– Лев.
– Откуда вы? – резко спросил Роберт.
Кнара сразу зашипела на мужа.
– Роберт, сейчас не время!
– Подожди, я должен знать.
– Мы из Красного города.
– Как вы оказались в ковре?
– Наш отец нас в них положил.
– А где сейчас ваши родители?
Лев задумался.
– Я не знаю. Папа положил нас в ковёр и сказал, чтобы молчали. Потом были звуки, потом я почувствовал, что меня подняли, а потом… не помню.
– Роберт, оставим их?
– Даже не знаю. Девать мне их некуда. Но мы не прокормимся в таком количестве. Пока пусть остаются, потом посмотрим.
– Да? – повернулась Кнара к Эле. – Поживём вместе? Молчаливая такая, улыбаешься мне и всё.
– Она немая. Не разговаривает совсем и не слышит. – предупредил Лев.
– Немая? – задумчиво проговорил Роберт, резко повернув голову к окну.
Будто сам себе Роберт задал этот вопрос. Сумерки сгущались, отбрасывая красные квадраты от заката на тёмные стены. На потолке дёргалось жёлтое пятно от буржуйки. И вдруг монотонно зазвенел колокол на площади. Роберт и Кнара встрепенулись, подняли головы, глазами бегали по квартире, будто искали призрака в комнате. Они замерли, будто хотели увидеть само пространство. Колокол все звенел.
У Кнары выступили слезы.
– Роберт, это он. Это он!
Роберт с корточек ринулся к выходу, взял дубленку и выбежал из квартиры. Кнара занервничала, дала дочери наказ, чтобы не отходила от Льва и Эли, и, накинув куртку, побежала за мужем.
Люди стали стекаться к базилике с радостными возгласами. Роберт выбежал на улицу в одной рубашке, сжимая дубленку в руке. Он бежал по замёрзшей грязи, хрустя ногами по увядшим листьям. Он окунулся в общую толпу людей, завлекаемых колоколом. Добежав до площади, люди стали толпиться у одной точки.
Добежав, Роберт стал всех расталкивать. Люди его пропускали, завидев через плечо. У него быстро билось сердце. Ноздри раздулись. Руки устали и ныли. От частого дыхания горечь поселилась в горле. И вот он выскочил в центр. И только сейчас заметил: все молчали, колокол перестал бить. А перед ним стоял священник, держа за руку мальчика.
– Я привёл Корнеида Магнифита, лидера этих земель. Где Роберт Магнифит? Кто мне скажет?
На этот вопрос позади священника раздался жуткий смех мужчины. Он стоял прямо на паперти базилики.
– Лидера земель? Папаша, оглянись, здесь я хозяин.
– Вы Магнифит?
– Слава богу, нет, святой отец. Магнифиты здесь больше не правят. Карлен Магнифит ушёл в армию и, как я понял, уже больше не вернётся. – от этих слов он самовлюбленно заулыбался.
Человека, который это говорил, звали Мнац. Это был житель города, который, воспользовавшись кризисом, вместе со своей шайкой захватил власть у Роберта. В тот день город разделился на два лагеря битвы, но Роберт и Карлен проиграли ему. Мнац славился искусным мастерством в фехтовании. Он был непобедим. Это был низкий, но крупный мужчина с большим носом, обросшей головой и бородой.
Дело в том, что мужчины решали свои вопросы только шпагами, и все знали, что Мнаца может победить только Карлен. Мнац хотел убить Роберта, но так как полгорода перешли на сторону законного правителя, он не мог это сделать напрямую. К тому же ему нужен был крест, который забрал Карлен. Убив Роберта, его власть не была бы полностью захваченной.
– Роберт Магнифит перед вами. – сказал Роберт священнику.
– Господин Магнифит, примите мои соболезнования. Я видел вашего сына. Он геройски погиб, защищая нашу землю и этого мальчика. Карлен Магнифит перед своей смертью передал ему власть. Он нарёк его полноправным членом семьи Магнифит. Его последним желанием было, чтобы мальчика считали его родным братом и членом вашей семьи. – по полукругу людей пошёл шёпот. – Я клянусь богом, это было так. И я не один тому свидетель. Это информация передана старшим офицерам армии, которые доложат всё королю.
И снова зазвучал дерзновенный смех Мнаца, перебивший все шушуканья.
– Роберт, посмотри, как там говорится… взгляни на сына своего, да? – он смеялся, и его смех сотрясал сознания всех сочувствующих людей.
За спиной Роберта появилась Кнара и со слезами на глазах смотрела на ребёнка. Надо заметь, что маленький Корнеид был невероятно похож на Карлена – он был точной копией его в детстве. Такое ощущение, что это и был Карлен. Роберт смотрел на него и видел своего сына. Война словно убила его года. Они скорлупой облупились, и Карлен снова вернулся ребёнком. Слезы сотрясали всю грудь изнутри у Роберта и Кнары. А Мнац не переставал смеяться над участью своего соперника.
– Ну Роберт, скажи же, ты точно знаешь, как там он сказал, а? А, кстати, святой отец, с чего бы нам принимать этого сосунка вместо другого сосунка.
Священник обхватил шею мальчика и вытащил из под его куртки розарии семьи Магнифит. Как только крест свис с его шеи, люди удивленно ахнули. На лице Мнаца пропала улыбка. У него в голове начали закрадываться мысли, что у ребёнка забрать символ власти ещё проще. И Роберт, сначала недоверчиво относясь к этой истории, вдруг посмотрел наверх: «Ты правда сделал это? Ты в нем что-то увидел, сынок?».
Роберт смотрел на небо. Только тогда он увидел красоту облаков. Они громоздились и стекали друг на друга пасмурными оттенками. Он себя почувствовал крупицей перед их величием. Он ничто перед глыбой прямо над головой. Эта притолока мира надсадно давила на него своей тенью. Будто сам Бог что-то говорил ему. Только Роберт отрёкся от него, и Господь заговорил с ним своими деяниями. Потеряв одного ребенка, он обзавёлся тремя. «Как мне это понимать? И что я должен сделать?». Исполинская тень всё плыла над городом и улеглась на склоне горы, словно Всевышний прилёг на неё и наблюдал за толпой.
Он вдруг прохрипел, но никто не разобрал его слова.
– Мать, взгляни на сына своего. Сын, взгляни на мать свою.
Он повернулся, скользя пасмурными глазами по взглядам людей, пока ни нашёл взгляд жены.
– Мне надо бежать отец. – Карлен клал вещи в баул. Они стояли в пещере в виде храма. Свет от огня танцевал на наскальных образах.
– Ты не можешь уйти. – сказал ему Роберт, стоя у входа в храм, в который шумно задувал ветер.
– Мнац тебя не тронет, ему нужен только я. Я приду и свергну его. Соберу силы и вернусь в наш город. Тебе и маме придётся немного потерпеть. Но вы зато будете в безопасности.
– Когда ты вернёшься?
– Не знаю. – он снял с себя крест и протянул отцу.
– Он по праву твой. Я больше не правитель.
– Брось, отец, эти глупости. Сейчас не время. – раздраженно сказал Карлен.
– Я не могу больше носить этот крест на глазах народа! Правитель ты. К тому же Мнац захочет его забрать себе, а ты уйдёшь вместе с ним.
– Я тоже не могу сейчас править. Я ещё не готов.
– Я тоже так думал в твоём возрасте, но мне пришлось… и все же ты должен остаться.
– Из этого ничего хорошего не выйдет. Грядёт война. Люди не будут меня поддерживать, а Мнаца я одолеть не могу. Я должен идти. Этим самым я сохраню и себе, и вам жизнь.
– Ты не потому уходишь. Ты уходишь из-за неё. Я же знаю, Карлен.
– Перестань… скоро начнётся война. Я буду стоять вместе со своими людьми, а потом вместе с армией войду в город. Шпагой его не взять, сам видел.
Ветер выл, проносясь мимо пещеры. Огни свечей нервно дергались, а когда все стихало, вытягивались, и лица образов оставались спокойными. Каменная Мария стояла вместе с тенями отца и сына. Уши закладывало.
Карлен завязал сумку и встал перед отцом.
– Ну что, пришло время прощаться. – они обнялись. – Попробуй объяснить как-то матери. А к Талии не будь строг. Ей и без того нелегко. Хорошо?
– Как скажешь, так и будет, сынок. Мы будем ждать тебя. – он выбрался из его объятий и положил руки на его плечи. – Помни, кто ты такой. Не давай своим чувствам погубить себя. Сейчас твоё сердце разбито, но это ещё не конец. Понял?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
