Страница 1 из 3
Перезвон
Христианская лирика
Андрей Татур
© Андрей Татур, 2025
ISBN 978-5-0062-4103-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Паперть
читаем Библию и всё равно грешим,
у Бога просим Рая для души,
а сами забавляемся без меры
и детям подаём не те примеры;
измены стали блажью для супругов,
обманы в радость, сплетни друг на друга,
и зависть точит изнутри, как червь,
к замкам добра не подобрать ключей;
не поделив – ломаем, рвём на части,
чужое горе стало нашим счастьем,
здесь брат на брата вновь идёт войною,
а там их жизни ничего не стоят;
вы ненависти дайте только волю,
как вмиг шкала взлетит до бесконтроля,
и не помогут ни мольбы, ни слёзы —
восстанет гнев, как из анабиоза…
вот так живём – от «каюсь» и до «каюсь»
и, у порога церкви спотыкаясь,
у Бога просим Рая для души…
а за порогом вновь и вновь грешим.
Пред иконой
Они появятся, засветятся огни,
твоя дорога станет легче и короче.
Спаси же Господи тебя и сохрани
туманным утром, ясным днём
и грешной ночью.
Неси заботливо любовь, не предавай
в унылых буднях, в надоевших километрах,
не растеряй все драгоценные слова,
поглубже спрячь, когда идёшь
навстречу ветру.
Присядь, хорошая, согрейся у костра
и разомлеет бесконечная усталость.
Ты верь, что завтра будешь ближе, чем вчера
и, что пройти ещё совсем
чуть-чуть осталось.
Достань клубок и распусти – укажет нить,
где обойти, где скоротать хотя б немного…
Спаси же Господи тебя и сохрани.
Благослови твой путь,
твою ко мне
дорогу.
Открытые двери
Грусть – плохая спутница в пути.
Чтобы солнца луч рванул сквозь тучи,
просто улыбайся и шути,
даже если ты совсем измучен.
Даже если ливни, как стеной
от тебя отгородят дорогу,
пережди тихонько и не ной,
и не беспокой напрасно Бога.
Верь в любовь, как в чудо в Судный день,
верь в себя, не сомневайся в вере.
На земле, на небе, на воде
для тебя распахнуты все двери.
Новый день
Ещё один ложится день
на наковальню лет.
В зеркально-радужной воде
красуется рассвет.
Зажглась и вспыхнула заря…
А с ней остатки сна
через секунду догорят,
простившись дотемна.
Встаю. Негромкий скрип пружин…
Окошко отворю…
Я каждый день за то, что жив,
судьбу благодарю.
Голоса
Чуть слышные голоса
позвали опять в дорогу.
Бушует ночная гроза,
усилив в душе тревогу.
Сквозь чёрное – молний свет —
зигзаги их тьму пронзили,
несётся к экватору век
столбом вековой пыли.
В грохочущих небесах
за тысячи километров
летят лепестки-паруса,
гонимые прихотью ветра.
Замедлило время бег,
ускорило ход событий,
с дождями вода из рек
рискнула на берег выйти.
На свежей траве роса,
как будто слезинки Бога.
Чуть слышные голоса
позвали опять в дорогу.
Перезвон
Заведён механизм с чьей-то лёгкой руки,
шестерёнки стучат аккуратно.
Время плавно струится в изгибах реки,
утекает по ней безвозвратно.
Мне похвастаться нечем – ни смеха, ни слёз,
шумный век, безобразный и жалкий.
Я хотел бы воспринять всё это всерьёз
восприятием старой закалки.
Перезвон колоколен плывёт над землёй
от креста до креста звучным эхом.
И щемящая боль ядовитой змеёй
лезет в душу сквозь брешь, сквозь прореху.
Жизнь свою соберу… по кускам, по частям,
отделю от ненужного хлама.
Я пройду осторожно по древним костям
и укроюсь за стенами храма.
Крещение Иисуса
Пришествие
ждём фантастических взлётов,
ждём благородных седин,
ждём интереса кого-то,
ждём… говорят, Он один.
Он изучающе слушал
песни, что пели дожди,
и по воде, как по суше,
все говорят, Он ходил.
страшный и тяжкий жребий
горькой судьбы – позади…
и на земле, и на небе,
все говорят, Он один.
ждём мы того, кто был скверно
и вероломно судим,
так и оставшись первым…
все говорят, Он един.
Игра
Клином в небе птичья стая
душу песнями ласкает
и напомнит, улетая, —
живы до поры.
Мокрый лист ногой пиная,
в Рай иду, или от Рая,
по дороге вспоминая
правила игры.
Медное и золотое,
камни, деньги – всё пустое,
только с тем, что за душою
пустят на порог.
Та, что называл судьбою,
что шутила надо мною,
перестанет быть игрою,
подведёт итог.
Поворот
Измождённую грудь под лохмотьями
греет распятье,
перекрёсток дорог – выбор сделан
по воле судьбы.
Я однажды свернул не туда и, казалось,
что спятил,
а обратной дороги найти я не смог,
я забыл.
По пути совершал миллионы
досадных ошибок
и за них обещался до смерти
платить по счетам,
я ночами не спал, чтобы высечь
