– Завтра не смогу, может, как-нибудь в следующий раз, – бросила я и с милой улыбкой вышла из кафетерия.
– Ха, дружище. Тебя отшили! – посмеялся Аарон над огорченным другом.
Но Ник не собирался сдаваться после одного отказа. Не в его стиле.
+++
«Одиночество…
Что значит это слово? Как оно связано со мной?»
Я сидел на кровати в своей комнате, скрестив ноги. Шторы были задернуты, лишь одинокая полоска света пробралась в комнату и упала на пол. В такой обстановке взгляд замечал каждую деталь, каждую пылинку, зависшую в воздухе. Я нервно тарабанил пальцами по смятому покрывалу. Сердце стучало в ушах, дыхание было отчетливо слышно в тишине комнаты. В мыслях засела тревога, с таким трудом гонимая прочь.
Я встряхнул головой и потянулся за телефоном. В таком состоянии последнее, чего хотелось, – находиться одному. Мои пальцы быстро набрали номер друга, который был единственным, кто смог бы понять меня.
Мертвую тишину в комнате прерывали гудки. Они, как сигнал тревоги, как крик о помощи, разрезали воздух и вновь исчезали. Через несколько секунд подняли трубку.
– Да?
– Эд, это Лиам.
– Точно-точно, я понял, дружище! Что-то срочное? Ты умираешь?
Я ухмыльнулся и поднял глаза к потолку.
– Это я делаю каждый день. Скажи, ты сейчас занят? Можешь приехать?
Тишина. Я вслушался в звуки, исходящие из телефона. Тихий шепот, явно адресованный не мне, едва слышная музыка. Что-то не так.
– Извиняй, брат. Сейчас прям никак. – Эдвард раскашлялся в трубку. – Что-то я разболелся. Температура, кашель, все такое. Я сейчас дома, не хочу и тебя заразить.
Я тяжело вздохнул и поджал губы. Сердце застучало быстрее, пытаясь выпрыгнуть из грудной клетки.
– Ничего. Поправляйся, Эд.
– Точно все в порядке?
– Я справлюсь. Не беспокойся.
– Отлично, тогда до связи… «Эд! – незнакомый голос позвал моего друга. – Ну где тебя носит? Там уже девчонки подъехали. Эту ночь мы зажжем!»
Телефон зашипел и закашлял, словно его достали из воды. Теперь музыка стала доноситься отчетливее, что в тишине моей комнаты не расслышать было невозможно. Много голосов, сливающихся в единый гул, звон стаканов, мощные биты из колонок.
Клуб.
– Лиам, брат! – Я услышал взволнованный голос, вырывающий меня из оцепенения. – Это не то, что ты подумал! Ты не так все понял, я не…
– Девчонки, значит? Хорошо, Эдвард. Смотри не зарази там кого-нибудь.
– Лиам…
Я выключил телефон и бросил его в сторону на кровать. Моя рука превратилась в кулак, появилось неконтролируемое желание что-нибудь разбить. Ногти впились в ладонь, оставляя следы. Я стиснул зубы до боли в скулах. В голове кружилась лишь одна мысль:
«Почему?»
+++
Мой взгляд уставлен в пустоту. Кажется, я ничего не вижу, ведь пустота сама по себе значит, что передо мной ничего нет, но это не так. Каждый раз, когда я смотрю вперед, вижу гигантскую пропасть. Всепоглощающую дыру. Я вижу, как она приближается ко мне и совсем скоро от меня не останется ничего. Я буквально представляю себя в этой бесконечной тьме.
Но почему все так? В какой момент все покатилось по наклонной? Кто же, если не я, привел себя к такому состоянию. Своими собственными руками я создал эту пустоту, пожирающую меня с каждым днем.
«Не будем мешать твоему мрачному настроению процветать в одиночестве, зануда.»
А что с девчонкой? Да они все одинаковы.
«Какая тебе разница, Миллер? Ты чужой человек для меня, тебя не должно волновать мое здоровье.»
«Это тебя не касается, почему ты лезешь в чужую жизнь?»
«Не вмешивайся. Это тебя не касается. Забыла?»
Да, в этом виноват только я. Я и мои демоны в голове. Все, кто пытаются мне помочь выйти из этого состояния, в конечном итоге отвергнуты. Они все уходят из моей жизни. Будет лучше, если никого больше не будет здесь. Моей несчастной семейки, у которой просто нет шанса сбежать от меня, уже достаточно в этом адском котле.
«Ты ненавидишь, когда люди тебе сочувствуют. Когда принимают твою слабость, верно?»
Нет. Я ненавижу, когда кто-то вторгается в мою жизнь. Когда кто-то своим присутствием рушит все, что я в себе построил. Когда кто-то пытается пробудить во мне прошлые чувства, заставить ощутить их вновь. Когда предают.
Я ненавижу тебя, Эдвард. Ненавижу, потому что тебя никогда нет рядом. Я считал, что ты похож на моего отца, что ты сможешь мне помочь, но ты просто такой же, как и все.
«Извини, что не заглянул в больницу.»
«Извиняй, брат. Сейчас прям никак.»
Извини, извини, извини.
Я ненавижу тебя, Миллер. Я говорил тебе держаться от меня подальше, но ты все вяжешь и вяжешь этот проклятый узел на моей шее. Такая же, как и все.
«Я не враг тебе, Лиам. Я хочу быть твоим другом.»
Я знаю это чувство. Мне приходилось уже испытывать это раньше, когда кто-то становится кем-то важным в твоей жизни, становится твоим другом. Я всегда терял этих людей, как и потерял сегодня. Не хочу испытывать это снова. Не хочу снова быть преданным.
А что, если?..
Если впустить ее в свою жизнь, то все это закончится быстрее. Она сделает так же, как и они: притворится другом, возьмет от меня то, что ей нужно, и исчезнет, словно никого здесь и не было. Надо лишь подыграть некоторое время, чтобы наконец закончить это.
В комнату постучали. Тихий, неуверенный стук. Я открыл глаза и прочистил горло, чтобы ответить, но незваному гостю, ворвавшемуся в комнату, не требовалось разрешения, чтобы войти.
– Тео. Что ты?..
Брат плюхнулся на кровать, скомкав покрывало еще сильнее. Он стал смеяться и резвиться. Постель тут же превратилась в свалку.
– Лиам! Лиам! – закричал на весь дом мой младший брат.
Я, растеряв все свое спокойствие, упустив ход своих мыслей, совсем вышел из себя. Моя рука прижала брата к кровати так, чтобы он больше не мог двигаться. Тео пару раз пытался вывернуться из моей хватки. Он пыхтел, как паровоз, но в итоге сдался и заливисто захохотал.
– Чего тебе, карапуз?
Я ослабил хватку, и Тео, воспользовавшись моментом, кинулся мне на шею. Он крепко сжал меня своими маленькими ручонками. Чувство, будто мы не виделись уже очень много лет. Будто оба изменились, и нам есть что друг другу сказать.
– Соскучился, – чуть ли не со слезами на глазах сказал мой брат.
Я снял его со своей шеи и прижал к себе, обнимая руками. И правда, эта маленькая ходячая катастрофа – единственный во всем доме, кто не видит во мне смертельно больного человека и кто остается в списке людей, которым я доверяю. Возможно, в силу своего возраста, брат даже не понимает, что скоро меня не станет.
Мы сидели так некоторое время, пока Тео не заговорил так серьезно, что мне показалось, будто я разговариваю со взрослым человеком, а не с шестилетним ребенком.
– Почему мама тебя ударила? Ты ее чем-то обидел? Это из-за того, что ты скоро умрешь, да?
У меня перехватило дыхание. В первый раз мне придется говорить с братом по-взрослому и, видимо, все ему объяснить. Я внимательно смотрел ему в глаза.
– Ты все видел, да? Ты был там тогда?
Тео отвел взгляд. На его покрасневших глазах появились слезы, но теперь уже не от бесконечного детского счастья.
–– Вы часто ссоритесь. Лили сказала, что это из-за болезни. Поэтому мама тебя больше не любит? Она не любила и папу, когда тот умирал?
«Что…?»
В моей груди все сжалось. В горле встал ком, который не давал выдавить из себя хоть слово. Я схватил ладошки брата в свои руки, чтобы придумать, что ему ответить. Хоть Тео родился после смерти отца и совсем его не знает, боль от утраты передалась и ему, так же сильно мучая ребенка.
Я облизнул пересохшие губы и потупил взгляд, лихорадочно подбирая слова.
– Ракель всех нас любит. Отец был для нее самым дорогим человеком. До конца его жизни она оставалась с ним. Болен человек или нет, другие не перестанут его любить. Они будут стараться провести все оставшееся время вместе.
Тео шмыгнул носом. Его нижняя губа дрожала от слез.
– Почему ты скоро должен нас покинуть? Совсем как папа. Ты нас не любишь, поэтому хочешь уйти?
Я выдавил из себя как можно более мягкую улыбку. Этот маленький человек хочет знать ответ на свой вопрос, но его никто не сможет ему дать.
– Тео, я никогда не хотел вас покидать, – я пытался придумать слова, чтобы брат мне поверил, – просто, так сложилась жизнь. Моя оказалась чуть короче, чем твоя, или мамы, или даже Лили. Как и у отца.
– Я… я не хочу, чтобы ты уходил от меня. – Он снова обвил мою шею руками и закричал: – Я тебя не отпущу! Я сам готов умереть, только ты не уходи!
На моих губах расплылась грустная улыбка. Придет время, когда я услышу его в последний раз, он заберется на мою шею и будет громко смеяться. А затем, после моего ухода, он вырастет и забудет меня, одинокого, умирающего, мрачного старшего брата. У него будет своя жизнь, своя семья, работа, дом, но во всем этом мне не будет места. У меня никогда не будет такой же жизни.
Возможно, из всех членов семьи я и есть воплощение кары нашего отца. Я рожден, чтобы нести на себе его грехи за всю его ничтожную жизнь. Я всего лишь его наказание. За все ошибки, как правило, платят жизнью. Вот и я должен расплатиться.
Тео вдруг отстранился от меня и заглянул в глаза уже совершенно другим взглядом. Видимо, то была обычная детская шалость.
– Что за девушка к нам приходила? Это твоя жена?
Он захихикал.
– Ты о Миллер, что ли? Она подруга Лили, не моя жена.
– А-а-а, правда? – воскликнул Тео, словно узнал какую-то большую тайну. – Она так часто приходит к нам домой, что я подумал, что у вас скоро свадьба. Я теперь хочу с ней подружиться!
Я глянул на часы и перевел тему.
– Так, уже поздно. Маленьким мальчикам пора спать.
Тео начал сопротивляться, настаивая, что еще чуть-чуть хочет со мной поболтать, но я был настойчивей. Я стащил брата с кровати и, перекинув его маленькое тело через плечо, вышел с ним из комнаты. Тео тарабанил меня по спине своими кулачками, но я на это почти не обращал внимания.
В коридоре мы наткнулись на Лили. Она удивленно посмотрела на нас.
– Опять балуетесь? Лиам, Тео, вас на весь дом слышно, – недовольно пробурчала она.
Я спустил брата вниз и отдал на попечение сестре.
– Отведи его в кровать.
– Ладно, – слегка удивленная, сказала Лили. Она уже хотела уйти вместе с Тео, но я придержал ее, взяв за руку.
– И еще, дай номер Миллер. Мне… надо поговорить с ней.
Глаза сестры выглядели как два хрустальных шара, которые могли бы с легкостью выкатиться из орбит. Не знаю, с чем была связана такая реакция, но мне очень хорошо удалось ее удивить.
– Ладно.
– Ладно, – повторил я эхом и поспешил убраться в свою комнату от неловкости этой ситуации.
+++
Я постучала в массивную дверь соседней квартиры. Через некоторое время раздался скрежет ключа в замке, и дверь отворилась. На пороге стоял Райан, в домашних штанах, с взлохмаченной шевелюрой.
– Рад, что ты согласилась прийти. Проходи, я все приготовил.
Я прошла внутрь и осмотрелась. Квартира явно больше моей, но еще до конца не обустроена. Коробки стояли по углам и грустно ждали, когда их разберут. Райан закрыл дверь и провел меня на кухню.
– Ты еще не разобрал все вещи после переезда?
Райан оценивающе обвел глазами комнату и почесал затылок.
– Да, есть такое. Времени не хватает.
– Я могу помочь, если нужно.
– Нет-нет, что ты. Там ничего нужного, один хлам.
