Незаметно нужно подправлять,
Мягко надобно подсказать,
Делать надо подобно Богу,
Как ведет Он нас жизни дорогой.
Помогать нужно друг другу в дороге,
Чтобы крепки в пути ноги…
Надо со строгость быть осторожным,
Мир вокруг ведь такой Божий…
Как бы хотелось…
Бездомные псы тихо жизнь покидают,
Укрывшись от всех, они умирают,
Никто чтоб не видел слезы в глазах,
И чтоб не обидел на последних шагах.
Ласка с любовью им не досталась,
Хоть в жизни найти их они и пытались.
Но, так уж сложилось – дом не обрели,
Такие по жизни они не одни.
Сложилась по-разному собачья судьба,
Кому- то дом так она и не дала.
Чей-то хозяин раньше ушел,
А нового пес, увы, не обрел.
Кого-то из дома просто прогнали,
Кого-то забыли, иль в жизни предали,
Кому-то хозяин так и не достался,
В приюте собачьем, иль просто скитался.
Бездомных собак вы точно встречали,
Быть может, в приютах собачьих бывали.
Вы видели взгляд одинокого пса?
Кто видел, о том не нужны им слова.
В них боль обреченности, горе ненужности,
Глаза их печальны, печалью потушены.
Не верят уже, что их счастье найдется,
Что кто-то хозяином их назовется.
Бездомные псы тихо жизнь покидают,
Укрывшись от всех, они умирают,
Никто чтоб не видел слезы в глазах.
Не обижайте бездомных собак.
Бездомные люди, как бездомные псы,
Живут без любви. Одиноки они.
И если взглянуть таким людям в глаза,
Их взгляд – это взгляд бездомного пса.
Как бы хотелось, чтоб бездомные псы,
В жизни хозяев своих все нашли,
Бездомные люди дом обрели,
Чтоб счастливо жили все в мире они.
Обезьяны и люди
(басня)
Собрались как-то в джунглях обезьяны,
Чтоб обсудить людские и свои изъяны,
И на научной базе дать на вопрос ответ.
А прав ли Дарвин или нет?
Вопрос давно волнует белый свет,
А точного ответа так и нет.
Не очень верят в то и люди сами,
Научными их Дарвин не убедил трудами.
Собрались обезьяны на Совет,
Чтобы научный людям дать ответ.
Горилла мощный открывает заседание,
Всем слово представляет по желанию.
Макаки шустрые первые к трибуне.
«Нет, не собратья нам все в мире люди!
Смотрите, что они творят на белом свете,
Живым остаться бы живому на планете».
Ленивец медленно к трибуне подползает,
Давно живет, спокоен, много знает.
«С макаками согласен, братья, я,
Не братья люди нам и не друзья».
Седой и мудрый вышел павиан:
«Я, братья, в жизни много повидал,
И в джунглях жил, и в зоопарке,
Работал в цирке, получал подарки…
Скажу ответственно вам я,
Глупей не видел никого, друзья.
Всегда чего-то людям не хватает…
То мнение макак серьезно подтверждает».
И – понеслось со всех сторон,
В словах своих был каждый убежден.
«Безумные. Нас и друг друга убивают.
Лес вырубают. Воду загрязняют.
Нас обижают, в зоопарки ни за что сажают.
А разве братья по родству так поступают?
Нет, предков общих не было у нас.
О том решение принимаем мы сейчас!»
О наболевшем обезьяны говорили,
И председателю Горилле предложения вносили,
По обсуждению Резолюцию писали,
Чтобы гориллы людям передали.
«Мы Дарвина конечно уважаем,
Но, видя, что творите, утверждаем,
Наш общий предок – отвергаем,
Родство по предкам – не признаем».
Что ж, так бывает, иногда.
Одни творят безумные дела,
Другие говорят безумные слова,
Не понимая, что венец тому – беда.
И некому «гордиев узел» разрубить,
Чтобы по-братски, в дружбе снова жить,
Чтобы друг друга с полуслова понимать,
А не в гордыне уши пальцем закрывать.
Мораль сей басни, как всегда, проста:
Творите люди добрые дела!
Тогда и обезьяны вас будут понимать,
И то, что предок общий будут признавать.
Чтоб не забывали мы, что люди
Чтоб не забывали мы, что люди,
Бог знал, что так когда-то будет,
Чтоб зверем в злобе человек не стал,
Он людям лошадей, собак и кошек дал.
Жесток и мерзок человек бывает,
Когда заветы Бога забывает,
Когда от Бога разрывает нить,
Что помогает человеком быть.
Когда ложь тьмы, гордыня побеждают,
Когда себя венцом природы он считает,
Себе природу позволяя, матушку, губить,
Жестокой тварью и убийцей даже быть.
Но в мире есть любовь и преданность,
Сочувствие в беде, и милосердие, и верность…
Есть все, жива чем Богом данная душа,
Чем перед тьмой душа сильна, крепка.
Чтоб душу человек не погубил,
Чтоб устоять пред тьмой хватило сил,
Бог к человеку кошек, лошадей, собак послал,
Чтоб сын что Божий, человек не забывал.
Чтобы в себе добро растил, преумножал,
Чтоб преданным как быть и как любить не забывал,
Чтоб даже немощным тепло души дарил,
Чтоб душу хладом злобы не убил.
Как любят лошадь, кошка и собака,
Того, кто им дарит свою любовь,
Тому, познал кто это, говорить не надо,
Пустая это трата будет слов.
Как рады, преданы они тому,
Кто посвятил им жизнь свою,
Кто ими дорожит, кому они родные,
В любви и верности живет кто рядом с ними.
Не всякий человек, вот в чем беда,
Тому примеры нам дают века,
На это, Бога позабыв, способен,
И потому жесток, бесчестен, злобен…
Бог знал, что так когда-то будет,
Чтоб не забывали мы, что люди,
Чтоб зверем в злобе человек не стал,
Нам лошадей, собак и кошек Бог послал.
Сильный слаб одиноко
