− Удивительно живучая и многочисленная раса. Их города постоянно растут и ширятся, а обитатели то живут мирно, то устраивают жуткие свары. Причём в склоки любят прихватывать соседей. Между собой им скучно дерётся. Такая воинственность вдвойне поражает, учитывая хрупкость их вида и не самую великую физическую силу.
− По сравнению с драконами?
− Разумеется. Ещё у нас обитают гномы и орки, дварфы и ведьмы.
Алиенора слушала с интересом. О дварфах и эльфах она представление имела, встречались такие и в Ксантании, а вот о гномах и прочих не слышала ничего. Как выяснилось, обитали в Эсшаоре и совсем экзотические расы, представить внешний вид которых слёту было трудно. Правили Эсшаором не только драконы. У каждой из рас имелась своя территория, но она угодила на ту часть континента, где обитали и властвовали крылатые ящеры.
− Разборки на этих землях давно утихли, − сухо просветил её Ридэль. – Кто самый сильный давно выяснено. А возникающие проблемы мы теперь предпочитаем решать с помощью дипломатии. Хотя кое с кем перешли на подковёрные игры.
Последнее дракон проворчал тихо и злобно, Алиенора даже подумала, что ей показалось.
– Последний мятеж я подавил в стране лично, – серьёзно заявил Эрграйдос. – Но даже в том случае это были больше драконьи разборки.
– Больше? То есть всё же не до конца?
– Есть нюансы. И основания подозревать кое-кого в подстрекателях. Но об этом нам говорить ни к чему.
У неё чесался язык спросить, что за существа такие мелькали в портале – те, с синими волосами – они явно заглянули в Ксантанию через Эсшаора, но, поразмыслив, решила отложить вопрос. Эрграйдос не терялся и в свою очередь расспрашивал её. И усмехнулся, когда она назвала свою расу. Выяснилось, что назвав её «демоном», воины Ридэля попали пальцем в небо. В Эсшоре существовало ругательство бездной, её поминали при любом неприятном случае и по мнению многих эсшаорцев бездна была населена именно демонами. Алиенора смеялась, услышав. А Ридэль, узнав, что «Бездна» существует под названием Ксантания и это вполне обустроенный мир со своими жителями, проблемами и радостями, смеялся тоже.
– У нас есть вампиры, – добавила демонесса мстительно. – И норулинги. Возможно последние как раз вылезли из бездны, кто знает!
– Ты демон, – не мог опомниться Эрграйдос.
– Демонесса! Ведь я девушка.
– Это я сразу заметил, – янтарный взгляд прошёлся по её фигуре. – Зато насколько могу судить, мужчины и женщины устроены в наших мирах одинаково.
– Хам!
− Ничего подобного.
– Ты уничтожил мой путь домой! – немедленно наехала Алиенора. Веселье испарилось и настроение требовало скандала. – За это влепить бы тебе парочку магических ударов! Заодно силой померяемся.
– Так было надо, − вредно прищурился в ответ император.
– Кому надо? Норулингов вы убили, а больше рядом с порталом никого не было. Не считая меня, – не осталась в долгу Алиенора.
– В первую очередь для безопасности империи! – Ридэль ощутил, что начал заводиться. Но говорить демонессе о том, что планировал уничтожить портал до того, как из него кто-либо появился, он не собирался. Не поверит ведь черноволосая. Решит, что он оправдывается. А он терпеть не мог оправдываться, даже перед хорошенькими девушками. В смысле демонессами. – За тобой гнались охотники, сама же сказала.
– На тот момент вы об этом не знали!
К реке они подошли в повисшем молчании. Каждый сдерживался как мог, кипя от невысказанных эмоций.
– Иди, − остановившись, Ридэль подтолкнул иномирянку к поблескивающей речушке, когда они подошли к ней достаточно близко. – Делай свои дела, а я подожду неподалёку.
− Не подсматривай!
− Даже не думал.
Глава 5. О том, как рождаются сплетни
Поддайся соблазну! А то он может не повториться.
Склонившись над речушкой, Алиенора первым делом замыла подол. Помня синекрылого дракона, пребывающего в странной депрессии, что лечится задиранием юбок, она на всякий случай зорко посмотрела по сторонам, однако никого подглядывающего не обнаружила. Широкая спина Эрграйдоса маячила вдалеке, вдобавок медленно удаляясь по тропинке. Оно и к лучшему. Через некоторое время император остановился, но всё так же на приличном расстоянии и по-прежнему стоя к реке спиной. Надо же, балл в его пользу. Алиенора хоть и кипела от бешенства, но честности Эрграйдоса не могла не признать.
Успокоившись, демонесса вернулась к своему занятию. Струйки реки были говорливые, прозрачные, бодряще-холодные, и она присела на камень, опустила в воду босые ступни, болтая ими. Блаженство! Как же она сейчас жалела о своих туфлях, оставленных в траве Ксантании. Пришла же в голову идея разуться. Не сделала бы этого, не пришлось бы ходить в чужом мире босиком, ощущая стопами мельчайшие неровности дороги. Пока она ехала на руках у брюнета, отсутствие обуви беспокоило мало, разве что ступни ветерком холодило, а теперь, побегав самостоятельно, она ощутила, что натёрла ноги в нескольких местах и поймала парочку заноз. А её милые туфли наверняка так и валяются у портала. Алиенора вздохнула. Обувь – Ю́рва с ней! А вот Янкель… Теперь, когда никто не видит, она могла оплакать лучшего друга. Телохранитель, надёжный товарищ и самая близкая душа в Доме Танар'ри на протяжении множества лет! Янкель был ей роднее, чем холодноватая в общении сестра Тамсин. И сейчас, глядя сквозь призму расстояния и обстоятельств, которые нельзя изменить, близость Янкеля стала как никогда очевидна. Да и с кем ей было ещё сойтись! Выдержанный, вечно занятой делами рода отец, интересующийся лишь тем, какие успехи она делает в магии и науках, озадаченная карьерным ростом на религиозном поприще сестра, вознамерившаяся стать жрицей – они оба лишь номинально являлись ей семьёй, тогда как Янкель стал ей настоящей. Ему можно было выговориться и поплакать. От него она узнала о реальной жизни вне стен Дома, в том числе о взаимоотношении полов. Причём именно с мужской стороны, с мужским уклоном. А потому не испытывала благоговения перед знатными демонами, чем грешило большинство демонесс. Янкель поведал о сильном поле без прикрас.
Алиенора смахнула со щёк слёзы. Друг погиб, отдав свою жизнь, чтобы она могла спастись. Его тело так и осталось возле портала. Вместе с треклятыми туфлями, будь они неладны. И почему она не послушала его, когда друг советовал не лететь? А теперь нашли ли его тело люди отца? Устроили подобающее погребение? Или ночные охотники подчистили за собой, убрав следы? Если да, то в Ксантании даже не поймут куда делась наследница Дома вместе с чёрным рубином, наполненным родовой магией. А то, что его взяла она, отец вычислит, Алиенора не сомневалась. И может ли быть такое, что по телу Янкеля отец поймёт, что его дочь шагнула в портал? А затем демоны попытаются пробить проход в иной мир, в поисках неё и камня. Над этим предположением Алиенора задумалась всерьёз. Но выводы в голову не приходили. Она понятия не имела обладают ли демоны в Ксантании достаточным уровнем знаний и магии для таких дел. А это значит, что нужно приспосабливаться к жизни здесь.
Вспомнив о Янкеле, Алиенора припомнила, как он любовался её крыльями. И в память о нём раскрыла их во всю ширь, с наслаждением выпрямляя спину. Крылья вырвались с лёгким хлопком, дымные, похожие на скопление плотного тумана, только туман этот был почти чёрного цвета, что выглядело торжественно и угрожающе. По сравнению с мужчинами-демонами её крылья были меньше, более изящные, но она всё равно ими гордилась. Крылья взметнулись за спиной, наполняясь ветром, отчего настроение улучшилось и захотелось полетать. Алиенора оглянулась по сторонам. В тренировочных поединках при Доме отца она видела, как летают демоны, щеголяя громадными крыльями. Демонстрируют соперникам их хищную форму, хвалятся быстротой взлёта и манёвренностью. У тренированных вояк крылья вовсе представляли ещё одно оружие, способное уничтожать. А однажды ей даже хвалился своей боевой трансформацией Ангмар Дреггет. Ну, что сказать. Демон был хорош! Подтянутый вояка с мускулистым, поджарым телом. Да только его крылья её почему-то не впечатлили. Не случилось такого: «Ах, как вы прекрасны и сильны, чудесный Ангмар! Я сейчас упаду в обморок!» Янкель наблюдал и посмеивался. Отец раздражённо ушёл прочь, когда она в ответ на похвальбу Дреггета заявила, что главное достоинство крыльев – это полёт. Все остальные характеристики крылатости – чистой воды похвальба. На это Ангмар раздражённо выпрямился, став ещё больше походить на палку и заявил, что она ничего не понимает в достоинствах демонов.
Но возвращаясь к Янкелю. Ещё друг любил её магию. Создав на ладошке небольшой вихрь, Алиенора послала его гулять по поверхности реки. И невольно заулыбалась, наблюдая, как тот бороздит светлые струйки, распугивая подплывающих в берегу мальков.
Оставив вихрь бегать по речушке и искоса приглядывая за ним, Алиенора ополоснула котелок, а затем всмотрелась в противоположный берег. А что если правда полетать? Или… сбежать? Ведь такой момент! Никто не бубнит, что крылья раскрывать неприлично, что порядочные демонессы не летают абы где, а только в специально отведённых для того местах, желательно под присмотром. Вокруг никого, императорское драконство далеко и если ей по-быстрому переплыть реку, а потом по-тихому взлететь, то поминай как звали! Когда ещё представится такой случай?! Да, драконы её не обижают, и она ещё не всё узнала про Эсшаор, но…
Воровато оглянувшись, Алиенора пощупала воду пальчиками. Всё-таки холодная, лучше перелететь. Минус в том, что лететь предстоит низко, возле самой воды, чтобы её не заметили, но она справится. Покосившись через плечо, Алиенора вообще не увидела Эрграйдоса и приободрилась. Отлично! Совсем ушёл. А если вдруг появится, она шарахнет по нему энергией рубина. Не до смерти, всё-таки он на руках её таскал, так что пусть живёт.
Долго на тропинке он не простоял. Сначала Ридэль прислушивался, анализировал доносящиеся сзади всплески, а затем бочком-бочком нырнул в кусты, произведя действие по всем правилам воинской науки: ни один листик не шевельнулся. Пара крадущихся движений и занято отличное место для наблюдения. Ещё несколько секунд для сражения с совестью. Подглядывать неприлично и напрямую он не смотрел, а потом уговорил себя, что залез не подсматривать, а оберегать: мало ли что с иномирянкой может приключиться! Ну, а когда взглянул, забыл обо всём на свете и плюнул на укоры совести окончательно. Прав был Бэйлир, когда мечтал посмотреть на девичьи ножки. Он ведь поэтому отстранил разведчика. Именно когда услышал о его способе лечить депрессию. Но бездна его разрази, таким не только депрессия, таким зрелищем ВСЁ лечится. Хм. Почти всё. Женская красота вдруг вызвала логичный дискомфорт в определённых местах. Он мужчина, он очень давно в походе, и девичьи ножки – это малое, что он может себе позволить. Главное, за этим занятием собственным воинам не попасться.
А ножки оказались прелестные! Стройные, изящные. Таких нежных щиколоток и изящных икр – как произведение искусства! – он давно не видел. Ридэль залюбовался, мечтательно вздохнув. Даже глаза на секунду прикрыл, навсегда фиксируя в памяти подсмотренную картину. А когда открыл, расстроился. Найдёныш больше не задирала юбки, чему приличный дракон в нём порадовался, а нормальный мужчина обиделся, но зато сидела на камушке с подозрительно напряжённым видом вымачивая прелестные ножки в реке. Так-так, она что-то задумала? Но какого юголота она бегает босиком? Поранится!
Девушка вдруг заплакала. Беззвучно, но отчаянно утирая слёзы, и сердце у него болезненно сжалось, рванув из груди. Чуть было из кустов не выскочил, спросить, что случилось, почему развезло. Хорошо, вовремя вспомнил, что он эту минутку слабости видеть не должен. А после, он и моргнуть не успел, демонесса выпустила крылья. Он уже видел их при Луне, но при солнечном свете крылья поражали. Точёные, отличающиеся от драконьих размером и формой, однако без сомнений бесподобные и восхитительные! И по сравнению с его крыльями уязвимо трепетные. Ридэль улыбнулся: девочка же.
А ещё через секунду он забыл о сравнении полов. С ладони демонессы сорвался вихрь тёмной магии и побежал по реке. Ручной мини-тайфунчик носился, как заводной, причём девушка не прилагала для управления им никаких усилий. Игралась. Это насколько же она мощный маг? И сама не подозревает об этом. Эрграйдос посерьёзнел. В некоторых случаях очень выгодно подсматривать из кустов. Столько всего можно узнать за короткое время. Ему не нравилось только одно: слёзы найдёныша. Кого она оплакивала? Или чего. Возможность вернуться домой? Разрушенный портал? Или расставание с тем, кто остался там, по ту сторону магических колонн? А затем демонесса настороженно огляделась и Эрграйдос похолодел: сбежать хочет!
Расставаться с демонессой он категорически не собирался. Мгновенно подобравшись, Ридэль приготовился ловить. Никаких побегов! Он её ещё не изучил. Да. Обязан, как император. Всё-таки иномирная гостья… тьфу, пленница.
Следя за каждым ловким движением пленницы, он крался по границе кустов. Готовился взлететь, чтобы мчаться следом. Крылья у него больше, быстро догонит. В крайнем случае в дракона превратится. Демонесса перелетела на другой берег и замерла, оглядываясь по сторонам.
На другом берегу она оказалась с лёгкостью. А вот дальше дело не пошло. Алиенора затопталась на месте, мучаясь сомнениями.
«Рано!» – нашёптывала неуверенность.
«У меня ничего с собой нет, что требуется для выживания», – вторила осторожность.
Ни запаса еды, ни сменной одежды, ни одеяла для сна, ни оружия, если не считать собственную магию. А Янкель учил, что добрый кинжал никогда лишним не будет. Даже ветки для костра рубить, и то пригодится. Да что там! У неё даже обуви нет. Прежде, чем сбегать, неплохо бы запастись провизией, картой. Выспросить о местном зверье заодно.
«А вдруг меня просто так отпустят?» – мелькнула соблазнительная мысль. Хотя это вряд ли. Она почти военный трофей.
Потоптавшись на противоположном берегу, Алиенора вернулась на родной, прежний, и на нервной почве вцепилась в оставленный на бережке котелок. Его что ли похитить? Вот смеху-то будет, когда драконы поймут, что она сбежала, прихватив посудину. Больше нечего было. Морщась и чертыхаясь, Алиенора принялась надраивать чёрные бока песком, бормоча под нос нелестные высказывания о собственном попадании и трусости. Бежать, даже ничего не имея – теперь это казалось наилучшим выходом. Свода манила, маяча светлым будущим и поддразнивая. Шорох в кустах прервал её очистительные действия. Алиенора напряглась. За ней кто-то подсматривает? И когда она мылась, смотрел? Прищурившись, она вгляделась в кусты. Вроде бы никого. Только природа вокруг как-то странно затаилась.
– Да ты с ума сошла, А́ли! – в сердцах выкрикнула она и что было сил пульнула котелок в кусты. В самую гущу. Получай, неведомый враг, если ты есть!
Сдавленный стон раздался из вороха зелени. А перед этим металл так характерно звякнул. Да ладно! Стон?! Шипя и ругаясь, Алиенора устремилась вперёд. В кустах трава примята, ветки кое-где сломаны, будто отсюда вырвался кто-то немаленький, котелок валяется, помятый с одного бока. Кто?! Кто этот извращенец?!
– Стрела! В следующий раз будет стрела! – заорала она на всю округу, искренно негодуя. – Вместо котелка! И сразу в сердце!!!
Ответом была тишина.
– Ты чего орёшь? – по тропинке к ней размашистым шагом приближался Ридэль. Торопился, услышав крики. На лице искреннее беспокойство. Алиенора всмотрелась в глаза дракона, выискивая тень смущения. Он или не он? Эрграйдос остался невозмутим.
– Да подглядывает тут кто-то! – честно выдала в итоге она, так ничего и не высмотрев. – Поймаю, достоинство оторву!
Брюнет закашлялся.
– Вот прямо так и… оторвёшь?
– А что тянуть? Вуайерист несчастный!
– Так сразу и несчастный, – Ридэль потёр переносицу, бурча нечто неразборчивое. – Откуда ты слова такие знаешь, демонесса? Приличные дамы подобным образом не выражаются.
– Приличные – может быть, а рассерженные – очень даже.
Нервно одёрнув подол, Алиенора прокрутила в голове, что мог увидеть любитель подглядываний. Ноги до колена, крылья, и магический, пусть даже маленький, вихрь. Ох, нельзя было расслабляться!
– Поищем твоего вуайериста? – император насмешливо блестел янтарными глазами.
– Нет. Незачем. Кем бы он ни был, он уже убежал. Послушай, я тут подумала, – Алиенора взяла дракона под локоть, отчего тот слегка закаменел. – Какие звери у вас тут обитают? Очень дикие? Злые?
Несколько секунд Ридэль сверлил её нечитаемым взглядом, а потом начал рассказывать.
– Последние самые страшные, – живописал он, после пяти минут перечисления зверья и вдохновенного описания внешности клыкастых.
Фантазия разыгралась и о диких обитателях Эсшаора Ридэль рассказывал с пылом и всевозможными подробностями. Расширившиеся глаза Алиеноры подстёгивали воображение, а собственные воины – он с демонессой уже дошагал до лагеря и рассказ могли слышать все желающие – смотрели на императора вытаращив глаза, тоже в шоке от одичавшей сверх меры фауны. Хвала Зелхадсу, у них хватало ума молчать, хотя о таком зверье воины слыхом не слыхивали. Сообразили, что к чему.
– То есть они даже страшнее норулингов? – уточнила демонесса.
– Конечно. Намного. Я уже говорил, сколько у нас всевозможных рас, вот и зверья тоже много.
– Ты это выдумал?
– Зачем? Тебе подтвердит любой воин.
Драконы ответили невнятным гулом, неуверенно переглянувшись. Если командир рассказывает небылицы, лучше не вмешиваться.
– Подожди, я ещё не всё рассказал, − сам себе удивлялся Ридэль. – Тут совсем неподалёку обитают…
– Ой, хватит, наслушалась.
Неверным шагом Алиенора подошла к костру и села возле него, задумчиво подперев голову рукой.
– Командир, а может проще связать? – тихонько проворчал на ухо один из разведчиков, верно сообразив для чего Эрграйдос плёл небылицы. – Крепкая верёвка гарант надёжных отношений.
– Я тебе дам связать! – цыкнул Ридэль. – Жену свою связывай!
– Император, у меня нет жены.
– Вот потому и нет. Выдумщик.
Эрграйдос тайком потёр ноющую грудь. Н-да. Он был уверен, что под одеждой красуется громадный синяк. Получать раны в бою как-то почётнее, но… Губы сами собой расползлись в улыбке. Какова! Бросок Алиеноры его восхитил. Экспрессия, характер, открытость в выражении чувств! И по физическим характеристикам они с ней равны, как если бы найдёныш была драконессой. Человеческие женщины не могли наставить ему синяков при всём желании, даже если бы прыгали ногами по груди. Сказывалась разница видов. А эльфийкам удалось бы подарить ему отметины исключительно магией. И это радовало. Равенство в характеристиках, конечно же.
– Остановимся здесь на ночь лагерем! – зычно скомандовал он и покосился на девушку. – Эй, ты почему босая?
– Потому что туфли я потеряла, – огрызнулась Алиенора. – От норулингов ими отбивалась. Вдруг и от вашего зверья поможет, как думаешь?
Так. Опасный ход мыслей.
– Ну, ты же их потеряла, – ухмыльнулся Ридэль. – Значит, грозное оружие утрачено. Если только в твоей сумочке не прячется запасная пара тапок, в чём я сильно сомневаюсь.
От него не укрылось, как при этих словах демонесса зачем-то украдкой пощупала сумочку. Та была маленькой, больше похожей на расшитый кошель. Подобное у них дарили влюблённые драконессы своим драконам, но он всё равно пожалел, что не обыскал пленницу, пока та находилась в отключке. Сейчас было уже поздно. Ридэль снова потёр саднящую грудь. Ладно, вряд ли у неё там что-то серьёзное при таких размерах. А вот с обувью непорядок.
Дотошно обозрев изящные ступни девушки, отчего она смутилась и попыталась спрятать ножки под подол, он ушёл к своим вещам. Порылся в мешке и вытащил запасные сапоги. Несмотря на то, что его отряд бороздил просторы Империи почти налегке, чтобы не терять в манёвренности, кое-что они с собой всё-таки носили. Ридэль направился с сапогами к настороженно наблюдающей за ним демонессе, затем подумал, вернулся к мешку, вытащил оттуда плащ и подошёл окончательно.
– Вот. Давай-ка примерим.
Присев на корточки, он подхватил аккуратную ножку и сунул в сапог. Алиенора в шоке не сопротивлялась, вздрогнув, когда он деловито отряхнул стопу от песка и травинок. Затем повторил манипуляцию с другой ногой. Накинул на плечи девушки плащ.
− З… Зачем?
– Чтобы наше зверьё могло спать спокойно, – усмехнулся он. – Сапоги мои, пока в них дотопаешь, все разбегутся.
– Они же с меня упадут, – едва заметно улыбаясь, демонесса приподняла ногу и покрутила ей вместе с сапогом. Размерчик не совпадал.
– Есть другие варианты?
– Нет. Спасибо.
Найдёныш улыбнулась. Плащ у него был утеплённый, для горных краёв, и девушка явно пригрелась под ним и даже слегка расслабилась.
Неравноценный у них какой-то обмен получился, сыронизировал про себя Ридэль. Она его котелком огрела, а он ей сапоги и плащ! Эрграйдос так же мысленно посмеялся. Ладно, поход большой, сочтутся. К тому же женщина в походе с раненными ногами – головная боль командира и всех остальных. А замёрзшая женщина – минус мужчинам, что находятся рядом. Ну а то, что пока они мило общаются, вовсе не означает, что завтра продолжится так же. Чем больше он узнавал демонессу, тем больше понимал, что характер у неё ёршистый. Строптивая, к Зелхадсу не ходи!*
– Спать ляжем, укроешься плащом.
Эрграйдос ткнул в плотную ткань и отошёл в сторону, провожаемый насмешливыми взглядами боевых товарищей.
− Даже не думайте высказывать версии, − буркнул Ридэль, осекая любителей позубоскалить. Судя по лицам – их разжигало. Не находись рядом демонесса, посыпались бы шуточки.
––.
Зелхадс – Бог в мире драконов. Невидимый и вездесущий.
К Зелхадсу не ходи = к гадалке не ходи
Глава 6. О превратностях судьбы, выборе и чести
Каким бы не был неровным твой путь, впереди всегда найдётся ухаб повыше
Наутро она разлепила глаза первой. Возможно, тому поспособствовал свежий ветерок, бодряще обдувавший лицо и холодящий бок, приоткрывшийся во время сна, а возможно неудобное положение тела. Всё-таки проводить ночь на земле ей до этого не приходилось. Мужчины ещё спали, расположившись возле костра, и она им позавидовала. Вот ведь непробиваемые вояки! Дрыхли на твёрдой земле с такими лицами, будто на мягкой перине почивали. Кто калачиком, кто раскинув крылья, кто прикрылся ими, словно одеялом. Один ладонь под щёку подсунул и нежно улыбался во сне, будто ему там сладкое выдавали. Поискав взглядом Эрграйдоса, Алиенора главного дракона не обнаружила. Интересно, куда он подевался?
