Читать «Протеус. Побег» — Роман Геннадьевич Батаков онлайн
Страница 2 из 4
Плеядец выполнил несколько манипуляций на своём пульте и доложил:
– Пространство очищено, можете начинать движение.
– Спасибо за помощь, – поблагодарила она.
– Всегда рады помочь, – ответил он.
Изображение плеядского стража быстро исчезло. Торус повернулся к своей наставнице и увидел на её лице милую улыбку.
– Твой следующий ход не менее важен, – сказала она.
– Какой же? – удивился Торус.
– Ты ответишь капитану, – ответила она.
Торус улыбнулся. Он был немного удивлён. Раньше Нита сама вела экипаж, а стажеру отводилась лишь небольшая роль в этом процессе. Видимо, он заслужил её доверие, и пора было начать работать самостоятельно. Торус уже знал всё необходимое, оставалось применить свои знания на практике.
На голоэкране вспыхнули синие индикаторы, свидетельствующие о готовности экипажа к взлёту. Затем появилось изображение капитана корабля.
– Мы ноль триста седьмой, – доложил капитан, – мы готовы. Прошу разрешения на взлёт.
– Ноль триста седьмой, – немного волнуясь, ответил Торус, – взлёт разрешаю. Ваш транспортный туннель номер восемь.
– Принято! – донеслось в ответ сразу от двух пилотов.
Изображение капитана растворилось, и на голоэкране стало видно, как корабль медленно отрывается от платформы и набирает высоту.
– Поздравляю, ты справился! – улыбнулась Нита.
– Нет ничего сложного, – ответил он.
– Да, иногда бывает скучно вот так пялиться в экран и докладывать о каждой точке прохождения корабля, – согласилась она.
– Но это необходимо, – говорил Торус, – может случиться что угодно, и мы первые, кто доложит о происшествии.
– Уверяю тебя, наши меры безопасности достигли высочайшего уровня, – тяжело вздохнула Нита. – Многие службы утратили свою значимость, но мы остались. Это значит, что мы всё ещё нужны.
– Да, мы необходимы, – кивнула она. – Обжитые территории раскинулись так широко, что требуют работу службы контроля, то есть нас. Остальную часть взяли на себя плеядские патрули, что тоже неплохо.
– Они здорово помогают, – улыбнулся Торус.
На голоэкране вспыхнула световая сигнализация, свидетельствуя о том, что корабль вошёл в транспортный туннель.
– Счастливого пути, – пожелал им орионец.
– Они могут не услышать нас, – добавила Нита. – Энергетические стены блокируют сигналы. Нужно подождать, когда они выйдут из туннеля, для очередного сеанса связи.
– И как долго они будут двигаться в туннеле?
– Достаточно, это самый длинный туннель, ведущий к неисследованным зонам на дальних рубежах.
Нита посмотрела на своего стажёра совсем другим, хищным взглядом. Торус заметил это и решил не препятствовать. Она пододвинулась ближе к нему и погладила по коленке.
– У нас есть время, – недвусмысленно намекнула она.
– Но это неправильно, – возмутился парень. – Мы же на рабочем месте.
– Всё, что происходит, всё правильно, – с этими словами она впилась в его губы страстным поцелуем.
Пилоты продолжали работать в штатном режиме. Командир Зетус Шак полностью контролировал все системы корабля и работу своего стажера. Митус справлялся. Он, как и капитан, отлично чувствовал корабль. Он также чувствовал, как пристально контролирует командир все его действия, и пока не сделал ни одного замечания. Это Зетуса очень радовало. Он не хотел больше мешать молодому орионцу принимать решения. Если и были какие-то мелкие ошибки, Митус сам очень быстро исправлял их и уверенно вел корабль по энергетическому туннелю.
– Ты молодец! – похвалил его командир. – В туннеле можешь включить программируемый полет. Все равно мы ещё долго будем тут двигаться.
Митус кивнул и мысленной командой включил автоматический полёт.
– Насколько я знаю, этот маршрут ещё не достроили, – заметил он. – И как далеко он тянется?
– Почти до необитаемой зоны, – ответил Зетус. – Ты же должен быть изучить маршрут?
– Я изучил, – ответил Митус. – Но многое мне еще не понятно.
– Например? – удивился капитан.
– Необитаемая зона плохо исследована, – ответил молодой орионец. – И наши контроллеры могут потерять с нами связь. А это не есть хорошо. – В этой зоне никто не будет мешать проведению эксперимента. – спокойно ответил капитан. – А насчет связи не волнуйся. В обжитой галактике много станций контроля, а наши орионские – самые лучшие. Используя глюонную связь совместно с энергией, выделяемой звёздами, они смогут связаться с нами мгновенно в любой точке галактики.
– Кто-нибудь летал за пределы нашей галактики? – спросил Митус.
– Летали. – вздохнул Зетус. – Но не мы.
– А кто?
– Потом как-нибудь расскажу. – таким образом он пытался уйти от ответа.
Возможно, он что-то знал, но не был готов рассказать об этом своему молодому напарнику.
– Сконцентрируйся на полёте, контролируй корабль. Лишние разговоры отвлекают и расслабляют.
– Согласен. – кивнул Митус, повернувшись в голографический экран. – Все системы в норме. Скорость допустимая.
– Отлично. – улыбнулся Зетус.
На борту корабля была создана комфортная искусственная гравитация, что позволяло орионцам свободно перемещаться по кораблю без какого-либо дискомфорта. Даже при максимальной скорости движения никто не ощущал перегрузок.
Во время полёта учёные-орионцы занимались различными делами. Некоторые предпочитали спать в своих каютах, другие проводили время в научных лабораториях, где в сотый раз проверяли состояние и готовность оборудования. Некоторые были взволнованы, а некоторые хотели, чтобы полёт поскорее закончился. Учёные любили проводить эксперименты, но они предпочитали делать это на планете, а не в отдалённой необитаемой зоне. Хотя никто не говорил об этом прямо, все знали, что многим не нравится проводить эксперименты так далеко от дома.
Несколько учёных-орионцев неспешно передвигались возле большого стенда, на котором светились разноцветными огнями многочисленные лампочки и индикаторы. Они то и дело включали и выключали приборы на стенде, видимо, проводя окончательные проверочные тесты. Все они были одинакового роста, в одинаковых комбинезонах, и со стороны могло показаться, что это братья-близнецы. Однако это были разные орионцы: они отличались возрастом, опытом, цветом волос и эмблемами на груди.
– Всё готово, – ровно заявил один из них.
– Да, мы уже много раз всё проверили, – сказал второй, по голосу, видимо, самый старший. – Вы волнуетесь?
– Немного, – ответил тот. – Я в первый раз отправился так далеко от дома.
– Никому не нравится, что пришлось лететь так далеко, – вставил третий. – И мне тоже. Но мы учёные, а наука – наша жизнь, где бы мы ни находились.
– Верно, – согласился самый старший. – Наука – наша жизнь. Чтобы мы ни делали, это во благо нашей цивилизации. Поэтому всем нужно успокоиться и просто выполнить свою работу.
– В первый раз участвую в таком деле и так далеко, – продолжал волноваться первый орионец. – Нагромождено много оборудования, хотя мне кажется, можно было обойтись меньшим.
– На корабле много установок, чтобы сгенерировать мощное силовое поле, – добавил самый старший. – И за каждой необходим контроль нескольких групп.
– Быстрее всё сделаем, быстрее вернёмся, – сказал третий, в очередной раз включив на стенде измерительный прибор, излучающий приятный голубоватый свет.
– Успокойтесь, – самый старший пытался успокоить своих молодых коллег. – От вашего эмоционального состояния многое зависит.
– Я спокоен, – ответил третий.
– Я возьму свой разум под контроль, – заявил первый.
Он понимал, что старший член экипажа был прав, и ему нужно собраться. Корабль быстро покинул энергетический туннель, оставив его позади. Вокруг открылось другое космическое пространство, где уже не ощущалось границ. Время, казалось, остановилось. Звёзды имели непривычное расположение и тускло светились, указывая на их далёкое расположение. Все пассажиры на борту сразу почувствовали эти изменения.
Во время перемещения в транспортном туннеле всегда ощущалась лёгкая вибрация, так как корабль двигался со скоростью, многократно превышающей световую. Энергетическое поле удерживало его в центре, компенсируя все возможные перегрузки.
Когда вибрация прекратилась, все поняли, что скоро достигнут места назначения. Первыми это заметили пилоты. Для них время тоже словно замерло. Если для капитана это было более-менее привычным, то его молодой напарник почувствовал себя неловко.
– Всё в порядке, – попытался успокоить его капитан, почувствовав беспокойство стажёра через интерфейс корабля. – Я много раз бывал в таких зонах. Чувство такое, что всё остановилось. Но это не так. Мы всё также быстро движемся, но немного замедляемся, потому что подходим к точке. Твой мозг быстро привыкнет.
– Уже привыкаю, – ответил Митус. – Словно это очередное свойство, где время равно нулю.
– Так и есть, – улыбнулся капитан. – Именно поэтому учёные выбрали эту зону.
– В их опытах будут применяться какие-то временные нюансы? – спросил стажер.
– Время и пространство неделимы, – ответил капитан. – Но учёные лучше в этом разбираются.
– Подходим к конечной точке, – доложил Митус.
– Свяжись со станцией слежения, – добавил капитан. – Доложи о достижении конечной точки полёта.
– Ноль триста седьмой, – начал громко говорить Митус, – мы в конечной точке. Жду подтверждения.
Пилоты и не подозревали, что контролёры были заняты не тем, чем следовало. У главной контролёра Ниты Вирис разыгрались гормоны, и она не смогла сдержать свою страсть к молодому ученику. Тот, зная её характер, понимал, что рано или поздно ей удастся добиться своего. И этот момент настал сегодня.
Они были так увлечены страстью, что не сразу отреагировали на сообщение пилота. Лишь повторный запрос заставил их отвлечься друг от друга и ответить.
Поднявшись с пола, Нита быстро пригладила рукой свои длинные чёрные волосы. Молодой орионец быстро привстал и застегнул комбинезон. Женщина прыгнула в кресло и одновременно включила общий интерком для связи.
– Старший контроллёр на связи, – слегка отдышавшись, ответила она пилотам. – Мы наблюдаем вас в конечной точке. Направляем ваши координаты научному совету.
– Спасибо, – ответил молодой пилот.
– Мы продолжаем вас вести, – добавила она, убедившись, что пилоты отключились от связи. – Ох, – тяжело выдохнула Нита. – Чуть не попались.
– Да, – согласился Торус. – Я же говорил, что отношения на работе – плохая идея.
– Но по-другому у меня с тобой не получается видеться, – возразила Нита.
– Но мне всё понравилось, – улыбнулся он.
– И мне, – улыбнулась она.
– Тогда, может, немного перекусим, пока есть немного времени? – предложил Торус.
– Неплохая идея, – согласилась она и лёгким взмахом руки подозвала к себе небольшой летающий поднос с разноцветными шариками на нём.
Получив оповещение о том, что корабль прибывает к заданной точке, учёные на борту оживились. Суета прекратилась так же быстро, как и началась, поскольку все и так находились недалеко от своих рабочих зон. Руководители эксперимента находились в специальном кабинете на верхней палубе, откуда с помощью огромных голографических экранов можно было контролировать весь процесс эксперимента. Они дружно подошли к одному такому экрану, чтобы лично убедиться, что они достигли нужного места.
– Мы на месте. – сообщил всем Мобис Ном. – Сообщите о готовности своих групп.
Они быстро связались с ними по своим личным интеркомам.
– Моя группа готова. – доложил ученый Нимус.
– Моя тоже готова. – ответил профессор Кирис.
– Мы готовы. – добавил профессор Рокс.
– Отлично, – кивнул Мобис Ном. – Тогда начинаем.
Он сделал кое-какие манипуляции на панели. Этим он запустил механизм открытия четырех огромных люков, расположившихся на верхней задней части. Пилоты к этому времени уже смогли максимально замедлить перемещения корабля, а согласно условиям эксперимента небольшая скорость нисколько не мешала работе.
Внутри люков расположились огромные установки, похожие на выпуклые тарелки антенн. Они медленно, не спеша, выдвинулись наружу. По окружностям этих тарелок начали перекатываться электрические всполохи, постепенно увеличивая скорость. Разряды утолщались, превращаясь в центре тарелок в огромные энергетические сгустки. Наконец разряды полностью преобразовались в большие светящиеся шары, вращающиеся вокруг своей оси с огромной скоростью.
– Установки готовы. – сообщил Мобис Ном, продолжая выполнять на голографическом экране какие-то манипуляции. – Мы находимся в нужной точке пространства. Идеально для проведения эксперимента. Инженерная группа, начинайте! – немного повысил он свой голос.
Группа инженеров была самая многочисленная на борту, и все они напрямую подчинялись распоряжениям Мобиса Нома. Приказ о начале ждали все на борту. Это был волнующий момент не только для ученых, но и для тех, кто оставался в своих лабораториях на планете, для всех орионцев, которые всегда ждали только хороших новостей от своих ученых.
Светящиеся шары установок увеличили скорость своего вращения и, покинув выпуклые антенны, где сформировались, образовали вокруг корабля своеобразное кольцо. Шары начали соединяться друг с другом яркими полями, похожими чем-то на северное сияние, только намного большего масштаба. Спустя буквально несколько минут корабль был окружен огромным сверкающим энергетическим полем. Примерно из таких полей состояли все транспортные туннели, только этот был намного больше.
– Поле сформировалось! – радостно сообщил Мобис Ном.
– Хорошая плотность! – добавил профессор Кирис. – Моя группа контролирует состояние поля во всех областях. Я получаю данные, и все они соответствуют норме.
– Поле стабильное! – доложил профессор Рокс.
– Можно плотность увеличить! – добавил профессор Нимус. – Энергии должно хватить.
– Хорошо! – согласился Мобис Ном. – Добавим ещё десять единиц мощности.
Антенны выстрелили несколькими сгустками энергетических шаров, которые сразу были поглощены основным полем. К слову, оно стало светить намного ярче, и толщина его стенок немного увеличилась. За всеми его изменениями главные ученые наблюдали на большом голографическом экране, куда и поступали все данные.
– Всё просто отлично! – довольно говорил Мобис Ном, тщательно изучив все полученные данные.
– Да, но для этого требуется много энергии, – заметил Кирис.
– Мы доставим все отчёты об этом эксперименте в научный совет, – ответил Мобис. – Они примут окончательное решение и свяжутся с транспортным отделом в столице.
– Я тоже чувствую себя не очень хорошо, – добавил Нимус, уловив тревожные нотки в голосе Мобиса. – Хочется поскорее улететь отсюда.
– Нам нужно закончить эксперимент, – ответил Мобис, не отрываясь от голографического экрана. – Нам нужно ещё немного данных.
– Фиксирую слишком большой выброс энергии в пространство! – доложил Кирис. – Снаружи туннелей также часто можно встретить подобные состояния.
– Пока всё в порядке, – успокаивал его Мобис. – Снаружи туннелей часто можно встретить подобное состояние.
– Но оно растёт и очень быстро, – продолжал докладывать Кирис беспокойно. – Моя группа уже сильно обеспокоена.
– Хорошо контролируйте! – кивнул Мобис.
– Пока основное поле стабильно, – всё также спокойно докладывал профессор Рокс. – Но я подтверждаю слова профессора Кириса: снаружи присутствует аномалия, которая растёт.
– Если основное поле стабильно, внешние изменения нам не помешают, – ровно ответил Мобис Ном. – Нам нужно ещё немного данных.
На самом деле сам эксперимент не планировался на долгое время. Это знали все учёные на борту. Изначально переливающееся разными цветами огромное энергетическое поле диаметром более двадцати километров, окружившее корабль, вызывало восторг и изумление. Оно демонстрировало высокие технические достижения, которые служили во благо не только орионской цивилизации, но и всего межзвёздного союза. Постепенно восторг начал сменяться сильным беспокойством, которое коснулось всех без исключения. Даже стойкий к стрессам капитан корабля Зетус был очень встревожен.
– Как хочется поскорее улететь отсюда, – поделился он этой мыслью со своим стажёром Митусом.
– Согласен, – взволнованно ответил Митус. – Может, это связано вот с этим? – Он кивнул на свой голографический монитор, где отображалась проекция их корабля, окружённого огромным пузырём.
– Может быть, – согласился капитан. – Происходят изменения, к которым мы не готовы.
– Я уж точно, – добавил Митус.
Несмотря на предупреждения коллег, Мобис Ном продолжал настаивать на продолжении эксперимента. Он всё также следил за поступающими данными от контрольных групп, быстро анализировал их, после чего принимал решения.
– Аномалия снаружи продолжает расти! – тревожно предупредил профессор Кирис. – Я не понимаю, как она могла образоваться? Ещё немного, и она просто поглотит нас.
– Я согласен с профессором Кирисом, – добавил Нимус. – Анализ моей группы подтверждает изменение течения времени снаружи. Оно приобретает то отрицательные, то положительные значения.
– Если это поле нас поглотит, то просто разорвёт! – тревожился профессор Рокс.
Мобис Ном, не обращая внимания на окружающих, продолжал работать с голографическим экраном. Он спокойно отвечал на вопросы:
– Я всё вижу. Нужно ещё немного времени. Я не хочу сюда возвращаться, поэтому нужно закончить сейчас.
Пространственная среда, изменённая силовыми установками корабля, сомкнулась, захватив корабль и окружающее его поле в свои аномальные объятия. Время внутри корабля словно остановилось или замедлилось настолько, что было трудно понять, что происходит. Время внутри корабля стало равным нулю.
Вокруг корабля образовалась огромная чёрная дыра, которая мгновенно поглотила корабль и всех, кто находился на борту. Никто не знал, что зона проведения эксперимента считалась нейтральной только по мнению межзвёздного союза.
Однако другая цивилизация считала, что чужеродные существа вероломно вторглись на их территорию и проводили там примитивные опыты, чего нельзя было допустить. Они не выдвигали никаких требований и просьб, чтобы незваные гости покинули их территорию. По их мнению, чужаки не были настолько разумными, чтобы вести с ними переговоры.
Огромный дискообразный корабль диаметром более тридцати километров неспешно патрулировал свои границы. Его населяли огромные гуманоидные существа ростом около тридцати метров с синей тёмной кожей, круглыми кроваво-красными глазами, вместо носа имеющие две дырочки, а рот их был без губ и напоминал длинную щель. Они считали себя венцом творения и контролировали огромную часть галактики, избегая контактов с другими цивилизациями, считая их недостойными и примитивными.
Этот дисколёт обнаружил неизвестный им корабль, который проводил непонятные опыты на их территории. Они не стали выяснять, кто это и откуда. Возможно, они знали, кто находится на борту корабля, но для них это было не важно. Главное – пресечь их незаконную деятельность, что они и сделали.
Их технологии позволяли создавать червоточины, которые позволяли мгновенно перемещаться из одной точки пространства в другую. Это требовало больших энергозатрат, но в данной ситуации было принято решение прекратить непонятные действия чужеродного объекта.
Дисколёт сформировал вокруг корабля орионцев искусственную чёрную дыру, в которую тот и провалился. Огромным гуманоидам было всё равно, что будет с этим кораблём и его обитателями. Возможно, они никогда не узнают, кто способствовал их исчезновению и куда они попали.
Глава 4. Выжившие
Вокруг была странная пустота. Не ощущалось ничего – ни запахов, ни тепла, ни тела, ни времени. Это было очень странное и одновременно пугающее чувство.
Девушка открыла глаза. Она не чувствовала ничего. Она подумала, что умерла, это была первая мысль, которая пришла ей в голову. В целом, она не понимала, что случилось и где она находится. Сознание словно отключилось, и ему нужно было время, чтобы перезагрузиться и понять окружающую обстановку.
Сознание возвращалось, но как-то медленно и словно неохотно. Девушка начала понимать, что если она открыла глаза, значит, они у неё есть и она может видеть, но вокруг была непонятная непроглядная темнота.
Она пыталась думать и давать мысленные команды своему телу, которое она не чувствовала. Наконец она смогла пошевелить головой. Ощущение тела ещё не вернулось, но она поняла, что повернула головой, так как увидела вдалеке какой-то свет.
Девушка пыталась почувствовать своё тело, продолжая давать мысленные команды своим рукам и ногам. Но ей никак не удавалось их почувствовать, что очень напугало её. Она не видела своего тела в такой темноте и не была уверена, что её руки и ноги были на месте. Тем не менее она не сдавалась. Ей нужно было во что бы то ни стало добраться до того света, который тускло мерцал вдалеке.
Она приложила ещё некоторое усилие, и ей удалось повернуться на бок. Это уже обрадовало её, значит, тело у неё есть, значит, шанс на целостность рук и ног ещё оставался. Несмотря на такие усилия, ощущение тела всё ещё не возвращалось.
Девушка понимала, что ориентируется только на тусклый свет, который мерцал впереди. Ей казалось, что она уже целую вечность пытается бороться с этими непонятными ощущениями. Тем не менее её глаза начинали привыкать к темноте. Очень медленно начали возвращаться какие-то чувства. Она ощутила запах гари. Может, что-то сгорело? Ей стоило неимоверных усилий снова повернуть головой и осмотреться. Она смогла осмотреть своё тело. Руки и ноги были на месте. Это хорошо, нужно было определить степень их повреждения и понять, почему она их не чувствовала.
Девушке потребовалось много времени и усилий, чтобы наконец пошевелить рукой. Она видела движение своих пальцев в темноте, но совсем их не чувствовала.
«Нервные окончания повреждены, – промелькнуло в её голове. – Сгорели», – поняла она, ощутив запах гари.
Девушка пыталась контролировать движения своих рук и ног. Она осторожно опёрлась на что-то мягкое, но не почувствовала этого. В темноте было трудно что-либо разглядеть, её больше интересовал свет вдалеке. Она с трудом подняла своё тело, стараясь немного двигать ногами, чтобы они оказались под ней.
Вскоре девушка смогла принять полусидячее положение. Чувствительность к ней ещё не вернулась в полной мере, но она не прекращала попыток встать. Она была уверена, что активные действия помогут мозгу восстановить связь с конечностями.
Девушка долго боролась с собой. Она не понимала, откуда у неё ещё есть силы. Возможно, энергии ей придавал тусклый свет впереди. Он чем-то притягивал её. Возможно, там было спасение и ответы на вопросы о том, что произошло.
Наконец ей удалось немного привстать. Она едва не упала, не удержав равновесие собственного тела. Расставив руки в стороны, она смогла сбалансироваться. Чувства возвращались к ней медленно. Она начала чувствовать кончики пальцев своих рук и ног, но этого было недостаточно для полноценного перемещения вперёд. Ей всё ещё приходилось визуально контролировать перемещения своего тела. Она сделала робкий шаг, но не успела ничего почувствовать, как снова оказалась на коленях, оперевшись руками о пол.
«Споткнулась», – успокаивала она себя.
Но обо что? Об этом она старалась не думать. Её целью было вернуть контроль над своим телом и добраться до мерцающего света, который, возможно, был рядом, но в то же время казался бесконечно далёким.
Ей потребовалось ещё много времени и усилий, чтобы снова подняться на ноги. Мерцающий свет впереди манил её двигаться вперёд. Ощущение тела возвращалось очень медленно. Она начала чувствовать свои ноги, точнее, как сгибаются колени. Она старалась поднимать их как можно выше, чтобы не споткнуться и не потерять равновесие. Она медленно опускала свои ступни на пол и делала следующий шаг, только убедившись в своём равновесии. Таким образом, очень медленно, она добралась до источника этого таинственного света. Это оказался узкий коридор, слабо подсвеченный длинными лампами на потолке. Они мерцали, видимо, работая в экономном режиме, расходуя остатки энергии.
Зайдя внутрь, девушка наконец смогла осмотреть себя. Она оказалась наполовину обгоревшей. Её комбинезон с левой стороны был словно вплавлен в тело, которое обгорело почти до самых костей. Она увидела свои обгоревшие мышцы на руке и ноге. Ей стало страшно, она захотела заплакать, но не смогла этого сделать. Её глаза тоже были обгоревшими, так как она начала чувствовать движение своих век, доставляющее ей непонятный дискомфорт.
Она оперлась здоровой правой рукой о стену, чтобы продолжить движение по коридору. Чувствительность её тела ещё не восстановилась полностью, но она уже могла ощущать боль при каждом шаге и движении рукой.
Коридор был недлинный, примерно тридцать метров. Девушке потребовалось больше получаса, чтобы преодолеть это расстояние. Она шла медленно, потому что ноги её плохо слушались из-за сильного повреждения мышечной ткани.
Коридор заканчивался каким-то помещением, также освещённым тусклым светом. Внутри она заметила какое-то движение, но сначала подумала, что это ей показалось. Возможно, это был просто сбой в работе мозга из-за стресса, травм и мрачной обстановки. Однако она всё же надеялась увидеть кого-нибудь, чтобы понять, что с ними произошло.
Девушка медленно продолжала идти вперёд. Дойдя до конца коридора, она оказалась в просторном помещении, которое освещалось такими же мерцающими лампами. Их мощности не хватало для хорошей подсветки всего помещения, поэтому дальние его углы были довольно тусклыми.
– Эй, – произнесла она немного хриплым голосом. – Есть тут кто?
Никто не отзывался. Ей стало очень страшно от мысли, что она никого не найдёт и не узнает, что случилось. Она сделала ещё несколько шагов вперёд, чтобы лучше осмотреть помещение. Она очень надеялась, что движения, которые она заметила, ей не показались и что кто-то ещё остался.
В стене справа открылась дверь, точнее, её створка отъехала в сторону. Оттуда полился яркий свет, который ослепил девушку. Из этого помещения вышел один орионец. Его лицо тоже было наполовину обгоревшим, но руки и ноги были целыми, насколько она успела рассмотреть.
– Она живая! – крикнул он.
Девушка была рада увидеть живого орионца, но не смогла выразить это эмоционально. Она потратила слишком много сил, чтобы добраться до этого момента. Она сделала шаг навстречу парню, и в её глазах всё потемнело.
Когда девушка пришла в себя, она обнаружила, что лежит на кушетке на полу. В её левую часть тела было введено несколько разноцветных трубок, а повреждённая часть была обработана белым желеобразным веществом.
«Я живая», – сразу промелькнуло у неё в голове. «Я не одна».
Над ней склонился орионец с полуобгоревшим лицом. По его глазам она прочитала, что он был рад увидеть её живой, но не мог выразить этого из-за обгоревших лицевых мышц.
– Тебе лучше? – спросил он.
Его голос был приглушённым и очень сиплым, видимо, его голосовым связкам тоже досталось.
– Не знаю, – почти шёпотом ответила девушка. – Где мы?
– Мы на своём корабле, – ответил парень. – Только боюсь предположить, где.
– Есть ещё выжившие? Что случилось? – продолжала спрашивать девушка.
– Да, есть ещё двенадцать орионцев вместе с тобой, – ответил он. – Двое в тяжёлом состоянии. Здесь мы организовали модули жизнеобеспечения. Пытаемся спасти всех, кто выжил, и спастись сами, – парень сделал паузу, пытаясь вдохнуть остатки воздуха. – Я не знаю, что случилось. Взрыв и пожар. Нам самим надо это понять.
– Вы ищете выживших? – продолжала девушка.
– По мере возможности, – ответил парень. – Нас немного, кто пострадал менее всех, – он внимательно посмотрел на неё и её раны, взял лежащий рядом большой белый тюбик и снова нанёс желеобразное вещество на её обгоревшую часть тела. – Это заживляющее и обезболивающее средство, – сразу пояснил он. – Мы нашли немного медикаментов, делаем всё, что можем.
– Хорошо, – выдавила из себя девушка, снова провалившись в глубокий непонятный сон.
Она проснулась от странного ощущения. Боль в левой части тела, повреждённой во время пожара, стала слабее. Возможно, это было связано с восстановлением нервных окончаний. Применяемый желеобразный гель оказался очень эффективным.
Открыв глаза, она увидела перед собой лицо орионца с обгоревшей половиной лица.
– Ты следишь за мной? – тихо спросила она.
– Вас не так много, кто приходит в себя, – ответил он.
– Мне действительно лучше, – попыталась улыбнуться девушка, но не смогла. Её лицевые мышцы были очень слабы.
– Не напрягайся напрасно, – сказал орионец, заметив её попытку улыбнуться. – Как тебя зовут?
Девушка задумалась. Она не могла вспомнить своего имени. Возможно, из-за полученных травм её мозг просто отключился. Она продолжала копаться в памяти.
– Не могу вспомнить, – тихо ответила она.
– Ничего, – ответил орионец. – У многих отшибло память.
– А ты помнишь своё имя?
– Меня зовут Карт, – выдавил он.
– Как долго мы здесь? – продолжала девушка.
– Не знаю, – покачал головой парень. – Время здесь течёт по-другому, гораздо медленнее или как будто стоит на месте. Странное чувство.
– Я тоже не чувствую времени, – призналась девушка.
– Не волнуйся, – старался успокоить её орионец. – Поправляйся.
– Мне лучше, – повторяла девушка. – Нужно придумать, как выбраться отсюда.
– Сначала нужно понять, где мы находимся, – возразил парень. – А это очень непросто.
– Логично, – согласилась она. – Сейчас тебе лучше поспать, – говорил орионец.
– Но я не хочу.
– Нужно.
Орионец сделал девушке укол маленьким шарообразным устройством, после чего она снова погрузилась в глубокий сон. Сколько времени она провела во сне, неизвестно. Но проснувшись, она ещё лучше почувствовала левую часть своего тела, которая начала немного ныть от боли. Но боль была терпимая, и это было даже хорошо, значит, тело восстанавливается.
Она приподнялась, чтобы посмотреть на себя. Мышечная ткань почти полностью восстановилась, начал формироваться кожный покров. Это свидетельствовало о профессиональной медицинской помощи и большом промежутке времени. Мышцы обычно восстанавливались очень долго, девушка об этом прекрасно знала, так как основы медицины были обязательным предметом почти для всех учёных.
Она отстегнула от себя цветные трубки, подключенные к левой части тела, и приподняла верхнюю часть. Это далось ей довольно легко, чему она была очень рада. Затем она встала на ноги. Это тоже она сделала без особых проблем, нужно было только удержать равновесие.
Немного постояв и расправив руки в стороны, она заново училась чувствовать своё тело и ходить. Но прежде чем сделать шаг, она осмотрелась по сторонам. Помещение было довольно просторным. Для чего оно предназначалось, было непонятно, возможно, это была обычная транзитная зона, более-менее уцелевшая после происшествия.
Оно хорошо освещалось. Видимо, остатки энергии перевели в эту часть или был подключен автономный источник. Невдалеке от неё находилось ещё несколько подобных лежаков, на которых лежали другие орионцы с разными травмами. Они тоже были сильно обгоревшими и находились в режиме сна.
Девушка сделала несколько шагов. Она старалась держать равновесие, чтобы не упасть. Ей нужно было научиться контролировать своё тело.
Она смогла лучше рассмотреть других орионцев. Один из них показался ей знакомым. Это был молодой парень, который сильно обгорел. Его ног не было до колен, а руки представляли собой чёрные угли, которые были очень хрупкими и могли рассыпаться от лёгкого прикосновения или дуновения ветра. Все его раны были покрыты желеобразным гелем, но толку от него было немного. Его спасло бы полное восстановление всех конечностей. Голова парня была целой, и он не спал. Он грустно смотрел куда-то в сторону, не замечая приближающуюся к нему девушку.
Она подошла к нему ближе, чтобы лучше рассмотреть его лицо. Он тоже повернулся, увидев растущую рядом с ним тень. Его лицо переменилось. Очевидно, этот парень узнал её и был рад её видеть.
– Привет, – выдавил он. – Ты в порядке, я смотрю.
– Привет, – ответила она. – Я долго восстанавливалась.