Читать «Убей меня быстро: Падение Дракона» — Мариан Траум онлайн
Страница 8 из 17
«Мне ещё рано… Мне нельзя… Как же мои дети? Они останутся одни… Они будут плакать, будут голодать… Я нужен им… Помоги мне… Не забирай меня… Прошу…»
Со всех сторон доносился шёпот мертвецов:
«Это ты… Чудовище… Я доверял тебе… Убийца! Будь ты проклят!»
«Враг — единственное зеркало, которое не лжёт о твоей тьме, — прошептало нечто, похожее на эхо собственной души. — Кто ты? Тень… Монстр… Никто…»
Всё вокруг вдруг начало растворяться в ослепительной белизне. Он шёл сквозь бесконечную метель, слушая скрип снега под ногами. Сухой, стеклянный, похожий на звук ломающихся костей. И тогда стало понятно, что это не снег, а пепел. Пепел всех, кого он когда-либо поглотил. И теперь он шёл по ним, и они скрипели под его тяжестью, рассказывая свои короткие, оборванные истории.
Перед ним возникло море. Бескрайнее, скованное льдом. Ни волн, ни ветра, ни смысла. Вечная пустота, застывшая в прозрачном саване. Но под толщей векового льда, глубоко, всё ещё теплилось что-то, как искра в пепле, как последняя страница недописанной книги.
Что-то…
Оно вдруг шевельнулось. Неуверенно, потом сильнее. Лёд хрустнул, покрываясь паутиной трещин, и там, в ледяной бездне, вспыхнуло золотистое сияние, маленькое, но яростное, стыдливо-прекрасное в своей неуместности. Оно боролось, пульсировало, с каждой пульсацией становясь ярче.
Тепло.
Первое, что он почувствовал — тепло. Оно разливалось по жилам, согревая мёртвую плоть.
Лёд затрещал громче. Один резкий звук и всё вокруг рухнуло в бездну. Последняя огромная отслаивающаяся глыба льда медленно проплыла вверх, в бесконечную черноту.
Он пробудился.
Открыл глаза, разжал челюсти, оторвавшись от горла уже мёртвого мечника. Чувства постепенно оживали. Кровь на губах казалась сладкой. Слишком сладкой. Её было мало, чтобы восстановиться полностью, но достаточно, чтобы ясность сознания вернулась.
Стейнар взглянул на руку — и та преображалась. Сухая, сморщенная кожа медленно наливалась цветом, разглаживалась, жилы набухали, пульсировали, в них текла жизнь. Горячая, настоящая. Вампир сжал пальцы, ощущая эту жизнь. Он поднялся, отряхнул с плаща пепел собственной кожи, и тот развеялся, будто его никогда и не было. И побрёл вдоль поля боя, мимо выживших. Мечники расступались, и каждый, завидев вампира, отводил взгляд.
Глава пятая
Не герои
Пока Ричард спал, рекрут, черноволосый паренёк лет пятнадцати, осторожно вытащил из его мешка флакон с надписью: «Только для обработки». Пальцы паренька дрожали, на руке саднила свежая колотая рана. Он откупорил пробку, поморщился от резкого запаха и, зажмурившись, полил жидкость на рану.
В ту же секунду Ричард подскочил от истошного визга.
Подросток катался по земле и кричал, хватаясь за руку.
— Жжёт! Всё жжёт! Рука-а-а!
— Нико, ты идиот! — рявкнул командир. Он сидел на своей лежанке, взъерошенный, с опухшим лицом, с глазами, которые ещё не до конца открылись.
— О, нет! — воскликнул Ричард. — Это же экстракт для обработки металла!
Алхимик нащупал в своей сумке другой, фиолетовый флакон, торопливо полил жидкость на рану.
Шипение, вонь палёной кожи, затем рана медленно побледнела.
— Тебе повезло, что у меня нейтрализатор с собой!
Ричард вздохнул. Он молча убрал флакон обратно в сумку, не глядя на подростка, который сидел, сгорбившись, и дул на обожжённую конечность.
Айзер, наблюдавший за сценой, сплюнул на землю:
— Чёртов щенок! — сказал он. Голос его был грубым, без капли сочувствия. — Сам виноват, нечего шарить по чужим карманам... Не серчай, алхимик. Салага он ещё. Научится. Или сдохнет, тут уж как повезёт. Проверь, не испортил ли он тебе ещё чего.
Алхимик пропитал чистую тряпицу другим раствором и отдал подростку:
— Приложи. Тогда ожог не загноится. И больше не трогай мои вещи, понял?!
Нико, прижимая тряпицу к ожогу, пролепетал:
— Понял. Спасибо, мастер Ричард.
Ричард вздрогнул. Его так никто ещё не называл. Он сел рядом, растирая саднящие виски. На шум подтянулись другие наёмники. Кто-то зевал, кто-то потянулся за элем, быстро потеряв интерес к произошедшему. Ричарду же даже такая мелочь, как спасённая рука рекрута, казалась маленькой победой.
Ричард вышел из палатки, потянувшись и зевнув так, что свело челюсть.
Лагерь оживал.
Воздух был прохладным и влажным. Пахло кострами. Ещё ощущался слабый смрад, сладковатый трупный душок, от которого никогда полностью не избавишься в этих землях.
Где-то кто-то орал на дневального, тот проспал побудку. У костра точили клинки, и ритмичный звон металла смешивался с утренним гомоном.
Туман стелился меж палаток. Чуть поодаль, на небольшом возвышении, высился шатёр цвета слоновой кости. Ричард сперва принял его за командирский. Но потом разглядел два чёрных дракона и весы, вышитые особой металлизированной нитью. У входа замерли двое стражей в тяжёлых доспехах.
Неужели сам император здесь?
Мысль показалась дикой. Если Гильермо лично явился к барьеру, значит, дела хуже, чем говорят.
Ричард поймал себя на том, что слишком долго пялится на шатёр, и отвёл взгляд.
— Эй, юноша! Подожди. — внезапно окрикнул его незнакомец.
На фоне костров, среди сумрака, Ричард заметил фигуру в белой мантии. Мужчина лет сорока, с мягкой улыбкой и внимательными глазами, подошёл ближе, протягивая руку для рукопожатия.
— А тебя я, кажется, узнаю, — продолжал он. — Молодой алхимик при особе де Кайраха, не так ли? Ричард?
— Верно, господин маг.
— Мне донесли, что ты прибыл к советнику. Не опасно ли юноше слоняться по ночному лагерю?
— Я выполнил поручение. Доставил кое-что, — вежливо ответил Ричард, заставляя свои плечи расслабиться. — Задание выполнено, теперь вот отдыхаю.
— Поручение? — Томас приподнял бровь. — Какое же поручение может быть столь срочными, что ради него гонят из города в лагерь ночью? Не эликсиры ли доставлял?
— Вы правильно полагаете, господин маг. Их всегда не хватает. А разве магов вашего ранга волнуют такие бытовые подробности? Я думал, у вас задачи глобальнее.
— О, всё, что касается нашего древнего союзника, волнует нас в высшей степени. Безопасность империи штука хрупкая. — Томас сделал паузу, словно давая словам осесть. — Откуда ты вообще знаешь, что нужно Стейнару? Кто даёт тебе задания?
Вопрос висел в воздухе. Старый Ричард бы растерялся, новый заговорил ровно, с оттенком сожаления.
— Я выполняю распоряжения из резиденции. Если вам нужны детали, стоит направить запрос к мастеру Тарвишу. Я же, к сожалению, не могу обсуждать служебные поручения.
— Благоразумно. Крайне благоразумно для твоих лет. Но ты же понимаешь, что мы все здесь на одной стороне, верно? Сколько ты уже служишь Стейнару?
— Служу? Я работаю с ним.
— Кем ты был раньше? До того, как связался с таким опасным хозяином, как он?
— Он не мой хозяин! — разозлился Ричард, — Я уже сказал! Всё, что мне нужно было, это выполнить задание. Я пойду, пожалуй.
Томас поднял руки в примирительном жесте.
— Погоди, погоди. Ладно, извини! Ты прав. Я лезу не в своё дело. Давай лучше отвлечёмся. Может, тогда просто взглянешь на кое-что интересное? Ты знаешь, что те, кто остаются здесь, раненые и тыловики, наблюдают за ходом сражения через мистическое зеркало?
— Нет, не знаю.
— Весьма полезное устройство. Можно обозревать поле битвы. Я покажу. Мы как раз в том шатре. — Он кивнул в сторону большого белого шатра. — Идём?
Ричард помедлил, но любопытство пересилило, и он шагнул следом.
Шатёр светлых магов контрастировал с грубыми палатками мечников. Пол был устлан мягким ковром. В углу, за полупрозрачной занавесью из голубого шёлка, виднелись аккуратно сложенные подушки и шерстяные одеяла — место отдыха магов. У стен стояли деревянные сундуки с замками. Центральное место занимал массивный стол, заваленный пергаментом, кристаллами, шкатулками, среди которых поблёскивали серебряные кубки. Свечи в канделябрах горели ровно, пламя не дрожало, хотя в палатке гулял сквозняк.
Но главным сокровищем был, конечно, артефакт на столе. Три пульсирующих кристалла, выстроенные в идеальный треугольник. Между ними лежал сияющий шар, покрытый сетью трещин. А над всем этим висел целый кусок реальности, уменьшенное поле боя, застывшее в воздухе.
— Это палатка светлых, как ты уже догадался. Сейчас их здесь нет. Все на поле боя, — сказал Томас, проводя рукой над центральным кристаллом. Изображение тут же ожило, края картины засветились. — Вот оно. Мистическое зеркало. Видишь трещины на шаре? — Он провёл пальцем вдоль одной из них, и свет дрогнул. — Каждая — канал. Эта штука позволяет наблюдать за сражением и при необходимости вмешиваться.
Ричард наклонился вперёд. Кристаллы отозвались тихим звоном. Картина перед ним пульсировала. Он видел как искры от заклинаний рассыпались радужными брызгами, как сверкали мечи, а кричащие рты застывали в беззвучном вопле.
— Ух ты! — вырвалось у алхимика, и рука сама потянулась вперёд. Один из кристаллов вспыхнул в ответ на это движение.
— Не трогай! — Томас резко схватил его за запястье. — Хочешь остаться без руки? — Кристаллы полыхнули алым, отражая его недовольное лицо. Он отпустил Ричарда и провёл пальцем по краю зеркала. Изображение дрогнуло, показав на миг чёрные провалы вместо лиц. — Эти кристаллы питаются не эфиром, они пьют живую боль с поля боя. Испепелят тебя, моргнуть не успеешь!
— Извините... — выдавил Ричард.
— Ничего.
— Эта штука, наверно, стоит бешеных денег.
— Да, дорогая вещица. Но она даёт стратегическое преимущество. — он резким движением пальцев выделил участок битвы. Пространство внутри картины завибрировало, обнажая два мерцающих кольца. — Видишь? Порталы к барьеру. Здесь и здесь. — На секунду в зеркале мелькнула большая тень. Но Томас быстро провёл рукой, и изображение стабилизировалось. — Правда, они работают в один конец. Обратно приходится пешком.
— Понятно. А почему вы решили показать это мне?
— Ну, ты же алхимик, — Томас пожал плечами. — Думал, тебе будет интересно. Вижу же, что умный парень. Не из тех, кто таскает склянки, не задавая вопросов. Вот, глянь... — Его ноготь коснулся изображения, оставляя рябь. — Таласса собственной персоной. Кружит, как стервятник. Заметил, как перья отражают свет? Удивительно, но магия его почти не берёт. Приобрёл устойчивость, зараза.
— Впечатляет... — прошептал Ричард, заворожённо наблюдая, как Сердце Грифона парит над полем боя.
— Харроу? Цветочки. Недавно у северной границы заметили Увечных. Знаешь, что это значит? Значит, гниль уже не на границе. Она на нашей земле. Как им удалось пробраться — вот это загадка!
Томас резко взмахнул рукой, и зеркало показало, как Увечные, жуткие, змееподобные твари, выползают из трещин в земле где-то в дальнем краю, будто сама смерть прорастает сквозь почву.
— Но знаешь, Ричард, — маг повернулся к юноше, — я хотел бы поговорить серьёзно.
— О чём?
— О твоём положении. Может, у тебя всё-таки есть что-то, что могло бы помочь нам, живым людям?
— Не понимаю, о чём вы.
— Тебе стоит быть осторожным. Раз ты со Стейнаром, значит, ты здесь не случайно. Ты действительно веришь, что он держит тебя рядом за твой прекрасный, добрый нрав? — Маг покачал головой с горькой усмешкой. — Вампиры его возраста не заводят друзей, они собирают ресурсы и инструменты. И знаешь, что странно? Каждый ресурс уверен, что он исключение.
Ричард кивнул.
— Благодарю за совет, господин маг. Я сохраню его в памяти.
Томас покачал головой. В его взгляде мелькнуло что-то, чего Ричард не ожидал увидеть. Не насмешка. Не раздражение. Сочувствие.
— Видишь вон тот эликсир на твоём поясе? Стейнар относится к тебе точно так же: встряхнет, откроет, использует до последней капли. А потом выбросит, не задумываясь.
Слова Томаса жгли, как кислота, разъедая ту упрямую верность, которую Ричард сам себе не мог объяснить. Но он знал одно. Он не был инструментом. Он был человеком. И пока он помнил это, никакие слова не могли его сломать.
— Скажите, — сказал алхимик, сам от себя не ожидая, и голос зазвучал твёрже, чем раньше, — по вашему мнению, разве сам Стейнар не такой же инструмент в руках империи? И если он вдруг опустеет, то кто его наполнит? Или просто выбросит?
Томас улыбнулся.
— Разумный вопрос, парень. Очень разумный. Что ж, ладно... Если когда-нибудь осознаешь, что стал заложником ситуации, заходи в Парящую крепость. В Зал Света. Уговаривать не стану. Просто знай, что дверь существует.
— Спасибо. Стейнар, он не такой, как думают многие.
— Именно так и говорят все, кого используют, — заметил Томас. — Ладно, оставайся, если хочешь. Я засиделся. Хотя советую и тебе не задерживаться, а то когда светлые вернутся, тебе вряд ли понравится их любопытство. До встречи, алхимик.
Ричард остался один.
Отражение битвы плясало перед глазами. Харроу и перебежчики яростно бились с имперскими мечниками. Маги сносили врагов, окутывая их смертоносными заклинаниями. Таласса, как разгневанный бог, крушил скалы, обрушивая камни на отряды и ныряя вниз к полю боя. Взгляд зацепился за знакомую фигуру. Стейнар и молодой воитель действовали в странной синхронности. Воитель, дразнил и отвлекал вождя, а Стейнар искал момент для броска.
Ричард затаил дыхание, но не успел наблюдать долго. Звуки чужих голосов донеслись до ушей, и, не желая становиться очередной мишенью для допросов, он незаметно выскользнул из палатки.
По пути обратно заметил группу воинов, что стояли у коновязи, и решил спросить о своей лошади.
— Гнедая кобыла? С белой звёздочкой? — лысый детина в кожаной броне, лениво почесал затылок. — Видел такую у северного вала. Она там одна торчит.
Северный вал был самым удалённым уголком лагеря. Когда Ричард добрался туда, лошадь действительно стояла там, нервно переступая копытами и дёргая ушами. На крупе виднелись странные отметины. Ричард осторожно провёл пальцами по шерсти; налёт не осыпался, но оставил на коже лёгкое покалывание.
Знак слежения. Его могли нанести, пока он спал. Значит, за ним уже наблюдают.
Сердце гулко стукнуло. Он окинул взглядом пустынный вал. Ни души.
Ричард нервно сглотнул, потёр пальцы, размазывая серебристую пыль. Он попытался смыть её водой из фляги, но она не исчезла. Это магическая печать, её так просто не убрать. Тогда он достал из сумки флакон с нейтрализатором и капнул на метку. Пыль зашипела, свернулась и упала на землю. Ричард растёр её сапогом.