– Согласен, – коротко ответил он.
И все. На этом их общение закончилось. Когда он остановился у ее дома, Бэлла жалобно обратилась к нему, положив свою руку ему на коленку.
– Прошу, Тейт. Не говори никому об этом. Пожалуйста.
– Я же сказал тебе, что все останется между нами, – сказал он, тускло глядя вперед и добавил. – Тремя.
Время за полночь. Фары осветили темную дорогу и знак «Стоянка запрещена». Развернувшись через две сплошные, Тейт рыкнул мотором и надавил педаль газа, отъезжая в последний раз от дома своей несостоявшейся невесты. А из колонок тем временем лилась душевная музыка: «А сердце украла у растамана, девочка ай-ля-ля-ля. До ночи поем мы с тобой под гитару, как же тебя я-я-я»
– Меня зовут Симеон. Прекрасно выглядите, миссис Гэтли, – мулат по-джентльменски поцеловал руку женщины.
– Вы само очарование, Симеон. Скажите, вы, случайно, не женаты? – улыбнулась Теодора, провожая парня в гостиную.
– К счастью, я холост, – мило ответил он.
– Хорошо! Мой сырок сейчас спустится. Не желаете чай, кофе?
– Спасибо. Не откажусь от чашечки черного кофе с молоком.
– Секунду-секунду. Сейчас поставлю вариться!
Пока Теодоры не было, Симеон пробежался глазами по затхлой гостиной, в которой убирались, на его взгляд, раз в месяц. На полках стояла пыль, значит, Теодора не любит читать; дернул за шнур у настольной лампы – свет не появился. Видимо гостиной пользуется мало кто. В фоторамке стоял портрет мужчины с черной ленточкой. Симеон ближе подошел к шкафчику, за стеклом которого красовалась траурная фотография.
– Это мой покойный муж, – сказала Теодора, неожиданно вернувшаяся с двумя чашками кофе в руках.
– Что произошло?
– Он погиб в горах. Сошла лавина, он замерз и умер под толщей снега.
– Мои соболезнования, – огорченно произнес парень, не давая понять, что ему давно известно об их смерти.
Женщина лишь отмахнулась.
– Он сам выбрал такой путь. В моей семье все рано уходят. И мама, и папа умерли, не достигши шестидесяти. Глупая смерть. Я бы хотела жить вечно.
– Но вы понимаете, такой шанс дается раз в жизни.
– Дело в деньгах? Умоляю! Бриллианты в моих ушах вам ни о чем не говорят? Я заработаю еще, даже если буду в другом теле. Можете не сомневаться.
– Я ни в коем разе не сомневаюсь в вас, мадам.
Теодора отхлебнула кофе.
– Потрясающий вкус.
– Да, кофе действительно стоящий.
– А вы знаете цену на кофе? Какой он нынче дорогой? А вы говорите про оплату! Всеми моими финансами будет заниматься мой сын. Также он расплатится с вами после операции.
– Мы берем 70% до, и 30% после. Можете почитать бумаги, – Симеон протянул ей два листа договора.
– Я не об этом. Я про свое состояние после своего ухода. Вы же гарантируете, что мое тело…
Теодора осеклась, когда увидела в дверном проеме Тейта. Парень был весь потрепан, а под глазами два сонных мешка.
– Приветствую, – брезгливо сказал он, игнорируя протянутую руку Симеона.
– Что ж. Мы с твоей мамой обсуждали детали, – парень поправил пиджак.
– Не жарко ли вам в такую жару? – чопорно спросил Тейт, акцентируя внимание на замшевом лиловом пиджаке в тридцатиградусную жару.
– Вполне. Что ж. По поводу оплаты я вам уже сказал. Что касается вашего дальнейшего пребывания…
– А вы можете начать свой наиинтереснейший рассказ с самого начала?
– Тейт! – прикрикнула Миссис Гэтли.
Симеон сдержанно выпрямился.
– С чего именно?
– Как образовалась ваша клиника? Кто такой этот Тео Пикар и почему моя мать должна верить ему?
– Я думаю, это тут неуместно, Тейт…
– Нет, почему же? Я могу вам рассказать историю семьи полностью, но, боюсь, что это будет весьма долго.
– Мой сын не доверяет новым научным достижениям. Он считает, что переселение душ за гранью реальности.
– Это не так. Клиника основана более тридцати лет назад, когда семья Пикар обосновалась на наших землях. Собрав лучших ученых в области медицины, его компания начала проводить исследование души и мозга человека, соединяя костный мозг с нервными окончаниями, проводя через них ток от одного пациента к другому. Опыты проводились долгие годы…
– А на ком они проводились?
– На животных. Это были мелкие крысы и кролики. И вот, когда кролик начал искать свой хвост, а крыса уплетать морковку, ученые перешли к следующему этапу – процессу обрабатывания людей. Это были бомжи.
– А что, бомжи уже не люди?
– Люди. Но для науки это были лишь пациенты и подопытные. Все произошло именно так, как и следовало ожидать. Да, опыты на людях были гораздо сложнее проводить, ведь у них совершенно другая реакция на препараты, вводимые в кровь. Не стану отрицать, что опыты погубили многих, но мы достигли результата, которым имеем честь хвастать сейчас.
– И много таких операций было?
– Много. Операция занимает чуть больше пяти часов.
– И что со мной будут делать все это время? – спросила Теодора.
– Главное, вы не должны бояться. Просто примите тот факт, что вы проснетесь в новом теле без болячек и с желанием жить. Мы проведем вас в клинику, где на вас наденут токонепропускаемую блузу. На ноги будут надеты компрессионные ботинки для улучшения кровообращения. Из вашего тела будет торчать несколько трубок, а на лицо надета маска. Когда операция закончится, вас отправят в палату, где вы медленно будете приходить в себя.
– А что будет с моим телом?
– Его сожгут. Или закопают. Можете устроить шикарные похороны, так как ваша жизнь начнется с чистого листа. Этим уже займется ваш сын.
– Мам. Это все звучит очень глупо, – пожал плечами Тейт.
– Я бы хотела, чтобы мои похороны не предавались огласке. Пожалуй, я предпочту быть закопанной в могиле моих родителей.
– Ваше желание, ваше право, – развел руками Симеон.
– У меня только одна просьба. Вы же не можете отказать даме, которая тратит на новую жизнь несколько миллионов долларов?
– Что угодно, миссис Гэтли, – улыбнулся парень.
– Со мной будет мой доктор. Мистер Бэккинс. Это же не составит труда, чтобы он был рядом со мной во время операции?
– Конечно. Если вам так угодно, то пускай.
– Прекрасно! На этих бумагах указан счет, куда переводить деньги? – Теодора взяла в руки два листочка.
– Все на обратной стороне. Все реквизиты указаны там.
– Тейт. Подпиши тут, – женщина указала на строку с именем заказчика.
– Но я не заказчик, – удивился парень.
– Ты выступаешь в роли ответственного. Берешь ответственность за все, что будет происходить во время операции и после. Даешь обещание, что ни при каких обстоятельствах не будешь искать свою мать. Никогда не будешь с ней связываться и дашь ей полную свободу.
– Да, я прочитал это, – Тейт сглотнул, а ручка нехотя потянулась к строке с подписью. Тяжелое движение рукой – и его фамилия красуется на договоре, обрекавшем его маму на новую жизнь.
Глава 7
Его тело сладко впитала перина, проникая каждым лоскутом своей нежности в клетки кожи Айфуна. Так как спал он сегодня, не спал он никогда. Как младенец, мирно устроившийся на груди своей мамы, он посапывал, видя чудесные добрые сны в своем воображении.
– Просыпайся! Подъем! – разорался будильник на тумбочке, через секунду летевший в стену.
Опять утро!..
Взяв в руки телефон, парень открыл свой лицевой счет, на который поступили деньги. И так каждый день. Ежедневно на его счет падали фунты за прошедший рабочий день, и эта сумма не могла не радовать.
Таким темпом я заработаю себе на Порш раньше, чем мог желать!
Стоит лишь погорбатиться годик, и его мечта станет явью. Надо лишь дожить, не нарушая правила договора, который он изучил вдоль и поперек, и сделал для себя вывод: не противоречить Тео Пикар и ни в коем разе не вступать в конфликт с его сыном.
Вчерашняя рыжеволосая девушка пришлась по душе Айфуну. Она и симпатичная, и характер заурядный – все, как он любит. Внутри парня пробежала волна возбуждения, как только он представил ее рядом.
Это никак не касается тебя, Айфун! Возьми себя в руки! Она твоя работа, и не более того!
Он внушал себе это все время, проведенное в ванне, пока его возбуждение не поутихло. Полотенце упало на пол в знак того, что служанки должны были заменить его сегодня, как и постельное белье, в котором он изрядно пропотел этой ночью.
Спустившись к завтраку, он встретил Элизу с Симеоном, уже во всю уплетавших сэндвичи с чаем.
– Доброе утро! Как спалось? – лучезарно улыбнулась девушка.
– Доброе утро! Прекрасно, спал как убитый.
– Для кофе закончилось молоко, – заявил Симеон, выпивая американо с остатками холодного молока. – Сегодня напишу куку список, чтоб купил.
Парень хмыкнул, оценивая «дружелюбный» жест его коллеги, так и норовящему уколоть Айфуна в присутствии Элизы.
– Я с утра пью чай. Кофе мешает сконцентрироваться. А сегодня важный день. Кстати, ты подготовил Мию? А то головы полетят, ай-ай-ай… – присвистнул Айфун, влезая с Симеоном в перепалку.
– Она готова, – грубо ответил он. – И билеты на ее имя куплены еще вчера.
– Ты просто молодец! – всплеснул руками Айфун, садясь напротив парня.
– Что ж! Я пойду готовиться к отъезду, – Элиза поставила грязную посуду в раковину.
– Какому отъезду? – спросил Айфун.
– Она следит за такими, как Мия, – ответил за нее мулат. – Это ее работа. Вторая работа, после поиска проституток.
– Понял.
Когда Элиза вышла, на кухне воцарилось молчание и гнетущая тишина, разрывающая перепонки, словно ультразвук.
– Ты говнишься только в ее присутствии, разве я этого не вижу?
– Айфун, ты много чего не видишь. А если ты этого не видишь, значит, тебе это не положено.
– Ты злишься, потому что я привлекаю твою подружку? Умерь свой пыл. Она мне неинтересна.
– Да что ты говоришь! – Симеон бросил ложку на блюдце, создав противный для ушей звук. – И мне говоришь это ты, тот, кто жарил ее в отеле?
– Да… У нее прекрасный двойной язычок, Симеон, так и желавший скользнуть мне ниже бедер.
– Сука! – разорался мулат, резко поднявшийся со стула, что тот упал с грохотом на пол. – Не смей приближаться к ней!
Айфун спокойно помешивал сахар в чае, ухмыляясь и смотря на парня исподлобья.
– Что вы устроили! Симеон! – женщина в переднике и чепчике на голове прошла на кухню. – Что происходит? Не сметь шуметь на моей кухне!
– Я уже ухожу, – заявил мулат, поднимая стул и удаляясь из кухни.
Женщина убрала за него чашку со стола и стерла со скатерти крошки.
– Ты тоже смотри у меня! Чего удумал! Злить Симеона. Он тут не последний человек, а тебя я знать не знаю! Не нарывайся! Ишь, удумал чего! Малявка!
Айфун был крайне поражен началом такого утра, и, приняв позицию праведного и невиновного человека, которого решилась судить старая бабка, не зная ситуации, сказал:
– Сударыня, я искренне прошу прощение за это утреннее недоразумение. Мы, парни, имеем такое свойство выяснять отношения не в самом удачном месте. Поверьте, если бы мы что-либо разбили, то уверяю, я бы убрал это сам или заплатил бы вам сполна за ваш нелегкий труд. Я уважаю вашу работу и знаю, как вы устаете на ней и от таких, как мы.
