И он отчаянно молился,
Стонал и даже прослезился.
Всю ночь он мерил кабинет
И понял: «Всё. Спасенья нет!»
И, чтоб унять свою тревогу,
Вельможа обратился к Богу:
«Помилуй, Боже, и спаси!
Беду-злодейку пронеси,
Организуй хитро и тонко,
Чтоб засветилась киноплёнка!
Уж не останусь я в долгу –
Я тоже кое-что могу!
Ведь ты же знаешь, депутаты
Решают важные дела.
Не зря торчать в своих палатах
Нас мать – Россия позвала!
Финансы, армия, заводы,
Защита Мира и Природы –
Неполный список наших дел –
Обременительный удел!
Устал, как чёрт и оступился.
Ну что ж, теперь мне утопиться? !
Я извиненья приношу
И об одном тебя прошу:
Поставь на этом деле точку.
Не можешь точку – дай отсрочку
Четыре года – срок рабочий
До истеченья полномочий! »
И тут во мраке предрассветном
Вдруг, посветлели небеса.
Во всём пространстве кабинетном
Вдруг, зазвучали голоса.
Потом всё стихло. Низкий бас
Промолвил: «Что ж, на этот раз
Я подарю тебе свободу,
Как просишь, на четыре года.
Потом должок ты мне вернёшь,
И лично сам ко мне прийдёшь! »
И снова ночи покрывало,
А голосов – как не бывало!
Не зная, к счастью или нет,
В конце туннеля видит свет
Взволнованный вельможа.
И чувствует он кожей:
Всё, что здесь сказано – не шутка.
Четыре года могут быть
Спокойным, славным промежутком,
В котором жить и не тужить.
А что потом, что дальше будет?
Пусть будет так, как Бог рассудит.
И побежали дни, недели,
За ними годы полетели,
И вот настал последний срок –
Регламент полностью истёк.
Вельможа смотрит осторожно,
Не видит признаков тревожных,
Проходит круг врачей своих
И экстрасенсов дорогих,
Но в организме всё в порядке.
Он крепок, как морковь на грядке.
«Ага!– вельможа рассуждает,–
Должно быть добрый русский Бог
На этот раз меня прощает.
Он не простить меня не мог!
Я столько сделал для народа
За эти три последних года!
Я столько раз спасал страну!
Налоги, водку и войну
Я тасовал у нас в палатах
Среди упрямых депутатов.
Моя заслуга, что народ
Ещё хоть как-нибудь живёт!
И нынче, для поддержки сил,
Я краткий отпуск заслужил».
Но вот, в предотпускном угаре,
Его сомнение берёт:
Рвануть он хочет на Канары,
Но этот чёртов самолёт…
Они, ведь часто так бывает,
В Бермудах где-то пропадают,
И прерывают свой полёт
Над полосой, идя на взлёт…
«Да ну их, жаркие Канары!
Лететь туда с женой напару –
Умрёшь скорее от тоски,
Чем от карающей руки!
На этот раз, не зная горя,
Отправлюсь в крымский санаторий» –
Вельможа трезво рассудил,
И в Крым лечиться укатил.
В Крыму отличная природа,
Сияет море под горой,
Стоит прекрасная погода.
Игрив и весел наш герой.
Забыты ужасы, сомненья,
Угроза, страх разоблаченья.
Забыт, как школьником урок,
Расплаты наступивший срок…
В разгаре летний отпуск сладкий.
В порту во всю идёт посадка.
