Страница 2 из 5
– Да уж… – согласился Илья. – «Май нот майн»… Херня, по-моему, какая-то.
Марк пожал плечами:
– Я не англоязычный, но, по-моему, тоже. Говно полное. Запечатки, хули…
Марк задумчиво пожевал губами и замолчал. Потом словно опомнился и спросил:
– А ты че рано?
– У врача был, – буркнул Илья. Подумал и добавил: – Я, кстати, сегодня еще и уйду пораньше. На полчасика. Мне там… надо, в общем.
Он ждал, что Марк начнет ворчать в том смысле, что «работать когда будем», но тот на удивление спокойно сказал:
– Вали, если надо. Я, может, и сам сегодня свалю. Там у «Сван-Ти-Эйч» беда случилась. У них этот топ отдела маркетинга умер, Жасур Матуняк.
– Да ладно? Серьезно?
– Ага. Проверь в новостях, если не веришь, – сказал Марк.
Но Илья уже сам полез смотреть новости. Заголовки подтверждали, используя нейтральные формулировки вроде «найден мертвым в своей квартире».
– Бля-а-а… – протянул Илья. – Крепкий же был мужик. И нестарый совсем. Возраст активной фертильности даже не закончился, поди.
Марк снова пожал плечами:
– Всякое бывает. Дозанулся, наверное, чем-то. Или там… Ну, скажут еще. А пока они там запрутся у себя в офисе и будут думать, что делать, проекты все на паузу поставят. Отменить не отменят, но недельку нам дадут выдохнуть.
– Главное, чтобы девчонкам с Тильтом не поставили помогать.
– Типун тебе на язык! – неожиданно зло и серьезно ответил Марк, развернулся обратно и взял планшет.
3
На встречу с Линой Илья опоздал. Пока ехал в шере, писал ей сообщения с извинениями: «Прости, не рассчитал время, задержусь», «По навигатору показывает, что опоздаю на 15 минут», «Прости, он поменял прогноз, уже пишет, что на 23»… И так далее.
Сперва она отвечала односложно: «Я тоже», «Ок», «Ладно», «Норм, не парься». Потом ей то ли надоело, то ли она умилилась и решила свести все к шутке, то ли просто ее вдохновила подача блюда, но Лина отправила Илье фото тарелки с зеленоватым крем-супом, где какой-то сушеной травой, как на кофе корицей, был нарисован зайчик. «Мы ждем тебя, когда сможешь. Но не позже девяти», – подписала она фото.
В итоге опоздал Илья на семнадцать минут: закончил поездку раньше, у цветочного магазина с яркой неоновой вывеской. Купил там первый попавшийся букет – на вкус Ильи великоватый, но изящно составленный – и уже с ним дошел до ресторана.
– Вы резервировали столик? – спросила приятная девушка-администратор.
– Нет, я… меня ждут, – сказал Илья, выводя на зрачок подвешенную Линой стрелку.
Появившись, метка покрутилась немного и указала направление. Илья повернул голову и увидел в конце зала Лину:
– Вон там, девушка в синем платье.
Администратор проследила за его жестом:
– Поняла. Давайте я вас проведу…
– Нет, спасибо. Я… сам. Позовите лучше официанта сразу. И… вазочку бы еще. – Илья приподнял букет, давая понять, зачем та понадобится.
Девушка улыбнулась:
– Поняла вас. Официант будет в течение полутора минут, а вам хорошего отдыха.
Лина не заметила, как подошел Илья: что-то смотрела в очках.
На простенькой видеовизитке она, – что было редкостью, – выглядела лучше, чем на профессиональных фото. А вживую оказалась даже еще красивее. При том что в ее внешности не было ничего вычурного или особенно изящного: обычные правильные черты, вместе складывавшие лицо, которым хотелось любоваться.
– Лина?
Она перевела взгляд.
– Лин, прости… это какой-то кошмар с пробками…
Девушка мотнула головой – свернула все окна в очках – и улыбнулась вежливо:
– Ничего страшного. Привет. – Глянула на букет. – Это… мне?
– Да, – Илья протянул ей цветы.
Лина не спешила их брать:
– У нас дейт. Не свидание, – говоря это, она чуть отстранилась. Илья понял, какими ему показались ее глаза. Печальными и потому умными, а еще – он только теперь заметил – немного затравленными.
– Я знаю, но… Мы же знакомимся. Это хороший повод. Я и маме дарю иногда цветы. И сестре. Это… знак внимания. – Он нервно пожал плечами, все так и протягивая букет, и подумал про себя: «Ой муда-а-а-а-а-а-ак». – Нет, если хочешь – можно их… Оставишь на столе потом или попросим официантку сразу унести, я не против…
Он уже потянул букет обратно к себе, но Лина быстро сказала:
– Да конечно. Давай сюда. – Она взяла цветы, привстав, и наклонила к букету лицо, вдохнуть запах.
– Спасибо, мне приятно, – сказала девушка, когда Илья уже сел. – Просто это необычно. На знакомства перед дейтом редко с цветами приходят.
– А еще реже их дарят… – сказал тихо Илья.
Лина не поняла. Она вопросительно посмотрела на него, но спросить не успела: пришел официант.
Молодой, смуглый, чуть прихрамывавший. Он принес меню и высокую стеклянную вазу с водой.
– Добрый день, вот ваше меню, – сказал он с вежливой-превежливой улыбкой.
– Оу, бумажное, – приятно удивился Илья и снял очки.
– Закажете что-нибудь сразу или?..
– Подумаю, подумаю, – торопливо и чуть нервно сказал Илья и стал открывать папку.
– Позвольте? – протянул официант руку к букету.
Он аккуратно вставил его в вазу, чуть повернул, добиваясь какого-то особенно удачного, по его мнению, ракурса, и выпрямился:
– Вам что-нибудь принести, девушка?
Лина покачала было головой, чуть устало прикрыв глаза, но потом вдруг что-то вспомнила:
– А-а-ам-м-м… Принесите «Поцелуй на пляже».
Официант охотно кивнул:
– «Поцелуй на пляже» для девушки, и мужчина закажет позже.
– Сейчас я выберу быстро – и весь твой, – сказал Илья, когда парень ушел. – Прости, есть дико хочу.
Лина пожала плечами чуть удивленно:
– Да ладно… выбирай.
Она посмотрела на букет. Потрогала аккуратно кончиками пальцев лепесток одной из роз. Потом перевела взгляд на торопливо листающего меню Илью.
– Ты что… Нервничаешь?
– Я? – Он замер и посмотрел на нее. – Ну… Если честно, то… есть немного.
– Почему?
– Ну… Мы… мы знакомимся. И… – Он развел руками, пытаясь показать, что для него ответ так очевиден, что он даже слов подобрать не может.
Лина отвернулась и чуть неодобрительно покачала головой. Коснулась пальцем тачпада на виске, что-то поискала.
Потом снова мотнула головой, закрывая окна, и спросила чуть подозрительно:
– Слушай, а сколько у тебя детей?
– Детей? У-у-ух… – Если бы она спросила, сколько дейтов, было бы проще. – Ну… пф-пф-пф… вообще сейчас… скажем так… подтвержденных детей девятнадцать, – решил он.
Лина неодобрительно усмехнулась:
– Ох, еще один папашка…
– Да нет, – чуть возмутился Илья. – Я просто… Не знал, как считать. У меня четыре пары близнецов. Вернее… Три пары и одна тройня.
– А-а-а, – понимающе протянула Лина. – ЭКО, да? Часто бывает.
– Тройня и две пары – да. Еще одни просто получились… – Илья чуть смутился. – …естественным путем. Вот я и не знаю, как их считать. Кто-то говорит просто, что считается только оплодотворение, а кто-то…
– Результат, думаю, надо считать.
– Тогда девятнадцать. Наверное. Двое еще было, но они… – Илья чуть тихо кашлянул и закончил вполголоса: – …умерли.
Лина стала совсем серьезной:
– Воидеф-тридцать четыре? По возрасту подходишь…
– Да, один… мальчик… заразился тогда где-то и… А другой просто с родителями на машине разбился в позапрошлом году.
– Херово, – грустно вздохнула Лина. Помолчала немного, потом качнула головой. – И сколько из этих двадцати одного утробкой зачаты были?
Сам вопрос Илье не понравился. Такие дейт-партнерам было не принято задавать, особенно при знакомстве. Но ему понравилось, что Лина посчитала тех двоих, и он ответил:
– Семеро. Ну, в смысле пять обычных малышей и еще пара близняшек.
– За десять лет всего шесть утробок? – Лина посмотрела недоверчиво.
Пришел официант. Он поставил перед Линой высокий бокал с трубочкой: «Прошу, ваш коктейль», – и повернулся к Илье.
– А принесите, пожалуйста, суп тот… такой зеленый, с зайчиком.
– Огуречный гаспачо по-боливийски, – улыбнувшись, подсказала Лина. – И двойную порцию гренок к нему, пожалуйста, – добавила она официанту, а Илье заговорщически пояснила: – Украду у тебя немного.
Илья только развел руками, сдаваясь на ее милость, а потом снова посмотрел на официанта:
– Попить – «Невинную Мэри», сразу две давайте. И… меню я еще полистаю.
– Боливийский гаспачо с двойными гренками… Порцию в отдельной посуде? – Парень глянул на Лину. Та кивнула, и он продолжил: – И две «Невинных Мэри».
– Все верно, спасибо.
Илья посмотрел на Лину. Она, видимо, следила, как удаляется официант. Потом перевела взгляд на Илью и, продолжая сидеть, откинувшись на спинку стула, спросила, кивнув:
– Так что? Илья, двадцать восемь лет. Почему так мало утробок? Да и вообще детей. У меня уже семнадцать, а я и девушка, и младше. Троих даже сама родила.
Илья вспомнил одно из ее фото, то, где Лина была в спортзале, в высоком топе. Хорошо восстановилась, после троих-то.
– Я… как все вроде бы. Дейты не пропускал, несколько инициативных оплодотворений даже было. – Он пожал плечами. – Меня вызывают – я хожу. Не знаю. – Тут он догадался. – Может, семенной материал используют неактивно. Даже для троек есть лимит на оплодотворение. Ну, чтобы в будущих поколениях инцест не…
– То-о-о-очно, – она отпила немного коктейля через трубочку и снова откинулась на стуле, с удовольствием облизнув губы. – Вас же не уведомляют, если сперму используют.
– А вас уведомляют?
– Конечно. Как только яйцеклетку оплодотворили – сразу сообщение с благодарностью на… – Лина указала пальцем на стекло своих очков и издала щелкающий звук. – …зрак падает.
– Логично. Яйцеклетки – материал более ценный.
– Да уж… – Она поморщилась, вспоминая что-то. – Как вы, литрами сперму сдавать не можем.
– Ну, литрами сперму сдавать не получается. Вот если бы в манипуляционных комнатах были твои фотки…
