Не знал, какие предстоят дела
Но оставалось ей всего неделя.
И лет тогда мне было мало
Отец обнял тяжелой рукой
Прощаться с бабушкой пора настала
Скоро она уйдет на покой.
И женский праздник – день восьмого марта
Отец пораньше меня разбудил
Поспеши, как бы не было тебе поздновато
Одевайся, ну же, иди, не тяни.
Старушка худая на кровати лежала
Лишь кожей кости обтянуты были
Через раз тяжело грудью дышала
И Бога в рай забрать ее просили.
Ждать нам пришлось, оказалось, не долго
Слезы у всех текли по щекам
Загробная жизнь? Длинная дорога?
Этого, как и все, я даже не знал.
Я спросил у отца – когда хоронить?
Через три дня – обычай в народе
Сделать надо крест, гроб доколотить
Иди-ка, погуляй, сынок, в огороде.
Хоть и снег таял, солнце светило
И со всех сторон текли ручьи
Не спокойно душе моей было
Скорбь мою страх победил.
Вопрос появился в моей голове
Куда душа после смерти попадает?
Кто на него даст мне ответ
Никто же этого не знает?
Таявший снег в руках я держал
Слушая громкий стук топора
Отец что-то долго пилил и строгал
Чуть позже конец, и вокруг тишина.
Интерес, что родился, был сильнее меня
На дачу не быстрым шагом пошел
Дверь открыл и растерялся я
Гроб там с крышкой нашел.
От дерева запах в помещении стоял
И смотрел, желание было одно
Гроб на полу холодном лежал
Рукой дотронулся я до него.
Вот он, чуть позже будет тело
Здесь лежать, гвоздями верх забьют
Крышку гроба, и сделав это смело
В землю опустят, свои слезы прольют.
И какое ж это ощущение
Когда лежишь ты в нем, и все вокруг стоят?
Рыдая возле тела, прося прощение
Провожая тебя позже в рай или ад.
Ты после об этом не узнаешь
Надо сейчас это все испытать
При жизни, залез, представляешь
Что это есть и еще помечтать.
Медленно крышкой гроба закрылся
Представляя весь ужас и страх
В тишине я один очутился
Ожидая холод и мрак.
Лишь пустота и ничто другое
Мозг пуст, и жизни ни какой
Здесь ты никто, и все вокруг чужое
И ожидаешь лишь вечный покой.
Ты постепенно будешь разлагаться
И черви очень скоро доберутся до тебя
В никуда, в пустоту растворяться
И избежать нам этого нельзя.
Каждый человек через это проходит
Кто-то раньше, кто-то позже идет
И дорогу своя душа находит
Отправляясь безвозвратно в полет.
Сил нет в нем больше находиться
Сжимает древесина, и воздуха уж нет
Пока тело живет, оно просит напиться
Чистой воды – да здравствует свет.
Глоток, и легче жить мне стало
Но камень на душе пока еще лежит
Как пережить все это, мне же жалко
Свою старушку, за шалости простит.
Вечер день стал не быстро вытеснять
В дом войти – сил не было собраться
Сестра сказала – я не буду здесь спать
Со мной истерика может начаться.
Покинула меня, как только солнце село
И холод с голодом овладели мной
Горели фонари, все еще темнело
В дом пришло зайти с семьей.
Как можно мне этого стесняться
Тринадцать лет, мужчина, я большой
Прабабушку покойную бояться
Не в силах совладать с испуганной душой.
Все вещи в коридоре разбросаны
Вокруг тряпки, тазы и кусок мыла
С умершей люди, как с куклой играли
Перед глазами в тумане облака поплыли.
Глаза ее закрыты, тело будто спит
Тело – кости без мяса, живого ничего
Конечности болтаются влево, вправо, вниз
Мои ноги как вата – не чувствую тепло.
Натирали, начищали и вертели
В одежду после стали одевать
