Ирина Васильева "Переводчица. Книга 2"

Девочек сдернули за руки с подиума и подвели к Андрею.

– Вещи им верните, – сказал он помощникам ведущего.

Наложницы спешно оделись и встали напротив мужчин.

– Ну, что теперь будешь с ними делать? – спросил Фарид, с интересом разглядывая взрослую.

– Пойду к себе.

– Помочь? – ухмыльнулся тот.

– Сам справлюсь… Деньги сам знаешь где. Сдачи не надо.

– Хм.

Девочки стояли, не шелохнувшись, слушая чужую речь. Андрей махнул им головой в сторону дверей и прошел вперед. Они гуськом последовали за ним.

Пленницы молча шли по лабиринтам коридоров и, оказавшись у одной из дверей, остановились за спиной мужчины. Андрей постучал два раза. Дверь открылась. Они втроем вошли в небольшую комнату с двумя односпальными кроватями.

– Что случилось? – спросил Макс.

Он стоял в трусах и протирал сонные глаза.

– Это кто?

Девушка, услышав русскую речь, расплакалась и кинулась к ногам Макса.

– Дяденьки, пожалуйста, не трогайте мою сестру. Она маленькая совсем. Ей восемь лет всего…

– Андрей, что это? – в недоумении спросил он.

– Только что приобрел по случаю на аукционе, – ухмыльнулся Андрей.

– Я за двоих отработаю, только ее не трогайте, – продолжала та, пытаясь спрятать за спину свою сестренку.

Дрожащими от страха пальцами, она принялась расстегивать пуговички на своем застиранном ситцевом платье. Затем спустила рукава фонарики, обнажая вполне сформировавшиеся груди.

– Можно только вы не сразу вдвоем будете… – уставилась она на Андрея.

У Макса дернулся кадык.

– Оденься… Никто вас трогать не собирается, – ответил Андрей.

Она спешно закинула рукава на плечи и принялась обратно застегивать пуговицы на платье.

– Что вы с нами тогда будете делать? – испуганно пробормотала она.

– Как тебя зовут?

– Дина.

– Откуда вы? – спросил Андрей, сдвигая брови к переносице.

– Мы из-под Брянщины, но у нас там никого нет…

– Как это? – удивился Андрей.

– Мы из детского дома. Понимаете, – она опустила глаза. – Моя сестра Роза, она дочь военнопленного итальянца.

Девушка провела ладонью по черным косичкам девочки. Андрей с Максом переглянулись.

– Мама родила ее в сорок пятом, – продолжила девушка. – Она получила похоронку на моего отца еще в начале войны. Его уже никто не ждал, а он неожиданно для всех вернулся. Он никак не смог смириться с тем, что она родила от другого мужчины, напивался и бил ее сильно, почти каждый день… пока совсем не убил. Ему дали пятнадцать лет лагерей… а нас Розой в детдом.

– А как вы здесь-то оказались? – нахмурился Макс.

– Сестренку разыскал ее родной отец и два года пытался оформить документы на отцовство, а недавно нам сказали, что мы должны поехать к нему в Италию.

– Ты его сама знаешь? Хоть раз видела? – спросил Андрей.

– Да, конечно. Он у нас часто бывал дома… правда украдкой. Когда мама забеременела от него, она до самых родов скрывала свое положение. Она родила в ванной. Я ей помогала… Потом, когда подошел срок, его и других пленных отправили на родину, а мама осталась с маленькой дочкой на руках… Он говорил, что писал письма, присылал нам деньги и подарки, но мама ничего не получала от него.

Она надорвала поясок на платье и вынула оттуда свернутую в трубочку фотографию.

– Вот.

Протянув ее Андрею, девушка продолжила:

– Мне мама оставила… чтобы я его нашла. Она его сильно любила. Нас привезли на поезде в какой-то город в Польше, а потом… потом мы здесь очутились.

– Все понятно. Ты его имя, фамилию знаешь?

– Антонио Монти. Одиннадцатого года рождения. Он из Генуи. Работал до войны слесарем. Больше, к сожалению, ничего о нем не знаю.

Андрей развернул рулончик фотографии. С пожелтевшего черно-белого снимка на него смотрело красивое мужественное, но уставшее лицо мужчины лет сорока.

– Что ты об этом думаешь? – спросил Андрей.

– Схема понятна. Под видом поиска родственников за границей и усыновления или удочерения вывозят для дальнейшей продажи. Кто их будет искать из интернатов и детских домов?

– Ну, что будем делать?

Андрей посмотрел на Макса.

– Постараемся найти этого родственника. Только не факт, что это он на них оформлял документы на выезд, – пожал плечами тот. – Ладно, посмотрим. Сейчас как раз на пути Италия.

Макс задумался и посмотрел на девочек.

– Как же вас в город незаметно вывести?

– Через полицию будешь?

– Нет, у меня там свой человечек. Давай так, до утра они со мной, а там решим.

– Я тебе их тогда оставляю.

– Ты можешь завтра выйти на пирс?

– Не знаю, у меня ведь нет документов…

– Я что-нибудь придумаю…

– Хорошо. Давай.

Они пожали друг другу руки. Андрей вышел и, пройдя по коридору, открыл дверь в свою комнату. Полностью раздевшись, он лег на живот, все еще ощущая болезненное напряжение.

«Господи, я же так не смогу уснуть», – мучился он, ворочаясь в постели.

Чувствуя ноющую боль в паху, Андрей сжал пальцами в ладони свою каменную плоть и, вспоминая ласки Даши, заскользил по подвижной коже. Сладкая томная волна стала наполнять его тело и, разрастаясь, подкатила к самому горлу. Он едва успел сдернуть со спинки кровати полотенце, прижимая его к пульсирующему органу.

«Дожил, сам себя удовлетворяю», – усмехнулся Андрей, сбрасывая полотенце на пол.

В последний раз это было в детском доме. Он с улыбкой вспомнил, как они с мальчишками по очереди поднимались над узким незакрашенным окном женской раздевалки и подглядывали в душевую, где мылись старшеклассницы…

Андрей устало закрыл веки, пытаясь уснуть. Перед глазами продолжали мелькать обнаженные мужские задницы и голые, извивающиеся под ними от боли и страха, девочки…

Он не понял, как отключился.

Глава 5

Новый день начался с трехкратного полуденного звона корабельной рынды. Увидев яркий солнечный свет, Андрей подскочил на постели. Выглянув в окно, он увидел невдалеке причал и старинные каменные дома, мост через реку, впадающую в прибрежные морские волны. Спешно натянув на себя рубаху, штаны и сандалии, выскочил в коридор. Там ругались на своем родном Фарид и Дамир.

– Что случилось? – спросил Андрей.

– Андрей, я хочу посмотреть город, а отец не пускает…

– Так давай мы вместе прогуляемся с ним, – пожал плечами тот. – Чего ты его не пускаешь, так и будешь контролировать парня?

Фарид подозрительно взглянул на Андрея.

– Где вчерашние девочки?

– Я обязан объясняться? Ты мне их продал, а дальше мое дело, как их использовать. Твои слова? – уставился на него Андрей.

Фарид поиграл желваками на скулах, слегка прищурившись.

– Ну, ладно, идите… документы свои возьми.

Он вынул из заднего кармана брюк паспорт и протянул его Андрею.

– Не вздумай сделать ноги, сам знаешь, чем для тебя это может закончиться.

– Я в курсе, – спокойно ответил Андрей.

На палубе уже практически не было народа. Он взглянул на причал поверх многочисленной толпы отдыхающих и нервно вздохнув, ступил следом за Дамиром на трап.

– Андрей, ты можешь меня прикрыть на пару часов? – заговорщицки прошептал ему Дамир на ухо.

– Что случилось?

Парнишка кивнул на девушку, стоящую неподалеку в ожидании возле автобуса с англоговорящей группой.

«Эта девочка с аукциона. Ее увел с торгов сразу после покупки какой-то… Ну, Макс, никак не ожидал и когда только успел», – внезапно пришла ему в голову мысль.

– Ну, пары часов тебе будет маловато.

Андрей взглянул на ручной циферблат.

– Ровно через три часа встречаемся на этом же месте, – улыбнулся Андрей, обнажая верхний ряд зубов.

– Спасибо, век не забуду, а то отец постоянно контролирует меня…

– Только будь осторожен, как я тебя учил. Все иди, она ждет.

– Андрей, – услышал он тихий голос рядом с собой. – Иди за мной.

Андрей на некотором расстоянии последовал за широкой спиной Макса. Проходя многочисленные узенькие каменные улочки, они наконец-то оказались у дверей одной кофейни. Мужчины зашли в небольшое помещение и разместились в самом дальнем углу.

– Голодный? – спросил Макс. – Я смотрю, ты полдня проспал.

Андрей чуть улыбнулся в ответ, замечая возле их столика официанта.

– Кофе… Пиццу будешь? – спросил Макс. – Здесь очень вкусная пицца.

– На твое усмотрение, – пожал плечами Андрей.

– «Маргариту» целую и два кофе. Ты со сливками? – повернулся к нему Макс.

Андрей кивнул.

– И два кофе со сливками, – добавил Макс официанту. – Ну, что? Рассказывай, – довольно выдохнул он, поднимая глаза к Андрею.

– Ты почему мне еще вчера не сказал, что участвовал в аукционе?

– Ты мне тоже не сказал, что будешь в этой преисподней.