Все внимательно слушали каждое слово, которое говорил этот парень, но не понимали всего смысла, который он в эти слова вкладывал.
Дженис же предельно ясно поняла, что хотел сказать парень, но ей это совершенно не понравилось. Они не хотели, чтобы кто-то знал об истинной силе Эвелин, и вероятно, они здесь, чтобы не дать ей об этом рассказать. Но для Дженис что-то не складывалось, что-то казалось неправильным. Зачем её мать тогда позволила всем им тут собраться, если так не хотела, чтобы Дженис поделилась догадками? Может, у неё есть какой-то план? И что это за парни? Очевидно, что это агенты их Максимы, но для Дженис они казались смутно знакомыми, она никак не могла вспомнить, где видела их в Максиме. Они внушали ей недоброе чувство, чувство от которого она бежит — страх.
— Так, идея со знакомством мне понравилась, давайте знакомиться! — Трина видимо хотела разрядить обстановку.
— Меня зовут Кайн, моего товарища Бэйл, — поймавший Трину длинноволосый парень проговорил это так беззаботно, будто все вокруг были его давними друзьями, — мы, как и Трина, всего лишь ваши помощники сегодня, нас не надо бояться, — парень широко улыбнулся и многие поёжились: его зубы были остры как у акулы, но он, кажется, на такую реакцию и рассчитывал, потому что улыбнулся ещё шире.
Трине тоже стало не по себе, но она мужественно продолжила свою идею:
— Я Трина, меня тут многие знают, — девушка нашла в себе силы, чтобы по-доброму улыбнуться другим, — я сегодня помогу вам не умереть от скуки! Предлагаю представляться по часовой стрелке, чтобы все рассказали что-нибудь о себе. Дженис, теперь ты.
— Меня зовут Дженис, и я тут, потому что моя мать хотела провести какой-то только одной ей понятный эксперимент, — Дженис была так зла, что даже не посмотрела на Трину, которая умоляюще сложила руки, — скорее всего вы все умрёте от реальных кошмаров, которые на вас наслала Эвелин, но, наверное, вы уже об этом знаете, так как вам что-то видится. По крайней мере с той девчонкой явно что-то не то уже, — на этих словах Дженис указала в сторону окна, а спиной к нему стояла бледная как мел девушка-целительница и в ужасе смотрела перед собой.
— Карли? — один из целителей неуверенно подошёл к девушке у окна и подёргал её за рукав, — Карли, очнись!
Карли словно парализовало, она не реагировала, а взгляд у неё остекленел.
Всё случилось слишком быстро.
Внезапно Карли страшно пронзительно закричала и вдруг, на мгновение, все увидели что-то огромное, что-то похожее на гигантского медведя, который стоял перед Карли. В ту же секунду помещение накрыло неестественной тьмой, а целитель, который пытался привести Карли в чувство, судя по звукам, отлетел далеко в сторону, будто его что-то подбросило. Сразу после этого крик Карли оборвался так же резко, как и возник, а тьма тут же рассеялась. Когда все посмотрели в её сторону, то увидели, что на месте, где была девушка теперь лишь огромная кровавая лужа вперемешку с какими-то раздавленными останками человеческого тела.
За секунду поднялась паника, все закричали, но, прежде чем что-то произошло, таинственный парень с угрожающим голосом по имени Бэйл поднял руки и на всех накатила волна неестественного спокойствия.
— Трина, будь так добра, приведи сюда Милу, она поможет это убрать, — Кайн мило улыбнулся девушке, и теперь его ужасная улыбка никого не напрягала, все были как будто в трансе, — а всех остальных прошу пройти за моим товарищем Бэйлом. Всех кроме вас двоих, — не убирая свою милую улыбку он указал на Дженис и Сэла.
Все послушно, как болванчики прошли за Бэйлом, который все так же держал руки над собой и от его рук исходила будто едва видимая пелена успокоения, которая окутывала всех поблизости. Как только они вышли, то Дженис и Сэл потеряли то умиротворение, которое ощущали пока Бэйл был рядом и с ужасом смотрели на Кайна.
— Надеюсь, что вы всё же справитесь со своими эмоциями без воздействия извне, иначе я разочаруюсь в самом себе, что перестал чуять других.
— Какого чёрта вы делаете? — Дженис первая нашлась что сказать, — зачем было приводить сюда всех, если опасность настолько велика?
— У Милы м-м есть небольшая теория, которую она хотела проверить, но похоже всё произошло слишком быстро, прежде чем мы могли что-то предпринять, — парень всё так же улыбался, но теперь, без воздействия на эмоции его улыбка не казалась милой, она внушала страх.
— То есть Мила сослала всех сюда, чтобы проверить кто первый тут и подохнет и возможно остальных прихватит? — Дженис была так зла, что всё же нашла в себе силы вскочить с кровати и подойти вплотную к Кайну, хотя слегка пошатывалась.
На Кайна же это не произвело никакого впечатления, только свою мерзкую улыбку он наконец убрал.
— Нет, не совсем так, — Кайн быстро приблизился к Дженис так, что их носы соприкоснулись, и его длинные серые волосы закрыли лицо девушки, а затем он резко шумно вдохнул, из-за чего Дженис с отвращением отпрянула от него, но парень лишь хохотнул, — она хотела проверить, как именно будет выглядеть смерть тех, кому уже не помочь и ей нужны были свидетели…но зачем спрашивать меня, кажется твой друг уже всё прочёл у меня в голове.
Сэл который всё это время молчал, странно усмехнулся, затем медленно подошёл к Кайну и со всего размаха ударил его по лицу так, что Кайн упал, но он тут же улыбнулся, оскалив свои акульи зубы, которые сейчас были в крови, что смотрелось ещё более жутко.
— Сэл, прекрати, у тебя будут проблемы с Милой, — Дженис была в таком шоке, что даже не успела подумать, прежде чем начала говорить и не сразу узнала свой тихий от шока голос, — это на тебя совершенно не похоже.
— Что, Сэл, расскажешь ей почему ты меня ударил или мне раскрыть карты? — Кайн похоже не расстроился из-за этого удара.
— Мне похрен кто мне расскажет в чём тут дело, но если вы так и будете творить херню, то огребёте оба, ясно? — Дженис разозлилась и даже успела забыть, что Мила забрала её силу, которую она очень хотела использовать на этом Кайне, как минимум.
— Дженис, похоже, что я умру, точно так же как и та девушка, сражённый своими страхами, потому что я точно один из обречённых, — Сэл говорил как-то глухо и слишком спокойно, — я вообще первоочередная жертва похоже, потому что заглянул в её голову, а остальные лишь ловили только её отдалённые сверхволны, которые создали с Эвелин связь.
— Ну нет, я не про это, что ты, — Кайн сделал издевательски-разочарованное лицо, поправил волосы и вытер рукавом струйку крови, которая стекала по его щеке, — я думаю ей вообще плевать на тебя, но гораздо интереснее будет узнать, что я её давний знакомый…
— Что это значит? — Дженис словно кто-то сжал в тиски, кровь прилила к лицу и всё её нутро будто сжалось от осознания своего прошлого, но девушка никак не могла собраться с мыслями, чтобы оформить это в воспоминание. Но уже через мгновение её окутало неприятное скользкое ощущение, которое медленно оформлялось в чувство, заставляло сердце скакать в бешенном ритме и покрывало всё тело потом. Это был ужас. Она внезапно поняла, откуда знала этого человека.
— ТЫ! Это ты нас тогда нашёл! — в ушах у Дженис звенело, она почти не контролировала своё тело, мысли и слова, она не почувствовала, а увидела, как указывает на этого человека и как трясётся её рука, — ты из банды каннибалов!
— Ну почти так, — Кайн резко поднялся, из-за чего Дженис вскрикнула и отскочила назад. — Ой, извини, — Кайн издевательски улыбнулся, — видишь ли, я в первую очередь агент Максимы, как кстати и твой друг, но он об этом немножко позабыл и решил надавить на жалость своей скорой кончиной.
Сэл стоял неподвижно и смотрел на Кайна будто хотел взглядом его уничтожить.
— Пожалуй, стоит тебе кое-что разъяснить, — Кайн посмотрел на онемевшую от ужаса Дженис и усмехнулся, — я не каннибал, я агент этой Максимы, который работал под прикрытием в банде, так понятнее? И выследил я тебя для этого дурачка, чтобы он отвёл тебя в Максиму. Но он облажался и пришлось всё переиграть, из-за чего, увы, погибла твоя подружка, но виноват в этом совсем не я, — теперь Кайн смотрел на Сэла, — а ты думал, что нам запрещено говорить об этом с ней? Надеялся, что она ничего не узнает? Так вот нет, всё изменилось, с тех пор как ты получал указания последний раз.
Сэл словно зарычал и кинулся на Кайна, а тот будто этого и ждал. Они успели пару раз ударить друг друга, как вдруг на них обоих загорелась одежда.
— Черт возьми, как ты это сделала?! — Кайн ошарашенно отпрянул от Сэла и начал пытаться потушить огонь, который уже явно обжигал его кожу, как вдруг он сам собой потух. Огонь на Сэле тоже потух и теперь оба парня смотрели на девушку с изумлением и толикой ужаса. И было из-за чего.
Волосы Дженис были растрёпаны и словно парили в воздухе, двигаясь как от легкого ветра, которого здесь не было, а кончики волос трепетали от еле видного пламени, её тёмно-серые глаза теперь были тёмно-бордовыми и будто горели изнутри. Она медленно подошла к обожжённым парням.
— Какой план у Милы? — её голос был ещё страшнее, чем внешний вид: он был ниже, громче и будто отдавался эхом вокруг, — говорите, если не хотите сгореть заживо.
— Она хотела увидеть, что будет происходить с теми, кто был в контакте с Эвелин, пока над ней м-м ставят эксперименты, — кажется Кайна совсем не напугала перспектива быть сожжённым, — ну и на твою реакцию ей интересно было посмотреть…И что-то мне подсказывает, что именно такой реакции она и добивалась.
— Дженис, она хотела, чтобы кто-то умер, но надеялась, что это буду я, — Сэл перебил своего оппонента и старался говорить как можно быстрее, хотя тон его был спокойным, — она ждала, что ты выплеснешь свою силу из-за моей смерти, потому что знала, что я очень дорог тебе, — на этом моменте Дженис хотела что-то сказать, но Сэл не дал себя перебить, — но это неважно, у неё был план Б и именно он и осуществился. Именно для этого тут и был Кайн.
— Честно говоря, нюансов плана я не знал, — Кайн как-то не к месту зевнул и опять поправил свои волосы окровавленной рукой, — да и того, что ты входишь в какое-то демоническое состояние тоже и игнорируешь блок Милы…
— Заткнись, если не хочешь сказать ничего полезного, пока я тебя не сожгла, — Дженис буквально прорычала угрозу своим нечеловеческим голосом и посмотрела на Кайна с неприкрытой ненавистью и злобой, но он нисколько не напугался, а лишь поднял руки в сдающейся позиции, — и ты мне не дорог, она ошиблась, — теперь Дженис обратилась к Сэлу, — мне было бы плевать если бы от тебя осталась лишь кровавая лужа, — девушка пыталась выплеснуть ярость и обиду за ложь и предательство, которое преподнёс ей Сэл, но в душе понимала, что лжёт себе.
— Дженис, я готов рассказать тебе всё что ты хочешь знать, — Сэл похоже не поверил девушке и поднялся ей навстречу, — я был агентом Максимы похоже ровно до этого момента, а сейчас стал расходным материалом, но пока у меня есть время я тебе расскажу всё что ты захочешь, только прошу, найди в себе силы убрать огонь, ты перестаёшь его контролировать.
Дженис и сама начала чувствовать, что теряет контроль. Всё её тело до этого будто дышало огнём, но сейчас оно начало задыхаться. Волосы больше не развевались и кончики заметно обгорели, а глаза налились кровью и в них явно лопнули сосуды, от тела же начал исходить жар, нерешительно превращающийся местами в пламя. Дженис была так зла, так напугана и так устала, что хотела дать силе выплеснуться наружу, она будто даже хотела сгореть вместе с ней и забрать с собой всё до чего дотянется. Но, прежде чем она дала волю отчаянию и ненависти, Сэл резко подскочил к ней и обнял уже начинавшую загораться Дженис. Дженис хватило секунды, чтобы понять, что Сэл чувствует боль от прикосновения к ней, что она обжигает его своим огнём. Но Сэл не отпустил её, ничего не сказал, только его руки начали дрожать. В следующую секунду пламя с Дженис исчезло, а сама она вдруг потеряла равновесие и упала бы, если бы её не поддержал Сэл. Но в итоге они вместе через мгновение рухнули на колени.
— Видишь, значит я всё-таки тебе дорог, раз ты решила меня не убивать — Сэл, кажется, хотел слегка поддеть Дженис, как делал это всегда, но только говорил он слишком уж тихо и каким-то не своим хриплым голосом.
Дженис посмотрела на него и увидела, что его рубашка была местами прожжена, а кожа, которая была без защиты в виде одежды, сильно покраснела и начала покрываться волдырями.
— Я просто подумала, что раз ты всё равно уже не жилец, зачем брать на себя лишнюю работу, — Дженис ответила в обычной язвительной манере, но голос выдавал её волнение, — прости меня, я не хотела причинять тебе боль, — внезапно призналась девушка, — ты правда дорог мне, я правда зла на тебя и ты расскажешь мне всё.
Сэл лёг на спину слегка поморщившись и только кивнул в ответ, кажется, говорить ему было тяжело.
— Я схожу за Милой, она тебя подлатает, — Дженис хотела было встать, но ноги её не слушались и только сейчас она поняла как всё её тело ныло и сопротивлялось ей, а глаза болели совершенно нестерпимо, — но кажется меня тоже нужно сначала подлатать.
Дженис взглянула на Сэла и поняла, что он без сознания.
— Сэл! — Дженис, преодолевая боль подползла чуть ближе к парню и наклонилась над ним, — дыхание есть, живой, — девушка чуть слышно пробормотала последнюю фразу и съёжилась от боли рядом с другом.
— Представление просто супер, жаль попкорн не захватил, — ухмыльнулся Кайн, о присутствии которого Дженис и Сэл уже похоже успели забыть, — Мила уже идёт сюда, можете не разыгрывать трагедию.
— И откуда тебе знать, кто сюда идёт? — Дженис не удержалась от вопроса, хотя говорить ей уже тоже было больно.
Кайн лишь в очередной раз зевнул:
— У меня просто отличное чутьё, я же и тебя выследил без проблем в огромном Разоре всего лишь по одной игрушке из детства.
— Ты что?.. — Дженис не закончила вопрос, потому что именно в этот момент к ним комнату ворвалась небольшая делегация с целителями и агентами во главе с Милой.
Мила осмотрела их компанию, задержала взгляд на Кайне. Тот будто что-то поняв, быстро встал и сделав издевательский поклон в сторону Дженис и Сэла, послушно подошёл и встал рядом с Милой.
— Нам нужна помощь, пожалуйста, — Дженис из последних сил обратилась к матери, но та на неё даже не посмотрела, всё её внимание было направлено на Сэла.
— Определённо, — Мила всё так же не смотрела на дочь и по какой-то причине осталась стоять у входа, махнув остальным, чтобы те подошли к ним, — отключайте её, а к Сэлу срочно приведите целительницу Кейлу, оставим их тут на ночь.
В этот раз Дженис была только рада уйти в небытие, лишь бы боль перестала её мучить. Она, не сопротивляясь, дала одной из целительниц ввести себя в исцеляющий сон.
***
Дженис проснулась только днём. Она была всё в той же белой комнате, всё в той же кровати, но сегодня здесь было немноголюдно и будто больше свободного пространства. Через секунду Дженис поняла с чем это связано: убрали стулья, которые занимали много места и немного изменили местоположение кроватей. На кровати напротив лежал Сэл, над ним стояла уставшая целительница, которая беспрестанно проводила руками вдоль его тела, что сопровождалось лёгким мерцанием. Соседняя с Дженис кровать была пуста, а на двух оставшихся кроватях рядом с выходом сидели Бэйл и Кайн, которые всё ещё были не пациентами, а надсмотрщиками. Они быстро посмотрели в её сторону и если Бэйл никак не отреагировал на её пробуждение, то Кайн широко улыбнулся. Улыбка была всё такой же устрашающей. Дженис быстро отвернулась от него и посмотрела в ту сторону, где вчера была кровавая лужа, оставшаяся от целительницы Карли. Всё было убрано, остались лишь грязные разводы на белой стене и окне.
Попытавшись подняться, девушка почувствовала, что всё её тело нещадно болит. Больше всего болели глаза. Резко выдохнув от боли и приняв исходное положение, Дженис твердо решила поспать ещё, но тут ощутила чьё-то присутствие рядом со своей кроватью. От неожиданности она слегка дернулась и сразу пожалела об этом: боль была сильной.
— Ну что, малышка Дженис у нас уже проснулась, потянулась, но решила, что не готова к новым приключениям? Признаться, я разочарован, — издевательский голос, который ни с кем не спутать, заставил Дженис открыть ноющие глаза — как видишь, я сохранил дистанцию, чтобы ты не отрубилась от ужаса, что я стою рядом с тобой, — Кайн теперь лежал на соседней с Дженис кроватью и казался абсолютно расслабленным, как будто ничего вчера и не было. Про вчерашние события напоминал лишь синяк, который алел на его правой щеке.
Дженис злобно на него посмотрела и постаралась не остаться в долгу:
— Знаешь, я разгадала твою способность: ты всего лишь бесполезный идиот, который своими дебильными разговорами выбешивает остальных, чтобы добавить хоть что-то интересное в свою тупую жизнь.
Бэйл, сидевший через две кровати от Кайна хмыкнул, будто соглашаясь со словами девушки, а сам Кайн нисколько не обиделся и лишь широко улыбнулся, обнажив острые акульи зубы, от которых Дженис, хоть и не подала вида, но в глубине души буквально сжалась от ужаса.
— Ну что ты, я же вчера сказал, что у меня способность чуять других, удивлён, что ты так невнимательно отнеслась к потенциально полезной информации, — Кайн поднял указательный палец и с издевательским порицанием указал на Дженис, — тебе стоит лучше слушать россказни своих недругов, ты ведь считаешь нас с Бэйлом своими врагами, не так ли?
— Нет, что ты, я думаю, что мы лучшие друзья и сегодня будем плести друг другу косички, пить чай и обмениваться глупыми историями, — девушка не пыталась скрыть саркастичный тон, — но твоей подружке, — на этих словах она кивнула в сторону Бэйла и сразу поморщилась от боли, — придётся обойтись без косичек, он так старательно свои волосы не выращивал.
— Ой, ой, кажется, что я уловил нотку зависти в твоей браваде? Хочешь такие же длинные и шелковистые волосы? — Кайн похоже не умел обижаться и решил подыграть сарказму девушки, — ну ничего, поделюсь с тобой своим секретным средством для волос, волосы отрастут так быстро ты и не заметишь…правда будут серыми, как у меня, но это же мелочи?
— Да вы заткнётесь уже сегодня? — Бэйл даже не посмотрел в их сторону, он смотрел в окно, будто кого-то ждал, — вы мешаете работать человеку, — после этого он мотнул головой в сторону целительницы, которая со странным обожанием посмотрела на Бэйла, но он даже не удостоил её взглядом, и с ненавистью на Дженис. Почему ей был подарен такой взгляд Дженис не поняла и времени на раздумья уже не осталось, потому как в следующую секунду двери распахнулись и вошла Мила в сопровождении небольшой делегации.
— Отлично, ты проснулась, — Мила проговорила таким тоном, будто надеялась, что дочь всё же не проснётся и тут же перевела взгляд на кровать с Сэлом, который в сознание так и не пришёл, — спасибо, Кейла, — сказала женщина, переведя взгляд на целительницу, — теперь тебя сменит Лэйша. После этих слов из делегации вышла совсем молодая девушка, которую Дженис видела лишь раз или два в Максиме и та, не смотря никому в глаза, быстро проскользнула к кровати Сэла и проворно начала проводить те же манипуляции, что и Кейла. Кейла, в свою очередь, с заметным облегчением отошла к Миле.
Дженис, побоявшись, что мать сейчас снова уйдёт и оставит её без ответов с невероятным усилием и через сильную боль села на кровати и обратилась к Миле:
— Ты не хочешь рассказать хотя бы то, что вчера произошло?
— А ты серьезно хочешь это знать? — Мила лишь провела взглядом по девушке и тут же отвернулась, но уходить похоже не собиралась, — я отвечу только на один твой вопрос сейчас, у меня много дел.
— Я уже спросила: что произошло вчера? Почему девушка погибла? Что ты хотела проверить и каким образом?
— Ты задала три вопроса, но полемику я разводить не собираюсь и отвечу на твои вопросы, но только по факту вчерашнего…инцидента, — Мила всё ещё не повернулась к дочери и разговаривала будто сама с собой, но дальше она развернулась к своей делегации и продолжила, — оставьте нас, продолжайте заниматься нашей работой, я выйду через пять минут. После её слов все незамедлительно покинули комнату.
— И зачем ты выгнала своих защитников? — Дженис решила не упускать случая задеть мать, — очевидно, что ты боишься проводить со мной время без целой толпы живых щитов.
— Мы всё ещё не наедине, а всю информацию слышать могут только те, кто находится в этой комнате, — Мила наконец повернулась в сторону Дженис и обвела рукой всю комнату, где всё так же были Кайн, Бэйл, неподвижный Сэл и теперь ещё целительница Лэйша, — если ты позволишь, я продолжу, иначе ты так и останешься без ответов.
Дженис очень хотела ядовито ответить, но прикусила язык: она почувствовала, что информация будет полезной.
— Очень хорошо, — Мила кивнула будто сама себе и начала мерить комнату шагами, — вчера был проведён важный эксперимент, который являлся проверкой нашей с тобой, Дженис, теории. Теория была подтверждена. Кошмары реальны, и они убивают наяву. Странную сущность, похожую на медведя видели все, кого удалось опросить.
— Что значит, «кого удалось опросить»?
— Ты и Сэл были без сознания. Еще несколько вчерашних «пациентов» были, скажем так, умерщвлены некими сущностями, которые, к сожалению, уже никто не увидел, так как после инцидента с Карли все были помещены в разные помещения для общей безопасности. Но благодаря нашему опыту мы можем понять, что это были за сущности.
— И в чём же заключался твой эксперимент? — Дженис чувствовала, что ответ ей не понравится.
Мила набрала в грудь побольше воздуха перед ответом. И с ответом она не спешила, но Дженис решила её не торопить, так как чувствовала, что сделает только хуже.
Наконец Мила взяла себя в руки и прошла к выходу перед ответом:
— Вчера я настоятельно попросила каждого написать свои реальные страхи, с подписями кому они принадлежат. Целительница Карли написала следующее: «я боюсь медведя оборотня из одной старой книги, и я боюсь, что он не оставит от меня ни кусочка». Собственно, как можно видеть, произошло всё ровно так, как она и описала в своих страхах. Теперь мы знаем с чем имеем дело и что это за сила и будем начеку.
— Что ты сделала, чтобы она выпустила свою силу? — Дженис уже знала, ощущала ответ, она лишь почувствовала, что всё её нутро говорит ей, что не хочет задавать этот вопрос, это не нужно, но бессознательно или сознательно она его задала.
Мила уже взялась за ручку двери и не оглядываясь, тихо сказала:
— Её боль была важна для всей Максимы, ты не поймёшь и даже не попытаешься, но мы должны были знать наверняка, чтобы понимать, как с этим бороться, как это использовать, — Мила тут же вышла и захлопнула дверь.
— ТЫ ЕЁ ПЫТАЛА, ТЫ ПОДВЕРГЛА ВСЕХ ОПАСНОСТИ И ГОВОРИШЬ, ЧТО ТАК БЫЛО НУЖНО ДЛЯ ВСЕЙ МАКСИМЫ? ТЫ НЕ ПРИДУМАЛА НИЧЕГО ЛУЧШЕ ЭТОГО? ТЫ САМАЯ ТУПАЯ ГЛАВА МАКСИМЫ, КОТОРУЮ Я ЗНАЮ! — Дженис хотела верить, что через стены её ор было слышно, что её мать услышала, что она задумалась и предприняла хоть что-то, исправить свою непоправимую ошибку, но понимала, что всё тщетно.
И вдруг Дженис осознала, что от злости она вскочила на ноги, которые ужасно болели и дрожали, она еле держалась в вертикальном положении. И ещё она поняла, что в следующую секунду злость ушла, пришло необычайное спокойствие, которое почему-то даже не раздражало её, ей просто не хотелось делать ничего такого, о чём потом можно было бы пожалеть. В обычной ситуации это бы её взбесило, но не сейчас. Девушка посмотрела в сторону Бэйла и всё стало ясно: он поднял руки, от которых исходила будто лёгкая рябь, идущая в сторону Дженис.
— Дженис, тебе лучше лечь в кровать, ты сейчас упадёшь, — Бэйл говорил спокойно и взгляд его серых глаз действовал лишь успокаивающе, хотя было видно, как парень напряжён и что его короткие русые волосы слегка колышутся, как от легкого ветра, хотя конечно же никакого ветра в палате и в помине не было.
Дженис не сопротивляясь рухнула на кровать и закрыла глаза. Злости не было, желания убивать тоже, хотя ей этих чувств очень не хватало. Она даже подумать не могла обо всём что узнала, потому что хотела злиться, рвать и метать, но сейчас физически этого не могла сделать. Из её умиротворённых размышлений её вывел как всегда слегка издевательский голос Кайна.
— Ну так ты других и не знаешь.
— Что, прости? — Дженис даже говорила будто не своим голосом, таким спокойным и без тени сарказма.
— Так ты только одну главу Максимы знаешь, поэтому и говоришь, что она самая тупая из всех глав, — Кайн говорил вполне дружелюбно и сейчас не выставлял свои клыки напоказ, он, в это сложно поверить, заплетал себе косичку из своих длинных серых волос.
— А ты что, много глав Максим знаешь? — Дженис чувствовала себя очень странно, кажется, она так спокойно никогда в жизни с людьми не разговаривала.
— Нууу, не прям очень много, но пятерых знаю точно, — Кайн на секунду будто задумался, — ан нет, шестерых, а что, интересно какие они?
— Если честно мне вообще пофигу, — спокойно призналась Дженис, — мне больше хочется узнать кто вы такие и что делаете кроме как вводите людей в кайфовое настроение.
Кайн хохотнул, а Бэйл всё так же казался напряжённым. Он послал предостерегающий взгляд Кайну, но тот просто отмахнулся.
— Да расслабься, она же реально как под кайфом благодаря тебе, с ней сейчас хоть адекватно поговорить можно, она даже выслушает.
— Но держать её эмоции под контролем — это хуже, чем толпу напуганных целителей, и я не уверен, что справлюсь, если ты будешь её бесить, — Бэйл кажется не шутил насчёт такого сравнения.
