— Так Шаротт и зовется, как и эрлинг. А у тебя родня там?
— Нет у меня здесь родни… Или я просто не помню, — тут же исправилась я.
— Что-то я никак в голову не возьму, откуда ты в горах оказалась, милая?
— Не помню, — озвучила я свою лучшую отмазку.
Пусть и дальше считает, что на меня так подействовал... как там его? Мышевар?
— А ты точно не из нирфов? — старуха прищурилась с подозрением.
Чуть раньше добрая бабушка рассказывала, как местный правитель во время войны закрыл границу и переловил всех противников, кто остался на его землях, да и казнил. А кого не казнил, того посадил в темницу. В общем мне не слишком хотелось, чтобы и меня постигла та же участь.
— Точно! — заявила я с уверенностью.
— Ай! — Старуха погрозила мне пальцем, хитро щурясь. — А говорила, ничего не помнишь. Но ты права, я нирфеатов за стерас7 чую. Ты к энтим демонам никакого отношения не имеешь.
Я мысленно выдохнула.
И за что этих нирфеатов так не любят?
Мне представлялась война между соседями. Тут ведь, судя по всему, феодальная раздробленность. Хотелось бы верить, что хоть головы не рубят на площадях и камнями не закидывают из-за всякой ерунды.
— Кафиза, а скажите, в Шаротте для меня найдется работа? И сколько у вас жилье стоит?
— Ну ежели в приличном квартале, то две-три серебряных леды за неделю.
У меня не было ни одной серебряной леды. Ни какой-либо другой.
— А если в не слишком приличном? — осторожно поинтересовалась я.
— В неприличном? Это что же ты в бедняцкий квартал собралась? — Старуха нахмурилась и покачала головой.
— Для начала мне надо хоть что-то заработать. У меня же совсем ничего нет…
Сказав это, я вдруг подумала, что могу продать меч. Наверняка оружие стоит дорого, и денег мне хватит на первое время. Но озвучивать это я не стала. Бабуля меч пока не видела, ведь он лежал рядом, накрытый одеялом. Не стоит его пока светить, а то или отберут, или стырят. Мало ли. Да и Кафизе я тоже пока не слишком доверяла.
— Это ты правильно говоришь. Я тебе дам немного медных ледышек. Их не хватит, чтобы снять даже жалкую каморку, но хотя бы дня три голодной ты не останешься.
Мне стало неловко. Я только что подозревала невесть в чем эту добрую женщину, а она мне денег предлагает…
— Но как же быть? Может, меня кто-нибудь пустит пожить в долг?
— Это вряд ли. Оплату обычно вперед берут.
«Все как и у нас», — подумала я.
— Но если ты устроишься мойщицей или подавальщицей в трактир или забегаловку какую, то тебе могут выделить каморку при ней. Так часто поступают. Опять же прислуга всегда под рукой. Удобно. Да вот только… — старуха сморщилась, став похожей на старую картофелину.
— Что?
— Тяжко тебе будет подавальщицей работать. Слишком красивая…
Перспектива работать официанткой в местной рыгаловке мне как-то сразу не понравилась, а теперь еще меньше. Ведь понятно, домогаться будут.
— А ты, может, что особенное умеешь? — оживилась старуха.
— Могу танцевать, могу играть на… бубне. Еще я неплохо рисую.
Два года назад я закончила факультет дизайна интерьера и работала по специальности, а в качестве хобби играла на ударных и даже состояла в малоизвестной местечковой группе с эпатажным названием «Эльф выпрямляет березу». И не спрашивайте, почему так. Ну а танцы… Танцевать мне всегда нравилось, а в последние годы я увлеклась пилоном и стрип-пластикой. Помогало поддерживать себя в форме.
— Ну точно из благородных ньер ты! — вынесла Кафиза вердикт. — Вот что скажу, попробуй наняться к ньерам, преподавать ихним детишкам искусства. Тут тебе и стол, и дом будет. И хорошее жалование. А там, глядишь, и про себя вспомнишь. Или тебя кто признает.
А это уже мысль. Если прочие мои таланты спорны, то рисование действительно может меня выручить.
— Вот только… тебя ньеры и на порог сейчас не пустят, в таком-то тряпье, — грустно вздохнула травница, разглядывая содержимое сундука.
7 Стерас — мера длины, равная пятистам метрам.
Глава 5. Отлично получилось! Признаться, я боялся…
Финбар Фрост, драклорд Предела Кирфаронг
Драконий Пик, Озеро Настоящего Времени, Предел Дракендорт
Говорят, Озеро Настоящего Времени показывает то, что происходит с человеком прямо в тот миг, когда смотришь в воду.
Это удивительное озеро охраняли гарпии, чье селение располагалось неподалеку. И то и другое находилось на территории Дракендорта, поэтому мне пришлось заручиться поддержкой алмазного дракона. К счастью, с Реджинхардом Берлианом у нас установились дружеские отношения, и гарпии любезно согласились мне помочь, допустив к святыне.
И вот я стоял на берегу небольшого, идеально круглого водоема, окаймленного каменным берегом, точно рамой. В черных водах абсолютно ничего не отражалось. Ни серое небо, ни снеговые облака, ни даже я сам. Всматриваясь в непроглядно-чернильную гладь, я попросил:
— Покажи мне мою Тень. Если есть она в любом из миров. Покажи ее, молю!
Высказав пожелание, стиснул челюсти, опасаясь увидеть Аниору.
Воображение тут же нарисовало белые, точно снег, волосы. Прозрачные, как льдинки, голубые глаза с затаившейся в глубине грустью. Тихая, покорная, беззаветно мне преданная… Моя Тень…
Болезненный укол пронзил сердце. Кулаки сжались от накативших воспоминаний и чувства вины. Аниора погибла из-за меня. Ради меня… Если бы не она, меня постигла бы та же участь, что и прочих драклордов. Но она успела предупредить, за что и поплатилась. Я любил ее, и теперь мне казалось, что я знаю причину, по которой не могу найти себе другую Тень. Ей попросту нет места в моем заледеневшем сердце…
Вода озера по-прежнему оставалась непроглядной. Я глубоко вздохнул, сосредотачиваясь. Отринув эмоции, вытянул руку открытой ладонью вниз и приказал снова, как учили гарпии:
— Покажи мне Тень сапфирового дракона!
На этот раз в центре озера появилось светлое пятно, которое увеличилось на глазах, пока не заполнило всю поверхность. Теперь я видел заснеженную горную местность и группу странно одетых людей с круглыми большими головами без волос. В руках все шестеро держали какие-то широкие цветные доски.
Люди стояли спиной, и все же я сразу понял, что четверо из них — мужчины, и только две — женщины. Они были миниатюрней и стройней, но больше ничем не отличались.
Картинка была такой четкой, как будто я стоял прямо у них за спиной, разве что звуков не слышал. Я переводил взгляд с одной женской фигуры на другую. Которая? Увиденное никак не могло мне помочь найти Тень. А от контраста ярких цветов одежды людей и ослепительно-белого снега у меня зарябило в глазах.
И все же в моих поисках впервые появились хоть какие-то подвижки. Озеро показало совсем не то, что я ожидал, и меня охватил своего рода охотничий азарт.
— Лицо! Покажи мне ее лицо! — шепнул, опасаясь, что картинка исчезнет.
Но озеро послушно исполнило мою просьбу. Теперь я видел только одну фигуру и гораздо ближе, как будто оказался сразу за ней. С облегчением осознал, что круглое на голове — это просто необычный шлем или такая шапка. И странное одеяние… Может, это какая-то форма?
Но я уже знал кое-что, поэтому не удивился слишком сильно.
Девушка вдруг повернула голову и взглянула прямо на меня.
Глаза… Лучистый ореховый взгляд в обрамлении пышных ресниц, плавный взмах которых заставила покрыться мурашками… Мироздание замедлилось…
К сожалению, кроме глаз, я так ничего и не увидел — лицо девушки было полностью скрыто под маской. В одном я не засомневался ни на миг: она моя Тень!
А затем девушка опустила еще одну маску, скрыв свои колдовские глаза под зеркальной поверхностью, в которой отразились горы.
Голова закружилась, и я пошатнулся, едва не свалившись в разом почерневшую воду озера. Сердце в груди трепыхалось, а во рту было сухо и горько. Все, как предупреждали гарпии. Озеро Настоящего Времени тянуло силы, и пользоваться его милостью долго не рекомендовалось.
Я отступил на шаг, не в силах отвести взгляд от непроницаемой поверхности. Она снова поглощала свет, точно черный припыленный бархат, а у меня перед глазами по-прежнему стояла незнакомка.
Развернувшись, я направился прочь. Позвал мысленно:
«Фрост?»
Удивительно, что дух сапфирового дракона до сих пор не отреагировал на произошедшее и, вообще, вел себя подозрительно тихо.
«Она наша Тень», — подтвердил дракон, сразу догадавшись, что именно мне от него требуется.
Я закрыл глаза и выдохнул. Значит, я не выдал желаемое за действительное. Она существует!
«Да, она наша Тень, — повторил Фрост. — Но не представляю, чем нам это поможет? Ее нет в Пределах».
Сомнения дракона мне были понятны.
«Помнишь, что рассказывали Тени алмазного и изумрудного драконов? Что, если и эта девушка с Земли? Летим к Реджинхарду Берлиану, нужно поговорить с его Тенью».
Миг, и мы с драконом поменялись местами. Теперь я был духом, заключенным в тело ящера, но это не мешало мне чувствовать его как свое. Только драклорды имели такую способность.
«Жаль, что мы увидели только глаза. Будет сложнее ее отыскать», — неожиданно посетовал Фрост.
«Повезло, что вообще, хоть что-то увидели», — откликнулся я.
Наши мысли были сродни разговору с самим собой, ведь и без этого наши сознания были открыты друг другу. Но за годы, проведенные вместе, мы с Фростом привыкли общаться, как близкие друзья. Это помогало найти истину, принять верное решение. Это помогло нам не сойти с ума, когда погибла Аниора…
«Я боялся, что Озеро ее покажет, и это будет означать только одно — что другой Тени для нас нет», — признался я.
«Ты забыл, что говорили гарпии, Финбар? Озеро Настоящего Времени не показывает мертвых».
И правда! Я так волновался, что совершенно позабыл об этом.
«Черные воды ненамного лучше».
«Верно…»
Какое-то время мы летели молча, наслаждаясь тугим ветром в крыльях, шумом прибоя, доносившимся с моря и лучами Дракона и Тени, искрящимися на броне. И предаваясь собственным мыслям.
«Ее глаза не дают мне покоя…» — признался неожиданно Фрост.
«И мне…»
Вскоре мы сидели в кабинете драклорда замка Дорт-Холл. Реджинхард Берлиан и его Тень Василина угощали меня закусками в ожидании обеда, а заодно помогали разобраться в том, что я видел в водах озера.
— Мне кажется, те люди собирались кататься на сноубордах, — сказала Василина.
Слово звучало незнакомо, но я сразу понял, что она имеет в виду:
— Так называются доски, что они держали в руках?
— Да. Подождите, ньер Финбар. Агриппина! — позвала она свою телохранительницу-гарпию.
Та тут же появилась с годовалым ребенком на руках. Почему-то гарпия предпочитала использовать морок, пряча за ним свою нечеловеческую внешность, и походила на обычную женщину лет пятидесяти.
— Папа! — Мальчишка потянулся к отцу, и Агриппина поставила его на пол.
Я невольно улыбнулся, когда парнишка еще неловко, но уже шустро побежал к отцу и вскарабкался ему на колени. Реджинхард глядел на наследника и будущего драклорда с гордостью. Он принялся с ним играть, и малыш весело рассмеялся.
— Гапа, нарисуй, пожалуйста, сноубордиста. Если можно, вид сзади и спереди. В шлеме, балаклаве, но без маски. — Василина давала инструкции гарпии.
Часть названий для меня осталось загадкой, но Агриппина кивнула. Несколько лет она прожила на Земле, где набралась столько знаний, что им не было предела. И главное, она помнила все увиденное и могла это изобразить с поразительной точностью. Таков был ее уникальный дар.
Гарпия села за письменный стол и принялась быстро наносить на лист штрихи карандашом. А Василина рассказывала про сноубордистов. Оказывается, она сама немного каталась на любительском уровне, но все же предпочитала лыжи.
Закончив, Агриппина протянула рисунок Василине, а та передала его мне. Едва взглянув, я тут же узнал круглый шлем, да и остальная амуниция отлично угадывалось. Теперь я знал, что это специальный наряд для катания с горных склонов. И под объемной одеждой скрывается защита для коленей, локтей, спины и даже копчика. Умно!
— Таких людей ты видел в озере, Финбар? — поинтересовался Реджинхард.
Он подошел ко мне, держа сына на руках, и заглянул через плечо.
— Да. Но только вот… Получается, что моя Тень пока на Земле?
— Возможно, еще не время? — предположила Василина.
Она подошла и встала рядом с мужем. Я посмотрел на них.
Счастливая семья, ребенок… Сердце тоскливо сжалось. Мы с Реджинхардом ровесники, и я был бы не прочь обзавестись семьей и детьми.
«Финбар, у тебя тоже все это будет! Вот найдем Тень и…» — поспешил успокоить меня Фрост.
«Осталось только ее дождаться, а потом объяснить, кто я такой и что мне надо».
