– Если ты чего-то захочешь, то не отступишься, – озвучил как данность наставник. – Только две недели спустя разрешу тебе появляться.
– Ладно, хоть не три месяца – уже победа.
– Я пойду обед приготовлю, – саиф щёлкнул пальцами и телепортировался. Список вопросов, которые я планировал задать саифу, всё увеличивался. В их коротком разговоре промелькнуло слишком много нового.
– Видел, как я его? – девушка повернулась ко мне и радостно улыбнулась. – Знающих Элерана в холодный пот бросает, когда я начинаю что-то выпрашивать у дедушки.
– Он что, такой страшный? – наконец-то выпала возможность узнать.
– Он жрец Анарен – богини смерти. Многие боятся их, потому что их работа заключается не только в проводах в загробный мир. Почти все они стражи, ведь преступники у нас тоже встречаются.
Не просто последователь, а жрец Анарен? Не может быть! Они ведь непревзойдённые убийцы! Один такой во время войны выкашивал наших солдат рядами, практически без оружия, просто проносясь сквозь строй на огромной скорости! А если их появлялось несколько, то войска бежали без оглядки, напуганные слухами об их силе. И если Элеран служитель богини смерти, то на его счету не сотни, а тысячи убитых!
– Зря я это сказала, – погрустнела Аламей, увидев, как изменилось моё лицо. – К твоему сведению, у них жёсткий отбор, и за ними всегда следит сама королевская семья. Контроль практически постоянный! Мне жалко их. Они не могут в ярости даже разбить недругам носы, чтобы потом не ответить за это.
– Серьёзно? – звучало крайне неправдоподобно.
– Угу. Два года назад в столице послушники Шин и Анарен сцепились. Пять против шестерых! Их разнимал лично сай ансар Аридий Натэль. Потом квартал пришлось реставрировать, ансар погорячился.
– Ничего себе! Надеюсь, никто не погиб?
– Никто, но синяки и переломы обе стороны лечили долго, поскольку им запретили на этот период пользоваться магией и просить о помощи.
– Ты видела эту драку? – понял я по её поведению, по тому, как она разглядывала свои руки, рассказывая мне историю.
– Хуже, – ещё больше потупилась она. – Я стала её причиной. Нашим не нравилось, что я вожусь с анареновцами, вот они высказали им, а не мне. И всё равно, – девушка вздёрнула подбородок, – с ними интересней! Я ведь часто в храмах Анарен бываю, а послушники в нашем родовом доме в столице, по приглашению дедушки: он их обучает.
– Что может быть интересного в смерти?
– Жрецы Анарен, как никто другой, понимают души, что их связывает, держит в этом мире. Пусть они и выглядят мрачнее всех остальных саифов, но именно от них зависит хрупкий мир в нашей стране. Общение с ними – неоценимый опыт, который, несомненно, пригодится мне в будущем.
Я не мог никак опровергнуть её слова, так как сам не знал, как обстоят дела с внутренней политикой и атмосферой в Саифии. Это стало интересовать меня лишь недавно, и глубоко вникнуть в этот вопрос я просто не успел. Поэтому оставалось только кивнуть в ответ на её пламенную речь, а после жестом пригласить проследовать в дом и предложить руку. Покраснев, она дала себе секунду на раздумья и положила ладошку на сгиб моего локтя. Демоны шестого уровня! Как же приятно ощущать себя галантным и видеть её заинтересованность!
Я впервые помолился… не знаю кому… но, наверное, каким-то силам, готовым меня услышать. Я хотел, чтобы она осталась хотя бы до вечера. И моё желание сбылось! Мы спокойно, почти по-семейному, пообедали, а потом я, помня о её похвале, предложил показать свои зарисовки. Она с готовностью согласилась, и мы провели несколько интересных часов за спорами в моей комнате. О том, что я хотел лечь отдохнуть, было благополучно забыто. В голове царила лёгкость и эйфория.
– Ты ещё не был в городе? – прервала она одну из моих речей.
– Эм, нет, наставник не разрешает, – наверное, не стоило упоминать об этом, можно было просто сказать, что не было времени.
Аламей увела взгляд в сторону и задумалась.
– Нет, деда, завтра и послезавтра я не могу, у нас практика, – кажется они начали общаться ментально, но она из вежливости озвучивала свою речь вслух. – Как насчёт воскресенья? Матвей, ты не против? Хорошо… Он согласен, дедушка… Значит, до выходных?
– Уже уходишь? – опустил я руки с листками. Внутри всё похолодело.
– Да, я порядком припозднилась. Скоро вечерняя молитва, я не могу её пропустить, так как уже имела неосторожность не прийти на этой неделе.
– У вас строго с этим?
– Если хочешь прыгнуть высоко, то да. А я хочу! Именно поэтому и учусь не где-нибудь в Рисавве, а в столице. Пусть поначалу про меня и говорили, что я получила местечко в академии по родству.
– Ты об Элеране?
– Не только, но ты прав, – она снова прикоснулась пальчиком к подбородку, явно задумавшись. – Его уважают и, как я уже говорила, боятся.
– Трудно не испытывать страх к подобным ему.
– У вас ведь тоже бог смерти есть, кажется, его имя Артав? И он в вечных дрязгах с Риваном, который, кроме всего прочего, является покровителем некромантов и регулярно крадёт души из загробного мира для своих призывателей.
– Да, но Артав отвечает лишь за упокоение душ, поэтому ни в чем дурном он не был замечен. Можно сказать – образцовый бог.
– Как у нас Урр, Нинэ и Шин. И ещё Катри, просто потому, что ещё не решила, за что она хочет отвечать и кому помогать.
Наш разговор завершился прощанием. Переместив Аламей, Элеран пригласил меня в свой кабинет. Располагался он напротив библиотеки, и обычно я там не бывал. Саиф сел в своё кресло и, закинув ногу на ногу, терпеливо ожидал, пока я размещусь напротив.
– Спрашивай.
– Какие условия, последствия, привилегии от превращения?
– Условия просты: младше тридцати, гетерохромный. Почему именно они? Выдумка богов, чтобы дать надежду и в то же время ограничить нас. После войны многие Ард на грани вымирания. Поскольку древние семьи обладают большими запасами магии, то именно нам приходится всегда стоять на страже своей страны, – интересная оговорочка, пусть он и Тар, но, видимо, силы их семья не лишилась. – В действительности молодых фамилий немного, все имеют свою историю, но древними считаются те, что на протяжении тысячелетий удивляли богов, шли рядом с ними и получали за это подарки и новые возможности.
Я кивнул, принимая ответ.
– Последствия: изменения внешности. Они будут обязательно, но никто не может заранее предугадать, какие. Пророки видят лишь приблизительно. Кроме этого, становясь саифом, бывший человек должен принять правила и обязанности, присущие каждому из нас. За серьёзное нарушение можно лишиться покровительства богов и даже сил. Казни у нас редкость, тюрем нет, точнее, нет тех, что рассчитаны на продолжительное содержание. Есть система исправительных работ, направленная на улучшение и коррекцию качеств саифа.
– Таких, как жажда воровства?
– Верно. Случается, обычно по молодости лет, но, как понимаешь, когда все маги, трудно утаить преступление.
– От вас?
– И это рассказала? – ухмыльнулся он, но как-то по-доброму. – Надеюсь, ты не представляешь меня злобным маньяком, который направо и налево вырезает всех, кто ему не нравится?
Эта фраза заставила меня широко раскрыть глаза. Его поведение изменилось. Он стал расслабленнее и теперь позволял себе шутки.
– Что ж, вижу ответ на твоем лице. Радует, что ты меняешься.
Меняюсь? С чего бы? Я всё ещё… Отвел взгляд, ощущая поднимающуюся изнутри ненависть.
А потом перед глазами появилось лицо Аламей… В груди разлилось тепло. Я мотнул головой, с трудом удерживаясь от желания стукнуть себя ладонью по лбу. Ну, почему? Почему она не выходит из моей головы?! Я не могу из-за какой-то девчонки и юношеской влюбленности провалить план, который выстраивался столько лет! Я должен…
А почему я должен-то?!
– Хочу сказать, – привлёк моё внимание сай Элеран, – что у тебя в ауре вспыхивает зелёная полусфера над головой каждый раз, стоит тебе начать думать о нас хорошо.
И, как только я задумался об этом, виски тут же сдавило. Откуда? Кто?! Ментальная атака?! Но почему у меня такое ощущение, что боль идёт изнутри? Почему меня буквально разрывает на части?
– Надеюсь, хоть в этот раз ты не вырубишься, – продолжал наблюдать за мной саиф.
– Пожалуйста… уберите это, это ведь вы?! – мой голос был слаб. Мне хотелось кричать от боли, разодрать кожу до крови, добраться до костей, только бы это прекратилось. Пожалуйста!
– Не я, – покачал он головой, – и помочь снять не могу, там охранка, тебя просто убьёт.
Убьёт… меня убьёт что-то, что было наложено не саифами?
Чья это работа? Отца?…
Ещё один укол в голову, и я повалился на стол, чувствуя на языке металлический привкус. Чёрт, как же больно!
– Печально… – вздохнул саиф, начиная подниматься из-за стола. – Видимо, не обошлось без крови аватаров. Даже разбавленная кровь богов слишком сильна.
– Пожалуйста, лучше убейте, это слишком больно, – моё тело скатилось на пол. Я сжался в комок, охватив руками голову. Согласен на всё что угодно! Только бы это прекратилось!
– Надо было, но теперь уже поздно, не доглядел, – ответил Элеран непонятной фразой и бросил в меня чёрный сгусток тумана.
Сознание словно выбросило из тела, и стало легко… Спасибо…
Глава пятая. Рэк или Решение.
Нетерпеливо косясь на часы в холле, я в который раз проверял свой вид в зеркале. Вот уж не думал, что я, подобно какой-то девице, буду задумываться о своей внешности. И всё из-за девчонки!
Так! А ну назад!
Представляя «бабочки-цветочки и зеленый лужок», я загнал проявившуюся ненависть обратно. За последние пару дней мне пришлось потерять сознание от боли раз восемь, чтобы хоть немного ослабить внушение. Я знал, что отец пойдёт на всё, но подобного предусмотреть не мог. Сай Элеран сказал, что снять блоки и внушения могу или я сам, но спустя годы, или только боги. Причём человеческий пантеон помогать мне откажется, остаётся только эльфийский и саифский. Гномов как-то поблизости не предполагалось, а подводный народ унн верил в величие богини Карас. Или бога, он же и в мужском облике может быть, а иначе как бы у правительницы унн родилась от него дочь? Демон с ними, разбираться ещё в божественной биологии.
И как же проще всего обратить на себя внимание и попросить о помощи? Правильно! Пройти этот чёртов ритуал! Ненавижу!
Стукнулся головой о стену, справляясь с собой. Главное, чтобы к моменту появления наставника я был в порядке. С него станется отменить поездку в город. Это слишком важно для меня.
Ровно в десять часов раздался хлопок телепорта, и саиф возник в холле. На его плечи был небрежно накинут белый камзол непривычной модели. Пуговиц было меньше, длина выше колена.
– Это пальто, – озвучил название своей верхней одежды саиф. – Уже лет пять в моде. В твоём гардеробе тоже где-то было одно.
– Не видел, – бежать переодеваться сейчас глупо и не по-мужски, даже если хочешь произвести впечатление. Ну и что, побуду в тёплом синем костюме и плаще с мехом. Выглядит солидно и дорого. Никогда, кстати, не спрашивал, а сколько на меня тратится денег? Надо будет найти подходящий момент.
– Матвей, – серьёзно произнёс Элеран, опуская руку на моё плечо и перемещая нас. Свою фразу он закончил уже на месте. – Надеюсь на твою благоразумность, – уже второй раз слышу эту фразу. Очевидно, произносит он её не только мне.
– Понял, – ответил я, делая круг вокруг себя и осматриваясь.
Мы в переулке? Здесь просторно. При желании даже карета может проехать. Мусора нет, разве что немного дорожной пыли. Под рамами окон закреплены вытянутые горшки с цветами, покрытые инеем и снегом. Я моргнул: цветы не исчезли, а вот плетения вокруг них стали заметны. Грамотное решение: зачем убирать цветы на зиму, если их можно просто зачаровать, погрузить в своеобразный стазис и забыть до весны?
Элеран направился вперёд и вышел на улицу, я проследовал за ним, ощущая острое желание сгорбиться, чтобы казаться незаметнее. Неприятная реакция тела. Смелее, ты не малоразумный бес, призванный в мир тройкой адептов-первокурсников!
Сначала я решил, что мы в квартале обеспеченных саифов. Но очень скоро стало ясно, что улица самая обычная, и такие здесь все. Каждый стремился сделать свой дом красивым и не скупился на отделку. Наверное, когда живёшь столетия, это в порядке вещей. Спустя несколько минут мы вышли к небольшому парку, где нас ждала Аламей. Сердце радостно ухнуло и застучало как-то по-особенному, когда я увидел саифу, одетую в белоснежное приталенное пальто, из-под полы которого виднелось тёплое синее платье до колена. Голову игриво украшала шляпка, декорированная шариками меха по бортику. Стройные ножки защищали от холода высокие зимние сапожки из светлой кожи.
– Мирного дня, – помахала она рукой, пугая стаю птичек. Вокруг девушки можно было заметить остатки зёрен пшеницы. Подкармливала?
– Доброго утра, Мей, – ответили мы с наставником.
– Как тебе здесь? – спросила она, провожая птиц ласковым взглядом. – Хотя, ты же только что переместился, верно? Ещё ничего не видел, наверное, – увидев мой кивок, она взяла на себя роль экскурсовода, – Это Масэйн, находится примерно в трёхстах двадцати километрах на восток от дома дедушки. Основан семьёй ард Миней около двух тысячелетий назад. Очень молодой город, младше него только два: Карстайн и Асс-Вирэ. Остальные новые поселения ещё не имеют статуса города, для этого нужен другой уровень защиты. В последнее время сюда переезжают молодые саифы. В северных городах ниже налоги на имущество, а ещё нынешняя асари из семьи ард Миней, и поэтому город имеет дополнительное финансирование.
Всё как у людей. Разве что с махинациями наверняка сложнее. Неудивительно, с такой-то системой правоохранения! Что не мешает саифам искать легальные пути для обогащения.
Мы неспешно обходили город, я слушал приятный голос девушки и редкие комментарии Элерана, следующего за нами цербером. И, рассматривая проходящих мимо саифов, ощущал, как по капле меняется моё личное мнение. Когда оно приближалось к какой-то выстроенной границе и начинала болеть голова, Мей сразу же протягивала ко мне свои нежные руки и, со слезами на глазах, лечила.
– Не жалей меня, – попросил я после третьего приступа.
– Это моё решение, – упрямо ответила она, закусывая губу почти до крови.
– Тебе больно? – понял я, сразу же делая шаг назад и обрывая лечение. – Почему не сказала?
– Жрецы Шин никогда не говорят о таком, – просветил меня Элеран. – Но, милая, не перестарайся, два бессознательных тела мне не нужны. Что я с вами делать тут буду? Слухи ещё пойдут нехорошие, что рядом со мной саифам плохо становится.
– Ты дашь себя долечить или нет? – чуть топнула ножкой девушка, не обращая внимания на причитания своего деда.
– Пока не критично, потерплю, – я тоже был упрям, когда не хотел быть зависимым от кого-то. Тем более мне хотелось казаться сильным.
Город, несомненно, стоил внимания и долгих часов прогулок. Разнообразные памятники архитектуры (а как ещё называть домики, которым за тысячу лет?), чудесные скверики, десятки магазинчиков на торговой улице. И я ни капли не сомневался, что в первую очередь Аламей заведёт нас в ателье. Девчонка! Но мне даже понравилось наблюдать, как она изучает ткани, примеряет шляпки и спорит с грозным саифом о необходимости расширения моего гардероба. Простите… что?
– Эм, вы о чём?
– Через два с половиной месяца день рождения у ансари Эвелин, и я отказываюсь идти одна на бал!
Вокруг нас мгновенно сформировался пузырь из энергии, защищающий от лишних ушей.
– Аламей тар Наир! – чуть не оглох я от голоса Элерана, который не перешёл на крик, но всё равно заставил испугаться…
Меня, но не её:
– Деда! Он имеет на это право!
– Нет, не имеет, и ты это знаешь!
– Я не пойду, всё хорошо, – попробовал успокоить девушку. – На королевском балу не место человеку.
– Что мешает тебе перестать им быть?! – задала она самый прямой из всех вопросов.
Я открыл рот и тут же его закрыл.
Всё, что мешает – это ментальный блок отца… Ай!! Коснулся виска, прострелившего острой болью. Сколько я выдержу такую пытку? Быть может, если я соглашусь, у меня появится больше свободы и возможностей…
Возможностей добраться до… нет, нельзя! Очередная волна боли оборвала мысль. Она не даст увидеть её окончание пророкам. Как и мне… Я как барашек, ведомый на убой.
Почему я не могу сделать свой выбор сам? В голове постепенно прояснялось… Я поднял затуманенный взгляд и посмотрел на Аламей, которая аккуратно выводила пальцами узоры на моей макушке. Поймал её улыбку.
– Соглашайся, – шепнула она. – И мы вместе пойдём на бал. Обещаю!
– Да не пустят меня…
