Страница 4 из 5
Пройдя на кухню, застала бабушку Галю за тем, что она пила какой-то успокаивающий сбор.
– Шо, вид виноватый? Шо, сотворила?
В голове был недавний разговор с Дмитрием, он заехал за мной после работы, и мы с ним проговорили всю дорогу до квартиры. Невольно улыбнулась.
– Да, так. На свидание позвали. Думаю, соглашаться или нет.
– А вид такой, как у моего внука, когда он дом сжёг. Симпатичный? Не тот ли милиционер? – Я кивнула, устало откинувшись на стуле. – Так думать-то чего? Нравится, так пошла собралась и развеялась, а усталость сейчас пройдёт. Вон чай. Нечего дома киснуть как капуста, весна скоро, пора силу набирать. Если на ночь не придёшь, то напиши, иль позвони. На работе-то как? Олежек не обижает?
Ева, недолго думая, вышла вооружившись самой тяжелой чугунной сковородой. На мой удивленный взгляд заявила, что так никакой маньяк мне не страшен и могу идти куда хочу, а она со мной. С трудом отобрала страшное оружие для борьбы с маньяками.
Рассказала бабушке Гале, что на работе сегодня полный кавардак. С самого утра заболело несколько сотрудников, а после обеда, их отправили на удалёнку и больничные, и пришлось многое делать на свой страх и риск очень быстро. Многое мне знакомое, но далеко не всё.
Еву с трудом уговорила остаться дома под предлогом, что она ответственная за водяного и Бальтазара. Пообещав, если что-то случится, то обязательно призову её.
– Раньше лучшим приданым для девушки было, если удавалось домового уговорить с ней идти. И родителям спокойно, – чадо под защитой, и новая семья счастливой будет. Но твой домовой в каждой дырке затычка. Сегодня Семёнычу досталось, наготовила, убралась, и Ваську выгуляла.
Бальтазар, которого назвали Васьком, поднял уши, но завыть не решился, только несколько раз забавно тяфкнул жалуясь на Еву, и то, что погуляли мало. Я сердито посмотрела на Семёныча, раз досталось, значит дал повод. Тот в банке под моим взглядом ещё уменьшился и обиженно отвернулся. Поняв, что со мной он сегодня говорить не будет, отправилась собираться на свидание, делая себе заметку, что нужно зайти в швейный, Еве пряжи купить в благодарность.
После чая усталость исчезла, ей на смену пришла бодрость, да такая, как будто-то я только что проснулась.
Когда спустилась, Дмитрий уже ждал меня с букетом ароматных тюльпанов.
Он посмотрел на Бальтазара в окне и предложил взять его с собой, заодно цветы поставить в вазу. А я посмотрела на обаятельную улыбку Дмитрия, красивые глаза и решила, что собака будет лишней.
Мы шли в парке разговаривая обо всём на свете: о книгах, фонарях, машинах, даже о том, какая видеокарта лучше… Какую бы тему не затронула, он готов был поддержать беседу, какую бы не начал он, мне было что добавить. Нам казалось, будто знакомы мы много лет и мне хотелось слушать его голос. Даже боль, что осталось в груди от Леонида, отошла на второй план. Воздух был свеж, пахло какими-то ранними цветами, что цвели на газоне.
Перед подъездом я сама потянулась за поцелуем. Первые робкие касание губ, быстро переросли в жаркий поцелуй и мне захотелось стать неприличной девушкой готовой продолжить свидание у него в квартире. Облизнув губы, он спросил:
– Могу надеяться, что мы завтра снова увидимся?
– Да! Но, сейчас мне пора.
Тихо войдя в квартиру, я улыбалась до ушей. Посмотрев на часы обнаружила насколько сейчас поздно, было три часа ночи. Задумалась: не совершаю ли ошибку с Дмитрием? Может не стоит торопиться? После всего произошедшего. А с другой стороны, почему бы и нет, если с ним мне хорошо, если в душе снова запели и птицы и почувствовала приближение весны. Кому нужны все эти условности? Мне? Нет! Мне они к болотным бесам не нужны! Плюнув на всё, спустилась, решив, если не ушёл, то поедем к нему. Дмитрий сидел в соседнем дворе и о чём-то думал, обернулся только тогда, когда положила руку ему на плечо.
Я чувствовала силу, что пробудилась во мне и надеялась, что он не увидит.
Не знаю, заметил или нет, но на какой-то миг мне показалось, именно моя сила одурманила его, и у него были сомнения стоит ли продолжать вечер в тот момент, когда я вернулась.
Но сейчас обнимаясь в его квартире, он счастливо улыбался, как и я. Давно мне не было настолько спокойно и хорошо.
Едва устроилась на плече Дмитрия и задремала, как мне опять приснился Леонид! Беспокоился он обо мне! И теперь уже он на счёт своей жёнушки предупреждал, чтобы его лешак за ногу утащил. Снова повторив, куда ему идти вместе с ней, едва заснув, проснулась. Дмитрий заснуть не успел:
– Кошмар? Ты так резко села.
Объяснять ему кто мне приснился и из-за чего я так резко проснулась, – благоразумно не стала. Поцеловала и сказала почти правду: со всеми этими переездами сплю плохо и лучше к своим поеду. Мне так спокойнее. Дмитрий сделал попытку уговорить меня остаться, но мне очень повезло, и я вслух не выругалась на этого ползучего гада. Сложно будет объяснять упоминание бывшего мужа в постели, и я сама плохо понимаю происходящее.
***
Вернувшись в квартиру рано утром, ощутила, насколько я голодная. За окном солнце ещё и не думало вставать. Ночь была по зимнему долгой. Было тихо, стараясь и не шуметь прошла на кухню.
Плита газовая, к ней подходить не стала. Достала заранее купленный кипятильник, решив приготовить гречку и чая.
С задачей закипятить воду кипятильник справился, но следом решил загореться. Морально была к этому готова, тут же вытащила из розетки и потушила.
Гречку залила этим кипятком, укутала в одеяло и снова включила кипятильник. Вода начала закипать, а бедный прибор снова задымил и на нём появился огонь. Выключила, повтрив процедуру с тушением и включением. Но провод совсем оплавился и перестал работать, вода для чая так и не закипела.
Ничего с собой сделать не могу, огонь всегда пугал. Нагревающие приборы страдают гораздо чаще. Хотя, не только они, короткие замыкания не редкость. Единственный электроприбор, которому всегда везло – ноутбук.
Голос бабушки Гали прозвучал неожиданно:
– Когда подходишь к огню, успокаивайся. Это всё отражение твоего эмоционального состояния. На верхней полке холодильника стоит рисовая каша с тыквой. Рядом бутерброды. Разогреть сможешь? – Разогреть мне не доверили. Вздохнув, она забрала у меня кастрюльку и разогрела. Пока я ела стала рассказывать, – Как ты думаешь, почему многие заговоры из рода в род похожи?
Задумалась, может у них одна основа? Озвучила данное предположение.
– Верно, а почему? – Не дождавшись моего ответа, продолжила: – Ведающие, давно заметили то, во что верит один, имеет силу, то во что верят многие, имеет большую силу. Этим и воспользовались наши предки. На разных языках, диалектах, заговоры зачастую имеют один смысл. Из рода в род, слова могут различаться, но суть будет одной. Даже люди, и те свои верования построили на этом, основные молитвы по смыслу похожи из религии в религию. Поешь и иди спать. Я тебя на сегодня у Олежки отпросила. Ты ж хотела о предках своих узнать, а у меня идея появилась. Должна сработать. Иди, дивчина, иди поспи.
Глава седьмая. Леший
Летний лес. Шум набравшей силы листвы, а в воздухе витает запах зноя. Я вдохнула полной грудью, не веря своим ощущениям. Я снова вернулась в тот сон к родителям?! Не зря бабушка Галя так настойчиво отправляла спать. Попыталась сделать шаг, но не получилось. Ноги как будто приросли к земле, но в этот момент я ощутила и окружающий меня лес, становясь частью его. На полянке, совсем неподалеку, я заметила свою мать, такой же как и в прошлом сне: совсем молодой, в том же сарафане, едва ли старше двадцати лет.
Она загорала на траве и счастливо улыбаясь солнцу, когда с противоположной стороны поляны из леса вышел мой отец.
– Хлопец, ты накой сюда вновь пожаловал? Тебе прошлого раза мало?
– За тобой. И без тебя не уйду! Люба ты мне!
– Тю, так ты под приворот сестрицы попал тогда! Сейчас поправим. А я ещё гляжу, тебя весь год то там, то сям примечаю.
– Так тебя искал, и ты меня замечала! Приметила и ты меня значит!
Девушка покраснела и толкнула юношу в грудь.
– Дурной! Иди отсюда! Не чую приворота! Иди! Иди, я сказала! Батюшка заметит и не выпустит живым из леса! Иди!
– Смотри, что я принёс тебе!
Это было красивое платье с вышивкой, гребень и что-то ещё из одежды.
Вдруг меня затянуло в воронку, и я оказалась перед высоким крепким мужчиной с бородой на том же месте, где появилась с самого начала. Его густые брови сошлись на переносице, а зелёные глаза смотрели недобро.
– Ты кто такая? И что делаешь в моём лесу?
– Лидия. Родственников искала в этом месте.
– Нашла?
– Хороший вопрос. Скорее, да. Но вот что теперь с этим делать – я не знаю.
Я посмотрела на поляну, где были мать с отцом, мысли о том, что их можно спасти, меня не отпускали, а потом повернулась к лешему.
– Могу узнать имя твоё, хозяин леса? Я пришла с миром и вопросами.
– А ты страха не ведаешь, глаза не опускаешь, глядишь прямо, хоть и поняла кто я. Сама не дух, не ведающая и не человек. Но и зла не чую в тебе, поэтому и скажу, Горислав имя моё.
Соврал! Когда он имя своё произнёс, я вспомнила, как мать мне в детстве называла его настоящее. Деян, я понимала почему он не сказал. Меня больше заинтересовало, почему он сказал, что я не ведающая, не человек и не дух. Если с последними двумя всё более или менее понятно, то вот:
– Почему не ведающая?
– Я почём знаю?! Впервые тебя вижу. Если и ведающая, то дивная. Таких не встречал.
– А если скажу, что я твоя внучка, Деян. Их дочка.
На секунду скосила глаза на поляну и вернулась глазами к нему. Я видела, как меняются эмоции на его лице. Он разозлился, глаза из ярко зелёного цвета, стали тёмно-болотного, почти чёрного, а затем он посмотрел на полянку и постарался спрятать свою злость, под напускным добродушием.
– И что случилось, раз ты тут? Не верю, что Белолика не научила свою дочь всем премудростям.
Он всё ещё с подозрением смотрел, но с каждым секундой всё меньше, я чувствовала в нём родственную силу, и он не мог её не узнать. У меня создалось впечатление, что его мысли занимает другое, и что он принюхивается.
Сама попыталась почувствовать, то что происходило вокруг.
– Я не знаю, что произошло. Мать не была духом, когда я росла и знала я её под другим именем. Она не видела больше духов, а сила ведающей проснулась во мне несколько месяцев назад. Тут я благодаря Бабушке Гале.
И ощутила то же, что и тогда в парке с водяным, в эту секунду лицо деда стало ещё более злым, а голос резким:
– Тут ты благодаря своей силе, или моей. Галька только помогла сойтись нам. Внучка значит, дорогу запомнила? Возвращайся в весеннее равноденствие, так силу легко потерять. Тропика слишком далека, а пойду зятька привечать. А то сбежит ещё…
Я попыталась его остановить, сказав о том, что почувствовала:
– Дед, тут пахнет…
Только слушать меня не стали, было ощущение, что он меня пытается отправить назад.
– Злым колдовством. Просыпайся!
И я проснулась под металлический скрежет сковородки об пол. Ева вновь вооружилась страшным оружием против маньяков.
Глава восьмая. Разговор
Леонид
Выйдя из машины, первым делом – позвонил Сергею и извинился. Узнал, нашёл ли он работу и готов ли вернуться ко мне? Он сказал, что и не уходил, только ждёт двойного жалованья за это время. Что же, справедливо. Договорившись о встрече вечером, убрал телефон в карман. Если удастся сохранить фирму, то он получит тройное жалование. Подушка безопасности на непредвиденную ситуацию, подобной этой, у меня была: зарплату людям смогу выплатить. Пройти бы аккредитацию в начале марта, сохранятся все госконтракты, и тогда можно считать: кризис миновал.
Захар настоял на том, чтобы остановился у него, предлагая свой диван на кухне. И я согласился: мне много не нужно. У него была просторная однушка, сейчас такие квартиры гордо именовались евродвушками. Толстые стены со звукоизоляцией, не будить соседей игрой на инструментах по ночам. Мебели, как и у меня раньше в квартире, у него было минимум, только самое необходимое.
Перед диваном поставил забранный столик, не таскать же его в машине.
Вечером, сидя с бумагами, я удивлялся глубине своей слепоты, оставшихся двух недель не хватит, чтобы заткнуть все образовавшиеся ямы.
– Выпить не хочешь?
Сейчас мне нужен трезвый рассудок, поэтому отказался:
– Не хочу.
Захар сел рядом на диван, ставя на столик со змеем два стакана со льдом и заполняя свой чем-то крепким.
– Оставь. С лихом только хуже сделаешь. У тебя профессионалы, ты их годами собирал, пусть делают то, за что зарплату получали.
Оторвался от бумаг, Захар так и не рассказал, в чём именно ему нужна помощь.
– Так что у тебя случилось?
– Помнишь ту хорошенькую Дашу, с которой я расстался перед шабашем?
– Нет, ты их слишком часто меняешь.
Прежде чем начал рассказывать, Захар отхлебнул из стакана большой глоток и спросил, проверил ли Сергей его квартиру, лишь после моего подтверждения заговорил:
– Две недели назад, от Даши мне пришло сообщение с одним словом: “помоги”. Адрес забыть не успел и, помня все эти слухи, поэтому ехал на максимальной скорости, каким чудом я вспомнил о той светловолосой заразе, по имени Светлана, работающей следователем, и успел с ней связаться – не знаю. Почему именно с ней, не спрашивай, но именно она не дала захлопнуться той ловушке, в которую я едва не попал. Когда я приехал, человек Светланы закрыл место преступления и отправил запрос на то, чтобы зафиксировать мои передвижения, Даша была мертва. Сообщение было отправлено с телефона, когда девушка не дышала.
Неприятный поворот и выводы из это нехорошие. Не заметил, как вслух произнёс.
– Получается, это не просто маньяк…
Захар принялся рассуждать дальше. А Сергей, нахмурившись слушал. Интересно было послушать и его мысли. Но он не скажет, пока не будет уверен. А он явно не уверен.
– Получается. И у него явные счёты с нашим родом или с тобой. Ещё интересный факт: у камер на дороге произошёл сбой. Коллега Светланы по горячим следам нашёл несколько камер, зафиксировавших мой маршрут. С магазинов и на зданиях, и изъял их по всем правилам, когда меня допрашивали в участке, благодаря его действиям меня не посадили в тюрьму как подозреваемого. У тех, кто подозрительно быстро приехал на вызов, было именно это намерение.
Захар был явно уверен в своих словах. А я только и мог сказать:
– Да, уж.
Бизнес есть бизнес, но обычно всё решается по-другому. Давно не варварские времена, чтобы решать вопросы кулаками, клинками и жертвоприношениями, сейчас иное поле битвы. Захар не удовлетворился моими междометиями, но другого у меня не было для него.
– Да, уж? Мысли есть?
Мысли у меня были только о том, что дело не только в моём бизнесе и роде. Враги у меня были. За триста лет их сложно было не нажить, но они были среди родовых ведающих. Из них никто не стал бы так марать свою репутацию. Среди людей никто бы не смог совершить подобное. Только если кто-то третий использовал людей для своих целей. А мне просто “повезло”.
– Есть. Поехали к твоей заразе.
– Она не моя. И она ещё на севере.
Я вспомнил Светлану, внимательно рассматривающих гостей.
– Да. А на свадьбу ко мне с Дианой приехала со своим братом и без пары, как думаешь, кого она хотела увидеть? Хочешь ещё один занимательный факт: кто с ними был третьим? Плюс один к брату. Лидия.
– Ещё раз соболезную. Хотела, чтобы приревновал, это очевидно.
