Ануракт, визирь Азбелоса
Отряд, состоящий из Электуса, Рехмира и ещё трёх десятков бойцов, выступил, когда солнце уже приближалось к горизонту. К ним также примкнул караван из двадцати верблюдов с пятью погонщиками. Маг обратил внимание на трёх человек среди своих спутников, чьи ладони были выкрашены в белый цвет, но вопросов задавать не стал.
– Чтобы вовремя добраться до следующего оазиса, нам придётся идти до утра, – объяснил дальнейшие планы хасн-визирь.
– Я не нанимался охранять караван, – холодно заметил Электус. – Тем более, он тратит наше время.
– Митратус нам будет по пути, там же мы сможем пополнить запасы провизии. Слишком дорого отправлять нас исключительно ради освобождения остатков былого величия от неизвестно чего. Так, мы хотя бы сделаем хоть что-то полезное.
Электус не ответил – у него была собственная цель.
После окончания обучения ученики Хранителей должны совершить Странствие, цель которого заключалась в поиске реликвии – уникального магического артефакта или особо редкой вещи. Её могло стать оружие, броня или нечто, хранящее в себе силу. И в этом артефакте должна быть сосредоточена мощь будущего Хранителя. В то же время сам предмет и его составные части были строго индивидуальны, и две одинаковые реликвии просто не могли быть созданы в природе.
Но, помимо поиска компонентов для артефакта, у Странствия имелась и другая, более серьёзная задача: познакомить будущего Хранителя с его владениями, с тем миром, который он будет защищать, а также навсегда отстранить от понятий добра и зла. А помочь в этом должны были бесчисленные тренировки тела и разума.
Перед началом Странствия Хранитель Дагдар произнёс напутствующую речь:
– Вы – сильнейшие маги в мире. Ваша подготовка лучше, чем у любого воина за пределами этой крепости. Вы пережили обучение в Ордасе, но готовы ли отдать всё, чтобы встать плечом к плечу с наставниками и оберегать мир от таких же, как вы, но сбившихся с пути магов? Готовы ли вы навсегда отказаться от своих чувств, от возможности продолжать род, радоваться и грустить, любить и ненавидеть? Сможете ли вы принести любую жертву ради сохранения сущего? Когда вы вернётесь, вас будет ждать последнее испытание, по окончании которого вас нарекут Хранителями, и тогда вы должны будете проявить решимость, готовность защитить Террум любой ценой. Изучайте мир, познайте его и решите: сможете ли вы отказаться от соблазна быть его частью?
Странствие Электуса подходило к концу и вскоре ему предстояло вернуться в Ордас. Он уже добыл посох из фергнума, называемого «железным деревом», когда бродил по чащам восточных земель, но этого аколит Хранителей считал явно недостаточным. Собирая всевозможные слухи, маг услышал о странных артефактах, собираемых династией султанов Аргонаса, и надеялся найти в их гробнице то, что будет достойным стать частью его реликвии. А тот рубин, о котором говорил незнакомец, вполне мог быть рубином Хаоса – артефактом, помогшим великой героине Жаннет освободить людей от астарского рабства и начать новую эпоху в истории Террума – эпоху человечества.
Когда солнце показалось над горизонтом, вдали появилось несколько точек. Их количество стало быстро расти, а очертания принимать более чёткий облик. Это были всадники, укутанные в белые одеяния. Электус смог насчитать около пяти десятков.
Рехмир молча махнул рукой, и в сторону неприятеля устремился отряд из двух дюжин воинов, в том числе и один из трёх меченых. В самом караване осталось всего одиннадцать человек, не считая командира и мага.
Спустя несколько минут два отряда столкнулись. Воинов султаната брали в кольцо, и, хотя они и оказывали упорное сопротивление, в конце концов круг замкнулся, и воины один за другим стали падать. Однако, когда поражение уже казалось неизбежным, прямо в центре схватки вспыхнул столб белого пламени, охвативший всех, кто был рядом. Судя по всему, никого не осталось в живых.
– Разбойники, – презрительно сказал Рехмир и сплюнул на горячий песок. – Потратили на них такое дорогое оружие.
– Белый огонь? – несколько удивился Электус.
– Жертва во славу Султаната. Те, чьи преступления против страны ещё можно было искупить собственной кровью.
– Отказаться можно?
– Тогда расплачиваться придётся кровью своей семьи, – сурово ответил Рехмир и хотел было продолжить, но тут встревоженные верблюды выдали другую атаку, которая надвигалась сзади, и нападавших оказалось даже больше, чем тех, кто уже навсегда остался в пустыне.
Электус понимал, что будет вынужден вмешаться, но, не зная, что предстоит встретить в гробнице, решил сэкономить силы и почти не использовать магию. Проблема была в том, что, кроме кинжала и посоха, другого оружия он не имел.
– Надеюсь, ты не собираешься отбиваться одной лишь палкой? – словно угадав мысли мага, спросил хасн-визирь.
– Если у правой руки султана найдётся лишний меч, то я был бы не против его позаимствовать.
– Отчего же нет? – спросил Рехмир, стягивая покрывало с одной из повозок, полностью набитой оружием. – Выбирай!
Электус наспех схватил лежавший сверху длинный прямой меч, и тут же ему пришлось уклониться от стрелы, пущенной кем-то из нападавших.
Постепенно сомнений у мага не осталось: чтобы выжил и он и Рехмир, без которого невозможно было добраться до гробницы, ему придётся прибегнуть к магии.
Тем не менее, экономя силы, Электус решил использовать наиболее простые заклинания, воспользовавшись стихиями, текущих здесь свободным и сильным потоком.
Первым делом требовалось спе́шить всех конников, которые даже на песке не оставили бы им ни шанса. Обратившись к стихии воздуха, Электус послал в нападавших настолько мощный воздушный поток, что многие всадники попадали вместе с конями.
Замешательство в рядах противника позволило оборонявшимся укрыться за повозками и начать обстрел из лежавших там же луков. И они вполне могли бы отбиться, но тут в одну из повозок ударила молния, взрыв от которой моментально убил двух воинов.
Электус лишь глубоко вздохнул, а вот Рехмир, зарычав от гнева, бросился в атаку. Понимая, что в укрытии уже не отсидеться, маг кинулся вслед. Разбойники не были умелыми бойцами, обычно справляясь с противником за счёт внезапности нападения и численного перевеса, и против такого бойца, как Электус, в открытой схватке у них не было ни шанса.
Когда ряды противников значительно поредели, в Рехмира снова полетела молния. Несмотря на то что Электус всю битву прислушивался к стихиям, он не успел среагировать достаточно быстро, чтобы полностью отразить заклинание вражеского мага. Хасн-визиря отбросило в сторону, а на плече появился ожог. Битва мгновенно прервалась.
– Что, Рехмир, думал, что от меня так просто избавиться? Что подосланные тобой фиды могут убить меня? – прошипел старик, перед которым расступались разбойники. Электус понял, что он и был тем магом, атаковавшим их. – Нет. Ты и твой бастард на троне от меня так легко не избавитесь! Наоборот, я избавлю султанат от вашего никчёмного правления!
– Рамес! Это ты умрёшь от моей руки! – проревел Рехмир, с трудом бросаясь на старика, но тот изящным движением клинка отразил удар.
Затем Рамес сам сделал выпад, и Рехмир парировал его с большим трудом, а на его правой руке появился порез. Когда Электус хотел было вмешаться в поединок, хасн-визирь жестом остановил его.
– Я смотрю, ты совсем отчаялся, взяв к себе мага. Ты же нас ненавидишь, – усмехнулся Рамес.
В ответ на это Рехмир лишь с рыком попытался нанести удар, но противник вновь легко от него уклонился.
– Да ты совсем размяк, стал медленным, слабым.
Электусу эта возня совершенно надоела, и он метнул последний оставшийся нож, попав точно в горло старику. Тот упал на колени, но Рехмир подхватил его.
– Ха-ха-ха…кх…кх… – Рамес смеялся, захлёбываясь кровью. – Ваша тайна не уйдёт со мной в пески, мы знаем, мы…
Тело обмякло, и Рехмир выпустил его из рук.
– Зачем ты это сделал? Зачем ты отнял мою месть? Все вы маги одинаковые! – кричал он на Электуса, схватив его за ворот плаща.
– Я не вижу смысла тратить время, когда победу можно добыть с наименьшими усилиями, – ответил маг, без труда оттолкнув воина.
Несмотря ни на что, им надлежало продолжить путь.
Интерлюдия 1
Аэрис и Антарес молча вошли в тронный зал. Стражники расступились перед ними и низко поклонились.
Королевский дворец остался одним из немногих памятников ушедшего величия астаров. Белые, как свежевыпавший снег, колонны поддерживали потолок, на котором можно было рассмотреть побледневшую со временем фреску.
Брат и сестра прекрасно помнили, что изобразил художник древности – так называемое «Прибытие». Из нескольких хрупких судёнышек, приставших к неизведанному берегу, высаживались измученные долгим плаванием дигни – предки нынешних астаров. Им предстояло обрести новый дом. И они вновь создали огромную империю, позабыв о тлетворности гордыни. После чего едва не потеряли всё безвозвратно.
История древнего народа полна трагических страниц. И даже в нынешние спокойные времена решалось, настанет ли новая глава или же книга закончится.
Навстречу Аэрис и Антаресу вышла их мать. Тенерис воплощала женственность астаров и должна была идти степенно, но сейчас почти бежала к детям, пока их отец оставался сидеть на золотом троне, позади которого по стене свисали чёрные гобелены, украшенные изображениями огненно-красных фениксов.
Глаза астарки, казалось, были полны слёз, но королеве не пристало плакать. Она потянулась к сыну и дочери, но те прошли мимо, бросив на мать лишь мимолётные взгляды.
Тенерис отшатнулась и едва не упала на небесно-голубой каменный пол. Такое безразличие материнское сердце выдержало с большим трудом. Она помнила, как провожала Аэрис и Антареса на гору Ордас, как махала им на прощание и просила маленького индинга присмотреть за ними.
Королева Тристии знала, что Хранители меняют сознание аколитов, чтобы подготовить к безупречной службе на благо всему Терруму. Однако ей всегда казалось, что связь матери и ребёнка будет сильнее любой магии. И теперь Тенерис осознала, сколь жестоко ошиблась. У неё больше нет детей. Есть лишь два аколита Хранителей, которым ещё предстоит пройти главное испытание.
Тем временем Антарес и Аэрис подошли к трону и учтиво склонились перед королём. Поднялись они без разрешения, что по этикету астаров дозволялось лишь почётным гостям и владыкам. Дамнатус скривил рот, но промолчал в ответ на столь дерзкое поведение детей.
– Вы вернулись в родную обитель, – как можно более строго произнёс король. – Вы закончили обучение?
– Нет, – одновременно произнесли брат и сестра.
– Тогда объясните мне причину вашего пребывания на земле астаров.
– Это дело Хранителей, – сухо ответил Антарес. – Мы не можем поведать их тайны.
– Тем не менее мы решили навестить родителей и выказать почтение правителю Тристии от лица ордена, – столь же равнодушно произнесла Аэрис.
Сохраняя достоинство, Тенерис прошла мимо детей к трону и встала подле короля. Её жёлтые перья поблёскивали при свете свечей. В полной тишине королева обняла мужа и что-то прошептала ему. Король кивнул и обратился к гостям:
– Так что вернее: пришли вы сюда как сын и дочь или как посланники воли Хранителей?
– От Хранителей, – ответил Антарес.
– Как дочь и сын, – произнесла Аэрис.
Брат и сестра обменялись гневными взглядами.
– Мы услышали достаточно, – проговорил Дамнатус. – Я распоряжусь, чтобы вам обустроили ваши покои, в которых вы не были столько лет, и оказали всяческое содействие в исполнении долга Хранителей. А теперь, я надеюсь, дети подойдут и обнимут своих стариков.
Аэрис подошла к трону. Король и королева заключили её в крепкие объятия, чему юная астарка противиться не стала. Антарес же взирал на эту сцену воссоединения с нескрываемым презрением.
– Отдохните с долгой дороги, а потом мы ждём вас на ужин. Слуги проводят вас.
Король махнул рукой, и два астара в скромных одеждах засеменили перед Аэрис и Антаресом, призывая следовать за ними.
– Негоже Хранителю выражать столько чувств, – упрекнул сестру Антарес, слегка отстав от сопровождающих слуг. – Мы должны проявлять сдержанность.
– Это совершенно недальновидно, – возразила Аэрис. – Мы получим желаемое гораздо быстрее и проще, если будем изображать детскую привязанность.
– Опять твои игры, – фыркнул астар. – Хранители должны подчёркивать силу, а не прятаться за словами и улыбками.
– Ха, говоришь точь-в-точь как Электус пару лет назад, – усмехнулась сестра. – Только он успел поумнеть, а ты – нет.
Антарес глухо зарычал, отчего один из слуг даже покосился в страхе, но быстро продолжил смотреть вперёд. Аэрис знала, что брата взбесит упоминание индинга, с которым их связала судьба. И торжествующая улыбка озарила её лицо – она снова выиграла спор.
То, что они вместе пересеклись на дорогах Террума во время Странствия, воспринималось ими не иначе как проведение самого Этернитаса. Ни один из них не намеревался встретиться для поиска реликвии, но всё же случилось так, как случилось. И оба решили использовать эту случайность с наибольшей для себя выгодой.
Они шли по коридорам дворца, где раздались их первые крики. Но ни один из гордых астаров не разглядывал стены, которые не видел больше десяти лет.
Совсем скоро брат и сестра разделились. Их комнаты располагались в разных концах светло-зелёного коридора, чьи стены были разрисованы картинами причудливых трав, цветов и плодов.
Из рассказов матери Аэрис помнила, что, по легенде, так выглядел их родной край, который они сами и сожгли в кровавой междоусобной войне. Антарес же подобными вещами не интересовался и в детстве часто канючил, что хочет перебраться на этаж, где размещалась оружейная. Вот и на этот раз он фыркнул:
– Здесь тоже совсем ничего не меняется.
Спальня Аэрис выглядела так, словно тут жила восьмилетняя девочка, которая отлучилась на пару дней и вот-вот вернётся. Слуга сообщил, что комнату не трогали все четырнадцать лет, лишь поддерживали чистоту в надежде, что хозяйка когда-нибудь вернётся. И она вернулась.
Астарка осмотрела кровать, казавшуюся ей в прошлом безразмерной, шкаф, стол, на котором висели её первые выпавшие перья. А на стуле она заметила куклу в виде феникса и взяла её в руки. Воспоминания сами собой хлынули из глубин прошлого.
Она бежит по коридору держа над головой игрушку, и кажется, что она летит, оставляя за собой огненный шлейф. Мама ловит дочь в последний миг перед тем, как та могла врезаться в распахнутую дверь. Нежные руки ласково гладят по пёрышкам.
– Я стану фениксом, когда вырасту! – радостно кричит Аэрис, а Тенерис кивает и целует дочку в лоб.
Мимолётная улыбка вспыхнула на лице астарки и тут же угасла. Сон или явь – теперь это уже не важно. Аэрис станет Хранителем и посвятит себя служению Терруму, а прошлое утонет в глубине памяти и больше не сможет тревожить в миг принятия судьбоносных решений.
Тем временем Антарес тоже рассматривал свою комнату и ухмыльнулся, заметив у кровати деревянный меч. С ним мальчик бегал по дворцу, приставая к стражникам с требованием сразиться. Отцу надоело такое поведение наследника престола, и уже в пятилетнем возрасте Антарес начал учиться фехтовать под строгим надзором дяди Калидуса.
Вот только тренировки продлились недолго, ведь уже через год во дворец явились Хранители и объявили, что забирают Аэрис и Антареса к себе. Маленький астар помнил, как громко ругались отец и дядя, но о чём они спорили, он тогда не понимал. А теперь это было уже неважно.
Глава 4. Пирамида мёртвых
Не стоит тревожить мёртвых в их домах, это как минимум невежливо.
Лиотус, жрец Гелиоса
– Теперь наш путь лежит только на север, в город заходить не будем. – Рехмир был мрачен, но чувствовалось, что встреча со старым врагом отходит на второй план в свете ещё невыполненной задачи. – Груз заберёт следующий караван. Всё равно никто в ближайшее время сюда не сунется.
– Так даже лучше, – ответил Электус. – Быстрее покончим с гробницей. Надеюсь, что хотя бы там эхо прошлых лет не повлияет на твой рассудок.
– Не говори о том, о чём не ведаешь, мальчишка! – Глаза хасн-визиря вновь наполнились яростью, но он смог быстро унять гнев. – Некоторые шрамы могут причинять боль сквозь года. Со временем ты поймёшь.
– Как скажешь, – пожал плечами маг и, оседлав верблюда, направил его вперёд.
Спустя четыре дня, пройдя через малый оазис, где путники смогли пополнить запас воды и немного передохнуть, их взору предстала гробница султанов. Это была сияющая белая каменная пирамида, неравномерно занесённая чёрным песком. Она казалась остриём копья, пронзающим тьму. В её центре цепочкой вверх уходила широкая лестница.
– Вот она, гробница султанов Аргонаса. Символ их власти и наследие первого султана. Пройдёт время, и её окончательно поглотят пески.
– Вы просто присвоили то, что осталось от великой империи людей. Насколько известно, подобные пирамиды строила Жаннет и о них ходила дурная слава как до, так и после катастрофы.
– Поэтому ты и находишься здесь, – недовольно пробурчал Рехмир.
По мере приближения вершина пирамиды увеличивалась в размерах. Даже видимая её часть составляла не менее двадцати человеческих ростов и это была лишь малая толика той грандиозной конструкции, погребённой под песком.
– Прежде чем оказаться скованным стенами гробницы с тысячелетней историей, хотелось бы знать, что нас там ждёт, – обратился Электус к Рехмиру.
– Пять лет никто не посещал этих мест. Последним здесь хоронили Алстара, отца нашего султана. А больше ни один безумец не лез сюда. За исключением Мстителей пустыни – элитного отряда личной гвардии Султана. Их послали принести из гробницы одну вещь. Но никто не вернулся и поэтому мы здесь. Сетар I покоится на третьем уровне сверху, тогда как остальные захоронены на втором. Мы не станем углубляться так далеко вниз, но имей в виду, что на всём пути расставили ловушки, чтобы никто не тревожил покоя первого повелителя Аргонаса.
– Надеюсь, схемы ловушек у тебя при себе?
– Наши предки поступили мудрее: они установили механизм, отключающий все ловушки, но лишь избранные знают о его существовании.
– И ты один из них?
