Страница 2 из 5
Я даже рот открыла от изумления и вытаращилась на нее. Да мне и в страшном сне такое не привиделось бы.
– Да-а-а… – я захлопнула наконец рот. – И ты ей поверила?!
Тарика вздрогнула и с робкой надеждой посмотрела на меня:
– Она соврала, да?
От возмущения я опять чуть дар речи не потеряла:
– Конечно, соврала! А вот ты, Тарика, меня просто удивила. Мы ведь подружки, а ты…
У меня комок стал в горле.
Я сглотнула:
– Ты бы хоть головой своей подумала,– я устало махнула рукой и отвернулась.
– Ты что, не знаешь, что Вик твой мне и даром не нужен?
Тарика прикусила губу и понурилась.
– Так с какого такого перепугу я бы его пустила в комнату?
– А то мне мало проблем со своей магией! Не хватало еще парней! – я не выдержала, повернулась и опять уставилась в побледневшую и закусившую губу Тарику.
Губы у меня задрожали.
Вот же Алиска… Такую гадость придумала. И зачем только? Ведь знает прекрасно, что Тарика влюбилась по уши в этого рыжего обалдуя.
Тарика стояла и молчала, а потом отвела взгляд. А я отвернулась и пошла вперед. От обиды слезы выступили у меня на глазах.
Как она такое вообще могла обо мне подумать? Подружка называется…
Я прикусила губу, и сжав кулаки, быстро выскочила на улицу.
На улице все также моросил дождик. Капли попадали мне на лицо и смешивались со слезами. Я вздохнула. Обида тисками сдавила сердце. Я повернула налево и проскочила дорожку в столовую. Нет, не пойду я туда, пока слезы не закончатся.
Пусть Тарика идет одна.
Я бездумно шла, время от времени поправляя сползающую с плеча сумку.
Дул холодный ветер, я ежилась под плащом, но упорно шла вперед. Значит, скоро опять пойдет снег.
Ветер остудил мои разгоряченные, залитые слезами щеки.
Обида еще не прошла, но на воздухе стало полегче.
И тут я вдруг вспомнила историю про лорда Бронского и ту девушку, Прияну.
Наверное, и он также переживал, когда про него стали распускать мерзкие слухи. Вряд ли ректор плакал, конечно. Все-таки мужчина и маг такой силы. Молча терпел и страдал от напраслины, а вида не показывал. Вот сейчас я почему-то была уверена, что все, о чем мне рассказала тогда Тарика, было неправдой.
Бедный ректор… Вот с кого мне нужно брать пример, а не плакать тут.
Да и что с Тарики взять… Я уже после первого случая, когда Вик меня на руках донес до кабинета магистра Прилюдного, могла бы понять, что эта простушка-веселушка болезненно ревнива.
Решено. Буду брать пример с лорда Бронского. Стану ходить вся такая спокойная, молчаливая и независимая. А Тарика… Не буду с ней разговаривать до тех пор, пока она не извинится.
Да и…
Я задумалась и вздохнула. Стоит ли мне с ней и дальше дружить? Внутри что-то кольнуло и я поморщилась. Желудок вот уже заболел, как есть хочется.
Ладно. Вроде решение я приняла. Пора и в столовую. Я повернула в противоположную сторону, прошла мимо кустов черноплодной рябины, на веточках которой дрожали дождевые капли и висели последние сморщенные ягодки. Сорвала одну и засунула в рот. Вяжущая, чуть горьковатая, она напоминала о пролетевшем лете.
Ничего, вот наращу свой резерв, сдам сессию и это будет радость почище лета.
До лета еще далеко, а вот до сессии остался месяц. Надо не нюни распускать, а упорно трудиться. И обязательно тоже буду бегать по утрам. Уж если брать пример с ректора, то брать во всем.
Только если рано проснусь, конечно. А если просплю, тогда пойду на факультатив. Он же в пять вечера начинается. Успею.
Стоило только подумать о другом и выбросить Тарику из головы, как жить стало легче. В конце концов, не было у меня подруг до сих пор, так ведь как-то жила?
Жила… и не пропала!
Так что пусть она идет и извиняется, если хочет и дальше дружить со мной.
И тут я неожиданно вспомнила про мясо. Я же обещала принести мясо для мантикора! Как я могла забыть?!Что же теперь делать… Я ведь решила с Тарикой не разговаривать до тех пор, пока она не извинится. А вдруг она и не подумает это сделать?
Ну не-ет… Я ее не так давно знаю, но то, что она девушка отходчивая, это уже поняла.
Но ведь мясо я обещала принести после завтрака. Вот незадача…
Ладно. Все равно я сейчас ничего сделать не могу.
Позавтракаю, а там видно будет.
Я смахнула с лица дождевые капли, откинула капюшон и открыла дверь в столовую.
Я сняла плащ, стряхнула и аккуратно повесила на свободный крючок, который едва нашла.
Ну конечно, все уже давно едят, одна я ходила под дождем, страдала.
Столовая и правда была полна. Адепты смеялись, болтали и успевали закидывать в себя калорийный завтрак.
Я покосилась на наш столик, за которым мы с Тарикой сидели обычно.
Девушка уже была там. Сидела бледная, с несчастным видом и вяло ковырялась в тарелке.
Заметила меня и покраснела, скорее опустила голову и засунула в рот кусочек оладушки. Я отвернулась и пошла к раздаче. Мне повезло.
Взяла последние оладушки с вишневым вареньем, травяной настой с боярышником, шиповником и зверобоем, и несколько нарезанных кружками кусочков сыра.
Ничего мясного на раздаче уже не было. А я так на это надеялась…
Думала, может, хоть колбаска останется. Я б ее мантикору принесла. Пусть и не мясо, но мясной же продукт? Мясной.
Просить у Тарики? Не, я пока была на это не готова.
Взяла поднос и огляделась, куда бы сесть. Как назло, все столики были заняты. Ни одного свободного!
Ну, не идти же к Алиске Крановой? Леди Крановая всегда сидела одна, так ни с кем и не подружившись.
Я нахмурилась. Выходит, придется выбирать между двумя столиками.
Но тут мне повезло. Потому что Тарика, затолкав в себя оладушек, хлебнула из чашки и быстро поднялась из-за стола.
Тарика специально меня обошла и скорее к дверям.
Стыдно ей стало, ага. Но вот прощенья просить что-то не просит, взяла и сбежала. Я проводила ее взглядом. Ну что же.
Зато столик освободился, тоже большой плюс. А то бы пришлось к Алиске подсаживаться.
Ну не чувствовала я в себе сил завтракать за одним столом с Тарикой.
Кусок бы в горле застрял.
Я с независимым видом прошла мимо Алисы Крановой.
Та подарила мне такой взгляд, что я чуть не поперхнулась. Вот же…
Окинула взором с ног до головы, будто она королева, а я так, пыль под ногами.
Я прищурилась и ответила Алиске точно таким же взглядом.
Теперь чуть не поперхнулась уже она. А нечего!
Я, конечно, не моя мачеха, но за годы жизни с леди Виланой тоже кое-чему научилась.
Например, отвечать на такие вот взгляды.
Но вообще это странно. Алиса явно нарывается на выяснение отношений.
Что это ее так разносит? До сих пор не может мне простить, что ее переселили в Северную башню?
И ведь сплетню-то именно она пустила. Стоило мне только вспомнить, в чем меня обвинила Тарика, как под ложечкой екнуло.
Но выяснять отношения здесь, в столовой, где на нас уже посматривают?
Вон, Ник, который до сих пор неровно дышал к Алисе, уже глядел во все глаза. И глаза эти были больные, страдающие.
Эх, Ник…
Вот зачем тебе сдалась эта высокомерная девица?
Ладно.
Это дело я так, конечно, не оставлю. Но сейчас пойду к своему столику и поем наконец. Не место и не время здесь для выяснения отношений.
Однако стоило мне только отвернуться и пойти дальше, как я услышала звонкий голосок Алисы:
– О, леди Лилиана! Вы сегодня припозднились что-то… Проспали, вероятно?
Я замерла на секунду и повернулась. Как это понимать, а?
Алиса явно пытается вывести меня из равновесия.
Ответить или промолчать?
Я выбрала среднее. Подняла бровь, прищурилась и прошла мимо.
– Так я и подумала. Ведь ночью вы были заняты, не так ли?
Ну это вообще ни в какие ворота! Вот интересно, чтобы сделал ректор на моем месте? Я сделала глубокий вдох, поставила поднос на столик и повернулась.
Алиса промокнула губы салфеткой и встала из-за стола.
Я же… У меня, несмотря на глубокий вдох и медленный выдох, которые рекомендованы магу для приведения эмоций в норму, в животе как будто узел завязался. Горячий такой.
Я прищурилась, посмотрела на тарелку с остатками яичницы, стоявшую на соседнем столе. Тарелка тотчас взвилась в воздух и опрокинулась прямо над Алискиной головой.
Раздался такой визг, что я чуть не присела. С волос на лоб Алиски медленно стекал желток. Мгновением позже раздался звук, очень похожий на удар колокола. Все адепты, кто наблюдал эту эпическую картину, замерли и нахмурились, переглядываясь. Алиска замолчала. Схватила ближайшую салфетку и с остервенением стала стирать яичные потеки со лба.
Волосы на голове у нее слиплись и выглядели неприглядно.
А через пару секунд воздух замерцал и посередине столовой материализовался лорд Бронский. Ректор был зол. Глаза его метали молнии:
– Адепты! Кто применил магию в неположенном месте? – угрожающим тоном сказал он и хмуро оглядел всех присутствующих.
Алиска всхлипнула и показала пальцем в мою сторону.
А я… Вот что же я наделала-то… Мамочки. Но ведь я не хотела, даже и не собиралась.
Да у меня и магии столько еще нет. Не-е. Это не могла быть я, точно не могла.
Я захлопала глазами почище Тарики. Лорд Бронский окинул меня нечитаемым взглядом и перевел его на Алиску:
– Леди Алиса, вы в этом уверены? – с сомнением произнес он.
Ну, конечно, с сомнением! Ведь кому, как не ректору знать, что мой источник далек от нормального функционирования.
– И что случилось с вашими волосами, леди? – недоуменно спросил лорд Бронский.
Алиска фыркнула почище гремучей змеи, и сходу заявила:
– Господин ректор, прошу зафиксировать в журнале. Адептка Лилиана Кларенс напала на меня, применив магию. Что запрещено уставом Академии, если на то нет прямого разрешения ректора, – оттарабанила девушка, а я стояла и только рот раскрывала как рыба.
Ректор прищурился и недовольно сказал:
– Разберемся, леди Алиса.
Повернулся к замершим адептам:
– Все позавтракали? На занятия!
Адепты тотчас отмерли и поскорее выскочили за дверь.
– Леди Лилиана – в мой кабинет. Немедленно! – ректор хмуро посмотрел на меня.
Алиска победно подняла бровь и злорадно усмехнулась.
– Леди Алиса – приводите себя в порядок и на занятия, – лорд Бронский отвернулся и вышел.
Я, с тоской посмотрев на поднос с завтраком, к которому так и не удалось приступить, потащилась сзади.
Отлично, Лилиана. Ты сделала все, что могла. Алиска отделалась грязными волосами и испачканным лицом.
А вот что ждет меня?Она же сказала, чтобы лорд Бронский зафиксировал в журнале. Официально зафиксировал.
Это плохо. Это очень плохо. Ведь тогда мне начислят штрафные баллы!
И боюсь даже спросить, сколько… А что, если и до сессии не допустят?
Ноги у меня ослабели.
Ведь если не допустят… Тогда, выходит, все мои старания напрасны и уже точно никто и ничто не поможет мне избежать замужества.
Здравствуйте, лорд Стасий. Я устало усмехнулась и закуталась в плащ.
Ректор шел далеко впереди. Похоже, он действительно разозлился сильно, вон, аура пылает вовсю.
Но как же мне удалось применить магию?
Неужели моя злость послужила катализатором? Ведь тарелка поднялась в воздух даже без всяких заклинаний…
Неужели такое возможно? Я всегда думала, что магия левитации это сплошные заклинания. Выходит, не всегда?
Я открыла дверь и, едва волоча ноги, поднялась по лестнице. Дверь в кабинет ректора была полуоткрыта, но я все равно постучала.
Ректор отрывисто ответил:
– Входи, Лилиана.
Я вошла, понурившись. Лорд Бронский вздохнул:
– Лилиана… Вот не ожидал от тебя, не ожидал. Что же случилось? Ты действительно напала на леди Алису Крановую?
Я пожала плечами. А вот пусть что хочет, то и думает. И что это значит – напала? Вовсе я ни на кого не нападала. Это все магия сыграла со мной плохую шутку…
– Не хочешь отвечать? Напрасно, – ректор нахмурился.
– Но ты же понимаешь, что я должен занести в журнал это происшествие? Использование магии на территории Академии недопустимо. Ты ведь сама прекрасно знаешь правила, – устало сказал он.
– Магический страж засек факт применения, с этим ничего не поделаешь. Эх, Лилиана…
Лорд Бронский забарабанил пальцами по столешнице.
Я сглотнула и посмотрела на него:
– Значит, мне дадут штрафные баллы, да?
Ректор кивнул:
– Кстати, как тебе это удалось? Твой источник еще столь мал…
Я опять пожала плечами и неохотно сказала:
– Сама не знаю… И…лорд Бронский, вот честное слово, я не знаю, как это получилось! Просто…ну, я просто очень сильно разозлилась. А тарелка … она вдруг поднялась и … вот.
Я расстроенно замолчала.
Ректор хмыкнул:
– О причине злости ты, конечно, не скажешь?
Я нахмурилась. Конечно, не скажу. Еще чего не хватало. Это вот пусть Алиска сплетни распускает! Да и…Ну как я ему скажу? Стыдно.
Лорд Бронский задумчиво смотрел на меня:
– Гмм.. Сильные эмоции вполне могут дать толчок… А ты знаешь, Лилиана, что магический страж не просто засекает сам факт применения магии, но и способен определить силу всплеска?
Я помотала головой. Откуда мне знать? Да я даже не знала, что этот магический страж вообще существует.
– Присядь, Лилиана, – пробормотал ректор и достал из верхнего ящика стола странный предмет. Это был прямоугольный футляр, сделанный из матового янтаря.
– Так-так, – лорд Бронский открыл футляр. Вытащил оттуда длинную палочку, тотчас замерцавшую прерывистым белым цветом.
Уткнулся в нее, и, наконец, отложив в сторону, начал что-то быстро писать.
В желудке у меня вдруг заурчало и я заерзала на стуле. Ректор на мгновение прервался, поднял на меня затуманенный взор, и опять принялся за свои записи.
Он про меня забыл, что ли? Пусть уж скажет, какое мне полагается наказание за применение магии, пусть и не преднамеренной,и я уже пойду.
А то вдруг поднос с моим завтраком еще не убрали… Ведь столовая до половины десятого открыта. Есть хочу очень. Я как понервничаю, просто ужас какая голодная становлюсь.
