Перейти к содержанию

Мое сердце выбирает тебя

Автор:

4,8 40+ оценок читателей Рунета
Категория
Современные любовные романы
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
18+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Я всегда была уверена, что не способна на настоящие чувства. Любить и терять голову от мужчин - это точно не про меня. Но стоило мне столкнуться с ним, все мои устои и принципы разлетелись вдребезги. Он абсолютно точно не герой моего романа, он не падает к моим ногам под действием моей красоты и обаяния, более того, он ненавидит таких, как я, богатых и стервозных. Он ворвался в мою жизнь и перевернул ее с ног на голову, он разбил мое сердце и вывернул душу, он выдернул меня из привычного мира богатой и беззаботный жизни так, что я не могла больше вернуться обратно, но самое главное, я этого не хотела. А потом он уехал и оставил меня одну разгребать все последствия наших безумных поступков.

Читать «Мое сердце выбирает тебя» — Элина Бриз онлайн

Страница 2 из 3

– За что спасибо?

– Ты ночевала у меня в комфортных условиях, а не где-то под забором. И если тебе от этого будет легче, раздевал я тебя в полной темноте.

– Спасибо, но мне не легче, – подвожу итог нашему бессмысленному теперь уже разговору.

– Дай мне мою одежду, и я поеду домой, – прошу его, потому что вроде как я слишком загостилась у него.

– В таком виде? – опять эта ирония.

– А какие у меня есть варианты? Не в твоей же футболке мне ехать, – выдаю на эмоциях.

– Одевайся, – говорит мне, вздыхает и швыряет в меня мои вещи, – так и быть отвезу тебя домой.

Я надеваю свой костюм, прости Господи, и выхожу в прихожую, Макс оглядев меня с ног до головы внимательным взглядом, подходит к своему шкафу и что-то там ищет.

– Надень, в этом доме живут пожилые люди, боюсь не у всех такое крепкое сердце, как у меня, – с этими словами протягивает мне свою толстовку и шагает на выход.

А в моей голове крутится только один вопрос, почему, когда он на меня так смотрит, у меня внутри все огнем горит. Или это похмелье у меня так проявляется? Может все-таки шампанское было паленое?


***Для тех, кто не читал первую книгу цикла:

Кирилл Гордеев и Вероника – главные герои романа «Ненавижу мажоров».

Вероника и Юля – лучшие подруги

Максим – друг детства Вероники, они вместе росли и вместе занимались танцами. (Юля и Макс всегда терпеть не могли друг друга, но возможно здесь не все так просто)

Игорь Романов – лучший друг Кирилла

Володя – преподаватель в университете Юли и Ники. (Юля встречалась с ним два с половиной года).

Глава 3

Несколько дней после девичника не могу прийти в себя. И вроде как дело уже не в похмелье.

Сначала меня озадачила Ника, она позвонила мне и сказала, что согласно сценарию свадебного банкета, свидетель и свидетельница тоже должны танцевать вальс сразу после молодоженов. Свидетелем будет Игорь, меня даже передернуло и на некоторое время вернулись симптомы похмелья. Свидетельницей, естественно буду я. А это значит, что я попала. Видеть его я совсем не хотела. И что самое печальное, я абсолютно не умела танцевать вальс.

Второй сногсшибательной новостью стало для меня то, что меня отправили в командировку на несколько дней. И тут самым сомнительным было то, что направили меня в Лондон, туда, куда уехал Володя. Я уже раз сто открыла сообщение с его адресом, уже и наизусть его выучила. Что-то все время не давало мне покоя, не отпускало меня до конца. Какая-то невидимая сила тянула все время к нему. После трехдневного метания я наконец-то согласилась на эту командировку, потому что, во-первых, все сроки, данные на раздумье, уже вышли, во-вторых, нужно уже набраться смелости, встретиться с ним лично и поговорить.

Дала согласие на командировку, забронировала билеты, собрала чемодан, но чувство постоянной тревоги так никуда и не делось. Так и дергалась до самого вылета, даже в самолете постоянно нервничала, хотя летать я никогда не боялась.

Первые дни так и не смогла набраться смелости и позвонить ему, чтобы встретиться, поэтому загрузила себя работой, сходила, послушала выступления всех участников форума, выступила сама с двумя презентациями. Сегодня заключительный банкет для участников форума, а завтра ночью я вылетаю домой.

Я готовилась с особой тщательностью, надела вечернее платье, почему-то не хотела идти в деловом костюме, сделала прическу и макияж.

Решила, что позвоню ему сегодня, сразу, как только освобожусь. Ну, или в крайнем случае завтра утром, потому что у меня в запасе будет еще целый день.

Но звонить мне никуда не пришлось, потому что как только я вошла в зал ресторана, сразу же увидела его. Высокий красивый мужчина в дорогущем костюме, который идеально на нем сидит. Невозможно не увидеть, невозможно не засмотреться. Он меня этим своим безукоризненным видом и внешним лоском еще в студенческие годы завораживал. Каково же было мое удивление, когда я увидела, что пришел он сюда не один. С ним под ручку вышагивала его не менее идеальная спутница. Эффектная шатенка, высокая, хорошо сложена, единственное, что хоть немного меня сейчас успокаивало, она оказалась прилично старше меня, лет на десять точно. Пользуюсь моментом, пока они меня не заметили, стараюсь беспрепятственно рассмотреть все нюансы.

Я конечно сейчас ни капельки не ревную, потому что всегда достаточно уверена в себе и нисколечко не злюсь. Но спрашивается, какого хрена? А как же «я люблю тебя и буду ждать». Во мне просыпается дух авантюризма или просто взбунтовалась самая настоящая стерва, потому что я решаю, что вечер этой парочке я сегодня все-таки испорчу. Как же хорошо, что я ему не позвонила и не приехала в гости, выглядела бы я в этот момент, скорее всего, жалко. Все-таки с интуицией у меня все в порядке.

Я смело иду в самый центр зала, прихватывая бокал шампанского с подноса, проходящего мимо официанта. Стесняться мне нечего, показать, слава богу, есть что. Останавливаюсь возле самой большой группы людей и присоединяюсь к разговору. Отсюда мне прекрасно видно Володю и его спутницу. Проходит всего секунд тридцать, прежде чем я ловлю на себе его взгляд и первые эмоции узнавания. Как же я люблю смотреть, как в этот момент меняются лица людей. Сейчас это шок, неверие, принятие, испуг, паника. Потрясающе. Обожаю эффектно появиться.

Краем глаза он фиксирует, что в этот момент делает его спутница, но основное внимание уже принадлежит мне. Я, как ни в чем не бывало, раздвигаю губы в обаятельной улыбке и приветствую его бокалом шампанского. Он никак не реагирует на это мое действие, просто продолжает, не отрываясь скользить по мне взглядом. Вскользь отмечаю, что его взгляды во мне никаких огненных вспышек не вызывают, значит в прошлый раз с Максом это было все-таки похмелье. С сомнением смотрю на свой бокал. Опять шампанское? Пожалуй, не стоит, и ставлю бокал обратно на стол от греха подальше.

Через пару минут Володя приходит в себя и, наплевав на свою спутницу, движется в моем направлении. Мда, это оказалось еще проще, чем я думала. Я с места не двигаюсь, стою там же и продолжаю скалить зубы.

– Юля? – слышу удивленное восклицание с придыханием, – ты откуда здесь?

Он подходит совсем близко ко мне и начинает жадно скользить взглядом по лицу. Я даже в какой-то момент начинаю жалеть, что обнаружила свое присутствие. Не пришлось бы мне потом пожалеть о том, что я снова растеребила еще не зажившие раны.

– Приехала в командировку, – отвечаю ему спокойно все с той же обворожительной улыбкой.

Хрен я дам ему понять, что меня задело его появление здесь сегодня с этой бабой.

– Почему не позвонила? – спрашивает, настороженно заглядывая в глаза.

– Зачем, Володь? – легкомысленно пожимаю плечами, – мы же все решили еще тогда дома.

– Юля, она просто моя спутница на сегодняшний вечер, ничего больше, – объясняет и проникновенно смотрит в мои глаза.

– Это больше не мое дело, ты не обязан мне ничего объяснять, – отвечаю ему и видимо где-то проскочила все-таки злобная искра, либо во взгляде, либо в интонации, потому что он делает еще один шаг ко мне и сжимает мои плечи.

– Юля, – севшим голосом проникает до самого сердца, – пожалуйста, перестань делать вид, что тебе все рано.

– Мне все равно, – отвечаю уже в открытую со всей злостью.

– Бляяять, – вырывается из него приглушенно, и я округляю глаза. Раньше он никогда не матерился, вот до чего я его довела.

– Давай проверим, насколько, – цедит сквозь зубы, обхватывает мою руку чуть выше локтя и ведет куда-то из зала.

– Куда ты меня тащишь? – начинаю беситься, потому что он никогда раньше так себя не вел.

– Сейчас увидишь, – прилетает мне злой ответ.

Мы быстро минуем просторный холл и идем в сторону служебных лифтов. Там он затаскивает меня в какое-то подсобное помещение и припечатывает к стене. В моей голове начинает настойчиво крутиться мысль, до чего же я докатилась в последнее время, потому что меня мужики зажимают либо в туалетах, либо в кладовках.

Володя не дает мне ничего разглядеть и даже возмутиться, настойчиво впивается в мои губы и сдергивает платье вниз, оголяя грудь. Как назло сегодня на мне надето такое, которое не предусматривает ношение бюстгальтера. Он накрывает мою грудь ладонью и зажимает сосок между пальцами, вызывая первые искры возбуждения. У меня давно не было секса, с тех пор, как мы расстались, поэтому мое тело оставаться безучастным и сопротивляться отказывается. Я выгибаюсь ему на встречу, а он, пользуясь моим помутнением, скользит по ногам ладонями, задирает платье, которое прямо создано для разврата, и подхватывает за бедра. Медленно поглаживает кожу там, где кончается кружевная резинка чулок и проникает под трусики. Начинает скользить пальцем вдоль мокрых складок, делая круговые движения вокруг клитора.

Я честно пыталась прийти в себя и остановить это безумие. Но, кажется, это было уже не в моих силах. Какого хрена он творит? Мы же не вместе уже.

Володя ускоряет движение пальцем, усиливая нажатие и одновременно с этим, другой рукой сжимает грудь и втягивает в рот сосок, вышибая разом все оставшиеся протесты из моей головы.

Долго балансировать на краю не получается, поэтому отсутствие секса в последний месяц моей жизни делает свое дело. Оргазм пронзает мое тело короткой вспышкой, оставляя чувство опустошения и разочарования. Видимо, я настолько сейчас не готова принять близость с ним, что мое тело реагирует на него как-то слишком слабо.

Сползаю на пол, и изо всех сил отталкивая его от себя. Молча привожу себя в порядок и поднимаю на него глаза. Он тяжело дышит и смотрит как-то слишком потеряно. Ну не я же, черт возьми, затащила его сюда.

– Не надо, – выдавливаю из себя, – это ничего не изменит между нами, станет только хуже. Я правда приехала сюда в командировку и не думала, что мы встретимся, – на последней фразе безбожно вру, но другого выхода не вижу.

Приглаживаю волосы и отхожу от него еще дальше.

– Я хочу, чтоб ты встретил хорошую женщину и был счастлив с ней. Ты, как никто заслуживаешь счастья. Прости меня, пожалуйста.

С этими словами я выхожу за дверь и быстрым шагом отправляюсь к себе в номер. Из глаз брызгают слезы, и я зажимаю рот ладонью. Мне его очень жаль. Очень. Сейчас главное не позволить чувству жалости перевесить все доводы здравого смысла и не вернуться обратно. Сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладони, и закусываю губу до крови. Черт. Черт. Черт.

Как же это тяжело, оказывается, расстаться с человеком, даже если прежних чувств не осталось между вами, но знаешь, что уже пора.

* * *

Дома стараюсь быстро вернуться к своей прежней жизни, а вернее начать заново, не оглядываясь больше назад. Даже нахожу время съездить к родителям на ужин. Для меня это каждый раз настоящая пытка, потому что отношения у нас, мягко говоря, натянутые. Мать, как всегда непрерывно суетиться вокруг отца и преданно заглядывает ему в глаза. Вот мне интересно, смогла бы она так, если б за душой у него не было ни гроша. Сомневаюсь.

Отец не скрывает своей радости от того, что я наконец-то рассталась со своим, цитирую, «занудным преподом» и снова свободна для новых отношений. Он уже возлагает большие надежды на то, что у Вероники на свадьбе, которая празднуется с огромным размахом, я смогу подцепить на крючок удачную партию и выгодно выйти замуж. Меня начинает откровенно подташнивать от его намеков. Зачем человеку, у которого уже есть все и даже больше продолжать хапать деньги дальше. Это что жадность или идиотизм какой-то.

Дальше начинаются бесконечные обсуждения всех толстосумов и их миллионов. Спокойно пропускаю всю эту ненужную информацию мимо ушей, иначе заработаю несварение. Я уже по опыту знаю, что спорить и отстаивать свою точку зрения бесполезно, легче промолчать, а потом уехать к себе домой и залечь на дно еще на месяц до следующего визита.

Во время ужина неоднократно слышу намек на Игоря Романова, как отличного претендента на роль мужа. А то, что у него не ширинка, а проходной двор, так это ж ничего страшного, такому мужчине можно позволить все, что угодно. Ему же надо как-то снимать напряжение, когда он вынужден день и ночь пахать, как проклятый, зарабатывая свой очередной миллион.

Можно подумать он на шахте вкалывает, света белого не видит годами, а потом, когда возвращается домой, пускается во все тяжкие.

Мать в этот момент продолжает сидеть рядом с моим отцом невозмутимой статуей. То, что он гулял от нее всю жизнь и продолжает гулять сейчас, тискаясь прямо в офисе на виду у всех с каждой секретаршей, бесспорно ей известно и не вызывает никаких протестов. Тьфу, блин. Да я бы уже давно глаза выцарапала и без волос оставила, это же, как надо не любить себя, чтоб смотреть на это все сквозь пальцы.

С трудом досиживаю до конца ужина и с признаками явного облегчения на лице и тяжестью в животе спешу свалить отсюда к себе домой. Похоже заработала все-таки несварение от таких заманчивых предложений.

По пути вспоминаю, что вопрос с вальсом у меня так и остается открытым. Игорь, конечно, предлагал мне свои услуги, в качестве учителя танцев, но я предпочитаю доверять проверенным людям. Ну и постоянные откровенные намеки его меня уже изрядно бесят.

Выбора у меня нет, приходится снова обратиться за помощью к Максу. Достаю телефон и набираю его номер. Кстати он у меня вообще никак не записан, но цифры его номера отпечатались в моей памяти так четко, что их ничем оттуда не вытравишь.

– Когда я вижу на экране своего телефона твое имя, мне уже становится страшно, – слышу знакомый голос, сплошь пропитанный иронией.

Невольно начинаю улыбаться. Вот сволочь.

– Макс, – отвечаю с упреком, – прекрати. Мне нужна твоя помощь.

– Ну и куда твоя шальная задница вляпалась на этот раз? – выдает как-то обреченно.

– Что значит вляпалась? – уже откровенно возмущаюсь, – если тебя послушать, можно подумать, от меня вообще одни неприятности.

– А разве нет? – спрашивает со смешком.

– Конечно нет, – заверяю его, – просто до свадьбы осталось совсем мало времени, а я не умею танцевать вальс. Не знаю, что за контуженный организатор придумал это, но расстраивать Веронику в такой день я не хочу. Можно взять у тебя несколько уроков? Я заплачу.

Сразу же, как только я произнесла последнюю фразу, поняла, что ляпнула я это зря. Про деньги заикаться вообще не стоило.

– Я тоже очень не хочу расстраивать Веронику, поэтому соглашусь, – слышу явно металлические нотки в его злом ответе, – только поэтому. А свои деньги можешь потратить на очередные новые туфли или сумку.

Сбрасывает вызов и следом сообщением отправляет мне свое расписание. Вот опять туфли мои всем не угодили. Может перейти на кроссовки?

Глава 4

На следующий день после работы еду в студию танцев Вероники, для того, чтобы начать тренировки. Надеюсь, я научусь быстро, потому что времени до свадьбы осталось мало. Мельком вспоминаю, что я даже платье еще не купила, раньше бы эта мысль вызвала во мне приступ паники, сейчас я спокойна и мне откровенно лень заморачиваться.

Захожу в студию, здесь кругом царит суматоха. В одном углу толпятся родители, которые привели своих детей на тренировки, в другом сами дети переодеваются и готовятся к занятию. Надеваю бахилы и иду на поиски Макса.

Нахожу его в одном из залов для занятий. Он стоит, уперев руки в боки, и сердито смотрит на двух девушек перед собой. Им примерно лет по пятнадцать-шестнадцать и они выглядят сейчас так, будто прошли огонь, воду и медные трубы. Волосы взлохмачены, косметика размазана, на щеках ссадины. У одной из них на футболке оторван рукав, у второй огромная дыра на штанине. Это, что последствия тренировки у Макса? Что-то мне уже страшно становится, может обратно ноги сделать, пока он меня не заметил.

Но потом краем глаза замечаю, что эти побитые девахи смотрят на него, как кот на сметану. Вернее кошки. Причем кошки, которые перед этим обнюхались валерьянки. Меня это необъяснимым образом злит и бесит, поэтому отбрасываю все сомнения и подхожу ближе.

– Привет, – здороваюсь с Максом и обозначаю свое присутствие.

При этом встаю к нему, как можно ближе, чтобы эти соплюхи остыли уже и убавили блеска в глазах. Но им мое присутствие ни о чем не говорит, они меня, черт возьми, даже не заметили.

– Привет, – отвечает Макс, – ты не сильно торопишься? У меня тут возник форс мажор.

– Вообще не тороплюсь. Что случилось? – спрашиваю участливо.

– Драка, – признается грустно, – никак не могу добиться от них, что они не поделили.

А я, кажется, знаю что. И даже не кажется. Я точно знаю.

– Хочешь, я разберусь? – тихо спрашиваю его.

– С ума сошла, – прилетает мне сразу ответ, – ты же такая же ненормальная, как они хочешь, чтоб мне потом вас троих пришлось разнимать и вечность объясняться перед родителями?

А вот сейчас было обидно. Не надо меня приравнивать к этим любвеобильным малолеткам. Хотя меня не отпускает настойчивое желание надавать им под зад, за то, что позарились на Макса. Эта мысль кажется мне настолько бредовой и дикой, что я вспоминаю, когда я пила в последний раз и достаточное ли количество часов я посвящаю сну в последнее время. Не пила я давно, с нашего девичника, сплю по-разному. Наверно надо больше отдыхать.

– Они тебе не признаются, потому что подрались из-за мальчика, – делаю ход конем, говорю Максу частичную правду и усыпляю его бдительность, – а мне, как девушке, признаются. Так что веди нас в отдельный кабинет. Будем выяснять причины. Только давай так, если что, я здесь работаю администратором.

Макс ведется на это и мы все вместе проходим в комнату отдыха. Я выразительно смотрю на него, делая знак оставить нас одних. Он ухмыляется уголком своих красивых губ и идет на выход. Блин, почему его губы вдруг кажутся мне красивыми, может мне пора уже завести мужика. Может это воздержание на меня так действует.

– Итак, – начинаю я, как можно строже, – вам нравится ваш преподаватель по танцам Максим. Это я поняла сразу. Только вот не поняла, зачем вы друг друга так разукрасили? Не смогли поделить его или что?

Они шокировано переглядываются между собой, затем снова смотрят на меня. Молча.

– Так тут я спешу вас расстроить. Он ваш учитель, намного старше вас, а вы еще и несовершеннолетние. Вы что, хотите, чтоб ваши разборки всплыли где-нибудь и его посадили? Как только поползут слухи о ваших проделках, у Макса начнутся неприятности. В лучшем случае, его уволят по статье, в худшем посадят. Вы этого хотите?

Надеюсь, они не знают, что Макс является совладельцем этой студии танцев. Но по-другому до них просто не достучаться. Эти малявки с каждым моим словом все больше округляют свои глаза, и в них явно начинают блестеть слезы. Ну, что ж вроде дошло. И мне как-то разом спокойнее стало.

Я отправляю их по домам и сама иду в раздевалку, чтобы подготовиться к репетиции. Захожу в зал, где меня уже давно ждет Макс.

– Ну что? – спрашивает заинтересованно.

– Они все поняли. Но мой тебе совет. Переведи их в другую группу, где преподаватель женщина. Они устроили драку, потому что не поделили тебя и твое внимание, – решаю сказать правду, иначе все это на самом деле может вылиться в некрасивую историю.

Макс смотрит на меня так, будто я только что обвинила его в убийстве. Ну, блин, нельзя же по жизни быть таким наивным. Неужели он ничего не замечает.

– Но я всегда на тренировках отношусь ко всем одинаково, никогда никому не давал повода… – растерянно начинает оправдываться.

– Макс, – прерываю нетерпеливо, – я ни в коем случае ни в чем тебя не обвиняю. У них переходный возраст, гормоны, пубертатный период, в конце концов. Не заморачивайся, просто переведи в другую группу и все. Проблема решена.

– Хорошо, – соглашается со мной. Впервые кстати на моей памяти. – Спасибо за помощь.

– Не за что, обращайся, – дарю ему искреннюю улыбку, на которой он тут же зависает. Или мне показалось?

Сегодня лягу спать ровно в девять вечера, клятвенно обещаю себе.

– Ну, что, начнем? – спрашивает очнувшись.

Я подхожу к нему ближе и чувствую, что мне становится как-то слишком жарко. У них тут что, совсем не проветривают что ли. Накатывает, как тогда у него в квартире после девичника. Трясу головой и делаю глубокий вздох. Чертовщина какая-то. Макс обхватывает мою талию и привлекает к себе. Я поднимаю голову и застываю на месте.

Взгляд глаза в глаза. Вспышка. Разряд по телу. Сорванный вздох. Мурашки.

Твою мать! Ни хрена себе, я попала!

* * *

Сейчас мне хочется сбежать от него и померять одновременно температуру и давление, возможно еще сдать кровь на сахар. По поведению Макса не замечаю особых отклонений, поэтому медленно выдыхаю и стараюсь внимательно слушать все, что он говорит. Доходит до меня с трудом.

Почему я раньше не замечала ничего подобного. Правда, мы никогда близко не подходили друг к другу, ругались издалека. Но стоило только одному из нас попасть в зону видимости другого, между нами начинало искрить и полыхать.

– Юля, расслабься, – встряхивает меня за плечи Макс, его дыхание скользит по моей щеке и дальше каким-то невесомым касанием по шее. Аааааа.

Я не помню всю репетицию, только урывками, какими-то яркими и горячими вспышками. Мне было очень неловко за то, что я как деревянная не могла гнуться и находилась в постоянном напряжении. Меня атаковали мурашки, а места, где он меня касался, горели огнем.

– Юль, – слышу опять его голос, как из-под толщи воды, – полностью расслабься и доверься мне. Я веду, ты подчиняешься.

Не знаю почему, но на его последнюю фразу мой организм выдает новую порцию мурашек и сердце пропускает удар. Можно мне ее на диктофон записать и потом дома гонять по кругу, а?

Я кое-как дожила до конца репетиции и абсолютно точно пропустила мимо ушей, когда он назначил следующую, потому что слишком внимательно смотрела на его губы. После этого я села в машину и поехала в торговый центр за платьем. Ну, надо же было в чем-то идти на свадьбу. К своему огромному удивлению я купила самое закрытое платье из всех возможных. Это вообще на меня было не похоже, но сегодня я явно была не в себе. Поехала домой и легла спать, как и обещала себе ровно в девять. Когда засыпала, очень надеялась на то, что отдохну, как следует и все пройдет.

Я ждала каждую нашу встречу с нетерпением и страхом. Поняла уже, что дело не в отсутствии сна, а в том, что я на него запала. Теперь мне нужно было убедиться, насколько у меня это серьезно и насколько сильно я уже успела вляпаться. А самое главное, какие у меня шансы добиться от него взаимности. Пришлось вспомнить все свои старые навыки, потому что я его откровенно провоцировала. Сначала слегка, но с каждым разом все больше и больше. Во время танца я постоянно спотыкалась, для того, чтобы он ловил меня за талию, специально наступала ему на ноги, чтобы каждый раз влететь в его накаченную грудь, всегда начинала танец раньше, чем было предусмотрено, опять же, чтобы наткнуться на него, старательно проезжая по его торсу своей грудью.

– Юль, – рявкает на меня Макс, – я вот не могу понять, ты на самом деле такая неспособная ученица или ты играешь со мной сейчас?

Ой, кажется меня спалили. Здесь приходиться собрать в кучу все свои актерские способности, закусить губу и начать выдавливать из себя слезы.

Выражение лица Макса стремительно меняется, от злого до одновременно растерянного и раскаивающегося. Ух, прокатило. Выдохнули.

– Прости, – выдавливаю из себя дрожащим голосом и прикладываю для пущей убедительности руку к груди, как бы раскаиваясь и привлекая внимание к впечатляющему размеру, – я очень волнуюсь. Просто там, на свадьбе будет столько народу. Я так боюсь все испортить. Это же такой важный день для Вероники, а я так ее люблю. Все должно быть идеально, понимаешь?

Макс растерянно кивает и решает назначить дополнительные тренировки, а мой чертик внутри меня ликует и старательно потирает лапки.

С каждой нашей репетицией мне все больше жаль, что свидетель не Макс, а всего лишь озабоченный Игорь. Потому что с каждым разом, я убеждаюсь все сильнее, что в руках этого мужчины я готова танцевать не переставая. И не только танцевать.

Макс мне на встречу никаких шагов не делает, он вроде, как и не совсем равнодушен, дышит во время танца тоже тяжело, но может это просто из-за физической нагрузки. Когда я провоцирую его, чувствую, как руки на моей талии сжимаются сильнее и с его губ слетает судорожный вздох. Но тут непонятно возбудила я его или все же взбесила. Вот, пожалуй, и вся реакция.

После тренировки я стараюсь задержаться с ним как можно дольше. Несколько раз мне удавалось уговорить его заказать пиццу, чтобы поужинать и урвать себе в копилку еще каких-то полчаса рядом с ним. Мы много разговаривали, вспоминали старые времена, смеялись, и я понимала, что вот так с ним мне тоже безумно нравится. Просто сидеть рядом, просто его слушать, просто ловить на себе его взгляд и улыбку. Она у него необыкновенная, настоящая и искренняя, такое чувство, что все вокруг озаряет. Володя вообще редко улыбался, поэтому видеть такую улыбку у мужчины мне в новинку.

Сегодня должна состояться наша последняя репетиция перед свадьбой. Я не спала всю ночь, обдумывая, как мне получить от него хотя бы поцелуй. Мне нужно было, наконец, убедиться, что мне не показалось и такая моя реакция на него не случайна. Но как? Если он постоянно старательно держит себя в руках. Как вывести его на эмоции.

Так ничего и не придумав, решила сегодня надеть кеды со скользкой подошвой. Буду действовать по ситуации.

Сегодня все между нами воспринимается еще острее, чем обычно. Макс прижимает меня к себе еще ближе, я льну к нему еще сильнее. Как будто даже наши тела знают, что это в последний раз и стремятся насладиться каждым прикосновением.

В самом конце танце, когда он на вытянутых руках отстраняет меня, я сразу замечаю, что за его спиной на полу лежат маты, поэтому со всей силы отталкиваюсь и запрыгиваю прямо на него, обхватывая руками и ногами. Макс естественно такого нападения не ожидал, поэтому валиться на спину, прихватив вместе с собой меня, потому что я крепко накрепко обвила его шею.

– Черт, Юля, – успевает выругаться.

Я времени даром не теряю и сразу заглушаю следующую фразу, прижимаясь своими губами к его рту.

Коротнуло! И по всему телу разнесло.

Так коротнуло, что я в испуге отстранилась от него и недоуменно уставилась в глаза. Выдохнули одновременно, воздухом обменялись, взглядами переплелись. Макс резко впивается руками в мою талию и одним уверенным движением переворачивает меня. Теперь он нависает сверху и своей приятной и такой желанной тяжестью вдавливает меня в пол. Я медленно облизываю свои губы, нагло глядя в его глаза. Из его рта вырывается судорожный стон, и он впивается в мои губы, тут же заглушая мой собственный.

И тут я понимаю, что все разряды, которые были между нами до этого, это полная фигня. Потому что, когда его язык проникает в мой рот, меня штормит, как в припадке. Меня одновременно трясет и накрывает горячими волнами, которые концентрируются внизу живота, пульсируют и требуют немедленного выхода. Такого мощного приступа желания я не испытывала еще никогда. Мне хочется забыть все, что было у меня до него, стереть все поцелуи со своих губ, остаться в этом моменте на всю жизнь и никогда не выныривать в реальность. Это становится моей последней связной мыслью, прежде чем мое сознание окончательно уплывает и все наши стоны не сливаются в один протяжный и самый сладкий.

Глава 5

Стою напротив Вероники и не могу ею налюбоваться. Она уже полностью готова, красива, неотразима, божественна, великолепна, в общем, тут можно перечислять до бесконечности. И она абсолютно спокойна, в отличие от Гордеева. Я видела его мельком, когда искала комнату невесты, он весь на нервах. Может, боится, что Вероника сбежит от него перед регистрацией. Неужели не видит, что они оба, как безумные, оторваться не могут друг от друга. Я теперь на самом деле начинаю верить в такие крышесносные чувства и очень хорошо понимаю, как это бывает.

Сегодня у меня была бессонная ночь, и мне с утра пришлось изрядно постараться, чтобы скрыть ее следы. Не могла уснуть от разрывающего все мое тело неутоленного желания и разочарования. Там в зале для репетиций, когда мы с Максом вместе поддались безумию, в самый неподходящий момент зазвонил его телефон. Он отстранился от меня и уставился с таким недоумением, будто никак не мог поверить, что только что так самозабвенно целовал меня до искр перед глазами.

Встал, поправил на себе футболку и окончательно отгородился от меня за телефонным разговором. Я терпеливо дождалась, когда он закончит, подошла ближе и выжидательно уставилась в его глаза. Я никогда не была из робкого десятка и сейчас не собиралась от него прятаться, потому что все, что я делала, было полностью осознанно и давно желанно.

– Юль, – начинает Макс хриплым голосом и откашливается, – прости меня.

– За что? – спрашиваю недоуменно.

– За то, что я не сдержался и позволил то, чего не должен был, – его голос был насквозь пропитан сожалением.

Да что же это за херня-то такая.

– Почему не должен был? – недоуменно переспрашиваю.

– Это плохая идея, – выдыхает устало.

– Да почему, черт возьми? – злюсь уже в открытую.

– Иди домой, Юля, – прилетает мне в ответ, – просто иди домой.

Макс быстро берет свои вещи и выходит из зала, оставляя меня одну наедине со своими слезами, потому что они уже вовсю катятся из моих глаз. Ничего не изменилось. Он похоже все также терпеть меня не может, только я вот теперь вляпалась по полной программе и навязываюсь.

Быстро стряхиваю с себя воспоминания, чтобы снова не разревется, не хочу портить Веронике праздник.

Я никогда еще не видела настолько красивой свадьбы. Не сказать, что я часто на них бываю, наоборот, даже как-то сторонилась немного, раньше мне все это казалось каким-то скучным и ненужным. Но сегодня я смотрела на все это совсем другими глазами.

Знаю, что Вероника и Кирилл утром одни ездили в загс, зарегистрировали там брак, а теперь нас ждет выездная регистрация торжественная, красивая и в присутствии всех родственников и гостей.

Выхожу на улицу, чтобы немного проветриться и посмотреть все ли в порядке, не спеша рассматриваю все детали. На поляне, где будет проходить регистрация, первым делом вижу свадебную арку, она металлическая кованная белого цвета, украшена цветами и белой прозрачной тканью, смотрится потрясающе. В цветы вплетена винтажная гирлянда. Знаю, что для Кирилла и Вероники гирлянды, как талисман, поэтому они сегодня будут повсюду. Замечаю, что вокруг много свечей в красивых подсвечниках, это так романтично.

Стулья для гостей обтянуты белыми чехлами и декорированы бантами. По дорожке к арке тянется ковер из лепестков роз. Мне все здесь очень нравится, даже добавить нечего, у нас с Никой всегда на удивление вкусы были схожие.

Некоторые гости уже прибыли и рассаживались по местам. Я медленно скользила взглядом по их лицам, в попытке разглядеть знакомых и подойти поздороваться, пока не увидела его. Мужчину, при взгляде на которого мое сердце замирает и пропускает удар и из-за которого я перестала спать ночами.

Он сегодня в костюме, как и остальные мужчины, но он определенно точно от них отличается. Я, например, видела Игоря уже несколько раз, но я даже примерно не запомнила, в чем он был одет. А сейчас мне хватило мимолетного взгляда на Макса, и весь его образ полностью отпечатался в моем сердце. Я уставилась на него, не отрываясь ни на секунду, и стала ждать, когда он меня заметит. Заметил.

Взгляд глаза в глаза. Вспышка. Разряд по телу. Мой сорванный вздох. Мурашки.

Ничего нового, но мне и этого хватило с лихвой. Он каким-то растерянным взглядом скользит по мне, потом все-таки решает подойти. Ну, хоть не сбежал и на том спасибо. Еще не хватало начать играть в прятки.

– Привет, – здоровается первым, но в глаза пытается не смотреть.

– Привет, – тихо отвечаю, – красиво, правда? – решаю сразу перевести тему разговора в определенное русло, потому что вижу, что ему неудобно.

– Да, очень, – подтверждает, – а ты знаешь, что у греков арка символизирует небесный свод, ведь считается, что настоящие браки заключаются на небесах.

– Знаю, – отвечаю тихо надтреснутым голосом и чувствую, что на глаза наворачиваются слезы, поэтому решаю сбежать, пока он не заметил этого. – Извини, мне нужно идти.

* * *

Быстро разворачиваюсь и убегаю в помещение. Машу руками перед лицом, чтобы не размазать косметику. На несколько минут забегаю в туалет, чтобы привести себя в порядок, вернуть себе спокойствие и подобие хорошего настроения. Затем отправляюсь на поиски Вероники, скоро начнется торжество.

Саму регистрацию я запомнила плохо, потому что мне безумно хотелось залиться слезами, я сдерживала себя, как могла, но несколько слезинок все равно скатились по моим щекам. Рядом со мной стоял Игорь и постоянно отпускал по этому поводу дурацкие шуточки. К концу регистрации он меня так разозлил, что плаксивое настроение полностью сменилось желанием его убить.

Вероника и Кирилл вообще никого не замечали вокруг, отгородились в своем счастливом мире, преданно смотрели в глаза друг другу и обменивались какими-то своими понятными только им клятвами.

В их взглядах переплеталось столько откровенного обожания и безграничной любви, что сейчас даже не верилось, сколько для этого счастья им пришлось преодолеть трудностей. Гордеев наконец-то расслабился и выдохнул с облегчением, но только после того, как Ника сказала «да». Я сразу заметила, как расправились его плечи и спина. Вот дурачок. Ну, куда она от него денется.

Хорошо, что на банкете в ресторане свидетели сидели по разные стороны друг от друга. Свидетель с женихом, свидетельница с невестой, иначе я бы уже чесаться начала от аллергии на свидетеля.

Вальс молодоженов тоже поражал свой красотой, начиная от прекрасной мелодии, заканчивая идеально отточенными движениями. Ну, здесь, безусловно, Веронике равных не было. Хотя, наверно были. Макс, например. Он тоже божественно танцует, на себе прочувствовала каждое движение.

Когда очередь дошла до нас с Игорем, я вся сжалась и полностью сосредоточилась на том, чтобы не дать ему прижаться слишком близко. Наверно, со стороны выглядела зажатой, но мне было плевать сейчас. Не хочу, чтоб меня прижимал к себе кто-то другой. Хотя Игорь и тут умудрился напакостить.

– Знаешь, какая есть очень важная примета на свадьбе? – прошептал, наклонившись к моему уху. Я почувствовала, что от него уже изрядно несет алкоголем.

– Свидетель и свидетельница должны провести эту ночь вместе, чтобы у молодых все сложилось наилучшим образом, – самодовольно ухмыляется.

– Ты идиот? – злобно шепчу, чтобы не привлекать внимание. – У них и так уже все сложилось. А ты больной извращенец и приметы твои такие же.

Этот придурок начинает смеяться, а я, едва прозвучали последние ноты мелодии, сразу отправилась на свое место. Дальше я старательно избегала его весь вечер, прячась за спинами гостей, потому что количество выпитого им алкоголя, судя по тому, как сверкали в темноте бокалы, росло с внушительной скоростью.

Как бы я ни старалась, долго скрываться и прятаться мне не удалось, потому что, не смотря на отличных организаторов, кое-какие обязанности у меня все равно были. В итоге Игорь, удачно уловив момент, когда я расслабилась и потеряла бдительность, выловил меня в узком коридорчике между залами и зажал в углу.

– Ну, что еще? – грубо отзываюсь на его попытки приблизиться.

– Давай поднимемся на второй этаж в номер, нам пора уединиться, крошка, – шепчет мне в висок, выставляя руки по обе стороны от моей головы.

– С чего бы, – ору на него, потому что меня уже трясет от его намеков. Трясет, конечно, от злости, – выпусти меня, пока я не заорала на весь зал и не устроила скандал.

– Юль, ну, сколько можно уже сопротивляться, самой-то не надоело, – уговаривает меня уже мягче.

– Ты сейчас серьезно? Ты думаешь, я с тобой играю в кошки мышки? Остынь уже и прими тот факт, что я тебя не воспринимаю серьезно, и тебе ничего не светит.

– Блин, мне нужно забыться и переключиться срочно, – как-то грустно выдыхает, – думал, хоть ты мне поможешь.

Я не успеваю понять, что означают эти его задумчивые охи и ахи, потому что он начинает снова наклоняться ко мне ближе, а я со всей силы упираюсь ему в плечи и пытаюсь оттолкнуть. Вот ведь придурок, напился, теперь лезет.

Неожиданно чувствую, что рукам становится значительно легче и давление этой махины на меня исчезает. Меня ловят чьи-то сильные руки, выдергивают из угла и быстро разворачивают к себе лицом. Выдыхаю с облегчением, потому что это Макс. Мое тело узнает его и полностью расслабляется.

– Проблемы? – спрашивает напряженным голосом, обращаясь к Игорю.

Тот просто отходит в сторону, по-моему, он уже ничего не понимает.

– Все в порядке? – это уже мне задает вопрос, так мягко и участливо, поддевая рукой мой подбородок и внимательно заглядывая в лицо. Я киваю ему, потому что ответить не в силах, я просто сейчас растекусь лужицей от этой фразы и от того, как бережно он меня прижимает к себе.

Макс обнимает меня за талию и ведет в самый центр танцпола. Я не верю своему счастью, даже начинаю сомневаться в реальности происходящего. Он улыбается мне какой-то особенной улыбкой, и как-то по хитрому щурит глаза.

– Разве так я учил тебя танцевать вальс? – шепчет мне на ухо, запуская мурашки по всему телу, – давай покажем, как надо.

– Давай, – шепчу ему в ответ, но смотрю в этот момент на его губы, мои мысли сейчас вообще рулят не в том направлении.

– Я уверена, что с тобой у меня все получиться, – выдыхаю эти слова, вкладывая в них совсем другой смысл.

Макс кружит меня по залу, глядя в глаза, а у меня такое чувство, что внутри невесомо парят бабочки. Не только в животе, по всему телу. Я сама парю, пола под собой не чувствую. Он так смотрит на меня в это момент. Господи, как он смотрит. Его глаза, как горячий шоколад, затягивают и топят в сладком предвкушении.

Наше с ним безумие бесцеремонно прерывает Игорь. Я готова заорать от отчаяния и чувство его убить резко возвращается ко мне обратно.

– Теперь моя очередь танцевать со свидетельницей, – каркает пьяным голосом.

Я перевожу на Макса умоляющий взгляд, который кричит только об одном «пожалуйста, только не отдавай меня ему».

– Иди, проспись сначала, – грубо отвечает ему Макс, – у нас разговор важный.

С этими словами он берет меня за руку и куда-то ведет. Мне даже неважно куда. Я с ним вообще на все согласна. Заходим в какую-то свободную комнату на первом этаже с диванами и креслами. Я сразу для верности запираю двери со звонким щелчком, от которого Макс ощутимо дергается. Подхожу к нему вплотную, смотрю в глаза, и тяну на себя за лацканы пиджака. Сама впиваюсь в его губы и терпеливо жду, когда он ответит. Отвечает. Обхватывает талию и набрасывается на меня с глухим стоном. Наконец-то.

Мы целуемся, как одержимые, я между делом успеваю сбросить с себя туфли и с него пиджак. Но когда я тянусь к вороту его рубашки, Макс ловит мои руки и отстраняется. Его глаза сейчас темные и безумные, такие же, как мои. Ну, в чем же опять дело.

– Юль, я тебя не для этого сюда привел. Просто хотел, чтобы ты пересидела здесь, пока Романов спать не уйдет. Он явно перепил и не понимает, что творит, – объясняет мне, а я смотрю, как сильно вздымается его грудь от шумного дыхания.

Я не понимаю, что за чушь он несет, я же вижу, как его кроет от меня. Не меньше, чем меня от него. Все, о чем я могу думать сейчас это то, как безумно ему идут рубашки, особенно, когда рукава закатаны. С трудом отрываю взгляд от его рук, шумно сглатываю и поднимаю голову выше.

– И я не могу с тобой сейчас так поступить, – хрипло отвечает на мой вопросительный взгляд.

– Как так? – в недоумении спрашиваю.

– Между делом трахнуть и забыть, – резко выпаливает, а я даже воздухом давлюсь от такого ответа.