– Не знал, что у тебя есть девушка, – Митчелл удивлен не меньше меня, – давно вместе?
– Пару месяцев. Не думал, что все серьезно, пока не настал день отъезда. Софи так плакала, у меня сердце чуть не разорвалось – начиталась статистики, сколько людей из Северного города пропадает или погибает в лесах в течение года.
Когда мы разговаривали с Алексом, гипотетически предполагая, если только одного из нас возьмут в экспедицию, что мы будем делать? Был план не вставать на пути у другого. Это мы определили сразу. Я бы помогала подготовиться ему, он бы тренировал меня. Это не стало бы камнем преткновения для нашей пары.
– Хм… думаю, я стану на чуточку-чуточку-чуточку любить тебя меньше. А если ты увидишь волка и умрешь от его зубов – никогда тебя не прощу, – сказала тогда именно эти слова, в глубине души понимая, что моя мечта разобьется вдребезги в случае, если меня не запишут в главный состав, буду вспоминать это как факт, сломавший мою жизнь. А то, что любовь всей моей жизни пропадает в лесах… Алекс тогда поцеловал меня и убежденно сказал, что мы будем избавлены от такого сценария, потому что отправимся в экспедицию вместе и вместе вернемся домой. Что-то тогда мелькнуло в его глазах – боюсь, очередной раз прочел мои мысли и знал, что для меня он по-прежнему занимает второе место, после волков.
Однажды, когда ругались, он сказал, что на первом месте должна быть моя жизнь, а он, ладно, согласен на третье. В первый и последний раз мы повысили голос друг на друга. Я ничего не могла с этим поделать. Сложно решить, хотя бы без одной из этих составляющих моя жизнь не имела бы смысла.
Первое место – Северные волки.
Второе место – Александр Митчелл.
Третье место – Виктория Райсс.
– Я вообще собираюсь смотреть на все со стороны, – из мыслей и воспоминаний меня вырывает голос Торрес, – заберусь на дерево, обоснуюсь и буду писать.
– У тебя уже есть сюжет? – улыбаюсь, жалея, что завела эту тему: Алекс так и посматривает на меня в зеркало дальнего вида, поэтому с радостью переключаюсь на разговор о будущем шедевре Кэтрин.
– Да, есть основа, канва. Главная героиня – зеленоглазая блондинка, спортивного телосложения. Ее парень, зеленоглазый шатен, чуть худощавый, но сильный, такой... жилистый, – улыбаюсь теперь, ловя взгляд своего парня, Кэт решила явно описать нас, – думаю, надо начать с пути, когда все хорошо и сладко, обязательно секс-сцена, в лесу будет не до того, а к концу один ломает ногу, а второй его несет на спине или тащит по сугробам. Я еще не решила, кто это будет.
– Ну, Алекс меня дольше сможет тащить, чем я его. Тебе как нужно для сюжета? – разрешаю ей вершить судьбу выдуманной меня, как только ей ни заблагорассудится.
Марк спрашивает, будет ли в будущей книге он? Мне кажется, да, будет. И умрет одним из первых и как-то глупо. Досадно, что симпатия Кэт не найдет взаимности, зато более эмоциональный сюжет обеспечен.
Мы вообще много времени проводили вчетвером, как парочка Вик и Алекс, и два их лучших друга, которым вполне естественно было бы сблизиться. Могли мы быть так поглощены друг другом, что не заметили чувств между Майклом и Кэтрин?
Сюжет, рассказанный Торрес, наталкивает меня на мысль о возможных травмах. В нашем случае, самым главным фактором выживания является ловкость. Специальные клаймберы и кошки на обуви помогают быстрее забираться на деревья – где ты будешь недоступен для острых зубов большого и свирепого волка из страшной сказки. Но если случится травма – руки или ноги, – то ты обречен. У тебя просто нет шансов, нет никаких вариантов. Бежать бесполезно. Если что-то ломать, то лучше сразу шею, чтобы мгновенная смерть.
Остаток пути до ночной остановки проходит спокойно. Мы комфортно молчим, изредка кто-то что-то скажет, а в какой-то момент ребята стали играть, высматривая собак на обочинах, но очень скоро мы проехали населенные пункты, и в машине установилась тишина. Я же просто ехала, погруженная в свои мысли.
Когда заходит солнце, опускается темнота, мы как раз заезжаем на парковку гостиницы. Джеймс Навелс – гений планирования, так точно рассчитать время и скорость нашего передвижения мог только он.
– Выгружаемся, дорогие, – люблю, когда Алекс за рулем. Я вообще его люблю, что бы он ни делал. А сейчас еще и ночь проведем вместе… Некоторые нам удивляются, как мы можем работать вместе, жить вместе и постоянно разговаривать? Как нам не скучно, если знаем друг друга от и до?
А я не знаю, что значит "скучно", если ты встречаешься с Александром Митчеллом. Он самый интересный человек на свете! Что он думает? Как он думает? У нас всегда есть темы для обсуждений, ведь каждый день что-то происходит вокруг.
Пока Кэтрин, более холодная к парню, чем с утра, и Марк идут в гостиницу, а Митчелл достает нашу сумку одну на двоих из багажника, обнимаю его за талию.
– Знаешь, я люблю ребят, но так хочу лежать с тобой в обнимку наедине, – он улыбается и целует меня. Я чувствую столько любви и тепла, потому что все это взаимно.
– Мне кажется, я был с тобой не откровенен, – с любопытством вздергиваю бровь, – Софи плакала, когда отпускала Марка, я сказал, что поддержал бы тебя, если бы ты одна прошла в экспедицию. Но на самом деле, я бы не смог отпустить тебя. Я бы ехал в багажнике, – смотрю ему в глаза и понимаю, что он очень серьезен.
– Я не представляю жизни без тебя, Райсс, – читаю в его глазах, что все те "правильные иерархии", о которых он говорил, в которых на первом месте собственная безопасность, для него не актуальны. Там я, потом наука и Северные волки, потом он.
– Ты – лучшее в этой экспедиции. Мы пройдем ее вместе и потом так будет всегда, – он мой на сто процентов. Мой партнер, мой любовник, мой мужчина, мой койот. Чувствую, что предстоящая опасность сделает нашу пару еще сильнее, еще ближе.
– Ты просто пока не видела настоящего Северного волка, – Митчелл улыбается и целует меня, смиряясь с моим мировоззрением, принимая его. Он идет под пунктом номер два. Возможно, я действительно люблю его меньше этих неизведанных зверей, но я люблю его больше собственной жизни – разве этого мало?
– Хочу тебя безумно… – наши поцелуи становятся жаркими, объятия крепче. Сейчас мы останемся вдвоем и у нас будет потрясающий секс, как перед концом света. Взявшись за руки, мы заходим в холл гостиницы. Честно, мои мысли заняты только предстоящим планом сорвать с Алекса одежду, предвкушением, как его горячее тело прижмется к моему, поэтому не сразу понимаю, почему вся наша команда стоит внизу и возмущается.
– Джеймс! Как так?! Даже не шесть? – Возмущенный голос Кэт заставляет меня нехотя подключиться в эту реальность, где я не со своим парнем наедине и не обнаженная.
– Во-первых, бензин был очень дорогой, поэтому как я мог не воспользоваться шансом? Во-вторых, мы будем все вместе в лесу, так почему не начать привыкать друг другу в одной комнате? – взяв ключ, наш главный организатор группы бодро идет в комнату.
Уже понимаю, что произошло, и с тоской заглядываю через проход внутрь – двенадцать одноместных кроватей. Это хостел с одним душем на этаж. Надеюсь, Майкл не исполнит свое обещание, и не будет храпеть "изо всех своих легких", пощадит.
– У нас нет денег на отдельный номер? – тихо спрашиваю Алекса, хмуря брови, уже зная, какой будет ответ. Алекс тоже раздосадован, качает головой:
– Мы потратились на электрошокеры, батарейки… И завтра нас будут ненавидеть, если так оторвемся от коллектива… – пока все еще не хочу заходить в комнату, Митчелл делает легкие и быстрые шаги, опережая Анну и Томаса, занимает две кровати рядом у дальней стены.
Спустя два часа – Навелс опять-таки следит за режимом, мы все лежим по кроватям. Пока я с девочками была в душе, Алекс сделал легкую перестановку, убрав тумбочку между нашими кроватями. Знает, что не усну без него – слишком привыкла. Конечно, секс может только сниться в данной ситуации, но по крайней мере парень физически будет рядом.
Мы лежим лицом друг к другу, держимся за руки, смотрим друг другу в глаза. Джеймс сделал нам несколько замечаний за "громкий" шепот, поэтому остается только улыбаться и молчать, используя телепатическую связь между нами. Двигаюсь чуть ближе к краю кровати и целую Алекса. Он мягко отвечает, затем чувствую его губы на подбородке, щеках, глазах, бровях. Такие тихие, нежные. Проклинаю Джеймса за то, что снял одну комнату на двенадцать человек.
Просыпаюсь и чувствую объятия Алекса – за ночь все-таки переползла к нему на кровать. Нам тесновато на маленькой площади, рассчитанной на одного человека, но мне уютно и тепло. От этого тяжелее вставать на пробежку.
Правда в том, что, может, я и спортивная с виду, но, чтобы быть в форме, мне необходимо постоянно ее поддерживать. Просто постоянно. Спорт как средство выживания – я назвала это так. И следовала этой мантре каждое утро. Пробежка, пресс, приседания, прыжки из приседа... Золотое правило утра.
Дополнительный плюс я находила в возможности побыть наедине с собой. Это успокаивало, освобождало разум, помогало понять, что важно и нет. Своего рода медитация.
Когда я только начинаю, Марк уже наворачивает круг третий, мне так кажется – сужу по мокрому пятну у него на груди. Кивает и улыбается мне. В Южном городе мы частенько пересекались в парке. Джонсон периодически проводил тренировки для нас всех. Хорошая физическая подготовка – залог не только хорошего самочувствия, но и отличный ресурс для выживания в лесу.
Когда, закончив с разминкой, я делаю упражнение на пресс, вижу, как один за одним – Анна, Томас, Ханна, Питер, Джеймс, Линда, Эмилия Холл – выходят, зевают, потягиваются и начинают бежать, каждый в своем темпе. Алекс, Кэтрин, Майкл – мои самые любимые люди, появляются последними. Помахав мне руками, отправив воздушные поцелуи, они начинают свою утреннюю тренировку.
Во мне растет уверенность, что мы со всем справимся. Иначе и быть не может.
После спорта, совместного завтрака, мы готовы продолжать наш путь. Алекс предлагает заменить меня в роли водителя, но я отказываюсь – отлично себя чувствую во всех смыслах, так что нет причин пропускать свою очередь за рулем.
За завтраком у Марка и Джеймса вспыхивает спор, хотя даже не спор, а дискуссия, которая не заканчивается ко времени отъезда, поэтому он меняется машинами с Майклом, чтобы продолжить разговор по пути.
После новости о Софи, Кэт ничего не имеет против и, кажется, даже не расстроена. Конечно, теперь они могут препираться с Рейнсом и соревноваться в острословии всю дорогу до Северного города, до самого Северного леса.
– На самом деле я знал, что у нас будет комната на двенадцать человек, – признается Рейнс, когда моя Торрес жалуется на храп, неожиданно, Томаса, который мучил ее прошлую ночь.
– Джеймс почти весь день рассказывал, какой он молодец и сколько денег сэкономил для нашей поездки. На которые, кстати, он купил побольше вяленого мяса.
Все мы соглашаемся, что еда в лесу, особенно мясо, для нас важнее одной комфортабельной ночи в отеле. С собой каждый должен иметь запас на два дня минимум – если волк загонит на дерево, кто знает, сколько придется сидеть наверху? Насколько они терпеливые?
– Кого мы еще можем встретить, кроме Северных волков? – Кэтрин делает пометки в своем блокноте, что мне кажется очаровательным. Майкл с удовольствием просвещает ее, что должны быть зайцы, олени, кабаны. Хотя очень многих истребляют волки в своей охоте, чем-то им приходится питаться, иначе бы мы слышали о более частых случаях нападения волков на людей Северного города. Голод погнал бы их из леса на поиски пищи к людям.
Интересно, если их популяция достаточно вырастет, она дойдет до юга? Задаюсь вопросом, размышляя, насколько наш климат им подошел бы? Скорее всего, им было бы невыносимо жарко. Скорей бы оценить густоту меха.
– Почему-то кабаны пугают меня сильнее волков, – разговор переключается на вепрей, и я перестаю слушать. Никого опаснее волков в лесу нет, они короли.
Нравится наблюдать, как меняется пейзаж за окном. Чем дальше на север, тем меньше зеленых красок, меняются цвета, другие деревья. Воздух становится прохладнее, свежее.
– Любовь моя, достань, пожалуйста, кофту из рюкзака, – прошу, когда становится холодно. Алекс едва успевает открыть рот, как Кэтрин передает мне спортивную кофту на молнии с длинным рукавом.
– Держи, лапушка, – голос Кэт звучит обыденно. Мой парень смеется и сообщает, что иногда чувствует себя лишним в наших тройственных отношениях, что довольно смешно.
– Не трио! Квартет! – встревает Майкл, наклоняется вперед и кладет руку на плечо Митчелла, – ты моя любовь!
– А ты моя, – зеленоглазый поворачивает голову и целует воздух в направлении лучшего друга. Смеюсь и отрицательно качаю головой. Прошу своего койота придержать руль, пока надеваю кофту.
– Не устала, мой волк? Можем поменяться, – снова предлагает Алекс, пока держит руль. Я отказываюсь. Мне нравится быть водителем, пока мои друзья болтают, веселятся. Еще немного и Кэт затеет петь – обычно, у них с Рейнсом выходит отличный дуэт.
Глава 3
Северный город встречает нас снегопадом и минусовой температурой – мы все облачились в свитера, зимние костюмы, куртки с капюшонами. Жители смотрят на нас с любопытством – не каждый день к ним приезжает группа ученых с Юга. Хотя уверена, только единицы знают о цели нашей поездки, скорее всего, их просто интересуют новые лица.
– Группа! Друзья, – Джеймс требует нашего внимания, когда мы уже получили ключи от наших комнат. На этот раз у нас шесть номеров, так что никаких сюрпризов.
Навелс объявляет, что мы совершенно свободны до завтрашнего дня. Нам предлагается погулять по городу, посмотреть достопримечательности, вести себя благоразумно и, по возможности, соблюдать режим сна.
– Завтра в это же время жду вас в холле отеля. До того времени – я доступен только в случае ЧП, – наш "папочка" улыбается, и мы уже собираемся разойтись, но Линда дополнительно напоминает, как нужно быть аккуратными на улицах города, и в ночи лучше не гулять.
Алекс идет впереди с ключом, ища нужную комнату. Внешне абсолютно спокоен, но я вижу, что он торопится, могу это понять по мелким маркерам в его движениях. Это очень забавно и мило… Забавно настолько, что не могу сдержать смех, когда парень не дает мне сделать лишнего шага в комнате, а прижимает к стене, стоит двери захлопнуться. А еще я смеюсь, потому что счастлива. Мы целуемся, синхронно сбрасываем куртки у двери, чтобы быстрее обняться, почувствовать друг друга ближе.
Он поднимает меня на руки, подхватывая за ягодицы – сразу обвиваю его талию ногами. Люблю, когда он держит меня в своих руках, такой сильный, уверенный, страстный... Делает шаг назад, все так же со мной на руках, и чуть запинается о дорожную сумку. Мы оба приваливаемся к ближайшей стене в коридоре, благодаря чему удерживаем равновесие, и тихо смеемся.
– Не ударилась? – шепотом спрашивает Алекс. Дыхание у него чуть сбито.
– Все хорошо, – рассматриваю его лицо так близко, глажу по щеке. Хочется сказать, как он тогда в машине: "Умираю" – от нежности, любви, желания... Опускаю ноги и оказываюсь на полу. Конечно, дома на нас всегда меньше одежды, Северным людям в этом отношении нужно быть чуть более терпеливыми. Скидываю ботинки, Митчелл следует моему примеру. Не желая медлить, стаскиваю через голову свитер и слышу треск статического электричества. Алекс улыбается и приглаживает мои наэлектризовавшиеся волосы. Берусь за пряжку его ремня и чуть толкаю назад, намекая, что мы еще далеки от кровати и слишком одеты, чтобы замедлять темп. Он все понимает правильно и, переступив злосчастную сумку, снимает с себя свитер вместе с футболкой – мне очень нравится вид его обнаженной спины.
– Райсс... – парень поворачивается ко мне и протягивает руку. С удовольствием и предвкушением близости следую за своим мужчиной.
Забираюсь к нему на колени, когда садится на кровать. Он задирает мне футболку и целует грудь, другую накрывая своей ладонью. Глажу его по голове, двигаясь бедрами еще ближе, теснее прижимаясь к паху.
– В одежде Севера есть плюс – никто не увидит засос на коже, – тихо произношу я, невольно вспоминая момент из начала наших отношений, когда Алекс не сдержался, а мне пришлось неделю тщательнее следить за гардеробом.
– Мм, – с моей стороны это, конечно, не было прямым руководством к действиям, но чувствую, что красное пятнышко на левой груди у меня останется. Ловлю его взгляд и улыбаюсь, видя, сколько в нем озорства.
– А ты и без всяких меток – мой... – Алекс только ухмыляется в ответ и снимает с меня футболку окончательно, затем помогая избавиться от лифчика. Обожаю, как он смотрит на меня. Шепчет, что я идеальная, и я знаю, что это правда для него. Чувствовать себя желанной – наполняет меня такой силой и энергией. Беру его за подбородок и чуть поднимаю голову, чтобы поцеловать с языком, влажно и жарко – так, как не могла позволить себе поцеловать его вчера в машине, потому что такие касания губ и языков должны иметь свое продолжение в настоящей близости двух взрослых людей. Любящих друг друга людей.
Алекс гладит меня по спине, спускается руками к ягодицам, гладит, сжимает, мнет. Подставляю шею его губам, наслаждаюсь, прикрыв глаза, глажу его плечи, спину. Снова ловлю губы, не сдерживая стон, когда, расстегнув брюки, он начинает ласкать меня через ткань трусиков.
Становится горячо дышать, и я чуть отстраняюсь, прикусив нижнюю губу, глядя ему в глаза.
– Безумно хочу тебя... – горячо шепчет он.
С улыбкой провожу языком от его подбородка по губам до кончика носа. Потом толкаю парня в плечо на спину, беспрепятственно слезаю на пол, чтобы снять уже наконец-то брюки, белье и откинуть покрывало с кровати, пока Митчелл стаскивает с себя джинсы и одномоментно трусы – он как будто немножко пьяный, но справляется ловко.
– Привет… – смотрю в самые красивые глаза, целую самые сексуальные губы, когда подминает меня под себя.
Проводит рукой по внутренней стороне моего бедра, отмечая вслух, какая у меня нежная кожа, отводит ножку в сторону.
– Я люблю тебя… – произносит шепотом Алекс и медленно входит в меня.
Он придерживает мои руки наверху, накрыв ладони одной своей, сцепляя в замок. В его движениях все меньше самообладания: движения сильнее, глубже, резче.
– Об... обожаю, – шепчу, облизнув пересохшие губы. Парень замедляет темп, целует в губы, а когда отпускает мои руки, я обнимаю его, запускаю руки в волосы.
– Хочешь сверху? – спрашивает тяжело дыша, всегда такой внимательный. Киваю, и он легко перекатывается на спину, позволяя мне доминировать, быть главной. Через некоторое время прозвучавший комментарий со стоном – "прирожденная наездница" – заставляет меня кратко посмеяться.
– Сядь, – мягко командую я, и Алекс исполняет просьбу, не забывая поцеловать, когда наши лица снова оказываются близко. Обнимаю его за плечи, двигаюсь быстро, чувствуя приближение разрядки. В нас все больше первобытного, все больше животного.
– Ммм... – оргазм пронзает меня с такой силой, что немного теряю ориентацию в пространстве, по телу пробегает дрожь. Хорошо, что парень крепко держит меня за талию и продолжает двигаться, усиливая мое удовольствие.
– Господи… – перед глазами мелькают звёздочки, мне буквально не хватает воздуха. Когда возвращаюсь в реальность, Алекс целует меня и снова кладет на спину. Подхватывает под колени и уже совершенно не сдерживается. Сейчас достаточно пары минут, чтобы он резко вышел из меня и со стоном, обильно кончил мне на живот. Когда-нибудь мы задумаемся о детях, и я буду чувствовать его пик внутри себя, но пока так. Тяжело дыша, парень ложится рядом. Взгляд немного расфокусированный, ищет мои губы, чтобы поцеловать. Прислоняется лбом к моему лбу, восстанавливая дыхание. Снова целует губы, щеки, глаза – нежно, ласково, любовно. Ловлю себя на том, что улыбаюсь. Когда наши глаза встречаются, мы улыбаемся друг другу ещё шире. Секс дополняет нашу пару, доводит наше единение до абсолюта.
– Я сейчас, – проведя рукой по его влажной челке, оставляю его лежать на спине в одиночестве, думать о вечном, пока сама наскоро ополаскиваюсь в душе, чтобы смыть с себя не столько пот, сколько следы его наслаждения.
– Хочу забраться с тобой на самое высокое дерево и смотреть закат... – произносит Алекс, когда мы уставшие и обнаженные лежим в обнимку под одним одеялом. Обожаю его – как в нем уживаются эти две сущности: одна романтичная и нежная, другая абсолютно животная, грубая. Первая заставляла меня плавиться от теплоты, умиления, вторая от трепета и желания ему принадлежать и подчиняться.
– Уже послезавтра сможем это сделать, – целую обнаженное плечо, поворачиваясь и закидывая одну ногу на него, – кстати, я думала, что мы уже завтра выдвинемся. Почему задержка на день?
– Эмилии нужно с кем-то встретиться в городе. Насколько я понял, кто-то из местных уточнит ей путь до Первого поселения и место для лагеря, – Алекс чуть хмурится, но не продолжает, что-то обдумывая.
Зачастую людям не нравится, когда у них спрашивают: "А о чем ты думаешь?" Особенно если это мужчина, а у вас только что был секс, но мы с Митчеллом – другая история. Между нами этот вопрос всегда означал другое: "Со мной ты можешь поделиться всем". Поэтому без какого-либо страха спрашиваю, что его беспокоит, и ответ слышу незамедлительно:
– Я просто задумался, почему местные не изучают волков? Почему мы – аж, с Юга – проделали такой пусть, а они, находясь буквально в шаге, не идут в лес? – он задумчиво смотрит в потолок и машинально гладит меня по спине.
– У нас более развитые технологии, университет? – высказываю свою догадку, – может, находясь в непосредственной близости от них, они больше напуганы?
– Все до единого? Нет никакого местного сообщества? Нет даже одного добровольца, кто присоединился бы к нам?
– Слушай... – поворачиваю его голову к себе за подбородок, – не будем исключать, что о местных экспедициях нам просто неизвестно. Если бы были успешные – мы бы точно слышали, а о неудачах люди не очень любят говорить... И здесь зимой тяжелее, чем у нас – люди думают о том, чтобы выжить в целом. Мы, на их взгляд, группа избалованных авантюристов, которым спокойно не живется...
– Ну, это и на взгляд моих родителей тоже, – парень усмехается и целует меня в лоб.
Предлагаю переодеться и пройтись по городу, пока не совсем стемнело. Может, поговорим с кем-то из местных, достанем пару газет и поймем лучше, чем живет город. Он не возражает, хотя я вижу, каким взглядом смотрит на меня, стоит нагой вылезти из кровати.
На прогулке нам тут и там попадаются объявления о пропаже людей. Выглядит жутковато – мужчины и женщины от 18 до 30 лет в основном.
– Как будто у них серийный маньяк завелся... – передергиваю плечами, мне как-то жутко. Однажды такое было и в нашем городе, но его быстро поймали, больше пяти жертв не было, а здесь...
– Пропадают пачками и регулярно... думаю, это объясняет, почему так запуганы, – Алекс закрывает газету, а я беру его за руку и чуть сжимаю.
– Если вы о волках, то не верьте, – вклинивается в наш разговор бармен, за чьей стойкой ждем, пока освободится столик, и мы сможем поесть в ресторанчике нашего отеля, – большинство так называемых пропавших – просто сами уходят в поисках лучшей жизни, в ту же Общину, например. Места у нас суровые сами по себе, так что мы не запуганы.
Похоже, его задели мои слова, кидаю на своего парня быстрый неловкий взгляд. Интересно, о какой Общине речь? Но уточнить не успеваю – нам дают знак, что мы можем пройти в основной зал.
Быстро к нам присоединяются Кэт и Майкл. Почему-то я не сомневалась, что этой парочке везунчиков не придется долго ждать свое место.
Ужин проходит за веселыми разговорами, Торрес и Рейнс обошли полгорода, пока мы предавались нашей любви, поэтому смогли рассказать много интересного и в отношении нового города, и местных жителей, и даже насчет "той же Общины".
– Один мальчик ходил за нами по пятам. Ему лет десять на вид. Я его подозвала, когда обнаружила "слежку", он подошел и спросил, не заберу ли я его в лес, – Кэт чуть пожимает плечами, – стал говорить, что его сестра ушла в Общину, и он тоже хочет. Я бы порасспрашивала еще, но Майкл вышел из магазина и спугнул его.
