживаний не заметила кто. Но всё равно, спасибо мой хороший, мысленно поблагодарила мужчину и начала прислушиваться.
– Отбегаете в кустики, потом возвращаетесь в строй. Девушке поможете выбираться из повозки на ходу. Как я уже сказал, останавливаться не будем! У каждой группы свой командир, вы с ним как раз прибыли. Все вопросы к нему, но уже завтра. Ложитесь, отправляемся на рассвете!
С этими словами офицер удалился, а все вокруг засуетились, устраиваясь на ночлег.
Я сходила в походную дамскую комнату и села снова у костра. Все потихоньку расходились и укладывались спать. Из-за магического навеса, было тепло и сухо и многие ложились прямо на землю, а я сидела и наблюдала за языками пламени. Спать совсем не хотелось. Видимо сказывались переживания за Теренса и за наше будущее, которое снова приобретало серые и мрачные оттенки. Надеюсь и эти трудности мы преодолеем!
Лагерь погружался в тишину. Слышались лишь тихие переговоры дозорных и с разных сторон раздавались перекаты мужского храпа.
