Читать «Тропа тунеядцев. В августе 34-го. Из жизни контрразведчиков» — Михаил Михайлович Вербицкий онлайн
Страница 18 из 26
– Во, дает парень!
– Молоток – ничего не скажешь!
Поскольку паника в камерах не прекращалась, один из бойцов заглянул в глазок самой шумной.
– Ну, ничего себе! – Присвистнул он.
Внизу, капитан Злыдник, с удовольствием разглядывал образовавшийся, на месте двери, кабинета начальника изолятора, аккуратный проем.
Сама железная дверь плашмя рухнула внутрь кабинета, слегка задев край начальственного стола, который, край, а не весь стол, после контакта, превратился в щепки.
За плечом капитана, тяжело вздыхал Судзиловский.
Ободряюще похлопав дежурного по плечу, Злыдник, с восторгом, пожал руку саперу.
– Вот, это – работа! Вот, это – я понимаю!
Вова смущенно улыбался и, даже чуточку покраснел.
Тут, в руках у Злыдника, голосом майора Синяговского, заговорила рация:
– Ваня, ответь. Слышишь меня?
– Слышу, слышу!
– Поднимись на четвертый этаж, покажу что-то.
Когда капитан поднялся, на четвертый этаж, омоновцы весело курили.
Синяговский, стоя у приоткрытой двери одной из камер, загадочно поманил его рукой.
Стоящий у него за спиной, прапорщик Глушеня, имел вид сильно озабоченного человека. Остановившийся взгляд и приоткрытый рот, говорили о сверхнормативном умственном напряжении.
– Чего – тут? – Спросил Злыдник.
Синяговский молча кивнул в камеру и посторонился.
– Так, так, так! – Выдохнул капитан. – И, как это понимать?
То, что предстало его глазам, никак не укладывалось в параметры исправительной системы.
Вместо узких окошек, под потолком, в помещении образовалось два дыры, через которые, можно было протиснуть слона. Строительные блоки еще кое-где держались, на местах, но совершенно четко обозначились квадратные проемы, похожие на обычные окна, в здании вольного стиля.
– Прямо – «Графские развалины». – Усмехнулся Синяговский.
– Чертовщина – какая-то! – Покрутил головой Злыдник. – Прапорщик, объясните, что это за порнография?
– Кабинеты здесь были, раньше. – Недружелюбно сказал Глушеня.
– Какие кабинеты, к чертовой матери? У меня дед в семидесятые здесь, на четвертом этаже, сидел! Точно, на четвертом, без вывода. – Сказал капитан уверенно.
– Это потом, значит, тут кабинеты сделали. – Сказал Глушеня. – Когда криминогенная обстановка, стала спокойной.
– А потом – что?
– Когда новую борьбу, с тунеядцами, начали – опять камеры оборудовали.
– Это уже при новом начальнике? Впрочем, неважно.
Злыдник проскользнул в камеру.
Разномастные старушки жались, к дальней стене и тихонько молились, глядя на зияющие в стене бреши. Капитан разулся, и влез на топчан. Потрогав один качающийся блок, вытолкнул его наружу. Взял кусок цемента, размял его пальцами и усмехнулся, очень зловеще.
Позже, покидая заведение, Злыдник, еще раз осмотрел четвертый этаж уже снизу. Здание выглядело, так, словно подверглось артиллерийскому обстрелу. В одном из проемов, была натянута веревка и на ней, жеманно трепеща на ветру, висели розовые женские панталоны, из знаменитой ватиновой коллекции советской эпохи.
Минут через пятнадцать, после того, как Злыдник спустился с четвертого этажа, у него зазвонил телефон. В это время, он, на скамейке, в тени высокого бетонного забора, мороженным и газированными напитками, успокаивал напуганных взрывом сестер Ермак.
– Злыдник слушает. – Бодро сказал он, поднеся трубку к уху.
– Да, товарищ полковник. Нет, товарищ полковник. Действовал, строго по инструкции. А, что прикажите делать? Инициатива, на инициативе. Откуда был звонок? Центральное управление исполнения наказаний? Ага… Ага… Конечно, есть соображения, откуда поступил сигнальчик. Понял… Понял! Будет сделано!
Отключив телефон, Злыдник подмигнул дамам:
– Начальство! Волнуется!
– Какая, у вас – работа интересная!
Немного придя в себя, после разговора со Злыдником, полковник Бурый уже потянулся было к кнопке громкой связи, чтобы вернуть майора Барабанова в кабинет, но рука его остановилась на полдороге. Красный телефонный аппарат, вновь стал подавать звуковые сигналы, одновременно маня его, красным светом.
– Да, товарищ генерал! Полковник Бурый слушает!
– Кресло, у тебя – удобное, полковник?
– Не совсем вас понял, товарищ генерал…
– Сейчас поймешь. Нет, лучше ты мне объясни, что, там – за драма с заложниками?
– Мне, об этом, ничего не известно… Не поступало никаких сведений.
– Весь город уже знает, а тебе – неизвестно. Вот, у меня – рапорт оперативного. Заложники, джихадисты – полный спектр… Так, подожди! – Генерал, на какое-то время, отключился.
Зеленым глазом подмигнул интерком.
– Да. – Торопливо отозвался Бурый.
– Товарищ подполковник, вам – рапорт от оперативного. – Сообщила старший лейтенант Шелепова.
– Быстро сюда.
– Кто – в приемной? – Шепотом, спросил он, когда Лидочка пожила рапорт ему на стол.
– Скрипак и Барабанов.
– Бурый, ты меня слушаешь?! – Раздался генеральский рык, в трубке.
Бурый, взмахом руки, отправил Шелепову обратно в приемную.
– Слушаю, товарищ генерал! – Отозвался он, кося одним глазом в рапорт дежурного.
– Ты, конечно, как всегда – не в курсе. Так – вот, довожу до твоего сведения, что «четвертый комбинат», только что взорвали! Теперь, я надеюсь, ты – в курсе происходящего!
– Немедленно выезжаю на место, товарищ генерал!
Телефон зловеще замолчал.
Бурый молниеносно выскочил из кабинета, на ходу одевая пиджак.
– Барабанов, действуешь по плану! Мне машину! Скрипак – со мной! – Рявкнул он, пересекая приемную.
Шелепова схватилась за телефон. Барабанов вытянулся, в струнку. Скрипак, холодея от ужаса, ринулся вслед за начальником.
– Тебе известно, что происходит? – Спросил Бурый у Скрипака, когда тот плюхнулся на переднее сидение.
– Не имею понятия… – Сказал Скрипак, но как-то неуверенно.
Бурый нахмурился. Но вопросов больше задавать не стал.
Молчали всю дорогу.
Полковник сурово щурился. Подполковник, сидя рядом с водителем, обливаясь холодным потом, широко открытыми глазами смотрел прямо перед собой, не видя дороги.
Уже, на подъезде к комбинату, стало понятно, что ситуация – нештатная.
То и дело машина обгоняла кареты скорой помощи и машины МЧС. Сотрудники автоинспекции полностью перекрыли движение, на этом участке кольцевой, согнав легковушки на обочину. Их водители курили, возле дороги, оживленно обсуждая сложившуюся ситуацию.
– Главное – не возмущается никто! – Подумал полковник. – Интересно им, видите ли. Завтра, я уже представляю – нарассказывают. Мало нам слухов было. Еще подкинут.
Съезд к комбинату перекрывал кордон милиции, который, не разглядев номер, остановил машину Бурого.
– Вы, что совсем страх потеряли?! – Грозно выскочил из машины Скрипак. – Не видите, кто едет?!
Старший, молоденький лейтенант, отчаянно замахал руками, отгоняя патрульную машину, перекрывающую дорогу высокому начальству. Рядовые сотрудники взяли «на караул».
Бурый не спеша вылез из машины и махнул рукой Скрипаку:
– Пройдемся пешком.
Он любил подходить к сложному делу, исподволь, окольными путями, чтобы, потом, соколом ринуться на добычу.
До бетонного забора, окружающего предприятие, оставалось метров пятьдесят.
Бурый шел первым, за ним, спортивным шагом двигался Скрипак. Третьим, на некотором отдалении, мелкой трусцой, поспевал лейтенант. Видимо он решил, что его долг – сопровождать высокопоставленных представителей власти.
Ворота охраняли четыре колоссальных омоновца и дедушка сторож, который, переволновавшись, с трудом стоял на ногах.
Омоновцы еще издали разглядели, кто приехал.
Дед же не вник в ситуацию и решительно выступил вперед.
– Ваши… – Успел произнести он, начало дежурной фразы, после чего был поднят за шиворот вверх и перемещен, по воздуху, в служебную будку.
Кивнув омоновцам, Бурый вошел в ворота и остановился, словно наткнувшись на невидимую преграду.
Вся площадка, перед зданием дирекции, была забита спецтехникой. Здесь были машины милиции, скорой помощи, пожарные.
Немного в стороне, стояли четыре бронированные автозака ОМОНа.
Среди транспортных средств, суетились медработники, таская носилки с ранеными, и деловито перемещались пожарники, сворачивая одни шланги и разворачивая другие.
Милиционеры, снующие повсюду, выглядели не столько озабоченно, сколько растерянно.
– Интересно, кто, здесь – старший. – Скорее подумал вслух, чем спросил Бурый.
– Сейчас узнаю! – Метнулся Скрипак.
Когда подполковника поглотил, царящий на подъездной площадке хаос, Бурый, еще раз обвел взглядом площадку и, не поворачивая головы, сказал:
– Лейтенант, видишь вон того майора?
Он указал пальцем на майора-омоновца, безмятежно курившего в сторонке.
– Так, точно!
– Позови его, ко мне.
Лейтенант стремительно ринулся, в указанном направлении.
Подбежав к майору, он стал что-то говорить ему, украдкой поглядывая назад.
Не дослушав, омоновец взглянул на Бурого, бросил окурок и, поправив ремень, направился к полковнику, деловитым, но неспешным, шагом.
Подойдя, он отдал честь и представился:
– Майор Синяговский.
– Полковник Бурый. Майор, доложите, что здесь происходит!
– Трудно сказать. Нас, сюда перекинули, по тревоге. Приказали: «Действовать, по ситуации». Вот, разбираемся, что – к чему.