Серафима В. "Пути тьмы"

Они успели обойти всего пару магазинов, ибо у Сакари в голове давно зрел коварный план, а тут ещё и момент удобный подвернулся, причём странным образом сразу после того, как ему купили пуховое одеяло, на котором он теперь будет спать, и пару комплектов простой одежды. Заметив, что хозяйка на что-то отвлеклась, юноша обхватил поудобнее свёрток с покупками, которые ведьма отказалась преобразовывать с помощью магии в маленькую компактную вещь, отчасти чтобы поглумиться над слугой, пусть таскается, отчасти чтобы лишний раз не привлекать не нужного внимания, и направился в гущу толпы. Тем временем чернокнижница увидела у одного магазинчика знакомый силуэт и замерла, когда до конца осознала кому он принадлежит. Сердце больно сжалось, стоило её взгляду скользнуть по хорошо узнаваемым длинным чёрным волосам, одна часть которых была рассыпана по спине и доходила до самого пояса, а другая собрана и подвязана серебряной лентой, тем не менее, чёлка, как всегда, выбилась из части собранных волос и теперь аккуратно обрамляла лицо, словно выточенное из лучшего мрамора. Плавные переходы острых скул, носа и подбородка придавали этому лицу особую красоту и изящество, чёрные глаза интересной формы, чем-то напоминающей лисий прищур и филигранная форма бровей были последними штрихами в этом произведении искусства. Стройное, но крепко сложенное тело украшали и подчёркивали красно-чёрные одежды, что плавно колыхались от каждого движения хозяина, с левого бока в ножнах висел меч, его рукоять и сами ножны были туго оплетены чёрными лентами и усыпаны сияющими рубинами. Этот человек был прекрасен, как и все колдуны и ведьмы. ?Его зовут Локи, и он был лучшим другом Ферат в Ковене. ??Они подружились не сразу, по началу девушка его презирала, в то время как все остальные ведьмочки сражались за его внимание. Их дружба была чем-то особенным для обоих, чем-то бо?льшим, они были той ещё парочкой, страх божий для всех существ, подвергавшихся зачистке, и отдельная головная боль для Альянса. Это было сто одиннадцать лет назад, теперь рядом с ним была какая-то молодая ведьма, что радостно прыгала и тыкала куда-то пальцем, а от её взгляда на Локи всё внутри у Ферат переворачивалось и сердце куда-то падало, в душе образовалась пустота, ведь эта новенькая явно была очарована находясь рядом с таким красавцем, в то время как сама чернокнижница не могла даже встретиться с ним взглядом ни на одно жалкое мгновение. Он был в другой жизни, теперь не доступной ей. Друг девушки мягко улыбался новой тёмной ведьме Ковена и что-то говорил. Внезапно Ферат грубо вырвали из воспоминаний боли и обиды, от которых она начала задыхаться сознанием, панические вопли окружающих, будто разом стая Водяных решила устроить кровавую бойню. Не понимая в чём дело, куда все бегут и толкаются, ведьма осмотрелась и тут же нашла источник всех бед, ибо он остался один на пустой улице. Сакари скинул плащ и расправил крылья нагло ухмыляясь, а горожане, надрываясь и крича во всю глотку: «ангел смерти», в мгновение ока испарились, кажется, из города совсем. Ферат словно окутало смертоубийственной аурой, исходящей от неё самой в направлении своего слуги, который сиял ехидной улыбкой. Девушка быстро направилась прочь, проходя мимо него, лишь бросив приказным тоном:

– Идёшь за мной, надень плащ, – ведьма была уверена, что Локи со своей новой знакомой тоже скрылись, они не стали бы устраивать бой с ангелом смерти посреди города, раскрыв свои сущности ведьмы и колдуна, однако, всем свойственно ошибаться.

Услышав позади фразу: «Это же ангел смерти, я не могу его отпустить!», чернокнижница обернулась, чтобы увидеть, как к ним бежит молодая ведьмочка, на ходу пуская собственную кровь.

– Не смей! – только и успел выкрикнуть ей вслед Локи.

Ферат что-то гневно прошипела, схватила Сакари за руку и бросилась бежать. Девушка не хотела признаваться в этом даже самой себе, но где-то в глубине души она чувствовала давно забытый адреналин, драйв, ей нравится то, что происходит сейчас, в этом – опасностях, неожиданных поворотах судьбы, новых и старых встречах – была её настоящая жизнь, что так разнилась с характером подчиняющегося логике и планам человека, который, в прочем, сейчас более возобладал над ведьмой и она всё-таки злилась.

– Я у ведьм прям на расхват, – рассмеялся Сакари, его вообще не заботило, что произойдёт в следующие минуты.

– Дурак! Идиот! – ругалась на ходу Ферат. – Они из Ковена. Я тебя сейчас вообще брошу и сбегу, сам будешь выпутываться. Помрёшь, домой можешь не возвращаться.

– Ой, – слуга лишь самодовольно рассмеялся. – И кто меня убьёт, эта девчонка?

Только он это сказал, как его ногу окутала чёрная дымка, такая же, какой иногда пользуется Ферат, это лишь собранный с ближайших сырых местечек туман, пропитанный энергией использующего его, именно поэтому он становится чёрным. Чернокнижница протяжно застонала, проклиная всё на свете и нехотя остановилась, ангел же повернулся ко второй, младшей, чернокнижнице и одарив её уничижающим взглядом, полным презрения, надменно произнёс:

– Это очень опрометчиво с твоей стороны, стоит мне поджечь его и ты сгоришь.

Рядом стоящая Ферат прятала лицо и руки под плащом и со стороны могло показаться, что он летает сам по себе.

– Зачем ты меня предупреждаешь? – удивилась молодая ведьма, в её глазах горел огонь любопытства. – Ты не похож на описываемых ангелов смерти.

– На твоё счастье, – бросил Сакари. – Сегодня у меня хорошее настроение.

– Айлин, пожалуйста, пока он добрый, отпусти его, иначе он может разозлиться, – осторожно подходя сзади произнёс Локи, он испускал такую же зловещую ауру, что и Ферат.

– Хорошо, хорошо, – туман девушки отступил. – Но кто рядом с тобой? Другой ангел смерти?

– Зачем ты с ним разговариваешь, пойдём отсюда, – прошипел на неё напарник. – Нам вообще повезло, что в этом городе нет Альянса, который по лесам сейчас ошивается, повезло, что этот ангел смерти нас отпускает, кругом одно везение, поэтому не искушай судьбу и пожалуйста, пойдём отсюда.

– Не твоё дело, – ответил ей Сакари.

Айлин раздражённо фыркнула и пошла к Локи. Они стали удалятся вдвоём, чувствуя позади два пристальных взгляда, которые, казалось, насмехаются над ними. Ну, так казалось только молодой ведьме.

– Знаешь, где это видано, чтобы ангел смерти не съел ни одной души? Тут что-то не так, странные они… – прошептала девушка.

Напарник уже собирался что-то ответить чернокнижнице, но она достала из маленьких кожаных ножен, висевший на поясе кинжал и развернувшись со скоростью света, метнула его точно в голову силуэту рядом с ангелом. В мгновение ока блеснувшая серебром молния сбила кинжал и как белая змея по земле вернулась к хозяйке в чёрном плаще, к которой уже устремились иглы чёрного тумана. Это была хорошая комбинация с отвлекающим манёвром, быстротой реакции, но была одна маленькая деталь, которая подвела Айлин, её козырь – туман. Стоило только острым шипам приблизиться к Ферат, как они превратились в мягко стелящиеся по земле ленты, окутывая полы плаща чернокнижницы и становясь её прислужниками, а не Айлин. Рядом с туманом покоилась та самая белая змея, коей являлись серебряные звёзды, что недавно украшали голову Ферат, они были персональным оружием колдуньи, как меч Локи. Такое зачарованное оружие есть у многих магов, оно полезно в бою, когда нужно действовать быстро и не всегда удобно пользоваться чистой магией тому, кто привык визуализировать свою силу, ну, или тому, кому нравятся дополнительные функции, которые может иметь то или иное орудие. У него есть своя душа и своя воля, поэтому его ещё надо приручить, но после, такое оружие до самого конца слушается лишь своего хозяина и лишь он может его использовать, даже после смерти. Именно поэтому персональное орудие мага хоронят вместе с ним.

Локи рефлекторно положил руку на рукоять своего меча, а его напарница шокировано смотрела на предавший её туман, как вдруг холодный женский голос произнёс:

– Зачем ты напала?

Но, похоже, Айлин не слушала, она уже вся светилась безумным восхищением и как в бреду что-то бормотала, даже несмотря на то, что тело сковывало судорогой боли, а из носа потекла кровь – последствия потери контроля туманом:

– Не может быть. Неужели? – она взглянула на Ферат предвкушающим взором и уверенно сказала: – Только один человек мог его забрать, та, что впервые его использовала, девушка, что стала моим учителем.

– Твоим учителем? – не поняла ведьма, её тон лишь слегка звучал заинтересованно.

– Да, – улыбнувшись, кивнула Айлин. – Я училась по вашим книгам, которые до сих пор хранятся в библиотеке Ковена, госпожа Ферат, – та на мгновение задумалась и точно припомнила, что во времена своей лихой молодости написала что-то типа пособий или личных дневников по использованию чёрной магии, в основном для себя. У неё всегда было такое чувство, будто она её первооткрыватель, ведь до прихода Ферат было очень мало каких-либо источников и все они были отрывистыми, почти не приносили никакой пользы и знаний. Это всё из-за восьмого главы Ковена, которого убили в возрасте четырёхсот лет, он боролся с тёмной магией и был прямо каким-то параноиком в этом деле. Единственные нормальные книги Матиса Миона, которым поклонялась Ферат в подростковом возрасте, были спасены лишь потому, что схоронились в катакомбах Ковена, девушке их принесли специально для изучения. – Забрав мой туман вы коснулись своей энергией моей, и я ощутила просто невообразимую мощь, – продолжала всё с тем же всепоглощающим восхищением Айлин и вдруг закашлялась, однако упрямо говорила. – Такую мощь, которую, как мне кажется, можете иметь только вы, Ферат.

– Не говори ерунды! – раздражённо воскликнул Локи не сдержавшись, на его лице за последнюю минуту отразилась целая палитра эмоций, от недоумения и надежды, до настороженности и мрачности. – Ферат умерла на моих глазах, – его голос дрогнул, но сдержано выдохнув, он произнёс тише, чем хотел: – Я держал её тело на руках, – парень опустил задумчивый взгляд в землю и добела закусил нижнюю губу. Внезапно его руки сжались в кулаки, и он повелительным тоном произнёс, пронзая взором незнакомку в чёрном плаще: – Покажись!

– Успокойся, Лис, не нужно кричать, – осторожно произнесла она, делая пару шагов вперёд и наматывая серебряную цепь на руку, между звёздами которой то и дело пробегали разряды молний. Услышав подобное обращение, Локи на секунду нахмурился как обиженный ребёнок, который вот-вот расплачется, но вовремя взял себя в руки и вернул свой враждебный скептицизм.

– Лис? – удивлённо переспросила Айлин, вздёрнув уголок одной брови и упирая руки в бока, облачённые в сумеречно-синее платье, расшитое узором голубых нитей, довольно популярным в это время. Локи лишь крепче ухватился за меч, упрямо буравя настороженным взором существо в чёрном плаще.

– Так его называла только я, – любезно пояснила Ферат. – За его хитрую ухмылку. Ну, иногда ещё плут.

– Она называла меня так при всех и это слышали многие, – непреклонно заявил парень. – Я сказал покажи лицо! – приказным тоном выкрикнул он и чернокнижница медленно сняла капюшон. Рука Локи соскользнула с рукояти меча и безвольно повисла, словно утратив все силы, на его лице отразилось мученическое выражение, он глубоко вдохнул и пробежался пальцами по покрывшемуся испариной лбу, затем ещё раз внимательно осмотрел замершую перед ним ведьму, пытаясь углядеть хоть одну деталь в её облике отличную от той Ферат, которую он помнил, но девушка из воспоминаний и пребывавшая в реальности были абсолютно идентичны. – Докажи, что ты Ферат, мне нужно что-то убедительнее её фраз и внешности, я не могу отрицать, что ты какой-нибудь хороший оборотень.

В этот момент Айлин скривила недовольную гримасу, видимо от боли, что, казалось, разрывает внутренние органы на части, ну или ей впервой быть лицом второго плана, Сакари же сочувственно на неё покосился и продолжил исполнять роль тени наблюдателя. Ферат сдержанно выдохнула, хотя ей хотелось сделать это раздражённо, девушке не так представлялось её фееричное возвращение в жизнь, которое, в общем-то, никогда и не должно было произойти, но и явная боль, отражающаяся во взгляде Локи, ей немного льстила, неужели ему всё-таки её не хватало? Преобразовав цепь опять в украшение для головы и вернув его на место, ведьма спросила:

– Ты помнишь моё первое персональное оружие?

– У Ферат был посох Накопления, который в первое время помогал ей концентрировать и накапливать энергию, часть её он принимал на себя, чтобы хоть немного обезопасить в начале пути Ферат пользование чёрной магией, – ответил колдун. Он ещё не решил, что сделает, если чернокнижница перед ним действительно окажется его лучшей подругой, падёт ей в ноги или совершит суицид, в любом случае настроение было отвратное.

– Да, во время моей последней битвы я сломала его пополам, – девушка сняла серьги, что всегда болтались на её ушах и преобразовала их в две половинки посоха. Он был серебряным, как и всё у Ферат, ибо она не любила золото, высотой в целом состоянии чуть выше самой хозяйки. Его, мелким плетением, словно побеги лозы, украшал узор в принципе-то и сделанный под лозу, даже с маленькими, размером с ноготь листиками из малахита, верхушка его заканчивалась изящной вытянутой в овал «клеткой» из тоненьких прутьев, закрученных по спирали, внутри которой был голубой сапфир.

– Ты его узнаёшь? – поинтересовалась Ферат. Почти в самом центре посох был сломан и его элегантность портили неровные, острые края. Это было самым явным доказательством реальности и подлинности чернокнижницы, ведь никто, кроме неё не смог бы пользоваться посохом, как и создать нечто похожее на него.

– Локи, что с вами? – обеспокоенно спросила Айлин, когда посмотрела на напарника. Его лицо было белее луны, а взгляд сквозил гаммой чувств отнюдь не радостной направленности.

– Ферат, – одними губами прошептал колдун. Он выглядел так, словно уже не может стоять на ногах и так оно и было, ведь Локи внезапно обессиленно упал на колени, уперевшись руками в землю и склонив голову, будто ему резко поплохело. Чёрные волосы слегка растрепались, но чёлка всё так же красиво обрамляла лицо. Айлин испугано взирала на него не в силах пошевелиться от удивления.

– Ведьма, ты что, плачешь? – подал признаки жизни зависший в воздухе Сакари, которому осточертело просто так стоять.

– Не говори ерунды, – фыркнула Ферат, но тут осознала, что с её ресниц действительно сорвалась слеза, которую она поспешила смахнуть.

– Ферат… – громче повторил Локи и вдруг рассмеялся. – О всемилостивая Королева Хаоса, какое счастье, Ферат, я так рад, что ты жива! Ты не представляешь, как я рад видеть тебя снова, – говорил он, одновременно смеясь и роняя слёзы на мощёную мостовую. Это скорее была истерика. – Всё это время я молил высшие силы вернуть всё назад, но никогда не надеялся, что подобное произойдёт. Я хотел хотя бы просто извиниться. Ферат, сейчас можешь не прощать меня, но просто знай, что я сожалею. Очень сильно.

– Что… – ведьма растерялась, но быстро собралась с мыслями и подошла к другу протянув ему руку со словами: – Не уверена, что смогу тебя простить, но я не злюсь.

– А ты не меняешься, – выдохнув так, словно с его плеч упал невыносимо тяжкий груз, ещё больше рассмеялся Локи. – Всё так же противоречишь себе после слова «но».

– Ой, – не то усмехнулась, не то фыркнула Ферат, которая на самом деле уже давным-давно простила напарнику всё. – Хорош на земле сидеть, вставай давай.

И Локи встал. Он поднялся на ноги и тут же прижал девушку к себе, бормоча:

– Сто одиннадцать лет были вечностью… Сожалею, я так сожалею, что не защитил тебя.

Сакари видел, с каким выражением замерла его хозяйка в этих объятиях, она была поражена, смущена и где-то в глубине души даже рада. Он, этот колдун, ей друг или кто-то больший? Также ангел обратил внимание на ещё одну замершую фигуру, коей была Айлин, девушка так взирала на развернувшуюся перед ней картину, словно увидела какое-то оскорбительное непотребство. Сначала Сакари хотел посмеяться над ней, но потом понял, что его собственное выражение выглядит ничуть не лучше, поэтому промолчал и поспешил его исправить.

– Что было то было, – буркнула Ферат, еле пересиливая себя, чтобы не прижаться ещё сильнее к старому другу.

– Ковен не узнает, что ты жива, – произнёс на полном серьёзе Локи, наконец отстраняясь.

– О, как я рада, что ты понимаешь такие нюансы, – расслабленно выдохнула чернокнижница.

– Почему? – в свою очередь удивилась Айлин, изредка прижимая окровавленный платок к носу.

– Потому что они опять захотят её убить, – пояснил колдун. – А я этого не допущу. Тебе лучше тоже молчать, – заявил он, в то время как молодая ведьма нацепила на лицо гримасу а-ля «с какой это стати» и упрямым жестом скрестила руки на груди. – Сама подумай, Ферат была первой избранницей Ковена, я уверен, она сильнее и старше тебя, кто знает, вдруг Ковен захочет не убить её, а заменить ею тебя, м? – в его тёмных глазах сверкнули недобрые огоньки. – Откуда ты знаешь, что взбредёт в голову Верховной ведьме.

Сама же Ферат была убеждена, что в голову Верховной ведьмы не придёт больше никакой мысли, кроме как действительно повторить покушение, по многим причинам, но также, девушка понимала, что Локи в её благо запугивает Айлин, а потому возражать не стала. Естественно, никто не сомневался, что новенькая чернокнижница поверит более старшему, опытному и обаятельному напарнику, поэтому она хитро и немного злобно улыбнулась и уверенно кивнула ему:

– Хорошо, Локи, пусть это будет ещё одной нашей тайной.

– В каком смысле ещё одной? – со странным, не предвещающим ничего хорошего выражением на лице, почти сквозь зубы процедила Ферат прежде, чем успела себя остановить. – И сколько у вас тайн? – её взгляд словно лезвие прошёлся по Айлин и устремился к Локи. Последний же странно нахмурился, будто не желая об этом говорить, и махнул рукой, переводя тему вопросом:

– Ты справилась со своей магией?

Чернокнижница скептически скривила губы и в упор посмотрела на друга, отвечая:

– Я никогда и не теряла над ней контроль, эта женщина просто наглым образом наврала, чтобы от меня избавиться.

– То есть, – Локи нервно закусил губу и прерывисто вздохнул. – Тебя решили убить просто так?

– Ну, не просто так, у нас с Верховной ведьмой возникли разногласия, – уклончиво ответила Ферат и посмотрела на Сакари. – Долго ты ещё собираешься в воздухе висеть, пыль крыльями поднимать?

– Я спущусь, если вон та сумасшедшая не станет на меня кидаться, – с усмешкой заявил ангел.

– Я не сумасшедшая! – возмутилась Айлин.

– Она не станет, – ответил за неё Локи.

– В общем, – нервно потёрла ладони Ферат, обращаясь к другу. – Времени у нас мало, скажу кратко, я отказалась выполнить то, что требовал от меня Ковен и они решили от меня избавиться, вот и всё.

– А, как ты выжила?

– Сама не знаю. Всё, нам пора расходиться, улица Стантеда – не самое подходящее место для разговоров, особенно когда мы столько шуму наделали.

– Ферат, подожди, – колдун схватил её за запястье. – Я не хочу больше прощаться с тобой надолго, – в его голосе впервые звучала мольба и ведьма просто не смогла устоять, она украдкой покосилась на недовольную Айлин, затем приблизилась к парню и на ухо прошептала, положив одну руку ему на грудь, а другой обхватив шею:

– Найдёшь меня в маленькой деревушке на северо-западе отсюда, увидишь рощу Мхов по левую руку – ты близко, наткнёшься на озеро с плакучими ивами – прошёл мимо. Там тебя встретит мой помощник и приведёт ко мне. Приходи один, иначе это будет наша последняя встреча, – голос чернокнижницы слегка дрожал, она тоже не хотела больше расставаться с ним, но Локи всё ещё из Ковена, да и после того, что случилось… Нет, она не злилась, но разумно ему не доверяла. Сердце Ферат стучало где-то в горле, давно она не была так близко к нему. Сделав над собой огромное усилие, ведьма развернулась и пошла вместе с Сакари прочь, еле сдерживаясь, чтобы не оглянуться, хотя чувствовала на своей спине взгляд глубоких и прекрасных чёрных глаз.

– Пойдём, – бросил колдун Айлин.

– А что она тебе сказала? – поинтересовалась любопытная ведьма.

– Айлин, если говорят что-то кому-то на ухо, значит хотят, чтобы это знал только один человек – тот, кому это и сказали.

– Ой, вот только не надо разговаривать со мной как с ребёнком.

– Так ты же ребёнок, – усмехнулся Локи.

– Мне девятнадцать.

– Дитя, – продолжал смеяться парень.

Слыша этот удаляющийся спор, Ферат не смогла сдержать улыбки, в характере Локи всегда была черта, которая заставляла его доводить окружающих до белого каления, этот колдун, болтающий сейчас с новенькой ведьмой, и был тем, кого она всегда знала, он ни капли не изменился. На ходу преобразовав посох обратно в серьги, девушка всучила свёрток с купленным обратно Сакари, а также заставила его надеть нормально ненавистный плащ.

– Ну ты и чупакабра лесная! – проворчала она на слугу. – А если бы это был не Локи, а любой другой член Ковена? Да от нас и мокрого места могло не остаться.

– Не принижай наши способности, – отмахнулся Сакари, для него, как для ангела смерти, самого страшного существа этого мира, такое было оскорбительным. И да, Ферат преувеличивала, потому что в ней внезапно вспыхнула угасшая злость, которая так и твердила её сознанию вынести мозг слуге за такие выходки. В Ковене были как сильные, так и слабые маги, Локи относился к сильнейшим, как и она когда-то. В этом кругу есть люди, способные принести огромные проблемы девушке и действительно мокрого места от неё не оставить, но их немного, хотя, это лишь из тех, кого помнит чернокнижница, а сколько туда могло прийти новых талантов, вот, например, как эта Айлин. Злобно и шумно фыркнув, она наконец выпустила весь свой пар и её гнев поутих.

– А знаешь, – тихо усмехнулась ведьма. – Хорошо, что так всё вышло, я устала сидеть в глуши, – призналась Ферат.

– М-да, не стоит благодарности, – буркнул Сакари. Он, вообще-то, хотел всего лишь доставить неудобств хозяйке, а получилось так, что помог ей. – Кстати, теперь мне очень любопытно знать подробности твоего прошлого, – сказал он, накрывая рога капюшоном. – А то как-то не по-людски, живу с девушкой, о которой ничего толком и не знаю. Вдруг ты особо опасный маньяк?

– Совсем дурак?

– Лишь иногда.

– Тебя было проще убить, – проворчала ведьма.

– Ну и ладно, сама бы себе завтраки готовила и чаи холодные пила, – обиделся ангел, а Ферат рассмеялась:

– Ладно, ладно, прости. Но тебе не кажется, что это будет не честно, если ты обо мне будешь знать всё, а я о тебе ничего?

– И что ты предлагаешь? – насторожился Сакари. – По взгляду вижу, что что-то придумала, ухмыляешься как-то хитро.

– Система сказок на ночь! – радостно выдала чернокнижница.

–Что? – не понял её спутник.

– Ну смотри, по вечерам мы будем рассказывать друг другу по одной истории из своего прошлого, такие, которые сами посчитаем нужными. А потом в голове просто сложится картина общего впечатления и понимания, – Ферат придумала это, чтобы и Сакари отстал, и ей удалось сильно не распространяться о своей жизни в прошлом, ибо она не сильно любила делиться с кем-то посторонним, пусть даже живущим с ней в одном доме, своими воспоминаниями. Юноша, шагающий рядом задумчиво сжал губы, судя по всему, в его планы также не входило выдавать своё прошлое, но подумав с пол минуты он наконец кивнул:

– Хорошо, согласен.

– Отлично, – ухмыльнулась девушка. – Тогда сегодня первая ночь сказок.

– Нет, прошу, называй это как-нибудь по-другому, – взмолился ангел.

– А что так? Не любишь сказки? Ты уже вырос из них? – в насмешливой манере протянула Ферат.

– Я никогда их не любил, – уклончиво ответил Сакари, и чернокнижница злорадно расхохоталась:

– Хо-хо-хо, когда-нибудь я услышу историю об этом на ночи сказок.

– Во имя привратника Куно, женщина, это было жутко.

– Кто такой привратник Куно? Впервые слышу такую присказку.

– Когда-нибудь ты услышишь историю об этом на ночи сказок, – съязвил парень, передразнивая голос и манеру хозяйки, та цокнула, но всё же не удержалась от грубой усмешки. – Кстати, а куда мы идём? – опомнился он.

– К выходу из города. Я планировала переночевать здесь, но после того, как мы засветились, лучше надолго в Стантеде не оставаться, Альянсу не составит труда нас найти.

– Но мы сегодня уже не успеем добраться до того же перевалочного пункта засветло.