Татьяна Антоник "Попаданка грабит замки"

– Ты что-то сказал?

– Нет, конечно, нет.

Обратно мы снова шли под конвоем. Теперь я присматривалась ко всему внимательнее и отметила, что башня и ее коридоры были довольно богато украшены. Повсюду расставили свечи, под потолком свешивались хрустальные люстры, перила на лестницах позолотили, а ступени застелили красными коврами. Полагаю, меня специально поселили в убогой комнатушке, чтобы морально сломить.

– Рюдрат, – книгу и ее обитательницу я демонстративно не замечала. – Внесешь пункт в договор, чтобы меня переселили? Хочу жить в нормальных условиях, с мягкой постелью, на большей площади и несколько служанок в подчинение?

А что? Гулять так гулять. По крайней мере, у меня будет возможность с кем-то словечком перекинуться. К тому же в мыслях начал постепенно вырисовываться план побега. Но прежде чем броситься в авантюру, я предпочитала разведать обстановку. Прислуга наверняка способна что-то рассказать о Роберте Санлисе или о Дарке. Без информации я словно слепой котенок.

– Нахалка! – выпрыгнула Медея. – Ты пленница, а не принцесса.

– Я больше не пленница, – пропела ей язвительно. – Я ваша ученица, хотите вы того или нет.

Призрачная женщина громко фыркнула, но ответом меня не удосужила.

Вернувшись в мою скромную лачугу, Рюдрат поспешил ретироваться, объяснив свою торопливость тем, что будет заниматься моим устройством. А мне-то, дурочке, показалось, что он не захотел оставаться с мертвой колдуньей наедине.

– Так! – воспарила она, едва захлопнулась дверь за трусливым дворфом. – У нас мало времени, а ты необученная глупышка. Встань смирно и внимай всему, что я говорю, а лучше записывай.

– Записывать или стоять? – уточнила я, закатывая глаза.

Предполагаю, что из госпожи Дарк будет отвратительный педагог. Есть такие люди, которым не стоит давать и капельку власти. У них на фоне собственного тщеславия экзистенциальный кризис случается.

– Стой и запоминай, – отмахнулась Медея, не обратив на мое замечание никакого внимания. – Есть три типа магов: светлые, темные и серые.

Угу, про светлых и темных я все поняла и без ее участия, а про серых слышала в первый раз.

– Темные обращаются к силам Бездны и Пустоты, а светлые к Луне или Солнцу. Ты, например, лунница, надо пояснять?

– Нет, продолжайте, – попросила я, потому что мне было действительно интересно.

– Светлые противоположны темным. Светлые – надменные, горделивые, алчные предатели, кичившиеся своим положением, – рассказывала фамильяр, явно пользуясь обретенным жизненным опытом, – а темные – народ скрытный, скромный и умный.

– А серые тогда кто?

– Они перебежчики. Серый маг может преодолеть завесу, выставленную Санлисе, будет идеальным шпионом, но сил у них немного. Они питаются из обеих кормушек, и как ты должна догадаться, если брать отовсюду, то результат будет половинчатый. Темные со светлыми существовать не могут, а серые маги вполне.

– Но вы же… вы… – не знала, как намекнуть на ее очень давнее желание выйти замуж за отца Роберта.

– Да, – к счастью, Медея догадалась, поджала губы и кивнула. – И проходимец показал свой истинный характер. Говорю же, предательство у вас, светлых, в крови. Сама видишь, чем все закончилось.

Ага, вижу. Разграблением народного культурного наследия.

– Ладно, а как эти знания помогут мне? – задала очевидный вопрос.

– Ох, послала же Бездна дуру, – посетовала магисса. – Тебе надо знать, к кому обращать молитвы. Тебя отметила сама луна, чтобы она провалилась. Начнем с заклинания поиска. Сосредоточься, обратись к покровительнице и попробуй со своих пальцев вызвать несколько искр.

Бывшей правительнице говорить было легко, не зря ее сын называл Медею самой могущественной волшебницей. Я корчилась, гримасничала, на лбу образовалась испарина, но ничего не происходило. По-моему, с выводами о наличии у меня магии, они поспешили. С другой стороны, я каким-то образом пообщалась с Его Светлейшеством, и это точно не было сном.

Вспомнив о добром лике Роберта Санлисе, ночное светило мне как будто бы подмигнуло из окна. Под злостный бубнеж книжной, бледной дамы, с моей ладони сорвались огоньки и подпалили ее полупрозрачное платье.

– Вау, – я во все глаза глядела на результат своих трудов, – у меня получилось.

– Да, получилось, – забурчало привидение. – Попроси навести тебя, отыскать сокрытое.

Я подумала о надписях, что привиделись мне во дворце Дриосии и кабинете Темнейшества. Почувствовав легкое покалывание на кончиках рук, моя комнатка озарилась светом. Лучи от луны пробивались в узкое отверстие, служившее мне окном, показывая неясные руны на полу.

Подойдя поближе, я отчетливо прочитала: “Все лгут”.

Язык точно был не русским, буквы отличались, но я все понимала. Что я могу сказать? Отлично меня моя покровительница просвятила.

– Что ты видишь? – заволновалась рядом леди Дарк. – Что написано?

Предпочитая медленную расправу скорой, я без тени сомнения и очень уверенным голосом… соврала.

– Что вы влюблены в Рюдрата.

– Что? – Медея поднялась до потолка. – Ты в своем уме? Я и рыжебородый нищеброд? Это луна написала?

– Ей виднее, – я едва сдерживала язвительную ухмылку. – Я в вашем мире еще не полный день.

– Я не буду тебя учить, мелкая языкастая дрянь, – разъярилась призрак. – Рюдрат и я?! Великая пустота, кого ты нам подкинула?

Женщина скрылась в книге. Страницы сами собой зашелестели, и через секунду захлопнулась обложка. Как бы я ни силилась ее открыть, фолиант мне не поддавался. Видать, я обидела бывшую правительницу, вспомним о сенешале.

А что? Невооруженным глазом было понятно, что оба питают к друг другу странные чувства. И Его Темнейшество Борского не затыкает, между прочим.

Пожав плечами, предположила, что занятие окончено. В целом, заклинание поиска мне удалось, заодно я и бесов научилась изгонять. Мы как в школе, ей-богу. Одна шальная мысль про романтический интерес, и твой противник напыщенно удаляется.

Оставаться наедине, а тем более ночевать под носом у Медеи я не желала, поэтому выглянула за дверь.

– Приветик, – обнаружила двух лярв, стороживших меня. – Вам бы макияж не помешал. Вот, – всучила ошеломленному существу книгу. – Матушка Темнейшества просила передать, что она до утра отдыхает, вы уж позаботьтесь о ней.

Понятия не имею, какие чувства выражали лярвы, но проклятому томику не обрадовались.

После краткого обучения я устала. Надеялась, что вскоре за мной кто-нибудь придет, но, как назло, никто не появлялся. Возможно, это была своеобразная месть от леди Дарк – потянуть время с моим переездом.

– Здравствуйте, – раздался голос на входе, когда я успела задремать на узкой подушке. – А мы за вами.

Повернувшись к источнику шума, я потерла глаза, не веря в происходящее. Женщины… нормальные… без тени презрения на лицах. Я думала, в Мортоне водятся исключительно дворфы, призраки, лярвы и один козел симпатичной наружности.

Первая была небольшого роста, тучная, в смешном переднике и с огромной связкой ключей. Забрала, наверно, у Рюдрата.

– Меня зовут Клара, – представилась она. – А это Сесилия и Фелиция, – указала на двух девушек, застывших позади.

Молодые барышни были примерно одного возраста со мной и очень похожи между собой, вот только одна обладала светлой шевелюрой, а вторая темной.

– Здравствуйте, – потянула я недоверчиво. – И кто вы?

С Темнейшества станется. Это они пока с виду приличные, а позже я выясню, что у каждой склонности к пыткам?

– Вы же сами просили горничных и другую комнату? – всполошилась старшая. – Неужели мы ошиблись? Ох, какая заминка. Да нас Его Темнейшество накажет.

– Эй, все в порядке, в порядке, – поторопилась успокоить Клару, – просто я не ожидала, что вы будете выглядеть так…

– Так, это как? – взволнованно зашептались между собой девушки. – Мы вам не подходим?

Что за странные порядки в замке Эдмунда? Чем меня могут не устраивать… люди?

– Не берите в голову, – предпочла не опускаться до глупых объяснений. Вдруг им неизвестно о моем иномирском происхождении и истинном положении вещей? Судя по поведению прислуги, меня им представили не как пленницу или рабыню, а принцессой, не меньше. – Куда идти? Я готова.

Комнату я хотела покинуть побыстрее. Отчего-то скромная обстановка и злосчастное домотканое покрывало меня угнетали. Я относилась к тем женщинам, которые любили уют, комфорт и возможность запираться в ванной комнате.

– Пройдемте, – улыбнулась светлая Сесилия, – мы все подготовили.

– Спасибо, – я тоже миленько улыбнулась, а выйдя из заточения, махнула ладошкой суровым чудовищам. – Гуд бай май френд. Шпрехен зи дойч?

На ответ я особенно не рассчитывала, но за все время моего пребывания в плену, от стражей я слышала только свистяще-шипящие звуки. Должны же они как-то разговаривать?

И какого было мое удивление, потому что до  меня еле-еле, очень тихо, но довольно отчетливо донеслось немецкое “шпрехе”.

Матерь божья, я знала! Я знала, что латынь мертва, а на немецком можно любого демона воскресить! Пять лет изучения иностранных языков не пошли коту под хвост. Пригодилось. Правда, пригодилось-то для общения с лярвами.

– Не задерживайтесь, госпожа Варвара, – оттащила меня от стражников Клара. – Не надо над ними издеваться. Это неприкаянные души. Они не могут уйти в Пустоту, превращаются в лярв. Нас всех это ждет.

Говорила она очень печально, грустно и неодобрительно косилась на монстров.

Какие же гады, эти Дарки! Из-за них все жители Мортона обречены на вечное и жуткое существование. Медея-то себя спасла, что-то там намагичила и стала фамильяром. Теперь я понимаю ее желание не расставаться с сыном, иначе бы она сменила прозрачность на серый, землистый оттенок.

Мое новое пристанище находилось в личном крыле правителя, об этом важно и смущенно хихикая сообщила Фелиция.

– Вам нравится, госпожа?

– Зовите меня Варей, хорошо? – я оглядывалась вокруг, подмечая обстановку.

Да, это не тот хлев, куда меня первоначально поселили. Мне выделили хоромы размером с мою квартиру. Одна комната занимала всю площадь скромной однушки, а постель, наверное, в мою спальню бы в жизни не поместилась.

Теперь мне бы хватило одеял и подушек на всю жизнь. Они горой возвышались у изголовья. Напротив стоял секретер белоснежный секретер с позолоченными ручками. Ноги утопали в мягком ковре, и я в первый раз захотела снять обувь.

– Так, вам нравится, Варя? – решилась уточнить Клара. – Его Темнейшество лично все проверил.

– Нравится, да, – погладила я туалетный столик с зеркалом. – А чего это он ко мне резко подобрел? Признавайтесь, какой яд подольют мне этой ночью? Или Эдмунд Дарк сам явится меня придушить?

Будем честны, я же его дражайшую матушку обидела. В этом случае меня вряд ли ожидало что-то хорошее.

– Нет, Варя, нет, – хором охнули Фелиция и Сесилия. – У нас распоряжение, чтобы за вашей пищей и едой следили. Его Темнейшество не объяснил, но вы зачем-то ему очень нужны… живая.

Двигались они синхронно и также синхронно хлопали ресницами, явно рассчитывая, что я прокомментирую странное поведение их правителя.

Я открыла рот, намереваясь вразумить прислугу и разузнать, откуда у них столько воодушевления при упоминании имени колдуна. Здесь налицо Стокгольмский синдром. Но нас прервали.

– Клара! – на пороге встала незнакомка. – Быстро растолкуй, что за замарашку вы поселили?

Сама девушка была красивой, лощеной и ухоженной. Все бы ничего, но ее симпатичную мордашку портило выражение крайней степени брезгливости. Будто у нее под носом кто-то постоянно держит лопату с навозом.

– На себя посмотри, – выпалила я, прежде чем объективно оценила ситуацию.

Глава 4

Эд

– Подписала? – бросил дворфу, едва тот вошел.

– Нет, господин, – ответил Рюдрад, держа на вытянутых руках родовую книгу.

– И чем же она занимается?! – встал я со своего места, намереваясь дойти до нахалки.

Мало того что она теперь находится под покровительством и не оставила мне выбора с договором, она и контракт задерживает.

– Вы же велели ее переселить, Ваше Темнейшество, – слуга нисколько не испугался. – Она знакомится с новым пристанищем и горничными.

– Ладно, – я сел обратно и приложил ладонь к лицу. – А с ней что?

Удивительно, но моя дражайшая матушка не выпрыгнула из фолианта. Обычно, если дать ей волю, она могла стенать и верещать сутками напролет. Неожиданное поведение.

– Не могу знать, господин, – пожал плечами дворф.

Выглядел он беспечно, но хитрый взгляд выдавал осведомленность в ситуации.

– Не заставляй вытягивать из тебя информацию под пытками, – я нахмурился. – Ты знаешь, я могу.

– Я предполагаю, Ваше Темнейшество, – осторожно начал Рюдрат, – что Варвара каким-то образом обидела Медею Дарк. Но поверьте, понимай она, кто перед ней, она бы в жизни так не поступила.

– Мою мать? Она? – Сведения казались крайне недостоверными. Наоборот, я ожидал, что темная колдунья первой доведет пленницу до истерики, хотя бы застращает ее, но иномирянка продолжала  изумлять. – А с чего ты кидаешься ее защищать? – я прищурился. – Она светлая, ты в курсе?

– Господин, – Борский поклонился, – могу я высказаться честно?

Закатив глаза, я кивнул. Что-то не могу припомнить, когда он сдерживался от язвительных замечаний, а сегодня прямо день открытий. Мать прячется за древними страницами, Рюдрат рассыпается в извинениях и реверансах. Похоже, Луна издевается над нами, и прислала не магичку со светлой магией, а суккуба с наивной личиной.

– Вы бы помягче с девочкой, – дворф медленно отходил назад, опасаясь моей реакции. – Она совсем недавно узнала про колдовство и заклинания, не освоилась, а Медея и вы обращаетесь с ней чересчур жестоко. Она может сбежать.

Отступающие маневры были проведены не зря, я разозлился.

– Жестоко? – Зарычал на него. – Рюдрат, ты в своем уме? Не ее ли поселили в моем личном крыле и приставили служанок? Может, ее еще украшениями одаривать как Матильду? Слова ласковые говорить?