– А то, что она стала как меховой шар, в два раза толще Василия, ты не заметил?
– Так питалась хорошо.
– Вот-вот, и питалась хорошо, и за диваном в гостиной себе место обустроила.
– Я думал, что им с Васей в разных комнатах неудобно, то у Марьи, то у Си'лэ, вот они и решили в общей гостиной поселиться.
Так, за разговорами, они подошли к общежитию некромантов.
Нюша за диваном напоминала гигантский помпон. Она дышала тяжело и пищала сиплым плачущим голосом. Рядом поскуливал растерянный Василий.
Лич вспомнил всё, чему его учили на целительском, когда он был еще молодым и вполне живым человеком. И решил для начала просто провести осмотр и с помощью способностей лича поглотить у животного страх как эмоцию, чтобы Нюше стало легче. Но едва он положил ладони на пушистый шар живота, как с рук исчез туман и высушенные кисти лича засветились ярким белым светом. Так выглядела только целительская магия! Единственная не доступная личам после смерти!
Марк Радимирович, несмотря на шок, быстро пришел в себя. Все-таки опыт и возраст – это две составляющие, помогающие быстро принимать решения в большинстве случаев, если вы не в маразме. А у личей маразмов не бывало никогда.
Руки работали, память послушно подсказывала нужные действия, магия заполняла пространство, помогая, успокаивая, обезболивая и направляя схватки.
В итоге рядом с изрядно схуднувшей молодой мамашей копошились четыре крупных пушистых светло-серых комка с черной полоской вдоль спины и редкими густо-фиолетовыми крапинами.
Пол у новорожденных выусней, как важно сказал Пантелеймон, проявляется на второй неделе. Мех на хвостах начинает распушаться по-разному. У самцов – равномерно по всему хвосту, а у самок только на конце в виде помпона. Книга про выусней была у домового настольной и зачитана чуть ли не до дыр, но вот ввиду отсутствия каких-то характерных особенностей в период беременности саму беременность он прошляпил.
Профессор Рорх сидел на полу, оперевшись спиной на диван, и задумчиво разглядывал свои руки. Ему было что завтра записать в целительский журнал для Бяо. А еще надо было пересканировать магический спектр на разных частотах и провести углубленный анализ.
Лич-целитель? Возможно ли такое?
Глава 11. Игра и преступление
Уже после обеда был объявлен старт игры. Дамам раздали списки и объявили срок – до завтрашнего вечера. Завтра вечером состоится бал, открывающий череду праздничных мероприятий, и на нем огласят имя победительницы. Соответственно и приз вручат. Сжатые сроки были обусловлены тем, что все опасались за целостность замка. Вошедшие в азарт дамы во время поисков вполне могли разобрать его по кирпичикам, да и разрешение грабить соперниц при длительных сроках могло перерасти в масштабные битвы.
Абрахам был доволен, что удалось замять пропажу десертов во время обеда. Дамы были заняты поиском предметов по спискам, а мужчины не сочли это особо важным событием. Вместе со сладостями пропал один из поварят, и все закономерно решили, что он и виновен. Хотя кража пятнадцати килограммов разных десертов была донельзя нелепым поступком. Беспокоил советника и еще один момент: на работнике кухни была клятва служения, и за пределы замка он не выходил. Тем не менее домовые утверждали, что его нет ни в одном помещении замка.
Мария Спиридоновна и феи решили сами посмотреть, что случилось на кухне. Советник на вопросы ответил уклончиво и разговор не поддержал. Если бабушка Маша не особенно переживала об отсутствии сладкого на обеде, то крылатые малявки были в ужасе.
– Как не будет сладкого? Совсем-совсем? А наша магия?
Феям сладкое было необходимо, оно помогало вырабатывать магию. А магия им была нужна, чтобы уберечь свое главное сокровище – семью!
– Ну пойдем попросим на кухне сахару, это тоже сладкое.
Вот под таким предлогом они решили навестить царство горшков и кастрюль и заодно узнать всё из первых уст.
Однако до кухни они дойти не успели. По ведущему к ней коридору летел призрак бывшего коменданта. Привидение громко выражало свои эмоции на русском простонародном, где из приличных слов были только междометия. И его можно было понять: в какую бы стену он ни пытался нырнуть, у него не получалось. То же происходило с потолком и полом. А за ним, как карающая Немезида с мечом, шел алхимик и при каждом финте призрака поводил за ним «жуком», зажатым в руке. Усы у «жука» шевелились, куб в другой руке начинал светиться, и привидение с громким «чпок» отлетало от ставшей непроницаемой преграды. Призрак матерился и летел вперед, пытаясь скрыться.
На Марью с компанией эти два игрока в догонялки не обратили внимания, как и на вжавшегося в стену зареванного поваренка. А вот Мария Спиридоновна его очень даже заметила.
– Что случилось? Тебя повар обидел? Поэтому ты не на кухне?
На паренька посыпался град вопросов.
В итоге удалось выяснить следующее.
После того как к обеду всё приготовили, кухонные работники ушли отдыхать до подготовки к ужину. На кухне остался только главный повар и его поварята. Повар магически переносил готовую еду на специальный стол, откуда ее уже переправляли в зал рядом с обеденным, чтобы затем подать к трапезе. Их собеседника перед подачей десертов отправили к холодильным ларям за мороженым, а когда он пришел, стол для готовых к отправке блюд был пуст. При этом стоявший рядом со столом главный повар смотрел на него неверящими выпученными глазами и твердил: «Где всё?.. Я ведь только на минутку… Где же всё?»
– Так вот, – вдохновленный наличием слушателей, рассказывал поваренок, – потом он увидел меня с мороженым и начал орать, куда я дел Зютека. Это второй поваренок, он ушан. Из-за того, что ему вечно что-то слышится, он очень рассеянный и отвлекается на «пойти посмотреть». Если бы не это, то уже стал бы помощником повара, он очень талантливый. А повар тогда алхимика в кухню не пускал, тот хотел всё проверить, ну вон то, что летело, синее и оручее, искал. Вот они пару минут ругались у двери. Повар сказал через час, когда всё закончится, заходить. Обернулся, а еды нет, и Зютека нет. Чистый стол. И я пришел, и синее это залетело, повар орать, алхимик ту штуку ловить…
– А мороженое? – Феек интересовало то сладкое, что не исчезло.
– А его я обратно в ларь отнес. Там всего два килограмма было. А когда повар вернулся, оказалось, что Зютек пропал совсем. Он мне как брат был, – и парнишка снова зашмыгал носом, глотая слезы. – Вдруг он не найдется теперь, вдруг оно его съело?
– Кто?
– Ну то, что всё утащило.
Придя на кухню, они попробовали порасспрашивать еще и повара, но тот, считая неудавшийся обед своим личным провалом, разговаривать не захотел. Велел поваренку выдать им мороженое – нельзя же детям без сладкого – и закрылся в своем кабинете.
Эм задумчиво ковырял ложечкой кусок мороженого почти с него размером и вдруг предложил:
– А давайте мы это поймаем!
– Как? – пожала плечами Ниле, выколупывая из замерзшего десерта кусок шоколадной крошки.
– Пусть советник сам ловит, это может быть опасно. – Взрослый разум Марии Спиридоновны пробовал вразумить авантюристов. – Ведь пропала не только еда, но и поваренок.
Но Эм не унимался. Став феей, гррох в сладостях души не чаял, и одна мысль о том, что из-за воришки он лишился возможности попробовать столько разных кондитерских шедевров, вызывала у него желание найти этого паразита.
– Ну давайте не схватим, а просто устроим засаду и посмотрим, кто вор. Приманку положим. – Он облизнулся. – Сладкую! Мы маленькие, спрячемся в какой-нибудь шкафчик и будем подсматривать.
– А давайте! – Ниле тоже стало интересно. – Как это смогло так много унести?
– Да немажоська, наверное, у него, туда запросто влезет. – Бабушку Машу этот вопрос не интересовал. Интересовал другой: – Как и кто это сделал незаметно за пару минут и зачем прихватил поваренка?
В вину несчастного Зютека Марья не верила.
Все же шебутные феи бабулю уломали, видимо, в детском теле дух авантюризма был сильнее здравого смысла. Поваренок согласился помочь с приманкой и освободить маленький шкафчик напротив того самого стола. Шкафчик был крошечный, практически тумбочка, и Маша только-только туда помещалась, но все решили, что это самое удачное место. Никто не догадается, что там может кто-то сидеть, и в щелку неплотно прикрытой дверцы будет всё видно.
Вечером мелкая банда пробралась на кухню, Тимон с ними опять не пошел. После случая с Люсьером он решил, что лучше не оставлять Азалию одну в таком опасном месте, и всё время старался находиться поблизости от предмета своего воздыхания. Да и сокровищ в кухне не было, а в опасного монстра-сладкоежку он не верил.
Поваренок не подвел. В шкафчике, куда они должны были спрятаться, он оставил тарелку с пирожными для приманки, но вот, не подумав, положил пирожные разных видов. И поэтому судьба приманки была решена безоговорочно. На столе, на заботливо подстеленной салфеточке, сиротливо лежало одинокое пирожное. Все остальные были безжалостно съедены на предмет проверки качества. Ведь все знают, что залог хорошей охоты – качественная приманка! А чтобы понять, насколько она качественная, ее надо проверить. Снимая пробу, наши любители сладкого так погрузились в процесс проверки… Еще бы – нежнейшие взбитые сливки, разнообразие вкуса кремов: шоколадный, малиновый, из иорки, сливочно-ванильный, карамельный.... Марья не все могла идентифицировать, но было божественно вкусно. А шоколадная глазурь и крошка! А карамель всех консистенций! А что-то похожее на халву, но не волокнистое! Разные орехи. Свежие ягоды и фрукты в сиропе. Бисквиты, песочные, заварные… Сладкоежки так увлеклись дегустацией, что чуть не забыли, с какой целью пришли! Только решая, кому достанется последнее лакомство, вспомнили, зачем они на кухне. В итоге сошлись на том, что и одно пирожное вполне себе приманка.
– Оно же сла-а-а-адкое… – Эм поглядывал на стол через крошечную оставленную щелку.
Компания утрамбовалась в шкафчик. Маше было не слишком удобно сидеть, прижав колени к груди руками, но по-другому там было не поместиться. Заботливый поваренок оставил небольшую подушечку, видимо, очень на них надеялся. На подушечке было сидеть не так жестко. Феи с комфортом расположились на ее плечах, придерживаясь за волосы.
Ночь, тишина, говорить нельзя, чтобы не выдать себя. Полумрак помещения, где горит один маленький дежурный светильник, какие имелись по всему замку и автоматически включались на ночь во всех нежилых помещениях, кроме хранилищ. Осоловевшие от съеденного, наши храбрые детективы начали клевать носом.
Между тем в замке не спали высокородные леди. Главный приз им продемонстрировали во всей красе, и каждая мечтала, что он достанется именно ей. А когда объявили, что выигравшая дама получит на все праздники звание «Королева Морозных дней», то ажиотаж усилился в разы.
Помешанная на титулах различных мероприятий леди Кло, вцепившись в локоть мужа и жадно разглядывая парюру, твердила ему громким шепотом:
– Это буду я, дорогой. Только я!
Гровер же, зная стоимость приза, понимал, что лучше бы она действительно победила. Если финансы позволяли ему все-таки компенсировать жене проигрыш, купив не менее роскошные украшения, то титул… Его утрата – это как минимум испорченные праздники и два месяца «игры в прятки». За глаза среди знакомых леди уже давно получила титул «Королева мозгоклюек», но, слава создателю, она об этом не знала.
Леди Кло, как и все недалекие женщины, считала себя самой умной. В списке предметов было много вещей с незнакомыми ей названиями, и она сразу поняла, что это вещи для прислуги! Ведь она просто не могла не знать всё касающееся высшего общества! И как ни странно, она была почти права.
Надо было опередить конкуренток! К делу наша леди подошла творчески. Решила, что лучшее время для поиска – это ночь. Логично, она же думала, что все, кроме нее, спят. И еще надо замаскироваться! Вдруг кто-то хитрый все-таки не спит и выследит ее. Шансов конкуренткам она давать была не намерена!
Ярко-бордовый наряд заменило кисейное светло-бежевое платье, когда-то подаренное мужем. Леди его не любила, оно было такое блеклое. Она любила яркие наряды и считала, что у лорда ужасный вкус. И все знакомые с ней соглашались, правда глядя на саму леди и сочувствуя Гроверу. А это платье очень подходило к стенам замка, отделанного в коридорах светлыми панелями песочного цвета. Свое новомодное украшение из волос она расплела и сначала хотела накинуть на голову шаль, но ужаснулась своим же мыслям. Она же леди! Образец красоты и вкуса! В итоге, перемерив с десяток максимально скромных шляпок, она выбрала светлую с широкими полями и вуалеткой. Шляпа была украшена, казалось, целой цветочной клумбой, но по задумке леди в ней было хорошо прятаться за вазами, стоящими в нишах вдоль коридоров. Удовлетворенно оглядев себя в зеркало, леди Кло вышла на охоту.
Дама была неприятно удивлена, что замок не спал. Прислуга завершала вечернюю уборку, по коридорам периодически проходил патруль стражи, и она даже видела пару раз мельком своих конкуренток. Одна, видимо не сильно умная, скрылась за дверью библиотеки, а вторая куда-то поднималась по лестнице.
«Что можно найти в таких нелепых местах? Кучу ненужных книг и явно спятившего алхимика в лаборатории, – думала леди Кло. – Прислуга явно хранит все свои вещи внизу, никто не разрешит держать такой хлам выше первого этажа. Каминные щипцы! Какая чушь! Зачем щипать камин?»
Что такое камин, леди, конечно, знала, но щипцы для камина… Точно какая-нибудь штука из арсенала источника и лежит где-то в кладовках! Надо только найти кладовки.
Пара дверей, попавшихся ей на пути, была заперта, но следующая, довольно солидная с виду, выглядела перспективно и даже была не закрыта до конца. По стечению обстоятельств это оказалась дверь кухни.
Леди помещение не понравилось: здесь имелась куча вещей непонятного назначения, и как найти нужные среди этого бедлама? А вот пирожное на столе ее зоркий взгляд увидел сразу. Приятно увидеть что-то знакомое и такое привлекательное на вид. Как и все маги, она любила сладкое. Ну и пусть слабая магичка, зато вкусности можно есть, не заботясь о фигуре. В кухне никого не было, и, значит, ничейный десерт был, по ее мнению, законной добычей нашедшего.
Что такое крошечное пироженко для целой демонессы? На один укус. А вот пахло вкусно, и запах явно остался не от пирожного. Аромат становился сильнее, как будто рядом достали из печки свежую сдобную выпечку. Совершенно точно запах шел из-за двери рядом. Леди уже не сомневалась, что все слухи о пропажах вранье, просто от гостей прячут вкусности из жадности! В кабинете повара она сразу вычислила источник: жадины прятали всё в шкафу.
Рванув резные дверцы на себя, она в полумраке увидела что-то белое и огромные, светящиеся глаза, а перед ее носом мелькнуло нечто похожее на гигантскую ложку. У дамы сдали нервы. Раздался громкий визг, и она, подобрав юбки, пулей вылетела из кабинета. Ее испуганный взгляд уловил какое-то движение. Очередной шкаф распахивал дверцы, слегка светился, и оттуда что-то лезло. Оно пищало и бубнило на разные голоса. Истошные вопли мчавшейся по коридорам леди Кло, казалось, могли перебудить весь замок.
А это всего лишь в засаде очухались наши уснувшие детективы. Попытавшись выбраться из шкафчика, Мария Спиридоновна поняла, что застряла в нем, как Алиса в кроличьей норе. Но вот пузырька с надписью «Выпей меня» у нее в запасе не было. Коленки уже почти уперлись в верхнюю крышку, а фейки, как всегда перепачкавшись во время еды, прилипли и запутались в ее волосах. Пытаясь выпихнуть по очереди ноги и помочь руками, Марья ругалась себе под нос, феи, копошась в волосах, пищали и, казалось, запутывались еще больше. Пыльца летела с крыльев и светилась. Марье казалось, что сейчас она вымахает и станет как дядя Степа из книжки Маршака. Паника подгоняла, и они наконец-то вывалились из шкафа-ловушки, все в светящейся пыльце, а Марья еще и с ободранными локтями и коленками. Хорошо хоть, фейкам удалось отлепиться от ее головы, хоть и с парой приставших к ним волосков.
Звуки криков еще были слышны, и компания рванула за сбежавшим от засады существом. Но, выскочив из кухни и пробежав несколько коридоров, поняли, что понятия не имеют, куда бежать.
– Ну вот, не поймали! – расстроился Эм.
– А кого? Кто там убегал-то? – Ниле надеялась, что тот хоть что-нибудь рассмотрел.
– Да никого не поймали. Там что-то светлое мелькнуло, больше ничего не успел разглядеть.
– Хорошо хоть, вылезли. – Марья, разглядывая удлинившиеся руки и ноги, болезненно морщилась, содранные коленки саднило.
Поняв, что сегодня они уже ничего не смогут узнать, решили пойти досыпать к себе в комнаты. Перед сном Марья, конечно, посмотрела в зеркало. Зеркало отразило подростка, угловатую и нескладную фигуру лет двенадцати.
«Как хорошо, что я всегда была маленького роста, – думала Марья, засыпая. – Если бы я росла как современные дети, из того шкафа меня пришлось бы вытаскивать бригаде спасателей».
Леди Кло во время своего забега до комнаты умудрилась наткнуться на патруль стражи. Вцепившись в оказавшегося первым стражника, она истерично потребовала спасти ее от монстра из кухни, который точно хотел ее сожрать и даже примеривался огромной ложкой! Стражники покивали и посоветовали леди идти в свою комнату под защиту мужа, а уж они-то во всем разберутся.
Идя по замку в сторону кухни, патруль, посмеиваясь, строил предположения о том, зачем леди туда ходила и что там делала.
На кухне, на самой верхней полочке почти под потолком, сидели две белые, словно обсыпанные мукой, фигурки.
– Хорошо побегла, шустрая, – одобрительно проворчал один, откусывая кусок от зефира почти с него размером.
– А эти долго вылазили, шебутные, – покивал второй, откусывая от зефирки с другой стороны.
– Сейчас, наверное, набегут, суетно будет, шумно.
– Ой, шумно.
– А мы встретим. – Довольный идеей первый показал пальцем куда-то вниз.
– Ой, встретим. Хорошо будет, тихо.
Глава 12. Новое – это хорошо забытое старое
Мария Спиридоновна просыпалась с трудом. После ночного приключения, застревания в шкафчике, стремительного роста и забега по замку ломило всё тело. Но, как оказалось, сюрпризы на этом не заканчивались.
– Ох, девка, чего ж ты бедовая такая? – ворчливый тон кикиморы нельзя было спутать ни с кем.
– Дети так быстро растут, – явно голос леди Серины.
И мужской баритон, от которого Марья моментом распахнула глаза.
– Нужны анализы. Надо понять, что спровоцировало рост. Слишком быстро! Организм может не справиться без помощи, – в тоне целителя Бяо явно прослеживалось волнение.
– Я что, заболела? – Марья испуганно посмотрела на фрогона.
– Нет, просто выросли слишком быстро. Причем, судя по рассказу ваших внуков, еще и в два этапа. По человеческим меркам вам сейчас пятнадцать-шестнадцать лет. Рост и так очень стремительный, а тут еще с гормональной перестройкой.
Мария Спиридоновна покраснела. Она, конечно, поняла, о чем говорил Бяо, и прекрасно вспомнила, какими забытыми ощущениями ей это грозит, но обсуждать это с мужчиной, хоть и целителем, не хотела абсолютно.
– Давай уже, бери свои анализы и дуй в лабораторию, – резковато посоветовала фрогону кикимора, заметив неловкость Марьи. – Мы тут с девочками сами разберемся. Если что, покличем тебя. Ну и результаты нужны поскорее.
Целитель проделал уже знакомые Марье манипуляции и ушел. Манефа еще раз критически оглядела лежащую на постели Марию Спиридоновну и забавно пошевелила носом, бородавка в виде грибочка смешно задергалась в такт. Потом потрогала распушившуюся по подушке прядь волос и удовлетворенно хмыкнула.
– Я без ихних анализов скажу, из-за чего с тобой такое приключилось. – Она сурово сдвинула кустистые брови и уперла руки в боки. – Ты зачем на ночь столько сладкого наелась, горюшко наше?!
Хотя Манефа имела суровый вид, но в ее глазах искрились смешинки, а Марья снова ощутила стремительно наливающиеся жаром щеки.
– Вот и наказание тебе тут во всей красе. – Коготок кикиморы показал на нос и лоб.
Мария Спиридоновна стала выбираться из постели. Когда речь идет о чем-то явно несимпатичном на лице, то удержать женщину от попыток глянуть в зеркало не сможет даже конец света.
О-о-о! Там, конечно, были они! Подростковые прыщи! Прекрасные образцы, во всей красе! Не мелкие незначительные красненькие высыпания, а два полноценных бугра ядовито-красного цвета, еще не созревшие и вольготно расположившиеся на носу и лбу.
А ведь вечером планировался бал, начинающий череду праздничных мероприятий!
А тут еще прибежала Азалия с Тимоном. Тимон, правда, был тут же выдворен дамами за дверь и отправлен в сопровождении Эма узнавать новости.
Азалия моментально оценила рост, фигуру, волосы и недостатки. К недостаткам она причислила не только вскочившие прыщи, но и отсутствие талии на фоне хоть и появившейся, но сравнительно небольшой груди. Всё это она мимоходом отмечала спокойным голосом, нарезая круги вокруг Марьи и внимательно ее разглядывая. Заметив побежавшие по лицу девушки дорожки слез, она всплеснула руками:
– Марья, ну чего ты как маленькая?! Тебе же не взаправду столько лет, и уж явно я не с целью обидеть тебя это озвучиваю!
– Во-во, – поддержала дриаду кикимора. – У Азальки этой хруди вообще не наблюдается практически, несмотря на возраст, и ничего! У женщины главное – мозг!
– Или его отсутствие, – захихикала леди Серина.
А Азалия уже вынимала из пространственного кармана, заменявшего магам немажоську, пакеты и пакетики. Серина ставила на столик баночки, клала щеточки, щипчики, расчески и остальные мелочи для наведения красоты, а кикимора достала из складок юбки небольшой глиняный горшок. Горшок был накрыт промасленной бумагой и заботливо перемотан веревочкой. В спальне сразу запахло травами. Ниле летала между дамами и всё пыталась рассмотреть и пощупать.
Азалия вытряхнула из одного пакета ворох разноцветных трусиков, которые красивой радугой пастельных тонов разлеглись на кровати.
– Это на вырост и для комфорта, когда понадобится. Ну, ты понимаешь. – Она обозначила всё жестами и мимикой.
Марья понимала и жутко смущалась, вот уж не думала она, что снова придется с этим столкнуться.
– А куда, ну…
Вопрос прекрасно поняли. Азалия взяла со столика пузырек с каким-то то ли кремом, то ли маслом и вытрясла из него часть содержимого на белье для демонстрации. Всё, что касалось ткани, просто исчезало, не оставляя следов.
– Ого! В том мире за это белье женщины бы душу продали! – Марья была под впечатлением от способа решения деликатной проблемы.
Азалия гордо задрала нос и сообщила, что это ее личная разработка, правда, патенты куплены для производства всеми заинтересованными лицами. Изобретению уже лет сто.
Манефа же развязывала веревочку на горшке.
– И супостатов этих, – она кивнула на прыщи, – щас изведем, ишь, расположились, захватили территорию, оккупанты! Ты, Марья, со сладким будь аккуратнее, на нем же магия работает.
– Да, мне Рорх рассказывал, что магический обмен веществ на глюкозе завязан. Поэтому у магов нет лишнего веса.
– Вот, девонька, ты хоть и не маг, а мутаген-то в крови – с магической составляющей. – Кикимора наконец размотала веревочку. – Да и феи в родстве, хоть и принятом, даром не проходят!
В итоге перед завтраком, который в замке подавался поздно, Марья подверглась всем мыслимым и немыслимым процедурам, которые сочли нужными три тиранши в лице милых подруг. И болотного цвета масочка от прыщей, склизкая и пузырящаяся, была не самой из них неприятной. Она хоть не воняла, в отличие от средства для депиляции. Абсолютно безболезненного, но при реакции с волосами испускающего просто невыносимую вонь до исчезновения волос. А про корсет, в который ее пытались утянуть, была отдельная история, с убеганиями и прятаниями ото всех в ванне и под кроватью.
Впрочем, с корсетом дамы временно отстали, но на бал потребовали его надеть в обязательном порядке. Там надо танцевать, а не есть! Корсет же, помимо коррекции талии, помогал держать осанку.
После всех манипуляций зеркало отразило плотненькую миловидную девушку со светлыми волосами и голубыми глазами. Платье тоже было голубым, с неглубоким круглым вырезом, украшенным отложным воротничком из кружева серебристого цвета. Узкий рукав в три четверти тоже украшало кружево; широкое и присобранное у рукава, оно пышно разлеталось книзу. Марья недовольно подергала кружевной край.
– Очень красиво, и руки выглядят изящно, – прощебетала довольная леди Серина.
– Ага, – буркнула Марья, представляя, как за завтраком вся эта красота при попытке взять вкусностей со стола лезет в чай, варенье и тарелки с едой. Выглядеть хрюшкой не хотелось, но и остаться голодной тоже. Внезапно выросший организм требовал калорий.
– Я всё подам, я буду рядом. – Ниле, кружась вокруг Марьи, просто лучилась оптимизмом. Она моментально поняла ее затруднения, ведь фейки-сластены постоянно пачкались при еде.
– О создатель! – Руки Азалии опять вторили ее словам, рождая вихри из завязочек и браслетиков, нацепленных на запястья. – И поэтому такая недовольная мина? Тебе платье-то нравится само по себе?
Марья осмотрела себя еще раз. Талию хотелось бы потоньше, но от корсета сама отказалась. Само платье легкое, сидит прекрасно.
– Нравится.
Дриада что-то проделала около рукавов.
– Возьми что-нибудь со стола.
Марья потянулась за расческой, рискуя сбить кружевом манжет стоящие в ряд пузырьки. Манжета прижалась к руке как приклеенная. Она убрала руку с уже зажатой расческой, и манжета послушно расправилась и заколыхалась пышным воланом.
Девочки были готовы к завтраку.
Мужчины в замке вставали рано, на рассвете. Демоны гордились дисциплиной и возможностью всегда поддерживать себя в хорошей форме, поэтому ранний подъем и утренняя тренировка входили в перечень обязательных процедур высоких лордов. Поэтому о чудищах, напавших в кухне на леди Кло, советник узнал от Гровера на тренировке. Возможно, мужчины бы просто посмеялись и потом разошлись, но прибежал начальник патрульной службы замка и сообщил, что два его подчиненных пропали.
– Что значит «пропали»?
– Они патрулировали коридоры на первом этаже и утром не пришли сдавать смену.
– Вы их искали?
– Нет. По инструкции сначала надо доложить! Я докладываю.
Эхом разнесшиеся по замку вопли заставили всех замереть. Казалось, где-то бушевала орда троллей-дикарей, вышедших на тропу войны. И эти вопли явно доносились со стороны кухни! Где, по словам Гровера, ночью чудовище пыталось съесть его жену.
Переглянувшись, лорды рванули на звуки. Короткий слаженный забег тренированных демонов, распахнутая дверь кухни – и «картина маслом».
Посреди кухни, как полководец на поле битвы, с огромным половником в руке стоял главный повар и орал. Красный, с выпученными глазами, он колотил поварешкой по столу, заваленному бутылками и почему-то сладким, хотя было видно, что постучать ему хотелось совсем не по предмету мебели. На стульях, абсолютно не реагируя на вопли разъяренного повара, громко храпели потерявшиеся стражники. Амбре, висящее в воздухе, и пустые бутылки не оставляли места воображению, всё и так было ясно.
– В карцер, там проспятся. Потом допросим, откуда они всё это взяли. – Из воплей психующего повара Абрахам понял только одно: на кухне кто-то готовил. Всего этого не было вчера и быть не могло.
Он взял одну из пустых бутылок. Старинная, со странными символами около горлышка. Что-то из далекого детства всплывало в памяти, что-то связанное со сладким и вином, но вспомнить он никак не мог.
Повару было велено организовать уборку и готовить завтрак, кухонные рабочие во время этого представления робко скучковались в углу помещения. Стражников унесли, и тут выяснилось еще одно обстоятельство: пропал второй поваренок!
Пока продолжалась эта суета с завтраком и поисками, проснулись дамы. В столовой настал звездный час леди Кло! С потрясающим артистизмом, живейшей мимикой и заламыванием рук она в красках поведала собравшимся дамам, как во время попытки выполнить задания игры ее чуть не съели жуткие монстры из кухни.
– Они прятались во всех шкафах! Лезли оттуда и тянули ко мне свои отвратительные лапы! А у главаря была гигантская ложка! Я бежала по коридору, думая, что это мой смертный час, и слышала их рычание и чавканье за спиной, – со слезами в голосе рассказывала она.
Марья, прекрасно зная, кто вылезал по крайней мере из одного шкафа, не сдержавшись, фыркнула.
Леди окинула ее презрительным взглядом. Эта резко выросшая девица явно не знала ничего про хорошие манеры!
– Вы продолжайте, продолжайте, – покивала Марья головой, поощряя рассказчицу, – пули свистели над головой…
Впрочем, вошедшие мужчины принесли новости. И хотя что-то стало понятно, но загадок было явно больше. Марию Спиридоновну очень беспокоил второй пропавший поваренок. И ведь леди Кло испугалась явно не их, визжать она начала раньше и еще видела глаза и гигантскую ложку. Где?
После осторожных расспросов с поддержкой всех присутствующих удалось выяснить, что главное чудовище живет в кабинете при кухне. Что делала леди ночью в святая святых главного повара, осталось без ответа.
– Как можно задавать даме такие вопросы? – Леди оскорбленно отвернулась и замолчала.
В лаборатории алхимика кипела работа. Бяо проверял анализы, сверял в спектрометре магограммные слепки и выводил в журнале какие-то формулы. Сам алхимик ковырялся в приборах, пытаясь сделать что-то, что сможет ухватить призрака на расстоянии хотя бы пары метров. За ним с интересом наблюдали Тимон и Эм.
– Мне бы только придумать, как схватить! – В отчаянии от невозможности изучить живую и говорящую субстанцию алхимик чуть не разбил, случайно задев, коробку со стеклянными колбами. Тимон, поймав падающий ящик, задумался, смотря на колбы. Достаточно пообщавшись с Марией Спиридоновной и имея немалый собственный жизненный опыт, он вдруг озвучил пришедшую в голову идею:
– А зачем вы ловите, бегаете по всему замку? Поставьте ловушку с приманкой.
– А вы знаете, на что ловятся такие штуки? – Алхимик разволновался не на шутку и от азарта аж заплясал на месте.
Тимон, конечно, знал – да любой студент знал, на что можно поймать бывшего коменданта. Но он не был бы Тимоном, если бы не решил поторговаться.
– Я помогу вам, а вы мне. Заодно проведете новый эксперимент!
«Новый эксперимент» звучало как предложение ребенку мешка с конфетами.
– Какой?
– Мне надо стать большим и живым.
Алхимик удивленно разглядывал маленького крылатого скелетика.
– Помилуйте, я, может, и гений, – он гордо приосанился, – но не создатель.
Впрочем, сбить Тимона с намеченного пути было непросто.
– Первое, – начал он загибать пальцы, – я дух, привязанный к скелету, второе – меня приняли в семью фей, третье – всё сделано при помощи артефакта на основе крови принявших зелье с вашим мутагеном, как изменившихся, так и еще не успевших, а главное, – он сделал эффектную паузу, видя, как в предвкушении загораются глаза алхимика, – у меня есть кусок шкуры грроха.
И, заметив удивленный взгляд целителя Бяо, пояснил:
– Ну, достался кусочек по случаю… – и показал за спиной кулак Эму, который не удержал смешка. Фей прекрасно знал, что кусок на спор утащил у Рорха пустошник, а Лисовские, не найдя ему применения, отдали его Тимону за какую-то нужную им информацию.
– Согласен! – Потирающий руки алхимик жадным взглядом еще раз осмотрел фронт работ. – Не знаю, что из тебя получится, но рост и как минимум что-то похожее на живое тело обещаю. Но про приманку информация сейчас! На что ловятся эти призраки?
– За всех не скажу, но конкретно наш ловится на спиртное! Только вот пить он его не может. Сделаете спиртное, которое он сможет пить, и можете изучать, сколько хотите.
Адское пламя в глазах алхимика просто заполыхало.
Петр Егорович, медитируя в любимом погребе на бочонок с вином, зябко поежился от нехорошего предчувствия.
Глава 13. Три, четыре, пять – мы идем искать
После завтрака Марью утащили Лейла и Миранда. Конечно, Лейла не перестала быть высокомерной воображалой, но мозги у нее, видимо, активировались под действием вонючих эмоций. Зачем унижать кого-то, если можно его использовать! И совсем не обязательно пытаться притворяться. Если тебе приносят пользу, то, конечно, ты относишься хорошо, а в случае Лейлы – и пахнешь соответственно.
Девушка сочла, что Мария Спиридоновна очень полезна, а еще ее считают ровней родители. Соответственно она имеет право на хорошее отношение, то же касалось и Миранды. Тем более сейчас к Миранде был свой интерес: Лейла хотела участвовать в игре, а Миранда много знала про всякие вещи, ей неизвестные. И вопрос, который девочки Марье озвучили, был:
– А если мы будем искать вместе, это не будет нарушением правил?
– Нет, конечно. Но приз один, и титул тоже получит только одна из вас. Поэтому надо всё обсудить заранее. Помощь нельзя просить у не участвующих в игре, но если вы команда, то вам можно помогать друг другу.
Лейла довольно улыбнулась.
– Прекрасно! Титул мне ни к чему, свой имеется, и он постоянный, а не временный. Приз я хочу! Я часто бываю приглашена на очень торжественные и шикарные мероприятия, там даже королевские особы из других государств присутствуют.
– А мне бы маме хотелось сережки подарить, та корона ей совсем ни к чему, да и мне не нужна. – Миранда задумалась.
Титул – это приятно, конечно, но обычно подарки покупал отец от всей семьи, потом братья пошли работать и тоже стали покупать, а она не могла это себе позволить. А тут есть шанс выиграть, но без Лейлы, которая всё в замке знает, он невелик.
– Парюру разбивать на отдельные украшения глупо, – в этом вопросе Лейла была категорична, – но у меня есть другое предложение. Я потому и позвала Марию Спиридоновну, а не только чтобы правила уточнить. У вас ведь есть каталог этих ювелиров? Я получаю парюру, а Миранде покупаю серьги и что-нибудь еще, что понравится, на треть от стоимости приза.
– Почему на треть? – удивилась Марья.
– Ну титул тоже имеет значение; в отличие от меня, его многие добиваются. Поэтому треть – это справедливо.
– А я согласна. – Миранда пожала плечами. – Мне главное, чтобы красиво и маме подходило, чтобы она носить смогла. Очень дорогое нам дома и надеть некуда будет.
– Ну, девочки, раз вас всё устраивает, то объединяйтесь и ищите. Главное, найденное прячьте получше, чтобы конкурентки не утащили. А каталог приходите посмотреть, подберем что-нибудь.
Ниле в это время летала по замку и искала Эма. Тимону завтрак был неинтересен, но братец-сладкоежка не мог его пропустить без причины. А еще не давали покоя вкусняшки, найденные на кухне, которые стража проигнорировала. Ей удалось обнаружить и разговорить мелкого домовенка, тот фей ни разу не видел и, засмотревшись, не спрятался вовремя.
К алхимику она влетела, переполненная любопытством. Эм сидел на столе между пробирками и азартно участвовал в преображении Тимона.
– А крылья надо большие и красивые, как у бабочек, чтобы точно ей понравилось!
– А я думаю, мне бы не помешала боевая ипостась! Вокруг нее всё время крутятся какие-то соблазнители! Надо выглядеть грозно и внушительно! – Тимон был полон решимости даже в бою завоевывать свою даму сердца.
– А еще тебе надо волосы мягкие и красивые, – Ниле просто не смогла смолчать и не вставить свое слово. – Девушкам нравятся красивые волосы, но не слишком длинные.
Фрогон с алхимиком переглянулись. Бяо пощупал косичку на лысой макушке, а алхимик, запустив пятерню в волосы, понял, что рука там к чему-то прилипает. Выдернув пальцы из шевелюры, он с сомнением оглядел зеленоватые разводы на коже.
– Забыл смыть мыло? Но мыло не липкое. Может, делал новый шампунь? Запах странный.
Потом он вспомнил, что, пробегая за призраком мимо чьих-то комнат, слышал ругань, а затем в него даже что-то кинули. В азарте погони не обратил на это внимания.
– Надо взять на анализ! Потрясающая липкость! Может, пригодится в разработках.
– Эй, уважаемый! – Тимон был недоволен задержкой и игнором его персоны.
Он висел в сфере, обтекаемый потоками разных жидкостей, магия струилась и направлялась странными изогнутыми штуками, а маленькие вихри из фейской пыльцы, повинуясь пальцам невидимого кукловода, казалось, собирали его как конструктор.
Ниле с интересом разглядывала то, что получалось. Видимо, сейчас создавалась боевая трансформация. Тело, руки и ноги покрывали щитки. Кое-где даже с шипами. На руках и ногах оставили приличные когти, а на голове зачем-то прорезались усики-антенки. Лицо, заменившее зубастый череп грызуна, было вполне симпатичным, но вот глаза оказались совсем без белков. А когда Тимон улыбался, было заметно, что зубки у него довольно острые и два центральных резца сверху немного длиннее остальных. Волосы тоже добавили, как и крылья. Впрочем, крылья хоть и обрели цвет и форму как у бабочек, но по-прежнему оставались призрачными. Ростом бывший скелетик с Азалией не сравнялся, но явно был ей уже выше плеча, а не по колено, как раньше.
– Я к балу такой красавец буду! – Тимон горел энтузиазмом. – Да там все дамы от меня без ума будут! И она поймет и оценит. Я же лучше всех. У них нет таких крыльев, и боевая ипостась у меня гораздо эффектнее! Никто не устоит!
Ниле уже откровенно захихикала от этого приступа Тимонского самолюбования. И это при том, что он даже не видел себя в зеркале. Вдруг его разглагольствования прервал звук, от которого Тимон испуганно вздрогнул, а фейки просто покатились со смеху.
– Это что? Я зачем так делаю? Переделайте это, я не хочу, чтобы из меня это рычало! Ты мне кого в живот запихнул, хросского бабрюка? Вынь немедленно!
Феи уже в изнеможении валялись на столе.
Алхимик удивленно смотрел на недовольного Тимона.
– Какой бабрюк? Ты живым хотел быть? Вот!
– Да я от живых таких звуков не слышал ни разу!
– Да ну?! – Эм сквозь хохот смог вставить пару слов. – А если вспомнить Винни?
– Так тот вечно жрать хотел! И… – Тут его живот издал особенно пронзительную трель, и до Тимона дошло!
– Так и я теперь всё время буду хотеть есть?!
