Страница 11 из 12
— Женя, — сказал я, возвращаясь в кабинет. — Открывай комнату, выдавай всё. Берите даже охотничьи и газовые. И это… свою нычку тоже открывай, пусть кто-нибудь съездит за стволами.
— Какую?
— Ну я же знаю, что ты бандитские пушки никогда не выбрасываешь, Жень. У тебя и калаш никуда не делся, хотя сколько уже тебе говорил, что избавиться от него надо.
— После этого дела уж точно, — он быстро закивал.
— И заявления напишите, что нашли, — я вздохнул. — Толку мало, но хоть что-то. И не попадайтесь с этим. Вообще, чтобы по одному никто не ходил, пока не закончим.
Пришёл Машуков, спокойный и собранный, сразу стал делиться мыслями и планами, даже достал ещё советскую карту города. Будто собирался обороняться от моджахедов, а не от бандитов. Он в своей стихии.
Боевая сила ОПГ «Пивзавод» состояла из нескольких бригад. Пока Крюков не в городе, поднять всех Душман не сможет, хотя и постарается. Самые сильные бригады — у самого Душмана и у Студента, который поехал к шефу, и за что я ему благодарен. Без него его люди против нас не пойдут.
Серьёзная бригада и у Прапора, там есть бывшие военные. И ещё одна мощная бригада — у Яхи Шамана, который держит СТО. У него много людей в команде, и многие из них — его родственники.
А я не забыл, что в начале осени ещё до покушения на Крюкова, Шаман и Прапор едва не устроили войну друг с другом, их едва помирили. Но думаю, осадочек остался, и этим надо воспользоваться. И лучше сразу, прямо сейчас, ведь этой ночью решится многое.
Душман будет действовать, пока Крюков вне зоны доступа. Не факт, что Крюков, как приедет, не прикажет со мной разобраться. Но ждать утра я не собирался, иначе прольётся наша кровь.
А утром, если вопрос не решится в нашу пользу и станет совсем серьёзно, буду подтягивать все свои ресурсы, какие смогу достать, там уже вопрос будет стоять иначе. Но этой ночью мы ещё одни.
— Слушайте, — сказал я. — Женя выбил Прапору зубы.
— На моих глазах, — Слава закивал.
— Это ничего не меняет, — произнёс Машуков.
— Меняет. Он не будет терпеть боль до утра. Он поедет в больницу, городскую, железнодорожную или в ту частную клинику. И надо бы его перехватить, чтобы крепко побеседовать. Если пьяный урод будет у нас, его бригаде придётся действовать осторожнее.
— Они ночью не работают, — Машуков нахмурил лоб. — Хотя он вполне может кого-нибудь найти и отправить на работу. Блин, точно! — он оживился. — Надо было догадаться самому. Отправим машину, если что, найдём и заберём. Я попрошу парней из нашей ГБР заняться, там крутые сегодня дежурят.
— А я схожу к Шаману, — я поднялся. — Мне нужна охрана. Вы тут разбирайтесь с пушками и остальным, если кто появится, держите оборону.
— Шаман-то тут при чём? — Женя удивился.
— А чтобы он не вмешивался. Если не полезет до прибытия Крюкова, им тогда не так-то просто будет с нами разобраться, людей не хватит. И кто там диспетчер сегодня в ОВО? Не Кащеев, надеюсь?
— Нет.
— Отлично. Им всем сегодня плачу двойную ставку, чтобы возле наших точек крутились, а то наедут. И мне нужен кто-то надёжный, чтобы меня самого не грохнули.
— Тогда сам поеду, — сказал Слава. — У меня тоже есть хорошая игрушка на такой случай.
— Нет, ты оставайся с Женькой здесь, за вами особенно сильно будут охотиться. И надо ещё пару людей ко мне домой направить, чтобы не сунулись туда. Если сунутся — пожалеют. Перемещаться осторожно, чтобы никого не поймали.
— Этим я займусь, — заверил Машуков. — Оружие будем держать наготове, людей я распределю. И, Макс, лучше тебе сразу вернуться, как переговоришь. С тобой Артём поедет, с ним никто шутить не будет.
— Понятно. Я сразу назад, но поговорить надо. Нам будет тяжело против всех разом отбиваться, если полезут.
Что-то уже началось, когда мы выехали. Джип с братвой показался в районе одной из точек под нашей охраной. На контору они лезть пока боятся, у нас тут куча вооружённых людей.
Они могли решить нас выманить, но тот, кто придумал такой план, или не знал, или забыл, что у нас есть устная договорённость с нарядами ОВО. Связываться с ментами, пусть это и вневедомственная, они явно не горели желанием. Так что от круглосуточного магазина старый джип Ниссан свалил, едва там показался Уазик с надписью ОВО.
А я на служебной девятке с охраной поехал в сторону Старого Рынка. Темно, в городе не горели фонари, только фары машин освещали дорогу. Куда мы едем, братва не знала, за нами хвоста не было. Вот так и будем делать всю ночь, мы не знаем, что задумали они, а они, что замыслили мы сами.
Рядом со Старым Рынком было кафе с бурятской кухней, где всегда можно было найти или самого Шамана, или кого-то из его людей. Возможно, кто-то уже в курсе, что случилось, но меня пропустили без проблем.
Посетителей много, в зале очень душно. Повсюду стояли крепкие деревянные столы. Официантов не было, только две девушки-бурятки за кассой и повар, который следил за множеством пароварок, стоящих на большой газовой плите.
Яха Шаман, крепкий плечистый бурят, сидел у стены в окружении своих родственников. Перед ним большая тарелка с горячими буузами, сваренными на пару большими пельменями. На другой тарелке фирменное блюдо заведения — печень по-хански, кусок печени, которую оборачивают в жировую плёнку при готовке. Между тарелками стояли бутылки с водкой.
— Волк? — Яха Шаман нахмурился. — Тебя-то не ожидал увидеть. Хотя и не очень удивился, если начистоту.
— Разговор есть, — я уселся за стол перед ним.
— Догадываюсь, о чём. Но знаешь, наши тобой недовольны. Особенно Душман.
Он взял одну буузу, откусил сбоку, шумно выпил бульон и только после этого съел. Не приказывает стрелять, схватить меня или что-то ещё. Потому что ему не хочется помогать Прапору, хотя глаза у него хитрые.
— Скажу быстро, — сказал я. — Прапор наехал на моих людей, а значит, наехал на меня. За это будет ответка, а ему не хватит бойцов, чтобы со мной сладить. Он попросит о помощи. И попросит в том числе тебя, не он, так Душман. И всё это будет ночью, пока не приехал Иваныч.
— А Душман уже мне звонил, — Шаман чуть было не взял мобилу, но сначала вытер руки салфеткой, чтобы не запачкать телефон в жиру. — И я вот думаю…
— Это не просто так, — я смотрел на него. — Прапор на нас наехал, потому что хочет себе мой бизнес. Про тебя он не вспомнит. И думаешь, он забыл ваши старые тёрки? Не забыл, напомнит. У вас же спорная улица, из-за которой уже была стрельба.
Шаман сжал губы и выдохнул через нос. Всё-то помнит, что тогда случилось. Говорят, что забыли обиду, но эти обиды тлеют годами. Вот и Душман вспомнил, что было летом.
— Я тебе не указ, — продолжил я. — Но чтобы тебе не обещали, всё получит Прапор.
— Но когда Иваныч вернётся…
— С ним и буду говорить. А пока он не вернулся, придержи своих. Тебе с этого ничего не перепадёт, только поможешь пробиться Прапору, и это тебе выйдет боком в дальнейшем, ведь он получит моё оружие и остальное, если у него выйдет. А я сделаю так, что у него ничего не получится. У меня больше людей, чем у него. Так что я приехал сказать, что это наши с ним тёрки, не надо ему помогать.
Яха взял следующую буузу, которую и съел, чуть пролив бульон на стол.
— Иваныч приедет, будем разбираться, — сказал он. — А Душман мне не указ.
— Вот и хорошо, — я кивнул. — С Иванычем и буду говорить, потому что у Душмана какие-то свои планы. И с Крюковым мы договоримся, потому что он не в курсе, что произошло. Всегда раньше договаривались.
Сработало, все родственники Шамана, сидящие здесь, так и остались поедать буузы, не вмешиваясь в ночные события. А я поехал в контору, только по другой дороге. Никто не должен понимать, куда я еду и зачем, а то ещё перегородят проезд и расстреляют из автоматов. Но найди ещё, куда мы едем, не так это просто, как кажется со стороны. Если никто не сдаст, то никто и не поймёт, где я нахожусь.
Но пронесло, правда, у самой конторы что-то случилось. У двери валялось несколько гильз 12 калибра, на дороге битое стекло. На входной двери в контору появились дыры, будто по ней кто-то стрелял, ещё пара дыр была под вывеской.
— Раненые есть? — спросил я, заходя внутрь.
— Нет, — отозвался Машуков. — Но менты приедут, это точно.
— Да уже едут, — из моего кабинета вышел Лёня с трубкой радиотелефона. — Но я найду что им сказать. Всё-таки у нас охраняемый объект с оружием. Это кто-то из людей Душмана приехал, нас напугать хотел, а мы их из помповиков отогнали. Вроде никого не завалили. Но главное…
— Это тело подбиралось к нашим, — Женя показал внутрь. — Гранату хотел кинуть, а я покурить как раз вышел. Гранату отобрал, если чё.
Мужик сорока лет, одетый в тёплую кожанку с меховым воротником, лежал на полу с наручниками на запястьях. Во рту бумажный кляп, а сверху ещё заклеили скотчем. Он яростно смотрел на нас и мычал, но ничего сделать не смог. Карман куртки Жени оттягивало что-то тяжёлое.
— Слава, откуда он, знаешь? — спросил я.
— Из бригады Душмана, — тот сощурил глаза, присматриваясь к боевику.
— Если он скажет, где сам Душман… если мы его возьмём, уже можно будет договариваться более предметно. Без него к нам никто не сунется.
— Узнаю, — сказал Машуков, приближаясь к бандиту. — Только не здесь. Кстати, парни ездили, искали Прапора. Он был в горбольнице, уехал буквально за пару минут до того, как наша группа там показалась. Куда-то в сторону трассы рванул. Врачиха говорит, её из дома вытащили, чинила ему пасть на скорую руку, ей даже не заплатили. Как чуял, что надо валить.
— Жаль, что ушёл, — я рухнул в кресло. — С Шаманом я договорился, но времени прошло много. Они уже могут собрать свои бригады и действовать. А главное…
События никак не сбавляли оборот. Я не успел продолжить, как меня отвлекли.
— Волк! — крикнул кто-то из коридора. — К тебе от Студента какой-то хмырь. Просит поговорить наедине.
— Пусть заходит, — я посмотрел на парней. — Поговорю и вас позову.
Этого бандита я видел пару раз со Студентом, у него погоняло Макар. Крепкий мужик, который выделялся мимикой. У него нервный тик или что-то такое, из-за чего его лицо раз в несколько минут дёргалось, будто он корчил рожи. Но к нему уже привыкли. Бандит зашёл ко мне в кабинет. Куртка расстёгнута, его обыскивали на входе.
— Что хотел? — спросил я.
— Да вот, видел, что там случилось, в ресторане, — веко на его глазом странно дёрнулось. — Хотел предупредить, что дальше будет хуже. Что решит Крюков, тоже непонятно, но и без этого ночь пережить будет сложно.
— Что Студент говорит?
— Он не в курсе, что я здесь, — он пристально посмотрел на меня. — Пришлось мне вмешаться. Скажем так, — Макар пристально смотрел на меня. — Это наша благодарность за помощь кое с чем ещё летом.
Кажется, я понимаю, что он имеет в виду и откуда он на самом деле.
— Говори. Это Душман всё спровоцировал?
— Нет, — Макар сел на стул напротив меня. — Но он может быть в курсе. И кто знает, может, у него в этом свой интерес. Прапора на это подбил другой человек, с которым ты недавно познакомился. И который этим знакомством остался очень недоволен.
— Черномор? — спросил я.
Бандит кивнул и скривился. Хотя, какой это ещё бандит? От него так и прёт за километр, что он крот в банде. И как его до сих пор не обнаружили?
— Черномор подбил не только Прапора навести шухер в городе, но и кое-кого из мясокомбината, но об этом даже Душман не знает. Прапор поднимает кипеж, наехав на тебя, а Череп при поддержке Черномора лезет брать свои точки. Как Душман об этом узнает, пойдёт на попятный, но пока… ночь не кончилась, ещё может пролиться кровь. Нам этот конфликт не нужен, никому, из-за этого срывается операция. И конфликт надо погасить ночью, пока вы все не огребли. Утром будет поздно.
— И что предлагаешь? — спросил я.
— Душман собирает всех давать ответку, потому что его по версии, твои люди напали на Прапора. Отдай ему кого-нибудь, чтобы он успокоился и был повод успокоить братву, а утром уже замиритесь, будто ничего и не было. Он и так скоро поймёт, куда встрял.
— Ты всерьёз? — я уставился на него. — Выдать моего человека?!
— Ну да, — он пожал плечами. — А Прапора сами погасят и без тебя, как только узнают, с кем он связался. Я уже крючки закинул на этот счёт, но пока проработают нормальную легенду, как я про это узнал…
— А ты почему Студенту это не сказал?
— Потому что сдам источники, и это нежелательно, я же простой водила, — он скривился, будто то ли хотел улыбнуться, то ли опять тик. — А эта война почти сорвала нам операцию!
— Опять ты про свою операцию.
— Ведь ты и твоя контора у нас на хорошем счету, помогали нам много раз, мы ещё хотели попросить. Так что давай сейчас конфликт замнём, выдай Душману кого-нибудь. И не надо того своего друга, хороший же парень. Отдай лучше того киллера бывшего, который с Фролом работал. Мы-то про него в курсе, и тебе такого человека лучше при себе не иметь, от него одни проблемы.
— Ты… — у меня даже дыхание перехватило от возмущения.
— И не надо его напрямую отдавать. Просто отправь его с поручением, подскажи мне, а дальше я сам разберусь, типа ты вообще не при делах. А уже утром мы сможем…
— Да я тебя сейчас сам прямо здесь кончу, — со злостью проговорил я и поднялся из кресла. — Ты чё мне предлагаешь, своего сдать?
— Он для тебя разве свой? — Макар усмехнулся. — Он для тебя…
Я подошёл к нему и резким пинком выбил стул у него из-под ног. Раздался грохот, Макар упал на пол. Кто-то начал открывать дверь, услышав шум.
— Ну-ка вышел отсюда! — приказал я вошедшему и склонился над Макаром. — Ты ещё раз такое скажешь…
— Да ты понимаешь хоть, с кем связался? — Макар закашлялся. — Душман — один из самых опасных людей в городе. Он сейчас соберёт своих снайперов и прочих, обстреляет вас и делов-то! Ночь-то ещё не кончилась, его никто не остановит, а Крюков далеко. И ты от нашей помощи отказываешься?
— Ты говорил о сделке Прапора и Черномора, — я поднял его за грудки. — Они в городе?
— Не могу сказать, это оперативная тайна!
— Они в городе или нет? — я его встряхнул. — Слушай сюда, я помогал вашим с тем торговцем оружием и с тем вором. И у меня ещё есть данные, которые я расскажу лично Ремезову. Но мои люди — даже не смей об этом упоминать, чтобы я кого-то сдал.
— Подполковник будет недоволен.
— Это он сам предложил?
— Нет, он не в области, летит на самолёте, поэтому связи с ним нет. Кузьмичёв, его зам, услышал про это, позвонил мне, попросил найти компромисс, потому что операция оказалась под угрозой. Но я передам ему, — тон Макара стал угрожающим. — Что ты меня не послушал, так что пеняй…
— Не угрожай мне, — я приблизил своё лицо к нему, чтобы нас никто не слышал. — Знаешь, вас летом будет штормить. Новый директор вашей конторы будет закрывать целые управы. И там уже будете выбирать, с ним вы или нет. Потому что если ошибётесь — будете жалеть.
— Так уже было, — он сморщился.
— Такого ещё не было. И я могу вам с этим помочь. Подсказать, что и как, я знаю, кто там будет. Но подскажу только тем, кто мне помогает, а не мешает.
— Ты-то откуда знаешь? — Макар снова дёрнулся.
— Знаю, инфа верная. Так что давай-ка так. Ты мне говоришь, где сидят Черномор с Прапором, а я еду к ним. Потом пообщаюсь с твоим руководством, как всё закончится, — я его выпустил. — Я не забываю тех, кто мне помог. Ну что, где они?
— За городом, кафе Старый Город, — Макар поднялся на ноги и потёр шею. — Там же, где ловили полковника Зиновьева. Прапор поехал туда отчитываться, хотя вряд ли он сможет сказать хоть слово. А Душман просто хотел воспользоваться, чтобы…
— Разберёмся. Теперь вали.
— Утром приедет Крюков…
