Анюта начинает объяснять свою позицию, а я думаю – может всё это и правда попытка вот так просто заполучить моего мужа?
Я, конечно, покривила душой заявив, что муж мой не герой известного турецкого сериала. Типаж у него другой, он у меня скорее… Бали Бей, или Кямран… в общем, больше на Бурака Озчивита смахивает. Высокий, темноволосый, ну, может не настолько брутальный, но…
Кирилл очень красивый мужчина. И достаточно обеспеченный сейчас.
Лакомый кусочек, в общем.
Боже… я даже не представляла, что в моей жизни случится вот такая вот ерунда! Что мне придётся защищать мужа от охотниц за штанами!
– Ник, ты всё равно теперь не поверишь Кириллу, чтобы он тебе не сказал. Червячок будет сидеть. А если детектив…
– Аня, нет. Я не смогу.
Я правда уверена, что не смогу! Это… это неправильно! Это значит, что я априори ставлю под сомнение слова мужа! Не доверяю.
А какая семья без доверия?
Всё просто развалится, рассыпется. Говорю об этом подруге, пытаясь объяснить, а она…
– Ника, а тебе не кажется, что у тебя уже всё развалилось и рассыпалось?
– Что?
Понимаю, что подруга права.
В тот момент когда я безоговорочно поверила фотографиям, не дождавшись объяснений мужа, когда не поверила его оправданиям – тогда уже всё стало разваливаться.
Но что я должна была сделать? Что?
Самое страшное, что слушая подругу я понимаю, а ведь детектив – это выход! Это будет взгляд со стороны, непредвзятый, безразличный, справедливый. Он скажет все правду. Наверное…
И всё-таки я не решаюсь пойти на этот шаг. Я сама поговорю с мужем еще раз.
Еду домой, в надежде застать Кирилла, к моему удивлению, в квартире его нет.
Значит, уехал на работу? Что ж…
Принимаю душ, быстро вытягиваю волосы, надеваю новый брючный костюм – я надеялась, что именно в нём пойду подписывать договор с владельцем торгового центра. Ха! Обойдется! Шах-падишах!
Сажусь в машину и еду к сервисному центру, где находится главный офис моего мужа и его кабинет.
Улыбаюсь охраннику – меня тут знают, поднимаюсь на второй этаж.
Дверь в приемную приоткрыта и…
– Малыш, ну я же просил тебя! У нас был уговор…
Похоже, детектив мне уже не нужен.
Глава 20
Конечно же по закону жанра я должна была бы, наверное, сыграть им на руку.
Испугаться. Убежать. Закрыть глаза на то, что слышала. Рефлексировать дальше.
Быть несчастной обманутой овечкой, которую жалеют на женских форумах одни, и ругают другие.
Но я открыла дверь и вошла.
Кирилл сидел в своем рабочем кресле. Милая девушка Даша, бывшая Артура удобно расположилась на коленях у моего мужа.
Белиссимо! Перфекто! Браво!
– Добрый день, Кирилл.
– Ника? Что ты тут…
Глупее сказать от не мог ничего. И сделать.
Наблюдаю как мой неверный муж буквально сбрасывает девицу с колен. Встает.
– Ника…
– Я всё не так поняла, да? – ухмыляюсь. – Ладно, я пойду. Закончи разговор с малышом, потом со мной поговоришь.
– Ника!
Кирилл отодвигает своего малыша в сторону, идёт ко мне, но я разворачиваюсь и стремительно выбегаю из кабинета.
Скачу по лестнице, слыша за собой громкий топот – муж несется следом.
Чёрт, не готова я сейчас встретиться с ним лицом к лицу! Не хочу!
Нет, я не боюсь расплакаться, не боюсь унизиться до скандала.
Просто не хочу.
Мерзко.
Грязно.
И банально.
И сразу вопросы к себе. Почему? Что я сделала не так? Что упустила? Гребанный перфекционизм!
Всегда была зациклена на том, чтобы сделать лучше, чтобы получить заслуженную похвалу. Лучшая в школе – ну почти, до медали не дотянула. Активистка в институте. Мне и в семейной жизни хотелось быть лучшей.
Чтобы муж гордился. Чтобы приходил домой и знал – его ждут, тут ему будет спокойно, вкусно, уютно, страстно.
Чего ему не хватало?
– Ника, стой! Погоди!
Он ловит меня недалеко от поста охраны. Вжимает в стену. Нависает.
– Ника…
– Не здесь, Кирилл.
– Подожди. Не уходи так. Пожалуйста. Ника… Это…
– Не то, что я подумала? А мне кажется, что как раз вот это и есть самое «то»! Пусти меня. Я еду домой. Разберешься с малышом – приезжай. Поговорим.
– Поговорим? Ник, я… мне нужно всё объяснить, ты правда не так поняла! Там… у меня ничего нет, я…
– Боже, Кирилл! Не унижайся! И меня не унижай, ладно? Всё!
Резко сбрасываю его руку с предплечья, выхожу на улицу.
Ненавижу раннюю весну. Холод. Слякоть. Это небо убийственное, глядя на которое хочется спать, лучше вечным сном.
Сажусь за руль. Руки трясутся.
Как ни странно, плакать совсем не хочется.
Надо в магазин заехать, купить Костику фруктов, овощей, индейку на ужин.
Боже! Смеюсь беззвучно, думая о том, что ужин теперь надо готовить только сыну, можно не напрягаться. Как будто меня это сильно напрягало!
Я любила готовить мужу. Любила! Придумывать что-то новенькое, удивлять, готовить его любимое. Устраивать нам романтические ужины, словно мы в разных странах, пробуем местную кухню. Для Италии я наряжалась в длинные сарафаны с воланами, делала прическу и макияж как у Софи Лорен. Для Франции примеряла образ Амели – феи с Монмартра. Для Индии купила сари, которое Кирилл потом долго разметывал, добираясь до моего тела…
Зависаю на светофоре, отмирая только тогда, когда сзади начинают истошно сигналить, поворачиваю на стрелку, слышу визг тормозов и стук, чувствую, что мою машину качнуло. В меня кто-то въехал?
Господи, какая-то ирония судьбы! Собираться разводиться с мужем, хозяином сети автосервисов, и попасть в аварию!
Осматриваюсь, вижу недалеко от моей «божьей коровки» стоит потрёпанный седан явно отечественного производства. Из него выходит мужик средних лет, сразу понимаю, радости ему наша встреча на дороге не доставляет.
Чёрт. Не хочется выходить. И что делать? Я пару раз попадала в мелкие аварии – не по моей вине.
Вожу я аккуратно. Не потому, что боюсь и осторожничаю. Нет, могу и агрессивно, просто со мной почти всегда ездит сын, им я, естественно, рисковать не буду.
Когда случались происшествия я всегда звонила Кириллу. И сейчас рука на автомате потянулась к телефону.
Ну, нет. Ему – точно нет. И вообще… Надо вызвать специальные службы? Или не надо? Вроде авария незначительная. В страховую позвонить…
Мой товарищ по несчастью, который, кстати, и является виновником аварии подходит к моей двери и стучит в стекло.
– Ну что, дамочка, доездились?
Интересно? Он это мне?
Приоткрываю окно, только чтобы мне было лучше слышно, совершенно не ожидая, что произойдет.
Эта скотина, придурок, который, как мне кажется еще и нетрезвый сел за руль, хватает меня за шарф и тянет со всей силы, так, что я бьюсь головой о дверь и окно моего авто. Я в ужасе пытаюсь отцепить его клешню. Хриплю, требуя меня отпустить, понимая, что бесполезно.
Господи, это какой-то ужас! Просто тихий ужас! Худший день с моей жизни! Чокнутый водила чуть специально отпускает шарф и тянет опять, чтобы я билась головой, орёт матом, угрожает мне, а я ничего не могу сделать! Даже до телефона дотянуться!
А потом меня резко отпускают, и я только вижу, как этот урод отлетает на несколько метров и падает в грязь. Ничего себе, вот это удар!
– Ника, с вами всё в порядке?
Глава 21
Ничего со мной не в порядке!
Можно мне машину времени? И вернуть… Хм, а куда, собственно? В тот день, когда я получила фотографии? И что? Не открывать их? Удалить? Забить? И жить дальше с любимым мужем, у которого есть «малыш»?
Жесть.
Злость на мужа прогрессирует.
Мне кажется я ненавижу его сейчас так же сильно как и любила! Ненавижу!
Потому что очень больно.
Больно, и еще хочется, чтобы всё это всё-таки оказалось неправдой. Ага! Пусть докажет, что «малыш» случайно ему на коленки запрыгнул.
– Ника? Давайте я отвезу вас в больницу.
Шах. То есть Роман Александрович. Как он тут оказался? Не следил же за мной? Бред, конечно, не следил. Это случайность. Но мне повезло. Без него я бы… я бы не знаю, что сделала.
– Спасибо вам. Не нужно в больницу. Я хочу домой.
– Домой, так домой. Только, поедете на моей машине.
– Как? А моя?
– С вашей останется мой водитель, в любом случае её нужно отогнать на сервис, тут недалеко есть один.
Он смотрит на меня прищурившись, словно изучает, сканирует. А я почему-то думаю о том, что постаралась и выглядела отлично. Правда, этот придурок, который в меня въехал всё испортил.
Так, стоп, Ника, не об этом. Что сказал этот Шах? Машину на сервис? Да-да, есть тут один недалеко. Сервис моего мужа, который скоро будет бывшим.
По спине холодок ползет, меня передергивает, что-то надвигается неотвратимо, я пока не понимаю – что. Нехорошее что-то.
Да, скоро много чего будет, нехорошего. Развод, например.
– Ника? Вы меня слышите? – кажется, он ничего не говорил? Или меня всё-таки прилично стукнуло.
– Слышу. Наверное. Только не понимаю. Надо же как-то оформить? Это же ДТП? Я не имею права покидать место аварии.
– Машина не имеет права, а вы – имеете. Не переживайте, я всё решу. Выходите, пересаживайтесь в мою машину.
Он открывает дверь моей «божьей коровки», подает руку.
Галантный. И почему я его стареющим плейбоем назвала? Он пока еще не очень стареющий. Да, старше моего Кирилла. То есть не моего уже. Кирилл теперь «малыша», целиком и полностью.
Всхлипываю непроизвольно. Шах неожиданно приобнимает меня, поддерживая, а я шарахаюсь от него как от прокажённого.
– Извините, Ника, я боялся, что вы упадёте.
– Не упаду. Спасибо.
Он предлагает мне занять место рядом с водителем. В салоне вкусно пахнет кожей. Дорого-богато. Красиво. Стильно.
Я вроде равнодушна была всегда к дорогим машинам, и свою малышку не хотела менять, но сейчас смотрю на это великолепие и понимаю – что-то в этом есть. Обаяние буржуазии? Или как это называется? Аристократия среди авто?
Шах всё еще стоит у машины, с моей стороны.
– Ника, Сергей останется тут, уладит все дела. Нужны только документы на машину, надеюсь, вы мне доверяете?
Конечно же нет! Я теперь не доверяю никому. Но оставаться тут не хочу, тем более водитель седана встает и шатаясь идет к моей машине. Вижу подъехавший экипаж сотрудников ДПС.
– Ника?
– Сейчас. – лезу в сумку за документами и только тут до меня доходит!
Он все время меня звал по имени! А я ведь ему так и не сказала, как меня зовут?
Протягиваю документы, видимо взгляд у меня говорящий, потому что Шах ухмыляется.
– Красивое у вас имя. Ника.
Чёрт.
Еще несколько минут – смотрю как он общается с приехавшими инспекторами, или кто там приезжает? Они же не полицейские вроде? Я не знаю. Раньше Кирилл как-то решал все вопросы, я не вдавалась в подробности. Теперь придется всё самой.
И жить как-то… самой.
Развод. Не думала, что меня это коснётся. И вот… Квартира у нас в совместной собственности, значит, придётся делить. Машина у каждого своя. Бизнес Кирилла… Я не претендую, конечно, но… полагаю, что он может испугаться, что потребую так же половину.
Господи, сложно-то как всё! Сложно…
– Поехали? – Шах садится на водительское место, смотрит на меня, потом наклоняется.
Он что собрался меня поцеловать?
Боже…
Глава 22
– Что? Испугались? Просто… ремень.
– Я могла и сама.
– Могла. Ты вообще самостоятельная я смотрю.
– Мы с вами на брудершафт не пили. – краснею и злюсь, не понимаю, почему этот мужчина так на меня действует! Ненавижу когда мне вот так «тыкают». Бесит просто!
– Это не проблема, выпьем.
– Нет.
– Да? Почему?
Сжимаю зубы. Хамить нельзя, Ника! Не надо! Он тебе помогает!
Закрываю глаза, чувствую, не вижу, а чувствую, что он ухмыляется! Чёрт… Ну почему мне так не везет-то, а?
Кто ж меня проклял?
– Расслабься, я не кусаюсь. Хотя… тебя проучить стоит. Выпороть.
Что? Он серьезно?
Поворачиваюсь, понимая, как начинаю просто закипать, ноздри раздуваются.
– Темпераментная вы штучка, Ника…
Ухмыляется опять. Гад.
Чёрт… откуда всё-таки он моё имя знает?
Впрочем, наверняка для него это не проблема. Узнать имя. Номер и марку моей машины он точно запомнил. Потом, я сказала, что работаю в торговом центре – тоже мог выяснить через службу безопасности, например, или через тех, кто занимается арендаторами.
В общем, не бином Ньютона, что уж там.
И всё-таки… зачем он узнавал, как меня зовут? Просто так? Или…
Ох, или что, Ника? Влюбился в тебя что ли? Ха!
Я хмыкаю, отвернувшись к окну. Мне это не льстит. Совсем. Зачем мне любовь какого-то рандомного мужика сейчас? Когда мой любимый муж нашёл себе «малыша»?
Что? Отомстить? Завести интрижку? Как это называется – адюльтер?
Господи, меньше всего я сейчас думаю о том, чтобы отомстить Кириллу.
Я сейчас… я сейчас вообще не думаю. Отупела.
Хочется на ручки, и чтобы лапки, а не вот это вот всё…
Пытаюсь бороться с комом, возникшим в горле, дыхание сдавило, в глазах щиплет. Не плакать, Ника! Не сметь!
– Ника, вам плохо?
Вот что ему сказать? Что?
– Плохо мне. Очень. Я в аварию попала, потом меня какой-то страшный мужик чуть не задушил, а вообще… я мужа с любовницей застала. Так что…
Молчит Роман Александрович.
Что, не ожидал?
Хмыкаю опять. И тут понимаю, что везет он меня точно не ко мне домой. А куда?
– Я подумал, что нам с вами не помешает выпить по чашечке кофе, на брудершафт.
– Вы подумали? А меня спросить забыли?
– Ника, правда, нам с вами нужно поговорить.
– Неужели? Я вот так не считаю. Мне с вами не о чем разговаривать.
– Правда? Совсем не о чем?
– Совсем. Если вы думаете, что я… что из-за того, что мне муж изменил я… я с вами… вы ошибаетесь. Я вам уже сказала. Я не собираюсь пачкаться.
– То есть со мной вы испачкаетесь?
– Вы меня поняли.
– Не совсем. И потом… я не предлагал вам сразу лечь со мной в койку. Просто выпить кофе в хорошем ресторане.
Мне трудно дышать, почему-то так обидно.
Жизнь рассыпалась за считаные дни. Я ведь даже не представляла, что с нами может такое случиться! Казалось, мы любим друг друга, понимаем, у нас крепкий брак, и вот…
Малыш! Малыш, блин…
Господи!
– Ника, так что насчёт кофе? Я могу вас пригласить? Я не буду приставать, честно, вообще, буду вести себя прилично. Извините.
У него звонит телефон, включается громкая связь.
– Слушаю.
– Шах, привет. Агдамов. Есть вопросы по яхт-клубу, хотел обсудить лично, без посредников.
– Я готов.
– Отлично, завтра можем пересечься? Обед в «Гвидоне»?
– В четырнадцать.
– Договорились.
Абонент отключается, а я смотрю в окно и думаю, какая же я дура!
Шах!
Он сказал – Шах!
Анюта спросила – что у тебя с Шахом.
Роман Александрович.
Чёрт… это тот самый новый компаньон Кирилла. Отчим «малыша».
Прекрасно, просто прекрасно!
Глава 23
За каким хреном я в эту историю встрял – без понятия.
Гребанная ответственность? Наверное, иначе что?
Пожалел эту девчонку?
Да нет, не привык я как-то жалеть никого. Не в моих правилах. Вообще не считаю жалость достойным понятием.
Она чести не делает ни тому, кто жалеет ни тому, кого жалеют.
Быть жалким – значит быть неудачником, терпилой, нытиком, лузером.
Жалеть – быть слабаком, мало отличающимся от тех, кто жалок.
Если видишь, что кому-то нужна помощь – помоги! Действуй, а не жалей! Не упивайся своими чувствами, а делай что-то, чтобы исправить ситуацию.
Наверное, я и пытаюсь сделать.
Хотя что тут сделаешь?
Если у неё муж гондон, кто ей доктор?
Нет, тут, конечно и Дарья моя, приложила руку. Сколько я ей говорил – что ты все лезешь к чужим мужикам? Найди себе своего, что всё подбираешь за кем-то? Овца малолетняя…
