Алхимик. Том 5. Собиратель — книга №5 серии «Алхимик»

– Можешь идти, – махнул Анастас рукой. – Будет новая информация – сообщай.

Князь дождался, когда слуга уйдёт и переместился в другое место.

Его сестра сидела за столом с чашкой крепкого кофе, что говорило о многом. Кофе Ольга не любила и пила только тогда, когда пребывала в дурном настроении. В очень дурном.

– Судя по твоему виду, ты меня не обрадуешь, – сказал князь, присаживаясь на стул.

– Всё настолько… сложно, – запнулась она. – Что я даже не знаю, с чего начать.

– Начни с фактов. Что по Соколову? Мне доложили, что он сделал новое устройство, но хочу услышать твоё мнение.

– Цитирую: если заявится кто-то такой же, как пленный, то определить можно. Но если они доработают технологию, то возможны ошибки.

– Что ж, – вздохнул князь, – это лучше, чем ничего. Про технологию оговорка или подтверждённый факт?

– Соколов заявил, что в организме Ярослава есть следы внешнего вмешательства. Да и не слышали мы никогда о меняющих лик, чтобы грешить на естественное происхождение.

– Про способности Эдгарда мы тоже не слышали.

– И мы не отбрасываем теорию, что его способности тоже искусственно созданные.

– Если так, это слишком подозрительно. Получается, что Коршунов создал две уникальные технологии… – задумался князь. – Если так, то, надеюсь, он действительно мёртв.

– Мы видели тело… – сказала Ольга и сама себя одёрнула. – Если, конечно, это не подменыш.

– Вот-вот. – Анастас снова помассировал виски.

– Жуть-то какая. – Ольга полностью разделяла чувства брата. – Тогда нам сильно повезло, что Соколов вышел на нас. Без него пришлось бы сложнее. Будем надеяться, что Коршунов-старший и правда умер раньше, чем довёл технологию до ума, – сказала Ольга и сделала большой глоток кофе.

– Умер или нет – теперь дело вторичное. А на первом месте то, что технология ушла иностранцам. С их бюджетами и возможностями они быстро доведут её до ума. Не удивлюсь, кстати, что они и Коршунова во время войны спонсировали. Может, поэтому он такую секретность и развёл, чтобы скрыть наработки. Ушлый был мужик, ничего не скажешь, – в голосе Анастаса слышалось уважение.

– Я уже запрягла отдел на разработки новых протоколов безопасности. Исходя из того, что сказал Соколов, в случае доработки технологии мы в любом случае пропустим многоликих. Главное – поймать кого-то для изучения.

Князь понимающе кивнул. Бесы были угрозой. Ходоки были угрозой. Но это привычные угрозы. Многоликие были чем-то, к чему никто не был готов. Радовало только одно. То, что есть шансы научиться противостоять угрозе. Лишь бы успеть дожить до этого момента.

То, что план действий наметился, радовало. А то, что княжеская семья, да и чуть ли не всё государство ещё больше стало зависеть от одного человека, тем более не самого надёжного, было верным способом прийти к поражению. Но ситуация на текущий момент такова, что либо ничего, либо технологии Соколова.

– Соколов – это хорошо, но ты и сама подумай, как мы без него можем вычислять подменышей.

– Разумеется.

– Как прошло у вас с ним? Я пока не смотрел запись.

– А ты посмотри, – во взгляде женщины читалось… многое.

– Мне кажется, или у тебя истерика? – приподнял бровь князь.

Анастас заметил нервное состояние сестры, ещё когда зашёл. Он подумал, что оно связано с новой проблемой, но сейчас мелькнула мысль – что причина может быть совсем другой.

– Не кажется. То, что я увидела, выходит за рамки нормальности. Мы о многом догадывались. Многое узнали о нём. Но теперь я уверена – мальчишка не показал и тысячной доли того, на что он способен. Возможно, он и сам до конца не знает своего потенциала.

– Насколько он опасен?

– Абсолютно опасен, – заявила Ольга. – Я даже не знаю, кто опаснее. Многоликие или Эдгард.

– Да что ты там такое увидела? – напрягся князь.

– Свободное изменение материи. То, что можно назвать магией. Представляешь? Будто мы с тобой попали в сказку и у нас во дворце сейчас сидит волшебник.

– Мы знали об этой его способности и раньше.

– Знали. Но одно дело знать умозрительно, а другое – видеть в живую. Когда я сказала свободное изменение – это значило лёгкое. Он плавил бетон и металл так же легко, как мы сейчас с тобой говорим. Посади его в бункер под замок, он махнёт рукой – и двери откроются. Да что там двери, стены разойдутся в стороны. Или махнёт рукой и превратит жидкость в твоей кружке, – Ольга демонстративно показала чашку с кофе, – в сильнейший яд. Воздух – в газ. Кровь в твоём теле… Ну, что-нибудь да сделает. Иначе говоря, дорогой братец, прекращай считать его слабеньким бесом и обычным юношей. О нет, – усмехнулась Ольга горько, – он в сотню раз опаснее.

Анастас внимательно смотрел на Ольгу, обдумывая сказанное. В мире аристократов существовала хорошо известная высшим кругам ловушка мышления. Имея звериные инстинкты, пусть и подчинённые воле разума, аристократы бессознательно оценивали друг друга с точки зрения звериной силы. Ловушка в том, что сильный бес априори воспринимал слабого как что-то незначительное. Со всеми отсюда вытекающими.

В животном мире это оправданная стратегия. В человеческом обществе – верный путь обмануться и пасть. Случай Эдгарда – наглядный тому пример. Инстинктивно он воспринимается как слабый, а значит, безопасный. Но Ольга утверждала, что его опасность в сотню раз выше. Значит, о безопасности речи идти не может, и нужно пересматривать весь свой подход к парню.

– Получается, держать рядом его опасно, но и иначе поступить мы не можем, – сделал вывод князь. – Так как нуждаемся в его разработках.

– Мне остаётся воздать хвалу твоей прозорливости и то, что ты отказался работать с ним по жёсткому варианту.

– Оля, – подался вперёд мужчина. – А если убрать эмоции. Что ты о нём думаешь? Он на нашей стороне или нет?

– Я сейчас не готова дать ответ.

Сначала Ольга хотела сказать, что не знает, но вовремя спохватилась.

– Дай мне несколько дней обдумать увиденное. Поговорить с парнем.

– Сегодня я сам с ним поговорю. Но мне нужно твоё мнение.

– Большую часть времени он выглядит, как самый обычный парень, которому не повезло в жизни, но он не опустился и старается нормально устроиться. Он умён, талантлив, трудолюбив. Но иногда, когда доходит до кризисов, на передний план выходит кто-то другой. Готовый убивать, добиваться результата любой ценой, действовать жёстко.

– Сильные союзники нам нужны.

– Вот я и говорю, переставай воспринимать его как мальчишку.

– Ладно, разберёмся. А что… – князь замер, обдумывая, спрашивать или нет. – Твоя дочь?

– Давай не будем об этом сейчас! – всплеснула руками Ольга. – И только попробуй заикнуться о ценных генах!

– Как скажешь, – улыбнулся князь и отправился на выход. Впереди его ждал ещё один разговор.

***

Когда вышел из допросной, Ольга Владимировна уже ждала меня у входа.

– Как прошло? – спросила она первым делом.

Я оглядел её. Отметил то, как смотрит на меня, как напряжена, как пытается это скрыть. Так хотели выведать мои секреты, а когда увидели в живую, не понравилось?

– Он не естественного происхождения. Над ним хорошо поработали в лаборатории. Уж поверьте, я знаю, о чём говорю.

Свой организм я исследовал десятки раз, пытаясь разобраться, что в нём «сломали» опытами. Так что увидеть отклонения в чужом организме, довольно характерные, получилось быстро. Да и, если знаешь, чей это сын, как-то не удивляешься, что без опытов не обошлось.

– А защита? – уточнила Ольга Владимировна.

– Если заявится кто-то такой же, как и он, то определить можно. Но если они доработают технологию, то возможны ошибки.

Я смог выделить тот набор отклонений, который отличает многоликого от бесов, ходоков и обычных людей. Сделать что-то, что будет отслеживать в окружающих людях схожие параметры, возможно. Только нет гарантий, что и другие такие же уникумы имеют схожие отклонения. Как и нет гарантий, что технологию не доработают, улучшат и сделают на новом уровне.

Пленный проговорился насчёт того, что за ним стоят могущественные силы. Исходя из того, что я знаю, очевидный вывод – это иностранцы. Ну, или Белогрудовы, в чём я почему-то сомневаюсь. Но это исходя из известных мне фактов, которые ограничены, поэтому пока буду держать в уме, что это лишь предположение.

В любом случае у «могущественных» сил и ресурсы на разработки имеются. Поэтому стоит ждать улучшения технологии, а значит, мои методы обнаружения в какой-то момент перестанут работать. Надо думать, как улучшить определитель.

– Ольга Владимировна, – заглянул я женщине в глаза. – То, как вы смотрите на меня… Надеюсь, не дойдёт до оскорблений и обвинений в моей нелояльности и неблагонадёжности?

– Эдгард… – растерялась она. – Нет, не дойдёт. Пойдём.

Женщина перенаправила меня обратно в ту же самую комнату, которую успели прибрать. Следы крови мистическим образом куда-то исчезли. Вот она, мощь алхимии уборки во всей красе.

– Я пока вынуждена отойти, но мы с тобой ещё поговорим, – предупредила Ольга.

– Долго мне здесь сидеть?

– Не знаю. Мы работаем.

– Гвоздевы…

– О них позаботятся, – перебила она. – Не сомневайся.

То, как люди князя умеют быстро реагировать, я уже видел, поэтому и не сомневался.

***

Минут через двадцать ко мне заглянула София с ужином.

– Ты тут не унываешь? – спросила она, заходя с большим подносом.

– Ну, пока аж целая княжна носит мне еду, унывать – это грех и преступление против короны.

– У князя нет короны.

– Неважно.

Я встал и помог девушке с подносом.

– Опять вокруг тебя что-то странное завертелось. Весь дворец на ушах.

– Я не специально.

Подняв крышку, увидел на тарелке мясо с овощами. А пахло-то как… Со всеми этими пертурбациями я последний раз ел нормально утром. Бой, а потом и исследования пленного истощили запасы, и чувство голода жгло изнутри.

– Присоединишься? – спросил я у девушки.

– Ешь. Тут на одного. Я уже поужинала.

– Как знаешь.

Больше не сдерживаясь, я приступил к трапезе.

– Тебя попросили за мной присмотреть? – глянул я на Софию, которая уселась в кресло.

– Присмотреть, накормить, уладить вопросы, если они у тебя появятся.

– Ну, я пока сижу здесь и трачу время впустую.

– Это лучше, чем проливать кровь, не так ли?

– Тебе уже успели рассказать подробности?

– Просто здесь пахнет кровью, – хмыкнула княжна.

– Ах да.

То, что я помылся, ничего не означало. У крови характерный запах, который так просто не выведешь.

– Как дела у тебя? – спросил я, не желая сидеть в тишине.

– Да у меня-то нормально. – София рассматривала меня с каким-то нездоровым любопытством. – А у тебя… Нам нужно серьёзно поговорить, Эдгард.

– Ого, – чуть не поперхнулся я. – Даже не знаю. То сам князь ко мне на серьёзные разговоры заходит, то его сестра, Ольга Владимировна, а теперь и дочка. Чувствую себя значимым человеком.

– А ты и есть значимый человек, – кивнула она. – К которому есть серьёзные вопросы.

– Не то чтобы этот вечер хорош для серьёзных вопросов, но задавай, княжна. Не стесняйся.

– Смущение – это последнее, что меня остановит.

– Так и каков вопрос? – спросил я, проглотив кусок мяса.

– Что ты вложил в кулон для Кати?

Я замер, обдумывая услышанное… Вот же черт… Не подумал. Это девушке я мог сказать, что вложил немного волшебства и заботы. Но те, кто были в курсе моих возможностей, а теперь это Медведевы, должны были закономерно задуматься, а что это за заботу я такую вложил и не угрожает ли она безопасности одной из дочерей клана.

– Я жду ответа, – напомнила о себе София, когда молчание затянулось.

– Тебе хватит моего слова, что я вложил туда только хорошее и полезное?