– Всё в порядке? – спрашивает Слава с улыбкой. – Мне показалось, вы чем-то обеспокоены. Что вас гложет? Ожоги? Случившийся пожар? Авария?
Твоя близость.
– С чего ты взяла?
– У вас было такое спокойное и расслабленное лицо, а потом между бровями пролегла глубокая складка, вы нахмурились, напряглись, – бесхитростно выдаёт девчонка. – Словом, как будто вас что-то внезапно обеспокоило. Так бывает, когда вдруг вспоминается нечто плохое. У меня обычно это ночные кошмары или дурные моменты из жизни.
– И часто тебе снятся кошмары? – перевожу я тему. – Много дурного в жизни успела повидать?
Даже смотрю на неё с интересом. Ну действительно, что там дурного-то могло происходить, за исключением разбойного нападения на их дом и убийства деда?
– В нашей деревушке никто не хотел жить. Все молодые уезжали, и вскоре остались одни старики. Я была единственным ребёнком. Из года в год население сокращалось, я бывала на похоронах более пятидесяти раз. А потом нас осталось вообще трое на всю деревню. – Она замолкает, смещается чуть в сторону – в мою сторону! – видимо, начинает болеть нога. – Вы можете себе представить ребёнка, который ни разу не видел свадьбу, но бывал так много на похоронах?
Слава смотрит в упор. Хмурится. Её ресницы дрожат. Глаза темнеют и увлажняются.
– Нет, не представляю. – честно говорю ей.
– Так вот, я так росла. – быстро облизнув губы, продолжает она. – А когда я выросла, нас осталось трое: я, дедушка и соседка. Мне было семнадцать, когда её не стало. Я побежала на почту, там ещё осталась рация или как там называется эта штука… Не помню. Да это, в общем-то, и неважно. Важно другое: про нас просто все забыли. Вы представляете? Вычеркнули, словно нас и не было вовсе!
– Это ужасно бесчеловечно, – соглашаюсь я.
– А потом эти нелюди, – вздрагивает девушка.
Трясётся, как осиновый лист на ветру. Ничего не могу поделать с желанием, даже нет, острой нуждой, обнимаю её плечи и прижимаю к себе.
Слава делает глубокий вдох, проглатывая мой запах. Я опускаю голову ниже, касаясь носом волос на её макушке.
Как же сладко она пахнет! Амброзия. Пища богов.
Слава пахнет чистотой, невинностью, женственностью. Мне нравится её аромат.
Слава чуть смещает голову, поднимает лицо, заглядывая мне в прямо глаза.
Её губы призывно приоткрыты. Такие сладкие. Такие манящие.
Можно подмять её под себя. Прямо сейчас. Сорвать с её губ первый поцелуй. Запустить пальцы под чёртовы трусики и коснуться девственных лепестков… А можно хотя бы раз в жизни перестать быть долбанным эгоистом и придурком. И я выбираю именно этот вариант!
Неловко отстраняюсь, и девчонка еле заметно качает головой, прикусывая губу.
– Постарайся не думать о том, что чуть было не произошло, – говорю ей. – Я знаю, что порой невозможно выкинуть из головы самые ужасные воспоминания, но если ты будешь постоянно на них зацикливаться, то не сможешь двигаться дальше.
Чёрт! Как же это лицемерно – говорить ей то, во что сам свято не верил все эти годы! Но будет невозможно жаль, если такая славная девчушка погрязнет в жалости к себе и страхе перед миром из-за этого нелицеприятного эпизода.
– И ещё, Слава, всегда помни: в том, что произошло нет твоей вины.
Ещё одно лживое убеждение! Невозможно избавиться от самоистязания, когда всё внутри вопит и сопротивляется.
– Но я же виновата, – шепчет она. – Если бы я не оставила дедушку, не спряталась, не послушалась, возможно, они не убили бы его…
До смачного хруста сжимаю челюсть, клацая зубами.
– Если бы ты не спряталась, они бы истязали тебя часами, вероятнее всего, прямо на глазах у деда. Если бы ты не послушалась его, твоему дедушке пришлось бы умирать, глядя на то, как убивают тебя. Поверь на слово, твоя смерть была бы мучительной, болезненной и унизительной. Ты всё сделала правильно. Ты сильная и храбрая девочка. Уверен, дедушка очень гордился бы тобой!
Слава всхлипывает, припадая к моей груди. Глажу неуклюжими огромными руками её хрупкую спину, не позволяя себе заехать ниже допустимого уровня. Невидимой запретной границы, за которой моя воля может дать сбой.
Она плачет так долго, так горько, что я начинаю переживать. Это точно нормально? Откуда в человеке столько слёз?! Но вот она постепенно затихает, перестаёт вздрагивать и шмыгать носом. Тело обмякает, и вскоре я понимаю, что девушка спит, уткнувшись в меня лицом.
Кое-как подтягиваю одеяло, накрывая Славу, и опускаюсь на подушку, обнимая тонкие плечи обеими руками.
Девчонка вздыхает, устраивается поудобнее, а я не мигая смотрю на её лицо, мокрое и припухшее от слёз. И даже сейчас сложно сходу вспомнить женщину краше!
Полный смятения, зарываюсь лицом в пушистые волосы, прикрываю глаза… и просыпаюсь буквально в следующее мгновение, стоит лишь почувствовать, как она осторожно перебирается через меня.
Открываю глаза, а за окном танцует тусклый свет.
– С добрым утром! – с румянцем смущения говорит мне Слава, зависшая над моими ногами.
Она. Сверху. Чертовски будоражащая картина!
– Доброе утро, – хмурюсь я.
Девушка поспешно скатывается на пол, поправляет платье. Я заставляю себя не смотреть на бесконечные стройные ноги с худыми коленками, на крошечные босые ступни, на острые сливочные грудки с чёртовыми вишенками на вершинах, на яремную впадину, на выпирающие ключицы, на плавный изгиб шеи, на мягкие губы. Но снова и снова терплю поражение.
– Я пойду в душ, – ничуть не помогает мне Мила. – Я позову вас на перевязку?
– Хорошо.
– Если хотите, я обработаю ваши ожоги. Уверена, в этом нет ничего сложного, – смущённо произносит она. – Вам необязательно дожидаться эту женщину.
Мне чудится, или в её голосе звучит недовольство? Интересно! Смотрю на неё с лёгкой улыбкой, и она смущается ещё больше.
– Я пойду..? – Слава мнётся на месте.
– Конечно. Ступай.
Ступай. А я приложу все усилия, чтобы не представлять твоё стройное, упругое тело под горячими струями душа.
За завтраком девушка мнётся, явно что-то спросить желает, да не решается. Спешу на выручку, начиная издалека:
– Сегодня буду делать заказ продуктов с материка, чем тебя порадовать? Пока человек по делам поплывёт, надо пользоваться моментом.
– Мне ничего не нужно, – поспешно отвечает Слава. И краснеет. Её румянец поднимает мне давление и ускоряет частоту сердцебиения. – Разве только… – продолжает, окончательно смутившись, и добавляет еле слышно: – Апельсинов?..
– Хорошо, – киваю, сохраняя спокойствие.
Девчонка жила в богом забытом месте на подножном корму, а ты, Егорушка, о ерунде всякой спрашиваешь!
Решено, значит. Нужно заказать побольше свежих овощей и фруктов. А ещё печенье и шоколад – куда же без них воздушным нимфам, вроде Милославы?
– Что-то ещё нужно? – спрашиваю, понимая, что не попросит, даже если нужно
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
