Я не стала лезть с расспросами и, кажется, она оценила мою тактичность. Видимо, королеве повезло меньше, чем мне, и ей было куда рваться после переноса.
– Что-то расчувствовалась от нахлынувших воспоминаний, – извиняющимся тоном произнесла Онелла. – Я хочу преподнести вам небольшой подарок.
«Небольшим» подарком оказалась шкатулка размером с чемодан из радужного поделочного камня, стоявшая на отдельном столике. Поначалу я приняла её за изысканный предмет интерьера. Королева открыла шкатулку, и я ахнула. На трёх ярусах, в обтянутых чёрным бархатом ячейках лежали драгоценности с изумрудами и россыпями бриллиантов. Браслеты, кольца, перстни, ожерелья, затейливые украшения для волос. По земным меркам целое состояние.
– Ваше величество, я не могу принять такой подарок.
– Кира, зовите меня Онелла, когда мы вдвоём, не надо лишних церемоний.
– Онелла, я не могу…
– Это шкатулка Лучезарной богини, – не обращая внимания на мои возражения, продолжила её величество. – В своё время её подарили мне. Посмотрите, как засияли камни в вашем присутствии.
Я сняла браслет, который теперь казался бижутерией и примерила браслет из шкатулки. Он идеально подходил по размеру, и камни, действительно, стали слегка мерцать, а ещё я почувствовала приятное тепло.
– Что я говорила? – улыбнулась королева. – Изумруд ваш камень, он удивительно сочетается с цветом глаз, а я больше люблю сапфиры. Я очень хочу, чтобы именно эти украшения были на вас при первой встрече с моим мальчиком.
«Кстати, пора бы начать разговор о нашем мальчике», – захотелось брякнуть мне. Еле сдержалась. Конечно, я никому не верила. В данный момент я наблюдала лесть и подкуп. Интересно, дойдёт ли до шантажа? Для себя решила, что буду наблюдать и собирать информацию. Прикинусь доверчивой и глупенькой, такая тактика порой даёт впечатляющий результат.
Я вернула браслет в шкатулку и искренне поблагодарила за царский подарок. В конце концов три ближайших месяца я смогу смело разгуливать в этом великолепии.
– Онелла, я могу задать нескромный вопрос?
– Конечно, дорогая, – с готовностью воскликнула королева.
– Шкатулка богини в единственном экземпляре?
– Да, – подтвердила королева. – Она передаётся из поколения в поколение.
– Но ведь у вас три сына, – продолжила я, лучше спрошу сразу в лоб, чем потом терзаться в раздумьях. – Почему эту шкатулку вы дарите именно невесте Рэйвуда, а как же жёны его старших братьев?
И тут началось восхваление принца. Я сама свекровь и отлично понимаю, как надо себя вести потенциальной невестке – восторгаться, восторгаться и ещё раз восторгаться.
Появление на свет Рэя, так все называли принца, сочли даром Лучезарной богини. Испокон веков у королевской четы рождались два сына с небольшой разницей в возрасте. Когда младенцу исполнялось три месяца в храме проходила торжественная церемония измерения его магического дара. В итоге принц с более сильным потенциалом назначался наследником, а второй, после заключения брака, отправлялся править в одну из провинций страны. Без всяких интриг, заговоров, дворцовых переворотов и междоусобиц. Так вот, на момент рождения моего суженого, наследником был назначен шестнадцатилетний Рилвуд Пятый, а двадцатилетний Нолвуд Третий с супругой уже отбыли в провинцию на Пустынный рубеж. Его величество король Гэлвуд сразу же понял, что Рэй супергеройский супергерой, а спустя три месяца это подтвердили жрецы и Совет магов.
Рождение третьего принца потрясло всех, жрецы сочли это чудом. Практически с пелёнок Рэй удивлял учителей непомерной тягой к знаниям. Естественно, по праву рождения он обладал всеми видами магии и постоянно развивал свои таланты. Кроме того, был лучшим в фехтовании, танцах, верховой езде. Подданные обожали принца. Его уважали и местная аристократия, и королевские гвардейцы.
– А если его высочество тайно влюблён? – задала я здравый вопрос.
– О, да! – рассмеялась королева. – Мой мальчик влюблён, причём явно, давно и взаимно!
Так, а вот и первый подводный камень. Мне что, придётся устранять соперниц? К такому я точно не готова. Королева с улыбкой наблюдала за гаммой чувств, отразившихся на моём лице.
– Рэй давно и безнадёжно влюблён в себя, – Онелла пристально посмотрела на меня.
– То есть по замыслу вашей богини мне предстоит очаровать самовлюблённого золотого мальчика, который привык к всеобщему поклонению и обожанию?
– Не только влюбить его в себя, но и влюбиться самой, вот главное условие.
– Мне кажется, оно невыполнимо.
– Возможно, но всё равно стоит попробовать. Я буду предельно откровенна с вами. Ещё в подростковом возрасте Рэй вбил себе в голову, что церемонии переноса для него не будет, потому что его магический дар и без неё совершенен. Мне кажется, он просто переживал, что лимит переносов исчерпывается двумя невестами на одну королевскую семью. Старался не показывать вида, что расстроен. Когда мы с Гэлвудом сообщили о скором вашем появлении, я видела в глазах Рэя не только удивление, но и радость.
Ага, и именно от радости наследник смылся из дворца, узнав о переносе невесты! Хотя на его месте я бы поступила точно также, всё-таки самой выбирать спутника жизни гораздо приятнее. Чем дальше я слушала королеву, тем всё более проникалась состраданием к её непутёвому сыночку. Ещё бы, ведь на него давит тяжкий груз ответственности. Родившись с сильнейшим магическим даром, Рэй с детства привык, что окружающие ждут от него невероятных побед и успехов, и изо всех сил старается соответствовать чужим ожиданиям. А может, мне специально пудрят мозги, чтобы я пожалела его высочество, вдруг в аламийском языке так же как в русском слова «любить» и «жалеть» синонимы?
– Я прошу проявить мудрость и благоразумие при первых встречах с моим сыном, – умоляюще взглянула на меня королева.
– Только при первых?
– Да, – опустила глаза Онелла. – Потом вы перестанете прислушиваться к чужим словам, и мне останется только молиться, чтобы вы… Чтобы богиня не ошиблась, – королева вздохнула. – Мы совсем забыли про чай, попробуйте это изумительное пирожное, – она указала на красивый георгин. – Это моё любимое.
– У вас прекрасный вкус, – восхитились я, пробуя шедевр придворного кондитера. – Я поняла, что у нас принцем будут обязательные свидания?
– Ежедневные свидания основная часть тысячелетнего церемониала переноса невесты, – начала рассказывать королева. – Каждый вечер вы с принцем будете ужинать вдвоём, общаться и лучше узнавать друг друга.
– И сколько будут длиться эти встречи?
– С восьми вечера до половины десятого, это минимум.
Не устаю удивляться Лучезарной затейнице. Одна моя подруга, разводящая золотистых ретриверов, рассказывала, как происходит процесс знакомства собачек. Невесту привозят в дом, где живёт жених, чтобы он не нервничал в чужой обстановке. Потом запускают жениха, а тот частенько рычит на невесту, и нос воротит. Иногда требуется несколько встреч для удачного, скажем так, продления рода.
– А если мы так и не полюбим друг друга? Когда состоится следующий перенос?
– Этого никто не знает, – печально ответила Онелла. – И случится ли он вообще.
«А вот и шантаж, – подумала я. – Влюбитесь в моего мальчика, а то он помрёт холостым». И тут же устыдилась своих мыслей. Вряд ли королева настолько хорошая актриса, скорее всего она, действительно, искренне переживает за своего строптивого сына.
– Я очень хочу, чтобы в эти три месяца ничто не омрачало вашего настроения, поэтому любые желания будут исполняться беспрекословно, – продолжала королева.
– Я всё поняла про свои права, а какие будут обязанности?
– О, от вас требуется следовать двум правилам, ежедневно проводить с его высочеством полтора часа и блюсти королевскую честь.
Попросив подробнее осветить второй пункт, узнала, что это самое блюдение касается не только порочащих связей, но и внешнего вида, распорядка дня и некоторых желаний. Одной слоняться ночью по дворцу и парку, а также самостоятельно покидать огромную дворцовую территорию не рекомендуется, но если подобное желание возникнет, необходимо оповестить Дарниса, и он всё устроит. Я поняла, что магистр – это моя персональная нянька, интересно, а чем он занимается в свободное от переноса невест время?
После аудиенции у их величеств, пошла прогуляться в дворцовом парке. Деревья, кустарники, газоны, клумбы и лужайки, перемежались с небольшими водоёмами и ручьями. Живописные террасы, гроты и небольшие водопады умиротворяли. Многочисленные беседки, мостики, фонтаны и скульптуры поражали изысканностью. Да это не парк, а диво-дивное, которое неделю надо изучать, как минимум.
Зайдя подальше, осмотрелась по сторонам, вроде никого нет. Попыталась найти сухую ветку, но потерпела неудачу. Парк был буквально вылизан, ни одной сухой травинки или листика, такое ощущение, что целая армия садовников день и ночь следила за его идеальным состоянием. Пришлось сорвать ветку потолще с живого дерева. Зашла за ближайший кустарник и со всей дури полоснула руку острым концом пониже локтя. Магическая защита работала! Боль я почувствовала, но приглушённую, а глубокая царапина проявилась лишь на мгновение и тут же исчезла. Я повторила, эффект тот же.
Как сказал Дарнис, подобная защита формируется из высшей магии, то есть из полога богини, а доступ к нему только у короля и его ближайших родственников мужского пола. Такая гиперзабота настораживает, сразу вспомнился и бесплатный сыр в мышеловке и гусь, которого откармливают перед приготовлением фуа-гра. «Прекрати паниковать, – приказала я себе, – ни к чему волноваться раньше времени. Всё хорошо!» Немного успокоившись, поднялась в свои покои. Вскоре принесли обед, я честно призналась Онелле, что пока не готова сидеть за одним столом с членами королевской семьи и придворными.
Глава третья. Дворцовые будни
После обеда по расписанию значились занятия по этикету и танцы. Обожаю исторические книги, поэтому мозг услужливо откапывал в глубинах памяти различные сведения о правилах поведения при дворе. Вот только копал он однобоко. Всплыла давно вычитанная информация о том, что при марокканском дворе считалось неслыханной дерзостью присниться принцессе, за это могли высечь кнутом или даже отправить на плаху. При дворе Людовика XV запрещалось поворачиваться спиной к монарху, придворные после аудиенции пятились к двери мелкими шажками. Елизавета Петровна, большая любительница балов и маскарадов, лично указывала, какие причёски следует делать дамам и в каких платьях являться во дворец. При многих дворах нельзя было ложиться спать раньше короля, правда, не представляю, как проверяли соблюдение данного правила. Надеюсь, аламийский придворный этикет окажется вполне адекватным.
Вилма проводила меня на занятия. Небольшой зал располагался рядом с моими покоями, надо бы как-нибудь выделить время и осмотреть весь дворец.
Правила этикета оказались схожи с нашими, сложность вызывали реверансы, поклоны и полупоклоны. Пришлось запоминать перед кем надо приседать в глубоком реверансе, а кому достаточно и лёгкого кивка. Много нюансов оказалось в подаче руки для поцелуя – только в помещении, только левую, высота поднятия также строго регламентировалась, а сколько вариантов улыбки придётся заучить! Ещё предстояло освоить строгие своды правил поведения на балу, за столом и многое другое. Жуткое количество танцев расстроило. В молодости я с удовольствием отплясывала на дискотеках, но никогда не занималась профессионально. Учитель танцев маэстро Лин оптимистично пообещал, что через месяц я буду блистать на балу.
Вечером Вилма пригласила маэстро Палма, оказалось, он не только умеет феерично создавать причёски, но и является личным портным её величества. Одевались здесь, по моему дилетантскому разумению, как в нашем восемнадцатом или девятнадцатом веке. Палм разложил толстые альбомы с эскизами платьев. Замелькали пышные юбки, декольте в разных вариациях и туфли различных фасонов. Когда выбор был сделан, Палм открыл дверь просторной, но абсолютно пустой комнаты.
– Госпожа Кира, это ваша гардеробная, – махнул рукой маэстро.
В комнате появились три манекена с выбранными нарядами, рядом на низких банкетках лежали остальные предметы туалета. Невероятно, никаких примерок не потребовалось!
– Возможно, у вас будут ещё пожелания?
Пожелание сразу нашлось. Я обожала лошадей! Мы с мужем даже в конные походы ездили, правда, на арендованных лошадях и без всяких аллюров и галопов. Не знаю, насколько обеспеченной дамой стану через три месяца, вполне возможно, что собственные лошади окажутся не по карману, поэтому надо пользоваться положением невесты наследника. Палм достал альбомы с ожидаемыми амазонками всевозможным фасонов. Я полистала и попросила перо и бумагу, чтобы самой нарисовать эскиз.
– Вам ничего не понравилось? – ахнул Палм. – Эти наряды создавали придворные дамы, в том числе и сама королева!
– Они великолепны, – поспешила успокоить маэстро. – Просто мне надо нечто другое. Я хочу мужской костюм, такой как у его величества.
– Рубашка, брюки и высокие сапоги? – уточнил маэстро.
– Да, и ещё широкополая шляпа.
«Кутюрье» всё понял, и на диванчике возник удобный костюм для верховой езды. С бельём напрягу завтра, эти викторианские штучки, конечно, милы, но крайне неудобны. И надо учиться рисовать. С маэстро можно воплощать самые смелые фантазии, на досуге надо вспомнить наряды героинь исторических фильмов.
Утром вызвала Дарниса и продемонстрировала костюм для верховой езды.
– Магистр, мой вид сочетается с королевской честью?
Дарнис погладил бороду.
– Наши тысячелетние правила… – начал он, но увидев мою сникшую физиономию, лукаво улыбнулся и продолжил: – Их надо менять, как устаревшие! Я создам портал, ведущий из ваших покоев прямо на королевский конный двор.
Какой хитрюга! Королева велела исполнять любое моё желание, вот он и придумал портал, чтобы я не разгуливала в неподобающем виде по дворцу.
Дарнис вызвался проводить меня и познакомить с личным инструктором-берейтером, который подберёт подходящую лошадь и поможет вспомнить навыки верховой езды.
Берейтора звали Жассиб, он был красив как Аполлон. Мне подобрали смирную кобылку, белоснежную с роскошной гривой и спокойную-преспокойную. Добросовестно сделала несколько кругов по манежу, а потом попросила Жассиба провести экскурсию по конному двору. Вдалеке в открытых загонах стояли лошади, нет, скакуны, дикие мустанги! Видя, как у меня загорелись глаза, берейтор предупредил, что это необъезженные лошади и он не может меня к ним подпускать.
А я не могла отойти от загона и сразу выбрала её. Невероятно грациозная кобылица казалось выточенной из перламутра. Сквозь кремовый окрас просвечивала нежно-розовая кожа, пышная грива струилась локонами, а в голубых глазах можно было утонуть. Пока я пребывала в прострации, Жассиб связался с Дарнисом, а магистр – с его величеством, потому что оба материализовались у загона.
– Кира, – услышала я голос Гэлвуда. – Вы, действительно, хотите получить эту лошадь?
– Ужасно хочу, – прошептала я. – Даже имя уже придумала, Забава!
– Я думаю, к завтрашнему дню Жассиб сможет усмирить эту необъезженную кобылу.
– Ваше величество, я хочу сделать это сама, ведь на мне магическая защита.
Король с магистром переглянулись, и Дарнис еле заметно кивнул, как бы позволяя его величеству одобрить моё пожелание. Странная у меня нянька, сам король его слушается.
– Тогда, пожалуй, придется усилить вашу защиту.
Гэлвуд обошёл меня по кругу, делая изящные пасы кистью руки. Затем его величество с магистром о чём-то коротко переговорили с Жассибом, попрощались и исчезли. А Забавушку берейтор отвёл в стойло, и теперь я каждый час моталась на конюшню, угощала её лошадиными лакомствами, налаживая контакт. Объездку назначили на следующий день.
Впереди меня ждали три счастливых дня до возвращения принца. На огромной дворцовой территории располагалось прекрасное чистейшее озеро, Дарнис соорудил портал, ведущий в личную купальню. Первую экскурсию на озеро провела Онелла и даже искупалась вместе со мной. Да уж, не зря у придворных дам свои личные места для купания! Мокрая сорочка из тончайшего батиста на обнажённом теле выглядела чересчур волнительно, правда, плавать в такой оказалось весьма затруднительно. В тот же вечер позвала Палма и принялась объяснять, как выглядит обычный земной купальник. Маэстро долго размышлял над поставленной задачей.
– Я должен посоветоваться с магами-ткачами, – выдал он свой вердикт. – Придётся менять структуру ткани.
– Я думала, вы сами создаёте наряды из ничего.
– Из ничего вряд ли может что-нибудь получиться, – покачал головой маэстро. – Я создаю свои произведения из тканей, что хранятся на складах. Их ткут наши ткачи, но не волнуйтесь, я постараюсь выполнить ваше пожелание.
Королева каждый день «случайно» встречала меня после занятий, мы долго гуляли по парку и болтали обо всём, но как бы интересна ни протекала беседа, я всегда ловила себя на странном ощущении, что за мной наблюдают, как за лабораторной мышью. Не удивлюсь, если после наших встреч Онелла записывает ежедневные наблюдения в специальный дневник. Она задавала одни и те же вопросы каждый день, слегка видоизменяя их, а потом, я уверена, анализировала их. Ждёт, что я успею измениться к приезду наследника? Лично я никакого резкого омоложения в своих мозгах не замечала. Бедная королева, не о такой невестке она мечтала! Ну не верила я восторгам Онеллы по моему поводу. Не верила и всё.
Я посещала занятия, много читала о стране, в которой предстояло прожить новую жизнь. Постоянно появлялась на конюшне. Забава с удовольствием принимала угощения, но дальше дело не шло. Характер у неё был наивреднейший, впору переименовать в Заразу.
Я летала по манежу как мячик, переломала, как мне казалось, все кости. На приглушённую боль не реагировала, да и длилась она одно мгновение. Да уж, без магической защиты я бы мучилась не меньше года со своей красоткой. Жассиб поначалу жутко пугался моих падений, а потом стал хохотать вместе со мной над особо крутыми перелётами. Он точно рассчитывал траекторию полёта и ловил, смягчая приземление.
Глава четвертая. Знакомство и первое свидание
Сегодня пятый день новой жизни в идеальном мире. После завтрака отправилась на занятия танцами, предстояло разучивать котильон, а потом намеревалась слинять на конюшню. Но увы, всё пошло не по плану. Влетела Вилма и сообщила радостную новость – молодой двор прибыл! Тут же появился Палм и стал колдовать над причёской. Платье для знакомства с женихом давным-давно выбрала Онелла.
В небольшой зал, где должно состояться знакомство, меня провожали Дарнис с помощницей. За спиной захлопнулась дверь, а дальше всё случилось как в дурном сне, вернее, как в комедии абсурда. Чему я совершенно не удивилась.
– Ты старая, – заявил умопомрачительный красавец и, отвернувшись, стал смотреть в окно.
Красавцу было лет двадцать пять или двадцать семь. Высокий, широкоплечий, загорелый блондин с синими глазами и рельефными мышцами. Наверняка, и улыбка у него невероятно обаятельная, но сейчас глаза сверкали гневом, кажется, будь его воля, он бы спалил меня прямо на месте. Или не кажется?
Склонившись в глубоком почтительном реверансе, я замерла, переваривая услышанное. Магистр Дарнис раз десять проинструктировал, как надо себя вести с его высочеством, и я честно старалась, но после такого заявления не выдержала.
– Ещё раз такое скажешь, уши надеру! – я выпрямилась и с вызовом посмотрела на нахала.
У нахала глаза на лоб полезли, а потенциально повреждённые уши запылали.
– Да как ты смеешь разговаривать со мной в таком тоне? – его высочество вскочил с кресла, испепеляя меня взглядом.
– Так вот и смею, – пробурчала я, садясь в соседнее кресло. – Сам сказал, что я старая, а старых надо уважать.
Нет, ну каков нахал! Конечно, я обещала Онелле быть мудрой и благоразумной, но столь вопиющего хамства не ожидала. Больше никаких правил приличия, типа реверансов. Сам напросился.
– Я тоже от тебя не в восторге. Мне всегда брюнеты нравились, – покривила душой я, с детства обожавшая синеглазых блондинов.
Между тем принц начал вести себя странновато. Он подошёл к стене и сделал замысловатый пас правой рукой, потом левой, затем взмахнул обеими, со стороны казалось, что его высочество дирижирует. Переключился на следующую стену, и всё повторилось
– За нами подсматривают, – догадалась я.
Принц уже зачаровывал пол с потолком.
– Теперь только подсматривают, – ухмыльнулся довольно. – Я поставил заглушки. Эти покои отец зачаровал, и полностью его магию заблокировать не удаётся. С любой другой я бы справился на раз, – хвастливо добавил юный нахал.
– А наши ежедневные свидания тоже будут проходить под присмотром его величества?
– Нет, видеться мы будем в моих личных покоях, там чисто.
