Страница 3 из 6
От свиты отделились восемь всадников, окружили Крежана и Мельту, пропали на тропе. Видать, кроме охотников, у князей тут присутствовала и вполне обычная охрана. Те, что пытались удрать, вели себя спокойно, да и остальные не обращали на «светлость» с незнакомцем никакого внимания.
Такая уж княжеская охота, Артём и опомниться не успел, как оказался возле накрытого стола – в смысле не стол, конечно, а скатерть вполне себе самобранка. Горячего, естественно, нету, зато горячительного хватает, и всякого холодного мясного и овощного тоже. Хлеб – чёрный! На Гамбите внимания особого не обращал, но не было там чёрного. Ладно, компания интересней стола: «светлость», имени которого так и не услышал пока, Метис – правдознатец, маг, это видно, только из местных. Ещё тот поднеб, который требовал, верней, советовал отправить Мельту в какой-то свой монастырь. Монахом его князь назвал, он, конечно, переселенец с Гамбита, тиран, скрип висит под одеждой и глухой ворот прикрывает наверняка тату, ещё четверо охотников… Справа – отмывали наконец-то выбравшегося из реки Аглая.
– И кто ты такой шустрый, спаситель?
– А самому представиться?
– Да, конечно. Великий князь Гран Приморский перед тобой.
– Просто Артём перед тобой. Путешественник. В настоящее время – с земли Гамбит…
– А вот это весьма интересно! – монах уткнул палец в грудь Артёма. – С Гамбита, да ещё с амулетом тиранов. Только полагающегося знака не вижу. Скрип ты обязан сдать! Немедленно!
– Уж не тебе ли? Вот запросто так отдать боевой трофей? – усмехнулся Артём. – Монах! Опусти-ка воротник, хочу посмотреть, сам-то ты посвящённый?
Взбешенный тиран вскочил и выпустил багровый луч, который завис перед Артёмом, но малость срикошетил и одной стороной зацепил княжеского охотника. Тот свалился замертво. А вот другая сторона слегка задела правую руку князя Грана. Слегка – это вскользь, рукав кожаной куртки сгорел, сама рука почернела с внешней стороны. Ответный удар Артёма безо всякой магии – кулаком – отшвырнул монаха метра на три, уложив того на землю. Охотники отреагировали немедленно: Метис бросился к князю, занялся раненой рукой, кто-то подскочил к своему упавшему парню, проверяя его, несколько человек принялись вязать монаха.
– Зря ты его не убил, – сквозь зубы пробормотал Метис Артёму, не переставая своими способами лечить князя. – Зря! Теперь придётся тащить его на суд, а там неизвестно, как дело обернётся.
– Я неподсуден вашим судам! – захрипел силящийся освободиться монах. – Вы ответите за нападение! Сгорите на костре!
Не менее злой Метис подскочил к монаху, сходу врезав ему ногой по рёбрам.
– Законы надо знать, придурок! Ты неподсуден только на землях своего храма, а тут княжеская территория… Ладно, великий князь, что дальше? – обратился он к вполне пришедшему в себя Грану.
– Возвращаемся в Рамон, – Гран поднялся, отряхивая с руки остатки рукава. – Не в лесу же планы строить. Ничего себе – шибко нынче удачной охота получилась… Артём, надеюсь, не откажешься от приглашения посетить княжескую усадьбу? Не мою, правда.
– Я бы и не отказался, только есть одно… одна закавыка, которую ты можешь и не принять. Она может и подозрительной показаться.
– И в чём я тебя могу подозревать? В том, что ты без дозволения рыбу ловил в этой реке? Или другая закавыка?
– Другая, – вздохнул Артём. – Ты же, надеюсь, не думаешь, что в дальнюю дорогу я отправился в одиночестве – слишком уж это рискованно и даже нахально. У меня спутники имеются, два десятка.
– Вот как! – князь посмотрел на путешественника с нескрываемым интересом. – Не буду пока спрашивать, как вам таким отрядом до сих пор удалось оставаться незамеченными, но где они сейчас? И почему не показались сразу?
– Неподалёку они. Оставаться незамеченными умеют хорошо. А не показались – откуда мы знаем, как нас встретят – добром или стрелами?
– Тут вы, конечно, правы, – усмехнулся Гран. – Но, судя по твоему поведению, опасности от вас ждать не приходится. Потому приглашаю весь твой отряд, погостите маленько, осмотритесь, а дальше… Повторюсь, не в лесу о том рассуждать.
– Что ж, согласен. Но одно уточнение должен сделать: это не отряд в смысле воинов, охранников или слуг. Это мои друзья. Важно для будущих отношений к нам всем со стороны твоих подданных.
– Учту, – серьёзно ответил Гран. – Уточнение существенное. Более того, минуту… Слушайте все! – не шибко громко обратился он к присутствующим, но над поляной повисла тишина. – С этого мгновения спаситель моей жизни путешественник Артём является моим личным княжеским гостем. В этом же статусе будут и его друзья, которые сейчас подойдут. Требую ото всех соответственного к ним отношения. Уточнять, что это означает, не стану.
Артём подбросил в костерок сырых ветвей, вверх потянулся сизый столбик дыма – сигнал для ранийцев. Минут через двадцать, к удивлению княжеских охотников, буквально по их следам из леса бесшумно появились незнакомцы – хорошо вооружённые люди в несколько странной одежде. Неразберихи не случилось – великий князь умел руководить своими сопровождающими. И знакомиться пока было ни к чему, просто отправились в сторону упомянутого Рамона. Великий князь, видя пеших гостей, тоже не стал усаживаться в седло. Остальные охотники последовали его примеру. На конях оставили связанного монаха, скрип с которого Артём посоветовал снять и хранить лично князю, да тело погибшего от магического луча соратника. Тех двоих, что стреляли в князя, так и оставили в кустарнике.
– Вот посмотри-ка, великий князь, до чего хороши наши поля! – разглагольствовал один из сопровождающих Грана. – Урожай в этом году ожидается великолепный. И так по всем поселениям княжества.
– Да? – кажется, удивился Гран. – Вижу, что хозяйство ведётся по уму и старательно. И домашний скот виднеется в немалых количествах. Тогда скажи-ка мне, управитель, отчего это князь Крежан обратился ко мне с просьбой и даже с требованием снизить налоги и подати вплоть до полной их отмены? Куда вот это всё, что мы видим, девается, а?
– Не могу знать, твоя светлость, – притворно вздохнул управитель. – Это дело князя, а моё – смотреть, чтобы крестьяне вовремя и полностью сдавали то, что с них требуется.
– А ты что думаешь, путешественник, на этот счёт? – ни с того ни с сего обратился Гран к Артёму. – Моё недоумение тебе, надеюсь, понятно?
– Понятно, – подтвердил путешественник. – Тогда позволь пару вопросов управителю. Ты говоришь, что твоё дело, чтобы люди вовремя сдавали, что требуется. И сколько же требуется? Ты это обязан знать, раз уж такое твоё дело.
– Да… – замялся вопрошаемый. – Как-то не принято о том посторонним рассказывать.
– А я разрешаю, мне тоже стало интересно, – вмешался великий князь. – Или приказываю, как хочешь. Так сколько?
– Девять десятин, – прошелестел управитель, вытирая взмокший лоб.
– Сколько-сколько? – глаза Грана увеличились вдвое. – Не хочешь ли ты сказать, что крестьянам остаётся десятая часть всего, что они производят, а?
Проходили они через поля и деревню, которую недавно обходили стороной Карлос с Эльмирой, о чём девушка и не преминула шепнуть командиру.
– Так, твоя светлость, – умоляюще сложил на груди руки управитель, – приказ же на то князя Крежана! По прошлому году всего семь десятин с них брали…
– А на оставшееся можно прожить? – разгневался Гран. – Оглянись, придурок: во что одеты и как выглядят крестьяне! Дети вовсе голые! Это ж надо – девять десятин! Такое в страшном сне не привидится. Да хоть и семь – то же самое! Позвать ко мне старосту!
Управителя будто корова языком слизнула. Минут через десять он подвёл к великому князю сухого старичка с клюкой и попытался заставить того поклониться.
– Убери руки! – приказал Гран, – А то без них останешься. И без головы. Как звать? – обратился он к старосте.
– Петро я, твоя светлость, – чуть слышно прошептал испуганный старик. – Не вели казнить, сдадим, что приказано.
– Ничего вы сдавать не будете! – попытался говорить спокойно светлость, но получалось плохо. – Ничего! Ты понял, Петро? Всё, что сделали и собрали, останется вам. И во все деревни то передай, скажи, мол, великий князь Гран в этом году отменил все подати и сборы. А если кто требовать станет, тут же тайно отправляйте весточку. Да не в Рамон, а в мой город, в Гирану. Ты всё понял? Ступай уже.
Староста Петро уковылял на дрожащих ногах. Его тут же подхватили двое деревенских парней.
– Нет, ты слышал, путешественник? – спросил Гран уже за околицей. – Это всё притом, что по указу ещё моего отца, да и по королевским старым уложениям никто ни от кого в княжествах не смеет требовать больше одной десятины. Тут и моя вина немалая – до сих пор не удосужился проверить, как указы исполняются. Довелось вот… А какой вопрос второй у тебя был к этому… недоразумению?
– Да ты уже на него сам ответил. Это по поводу того, почему так крестьяне выглядят.
– Да уж, – тяжко вздохнул великий князь. – Разбираться долго придётся. Только опереться, пока не знаю, на кого. И кстати, думаю, ты понимаешь, что вопросов к тебе с друзьями будет много. Нормальных вопросов – весьма интересно послушать о тех местах, где вам довелось побывать, и почему, собственно, вас к нам занесло, и куда вы собираетесь… Но вот сейчас меня больше интересует и даже беспокоит факт твоей вражды с поднебами. Поднебы – это мы так называем чужих переселенцев. Вот три века рядом живут, а всё для нас чужие, и причины для того имеются. Сами-то они себя имперцами величают. Вот этот монах потребовал от тебя отдать амулет. По здравому уму, с его стороны это ж вроде грабежа в тёмном переулке выходит. Так ведь ты ему прямо сказал, что это военный трофей, так? Стало быть, тебе довелось с подобными типами встречаться и воевать при этом. Где и почему? Я-то тебя о том спрашиваю, потому что ваша драка у меня на глазах случилась. Но впредь советовал бы и тебе, и друзьям твоим о том помалкивать. Поднебы – народ злопамятный, они и до короля дойдут, да и сами не слабаки, начнут всяко мстить. Вот уверен, что и этот на суде упомянет о том, что у тебя есть то, чего иметь ты правом не владеешь. Меня ещё та морока на суде ждёт, потому как, главный судья я и есть. Этот монах ведь из местного храма, а при великом княжестве, соответственно, их великий храм, я с его жрецами только-только знакомиться начал. Но после об этом. Сам-то что скажешь?
В принципе, Артём ожидал подобных вопросов. А нечего было горячиться и психовать на идиотское требование поднеба! Так кто же мог подобного ожидать? Ладно, теперь надо думать, как себя вести с великим князем. Если не врёт – а лжи не чувствуется, то выходит, что отношения у него с переселенцами отнюдь не дружеские. И это пока главное, чем можно пользоваться. До какой степени, правда, неясно. Во всяком случае, от упомянутого суда надо отмазываться, если последует такое «приглашение». И сам великий князь Гран Приморский вызывал чувства положительные и поведением с монахом, и приглашением «в гости», и решением по поводу сборов с крестьян. Да и сейчас дело посоветовал, чтобы поменьше болтали. Но это чувства, а разум предостерегал от излишнего доверия к первому встречному, будь он хоть самый великий князь изо всех великих. При такой-то работе мало ли какие мысли могут прийти по использованию путешественника.
– Не знаю, великий князь, насколько тебе известна география за пределами Картеи, потому без обид. Далеко на востоке расположена земля Рания. Там я и встретился со своими друзьями. Как встретился, что там делал, как они живут – это как раз долгий рассказ путешественника. Важно то, что на Ранию заявились чужаки из другой империи. Дартения называется. Если ваши поднебы, хоть и чужие, но смотрю, в общем-то мирно сюда переселяются, то дартенцы сходу принялись уничтожать местное население. Мечом и магией, в средствах не стеснялись. Да что говорить, если они до того полностью ликвидировали всех разумных на южном материке Андаре. Полностью, великий князь! Кому подобное понравится? Ранийцы начали сопротивление, скорей всего, обречённое на поражение. На Рании почему-то нет ни магов, ни амулетов. Вот я чем мог, тем и помогал. А амулеты у чужаков одинаковы во всех их трёх империях. Откуда и трофей. Но эта информация для тебя. А на самом деле ваш монах ошибся: у меня другой амулет, который он спутал с подобным своему. Вот, смотри.
Артём снял с шеи свой диск, который успел повесить вместо спрятанного скрипа. Гран достал из поясной сумки убранный туда скрип – тут и мимолётного взгляда хватило, чтобы увидеть абсолютно разные предметы.
– Не буду открывать секретов, но я сам умею их делать. Этот могу предоставить тебе для суда, на котором сам, надеюсь, буду отсутствовать. Не хватало мне ещё светиться перед высокопоставленными жрецами поднебов.
Артём отметил, что князь никак не отреагировал на его признание об умении делать амулеты. Может, зря он это высказал, как хвастовство – это ерунда. Но заинтересовать-то по делу, вроде, Грана должно бы. Во всяком случае, он теперь знает об этом, и как использует знание, можно будет увидеть рано или поздно, на чём и определить княжеское отношение к путешественнику. В какой-то степени.
– Понятно, но жаль, – признался Гран. – Ты бы на суде мог быть очень важным свидетелем и веским доказательством нападения монаха.
– Так ведь монах ранил тебя, убил твоего подданного, разве не это станет главным обвинением? Я как бы и ни при чём, ведь наш скандал мог и мирно завершиться, не так?
– Разумеется, – князь задумался, потом усмехнулся. – А ты ведь прав, путешественник, в уме тебе не откажешь. Действительно, какой бы ни была причина вашего спора, пострадал не ты. И что дальше? – спросил он с любопытством. – Что тебя потянуло сюда? Выгнали вы тех захватчиков?
– Мы ушли, когда этот выгон завершался. И не сюда, а на материк чужаков в империю Фланкон. Захотелось, знаешь, посмотреть, а может, и выведать, с какой такой стати чужаки нападают на местных вплоть до полного уничтожения.
– Ничего себе, посмотреть им захотелось! – хмыкнул князь. – В самое гнездо врагов вас понесло. Захотелось, надо же… И много ль выведали?
– Немного. Не долго мы там жили. Но главное поняли: их Владыка, как они называют неведомо кого, приказал им полностью захватить весь Кренос, любыми способами, но захватить. И ликвидировать всё местное население. Чем они и занимаются.
– Вот оно как, – протянул Гран. – Вот, стало быть, как получается. Ты говоришь, что уже сделали такое с южным материком и на Рании действуют войной. Но здесь-то подобного не заметно. Да, согласия меж нами во многом нету, и правители конфликтуют часто, и боги наши друг дружку не переносят, но живём же. Говорю же, три века живём. Не ошиблись вы там часом?
– Скажи-ка, великий князь…
– Давай, лучше Граном зови, – поморщился князь, – долго получается, да и не подданный ты мне.
– Скажи, Гран, вы совсем с поднебами не ладите? Или есть торговля, например, ещё другие общие дела? Но больше интересует, создаются ли смешанные семьи.
– Да как же рядом жить и вовсе не ладить? Это же не отдельные люди, когда даже среди родни драки случаются. Брат вот мой тебе примером. А чтобы целые общества – тут до войны недалеко. Меж нашими-то великими княжествами постоянные склоки и драки, а чтобы с поднебами, не слыхал. Торгуем, это да, празднуем порой вместе, если это богов не касается. И семьи нередко создаются.
– Тут подробней бы. Ваши девушки выходят за них замуж или ваши парни на них женятся, что чаще?
Тут чего-то Грана переклинило, так он задумался.
– Знаешь, Артём, а вопрос-то неожиданно интересный. И ответ будет странным, но это из моего лишь опыта. Получается ведь так, что наши женщины к ним уходят, а чтобы наши к себе жён из них брали – не припомню такого.
– Так и получается небось, что ваших женщин всё меньше. И наверняка не вспомнишь, чтобы какая-то из вышедших за поднеба, родила. Но и не это главное. Когда рождаются ваши дети? Только летом, не так? А у них – круглый год! Они, грубо говоря, быстрей размножаются. Если настанет момент, когда их станет слишком много, то вы им просто будете мешать, что дальше?
– Так на это сколько времени нужно? Века!
– А куда им спешить? Главное – результат.
– Эх, и озадачил ты меня, путешественник, – признался Гран после долгого молчания. – Не во всё верится, конечно, но озадачил вот этими простыми фактами, о которых и не задумываешься. Страшно представить, что я всё это королю выложу.
– Страшно без доказательств.
– Так где их взять, да и какие-такие доказательства могут быть?
– Это мне пока неведомо. Я с поднебами вообще никогда не встречался. Нет вру, знаком с двумя купцами, но те нормальные люди, какие везде есть. Им торговать надо, а не владыку слушать. Хотя… – Артём подумал. – Вряд ли местные поднебы во всеуслышание заявляют о своих далеко идущих целях, потому тебе, например, и не верится. Но те двое вполне могли бы стать свидетелями. Это я к примеру. Шибко далеко они.
– М-да, из головы у меня этот разговор долго не выйдет, – князь даже остановился, оглядываясь вокруг. – А может, и вовсе не оставят теперь мысли о поднебах, на каждое их действо и слово теперь с этой дикой стороны смотреть поневоле придётся. Ладно, я тебя услышал, но повторяю, что другим такие сведения будут пока лишними. Пока.
И всю оставшуюся дорогу до города великий князь Гран Приморский промолчал, не реагируя даже и на вопросы своей свиты.
Вот впереди и Рамон – слегка уже знакомый. Именно, что очень слегка. Процессия подошла к юго-западным воротам. Гран остановился, грустно глядя на давно не ремонтированные стены, ржавые створки ворот.
– И вот что мне со всем этим делать сейчас? Может, спалить этот город к небесам, как думаешь, путешественник?
– Тоже неплохой вариант, – согласился Артём. – Только сначала спалить бы тех, кто в этом виноват.
– Крежан, естественно, кто ещё? – пожал плечами князь.
– Он, наверно, главный виновник, кто бы спорил. Да только сомнение берёт, что обошлось без толпы подпевал, лизоблюдов и прочей нечисти, любящей пожрать и повеселиться нахаляву. Не бывает такого. У правителя всегда имеются советники, помощники, чиновники, просто приживалы. Мало ли кто Крежана поддерживал. И воровал. Вот это всё награбленное по поселениям он один ел? Наверняка продавал на сторону, чтобы иметь средства на развлекуху.
– Очень возможно, – Гран пустыми глазами смотрел на привратную стражу, которая стремилась вжаться в городскую стену. – Наверняка так оно и есть. Так кто ж в том сознается?
– А это смотря кого и как спрашивать. Главное – чтобы сбежать не успели. У тебя свои-то люди есть?
– А как без охраны? Вроде бы и ни к чему столько было брать – всё-таки к брату направлялся, но как сердцем чуял, прихватил сотню, половина тут ожидает. Да ещё десяток хороших финансистов и законников – надо ж было удостовериться, почему Крежан просил освобождения от податей. Но я тебя понял. Керлин, подойди. У тебя сейчас девять полных десятков. Возьмешь семь из них, подчинишь себе по моему велению городскую стражу. Закроете напрочь все городские ворота, стены – под наблюдение. Никого не выпускать и не впускать до особого распоряжения. Займись этим немедленно, чтобы, пока мы двигаемся до дворца, Рамон был блокирован. Заметишь кого из стражников в помощи беглецам, убивай и тех, и других. Всех о том предупреди.
Жёстко, но по-другому из княжьей задумки ничего не выйдет.
– Теперь Гордей, – вызвал Гран несостоявшегося, точней, отказавшегося убийцу, всю дорогу молча бредущего в свите. – Сколько у тебя в подчинении охранников?
– Пять десятков, твоя светлость.
– Сколько из них таких, кому ты полностью доверяешь?
– Тридцать шесть. Лично их набирал, обучал и проверял.
– Нормально. Остальных временно выгони, скажи, чтобы вернулись через… три дня. Тюрьма при дворце имеется? Хотя нет, там наверняка просто пустых помещений хватит. Значит, вспоминаешь всех, с кем кутил Крежан – думаю, тебе это не трудно, а также и чиновников, близких к бывшему князю. Отправляешь своих доверенных людей, пусть приглашают всех во дворец без объяснения причин. С теми, кто откажется, не церемониться, привозить в любом состоянии, главное, чтобы говорить могли. Выполняй! Да, захвати-ка с собой управителя и монаха, запрёшь их по отдельности где хочешь, чтоб не сбежали.
И осталось с великим князем не более десятка охотников, маг Метис и два десятка ранийцев. Так в Рамон и вошли. Двигались по пустынным улицам – никаких встреч и приветствий, наоборот, показалось, что всё население в испуге попряталось где попало. Лишь подходя к центру, заметили всё увеличивающуюся суету среди стражников, которым отдавали распоряжения конные воины из охранной великокняжеской сотни. Группами они чуть не бегом направлялись в разные стороны к городским стенам.
На подворье княжеского дворца царила не суета, а паника. Шум, гам и беготня. Сильно озвученное броуновское движение. В основном, видимо, обслуга, судя по одежде. Но нередко, очень нередко мелькали хорошо одетые и даже расфуфыренные господа и дамы – эти стремились к выходу с территории. До ворот им удавалось добраться, а дальше их вежливо посылали обратно. Возмущались, конечно, мужчины даже мечи обнажали, но этим ситуацию проясняли пинками, хотя никого и не вязали пока.
К прибывшим подобрался бледный мужчина средних лет с всклокоченными остатками волос, одетый в некую помесь рабочей и парадной формы.
– Великий князь, я управляющий поместьем Флокс. Дозволено ли будет узнать, что происходит, и как нам, служащим и слугам князя Крежана, поступать?
– Минуту, сейчас распоряжусь, стой здесь, – Гран заметил ещё одного приблизившегося человека. – Приветствую, Дарьял, как тут твоя команда, всё ли в порядке?
– Хвала небесам, что ты возвратился, великий князь! Проверочная команда жива, хотя на двоих совершено нападение. Всё тут не в порядке, твоя светлость. Нужен отдельный доклад по творящимся в княжестве… чудесам.
– Вот как… Собственно, этого и следовало ожидать. Значит, поступим так. Флокс, тебе сейчас два задания. Во-первых, разместишь в гостевых покоях два десятка моих гостей, они с тобой прямо сейчас и пойдут. Как почётных гостей, ты понял? По пути дай указание, чтобы через половину часа был готов обед в малой трапезной на полсотни человек. Никого из местных на трапезе быть не должно, повторяю, никого! Все твои подчинённые, чиновники Крежана, его гости и прочие посетители дворца сейчас обязаны беспрекословно выполнять распоряжения командира охраны Гордея. Выполняй. Так что, Дарьял, во время обеда и доложишь самое главное. Артём, следуйте с друзьями за управляющим. К трапезе вас пригласят.
Одиннадцать комнат, или покоев, нашлись на третьем ярусе четырёхэтажного здания. Управляющий Флокс, видать, специалист опытный: ничего не спрашивая, сумел просчитать потребности гостей. Хотя подобные потребности у них и имелись, вполне могли разместиться в двух-трёх апартаментах. Но кто бы спорил, пусть так. Всем просто до смерти хотелось оказаться в условиях более комфортных, чем на базе в лесу. Условия, к удивлению Артёма да и всего отряда, имелись ничего себе приличные: кровати, диваны, кресла, столики, шкафы, а главное – сантехника! Конечно, каждый номер рассчитан более, чем на двух человек, тут Флокс явно «прогнулся». Это его проблемы.
Разместились без заминки, договорившись на встречу подойти в «гражданской» одежде, имея из оружия разве что кинжалы да свои амулеты. Никаких мечей и скрипов, хотя для этого озаботились «охранной системой» своих покоев. Вся помывка вместе с переодеванием, даже и женским, много времени не заняли. Все успели собраться в «комнате» Артёма, там и ещё много свободного места оставалось. Ни о чём чисто своём не говорили: всё, что командир услышал от великого князя, и некоторые свои мысли он успел нашептать по пути, а для подробностей время ещё будет. Притом их тут и подслушать немудрено с наличием магии-то, а ставить сразу защиту от подслушки – подозрительно выглядит, могут подумать, что гости уже замышляют что-то гадкое.
Пришёл за ними сам управляющий Флокс – проникся, видать, их статусом с подачи Грана. Да им без разницы. «Малая трапезная»? Что ж, всё относительно, но человек сто эта столовая наверняка вмещает. На большую бы глянуть. Столы размещены в виде квадрата – тоже, наверно, требования протокола, когда среди присутствующих все равны по статусу. И место великого князя в середине одной из сторон выделялось лишь креслом с самой высокой спинкой. Место с левой стороны этого кресла Флокс указал Артёму, остальные расселись, как хотели. В том числе и проверяющие из команды великого князя. Старший из них, которого князь именовал Дарьялом, расположился по правую руку Грана, одесную, так сказать. Как и приказано, никого, кроме обслуги, из местных не наблюдалось. А наблюдались весьма любопытные и даже озадаченные взгляды в сторону гостей, особенно женщин, от тех самых финансистов Дарьяла и обслуги. Кстати, среди проверяющих, а их насчитывалось двенадцать, присутствовала всего одна дама – лет пятидесяти брюнетка, красивая, но с каким-то бледным неподвижным лицом: ни одной эмоции не читалось на нём. Артём увидел у женщины лишь весьма сильные магические способности без амулетов. Чем она походила на мага Метиса и ещё одного участника команды Дарьяла. Да и сам Дарьял – тоже маг, но зачем-то унизал пальцы специфическими перстнями.
Дождавшись, когда слуги разнесут и поставят перед каждым горячее в виде, кажется, густого борща и наполнят кубки красным напитком, великий князь Гран Приморский поднял свою чашу. Да уж, обычай говорить перед каждым случаем винопития не миновал и этот мир.
– Что ж, господа, – медленно и раздумчиво заговорил хозяин, – времени, как понимаете, у нас в обрез, потому рассиживаться не станем. Я не буду вас знакомить подробно, но скажу для моих людей следующее. Князя Крежана и княжны Мельты больше здесь нет. Именно они с разной степенью вины организовали моё убийство. Волей случая рядом оказался путешественник Артём, который меня и оградил от выпущенных стрел. С виновниками этого покушения всё просто: они сейчас под конвоем на пути в Гирану. А вот дальше… Артёма попытался убить настоятель тутошнего храма под… имперцев, в результате чего убит один из охотников и ранен я. Опять же при содействии Артёма монаха удалось связать и обезоружить. Не стану говорить, как это удалось, но амулет этого поднеба вот, у меня, – Гран показал присутствующим скрип. – Виновник здесь под охраной, и мне ещё предстоит суд над ним. Тоже морока. Дальше по пути удалось кое-что узнать о безобразной хозяйственной деятельности Крежана в отношении его земледельцев. Предчувствую, что это далеко не всё, потому Дарьял и расскажет, что удалось узнать. Прямо здесь расскажет, чтобы времени не терять. Но перед этим поднимем кубки и чаши за здоровье спасителя моего Артёма и его друзей и с благодарностью сиянию небес за то, что эти путешественники вовремя оказались рядом со мной!
Группа Дарьяла вся без исключения смотрела теперь на гостей с огромным уважением, и неясно ещё, по какой причине больше – то ли за спасение Грана, то ли за изъятие скрипа, который вообще вряд ли кому из местных удавалось хоть глазом увидеть. Заметно ж было, как все напряглись, когда Гран вынул из сумки этот амулет. Но неважно. Рассказ Дарьяла оказался не менее ошеломляющ теперь уже для великого князя. Ранийцы-то воспринимали всё, как факт, их никаким боком не касающийся.
– …мне нужно сначала выразить перед великим князем немалое уважение к участникам нашей группы. Ко всем без исключения. Двое вот, Поликарп и Вележ чуть не погибли в приёмной местного казначея. Повезло, что нас всех постоянно сопровождают охранники из сотни Керлина. Если б не они… А по делу, опыт и настойчивость госпожи Агнеты и мага Лиона выявили и нашли массу бумаг, которые от нас старательно прятали. Часть и уничтожить пытались, но Лион воспрепятствовал. В бумагах – бардак. Специально организованный бардак, всё запутано и по времени, и по направлениям, и по авторам всех указов, распоряжений, приказов, и прочего. Вот тут госпожа Агнета и оказалась на высоте. Каждый из документов был ею тщательно просмотрен, и указаны все нарушения как королевских, так и великокняжеских законов и предписаний. Нам оставалось лишь уточнять подробности в виде заказчиков, просителей, исполнителей, искать связи среди чиновников и знати княжества, определять источники, а главное – размеры доходов, цели расходов… Много, очень много уворовано, при дворце Крежана не крал только ленивый. Хотя могут встретиться и нормальные люди, их поиском мы не занимались. Я ставил задачу вовсе ни одним словом не давать ничему никаких оценок перед местными, то есть работали, искали, делали выводы, но что именно мы делали, надеюсь, осталось секретом. Пусть и не во всём.
Оказалось, что вот великий князь произнёс первый тост, точнее, здравицу, и больше ни от кого этого не требовалось. Слушали Дарьяла, ели, пили. Если ранийцы и местные оказывались рядом за столом, потихоньку и знакомились. То, что докладывал Дарьял, для его группы было известно, для ранийцев, максимум, любопытно, а вот Артём внимал информации с большим интересом. Даже некоторые имена, звания, титулы и должности запоминал. Зачем-то. И успел ко-что шепнуть на ушко сидящей рядом Камилле, а она уже передала всем остальным. Остальные согласно кивали, встретив взгляд Артёма.
