Алхимик. Том 5. Собиратель — книга №5 серии «Алхимик»

– Мистер Эдгард, – его голос обрёл чуть больше официальности. – Напомню, что о вас по-прежнему знает ограниченный круг лиц. То, что о вас узнали чужаки, этого никак не меняет.

– Мистер Родион, – повернулся я к нему, – не далее как вчера княжеская семья несколько раз мне прямо сообщила, что мы на войне и что шутки кончились. Если для вас воевать – это придумывать отговорки, то я не знаю. Я сказал, что нужно для разработок. Как вы мне это предоставите, уже не моя проблема. Впрочем, я и сам решу вопрос. Просто это займёт больше времени.

Отвернувшись, я принялся дальше возиться с амулетом. Металл на нём плавился и шипел, когда я печати накладывал.

***

Родион подхватил коробки, отошёл, дождался, когда откроется проход и покинул мастерскую. Его беспокоило странное ощущение.

Мужчина почему-то думал, что они, пусть и не специально, породили чудовище. Откинув наваждение, Родион отправился передавать новые артефакты и на доклад к князю. Пора было приступать к следующей части плана.

***

– План готов? – спросил Анастас, когда к нему зашёл Родион.

– Так точно.

Мужчина передал папку, где лежал доклад с прописанными деталями.

– Так… – протянул князь.

Он забегал взглядом по строчкам. Кто охраняет, план территории, фотографии, количество сил, возможные сценарии, последствия, кого надо привлечь, какие реакции общественности возможны, как разыграть ситуацию в свою сторону…

– Отлично, – закончил изучать документ Анастас. – Так как иностранные друзья поняли, что мы не собираемся плясать под их дудку и у нас появились веские аргументы в нашем споре… Придётся форсировать события.

– План готов. Сегодня ближе к утру начнём.

– Действуй. Пока не ушёл… Как там наш парень?

Родион замер, подбирая слова. Князь нахмурился, потому что такая реакция была редкой.

– Прочитал мне сегодня нотацию, что у нас несерьёзное отношение к войне.

– Чего? – по-простому спросил князь, не сразу поняв, что только что услышал. – Мальчик не в себе?

– Он-то как раз в себе. И он действительно собрался воевать.

На секунду князю показалось, что Родион… не то чтобы напуган, а скорее насторожен. Ещё одна редкость. Легче увидеть улыбку на лице Родиона, чем настороженность.

– Из того, что мы знаем о нём, – усмехнулся князь, – можно его одного выпустить против врагов и посмотреть, что от них останется.

– Можно, – кивнул Родион.

Весёлость князя как ветром сдуло. Шутка оказалась не шуткой.

– Иди уже, – махнул он рукой.

Глава 5. Первое сентября

Роман Коршунов переместился вместе с Канисом. Перед этим ему выдали инструкции: имя своё не называть, в разговор не лезть, поручения исполнять.

«И как я только докатился до роли слуги».

Именно слугой Роман и стал. Секреты отца ему пришлось передать. Заплатить за то, чтобы сестра могла начать новую жизнь. Сам же он, чтобы «завоевать» доверие, должен был поработать ходоком на побегушках.

Ценность ходока в любой войне трудно было переоценить. Каждый из них – как ферзь на доске. Фигура ценная, способная натворить дел, если грамотно с ней обращаться.

В этой ситуации единственное, на что надеялся Роман, – это на то, что Канис не догадывается о метке, поставленной на сестру. Если дело зайдёт куда-то не туда, всегда будет шанс выкрасть её и исчезнуть, затеряться где-нибудь на задворках мира. А в том, что это вполне реальный сценарий, Коршунов почему-то не сомневался.

Когда Канис взял его с собой и перенёс в чей-то особняк, Роман подтвердил свои опасения. Их встречал Белогрудов-старший собственной персоной. Главный представитель оппозиции князя. По совместительству главный заговорщик.

– Сергей, – поздоровался Канис. – Я очень хочу услышать от тебя хорошие новости.

По тому, как это было сказано, Роман сделал вывод, что Белогрудов принадлежит этому человеку с потрохами.

«И когда моя родина успела продаться иностранцам?»

Вопрос, который задавал себе мужчина, был риторическим. Ему уже рассказали, что даже его отца финансировали иностранцы. Роман в качестве доказательств получил протоколы встреч и подписанные договоры. Были и такие, несмотря на секретность темы.

– Кого ты привёл, Канис?

Сергей Вячеславович Белогрудов, крепкого вида мужчина, с мощной грудью и руками, выглядел как тот медведь, у которого он забрал фамилию. Опасно, свирепо, как кусок скалы с клыками.

– Это мой помощник. Не обращай внимания, – легко отмахнулся Канис.

Роман не удивился, что его не узнали. Всем было плевать на Коршуновых ровно с того момента, когда они проиграли в войне. Роман не ходил на светские мероприятия, ни с кем из аристократов не поддерживал связи, вёл скрытный образ жизни. Вот так и получалось, что глава Белогрудовых не знает его в лицо.

– Ему можно доверять?

– Я же сказал, – в голосе появилось осуждение, – не обращай на него внимания. И не надо уходить от темы, Сергей.

Говорили они на русском. Канис неплохо владел языком, но ужасно коверкал слово «Сергей».

– Мне нечего тебе ответить. Действуем по плану.

– Надо поспешить.

– Кому надо? – нахмурился Белогрудов. В его голосе так и читался вызов.

«Не нравится подчиняться, но всё равно это делает. Да кто такой этот Канис?»

– Тебе надо, Сергей, – заверил Канис. – Иначе шанс будет упущен.

– Я подумаю, что можно сделать…

– Ты не понял, – перебил мужчина. – Ты не подумаешь. Ты сделаешь. Время на раздумья кончились. Приводи план в действие.

Повеяло напряжением, которое было разорвано появлением нового лица. Вбежал слуга, склонился над ухом Белогрудова и что-то прошептал.

Тот сначала полыхнул гневом, потом напрягся, а следом побледнел.

– Чтоб вас всех… – прошипел он. – Я вынужден откланяться.

– Что случилось? – участливо поинтересовался Канис.

Сергей Вячеславович не проигнорировал вопрос, не исчез, несмотря на важность ситуации. Нет, он замер и дал ответ.

– Кто-то провернул диверсию на моих владениях. Я должен разобраться с последствиями.

«Готов поспорить на миллион, что этот кто-то – князь».

– Интересные дела творятся, мальчик, – обратился к Роману Канис, когда Белогрудов переместился. – Пойдём. Здесь нам пока делать нечего.

***

– Ты какой-то сам не свой, – заметил Матвей, когда надевал костюм.

Нам пора было выходить, чтобы успеть на линейку по поводу начала учебного года.

– Да и ты тоже, – парировал я.

– Лето прошло не так радужно, как хотелось бы, – признался парень.

– Вот и у меня также.

– Ясно, – хохотнул сосед.

На этом мы тему и закрыли.

Был один существенный минус в том, чтобы вернуться на учёбу. И нет, это не риски, связанные с раскрытием моего инкогнито. Костюмы – вот настоящая беда. За лето я привык ходить в свободной одежде, какой захочется, а сейчас нужно опять возвращаться к более официальному стилю.

Весь свой прошлый гардероб пришлось отдать на перешивку. Быстро это сделать не могли, поэтому я купил новые костюмы, так как старые оказались малы. За лето я вытянулся на три сантиметра, прибавил килограмм десять, раздался в плечах, да и в целом стал мощнее. Ничего не имею против этого. Повезло, что одежду заранее примерил и узнал о проблеме, а то вышел бы конфуз.

– Идём? – спросил Матвей.

– Идём.

Мы вышли и пешком направились в сторону института. Можно было бы доехать на машине, но тут идти всего ничего.

Дошли молча, а там началось… Я отвык от такого количества студентов в одном месте. Собирали нас в большом конференц-зале, но до этого мы встретили всех знакомых. Матвей откинул свои думы о прошедшем лете где-то по пути и быстро включился в общение. У меня так не получилось. Мысли нет-нет да и крутились вокруг насущных проблем и угроз.

– Эдгард! – на меня буквально напали сзади.

Я и так был напряжен, поэтому было чуть не дёрнулся, но удержался. Нападающим оказался всего лишь Виктор Моржов. Его широкие ладони упали сзади мне на плечи, а имя он выкрикнул прямо в ухо. Шутник, блин.

– Привет, привет, – ответил я.

– Ты чего такой дёрганый? – оглядел он меня. – Зная тебя, это повод волноваться нам всем?

– Просто отвык от общества, – нашёл я отмазку.

Кажется, у меня и так закрепилась репутация нелюдимого человека, поэтому можно к ней и обратиться. Хуже не будет. Куда уж хуже…

В следующие полчаса моя нелюдимость пошла трещинами. Я не удивился, когда подошёл Моржов. Мы с ним более-менее общались. Не удивился, когда подошла Настя Софо. Точнее, я сам к ней подошёл, и мы мило пообщались пару минут. Но вот когда многие другие начали здороваться сами и завязывать беседу…

Без шуток, путь от входа в институт до места в конференц-зале был наполнен таким количествам общения, которое раньше и за неделю не происходило. А может, и за все две.

«Что за дела?» – удивился я, а потом дошло.

Последствия… Они бывают не только плохие, но и хорошие. Я побывал на празднике Кати, проявил там себя, засветился, как в хорошем, так и подозрительном смысле, ну и получал то, что сейчас наблюдаю. Мой статус с отметки «Никому неизвестный и не нужный аристократ» сместился на «Он может быть интересен».

– Ты стал популярнее, – ткнул меня в плечо Матвей, с которым мы снова встретились, когда усаживались по местам.

– Видимо, так, – не отрицать же очевидное.

– Такими темпами к концу года совсем большим человеком станешь. Аж завидно.

В каждой шутке есть доля шутки. Вот и Матвей завидовал, пусть и по-дружески, но всё же завидовал. Он пахал всё лето, но по обмолвкам получилось не так хорошо, как парень ожидал. Если бы не отношения с князем, я бы оказался в таком же положении. А может, и хуже. Не зная никого в городе, пришлось бы крутиться. Или нет, я ведь с ювелирами задружился, так бы реализовал себя и заработал.

На сцене появилась Ольга Владимировна, и разговоры сразу стихли. Опустилась такая тишина, что я слышал, как бьются сердца тех, кто рядом. Ещё одна «побочка». Сильнее всего у меня зрение изменилось, но слух и обоняние – тоже.

– Поздравляю всех с началом учебного года, – начала женщина. – Нам с вами предстоит много работы, поэтому надеюсь, настрой у вас соответствующий. Сейчас выйдет ректор, а в конце появится князь.

Вот таким коротким вступлением Ольга Владимировна подготовила почву. Предстоит много работы… Как много смысла я видел в этой короткой фразе.

Что дальше происходило, я не особо слушал. Другим занимался. Днём ранее я размышлял над тем, как решить вопрос перемещений сквозь пространство. Ну и какие ещё устройства придумать, чтобы выжить и помочь княжеской семье победить.

Идей много, но к некоторым из них без исследований я не знал, как подступиться. Область для меня полностью новая и неизученная. В этом случае был лишь один путь, как продвинуться. Надо выдвигать гипотезы, проверять их и постепенно нащупывать рабочую модель. Для начала я собрал «анализатор ходоков и остаточных проявлений после перемещений».

Те ходоки, которые сидели среди студентов, в институт попали с помощью перехода. Анализатор я настроил так, чтобы он собирал сразу большой поток данных. Радиус у него пока метров тридцать, но это только кажется, что мало. Сейчас-то здесь пара тысяч человек собралось, плотность большая.

– Что ты всё время записываешь? – шепнул Матвей, наклонившись ко мне.

– Поверь, тебе лучше не знать, – так же шёпотом ответил я.

Сосед заглянул в блокнот, но, естественно, ничего не понял.

– Что за язык?

– Шифр.

– У тебя секреты такого уровня, что их надо шифровать? – улыбнулся он.

Я промолчал. Слишком много ушей вокруг с прекрасным слухом, чтобы вдаваться в подробности.

***

После общего собрания нас ждала вводная первая лекция. Никакого обучения, лишь рассказ про план учебного года и прочие вопросы. Настоящая учёба начнётся завтра.