– Что случилось?
Леди Сесилия открыла рот и сразу же его закрыла. В салон размашистым шагом вошел кронпринц, за ним следовали охрана, княжна Ольга, лорд Артлейн, леди Камилла и еще несколько незнакомых мне господ.
– Именем короля!
Да только кто его услышал?! Все, кроме дерущихся дам.
После легкого кивка охранники в два счета растащили растрепанных женщин в разные стороны. Лорд Паус, красный от смущения и злости, мялся около супруги, не зная, что делать.
– Господин помощник министра, – ровным голосом обратился к Паусу кронпринц Доминик, – соблаговолите разобраться со своей личной жизнью за пределами дворца! Леди Паус, приведите себя в порядок и будьте любезны соответствовать вашему положению в обществе.
Про Сибиллу Ортлейн он словно забыл и уже намеревался уйти. Да, видно, чувства любовницы были очень сильно задеты, раз она решилась на такое:
– Ваше высочество! – Сибилла скинула руку охранника со своего плеча. – Меня очень сильно оскорбили, и я не могу оставить это без последствий! Я требую сатисфакции!
– Да? – удивленно вскинул бровь Доминик. – Но женские дуэли запрещены. Как же вы намерены успокоить вашу гордость?
– Я происхожу из рода эолов, – гордо вскинула голову шатенка и посмотрела прямо в глаза Артлейна. – И прошу вас, ваша светлость, заступиться за мою честь во имя крыльев!
На лице Теодора не дрогнул ни единый мускул, а вот в глазах, темных как грозовое небо, на миг промелькнуло все, что он думает о чести некоторых легкомысленных женщин. Но формулировка: «Во имя крыльев». Крылья священны для их народа. Он не сможет отказать.
Герцог склонил голову, соглашаясь:
– Кто же выступит от имени леди Паус?
Тому не поздоровится. На губах Сибиллы неприятной тенью промелькнула улыбка победительницы. Горазда же она загребать жар чужими руками!
В практически мертвой тишине зазвенел голос блондинки Каролины:
– Ваше высочество! Не оставьте в беде свою верную подданную!
Я непроизвольно прикрыла рот ладонью, едва сдержав возглас удивления. Леди Сесилия, казалось, вот-вот упадет в обморок. Кронпринц! На дуэли!
– Он не откажется! – прошептала фрейлина одними губами. Если бы стояла от нее чуть дальше, то и не расслышала бы ничего. – И не назначит другого представителя! Но только не с Артлейном!
– Прошу вас, – Ольга легонько тронула за рукав своего нареченного, – не предавайте позорному инциденту статус межнационального конфликта!
Доминик взглянул на нее снисходительно:
– Леди, вы преувеличиваете! – и начал расстегивать пуговицы мундира. – До первой крови!
Герцог мрачно отсалютовал шпагой, которую одолжил у одного из стражников.
Когда мужчины освободили центр комнаты, перетащив столы и стулья к стенам, Доминик и Теодор в одних рубашках встали друг напротив друга. Секунда. Вторая. Поединок начался. Ничего страшного не происходило.
Атака кронпринца. Артлейн защищается и уклоняется. В следующий миг проводит свою серию ударов. Опять мгновение тишины. В воздухе слышался шелест вееров. Леди Паус и леди Ортлейн с кислыми минами стояли чуть в стороне от других дам. Теперь все внимание было приковано к дуэлянтам, а не к истеричным дамочкам, которые уже и сами жалели, что вышли за рамки приличия. Среди любопытных я с неудовольствием заметила посла империи ифритов и кого-то из оборотней. Вот ведь! Не могли устроить скандал в другом месте и в другое время!
Сочувствую королевству: его кронпринц и начальник тайной канцелярии ведут себя как мальчишки! Эмоциональные, эгоистичные, глупые мальчишки! Показать свою слабость потенциальным противникам! Или, хуже того, союзникам!
А тем временем двое кружились в вихре. И обиды капризных дам не были причиной их едва сдерживаемой ненависти. Звон шпаг перекрывал стук моего сердца. На секунду я перехватила темный взгляд Артлейна.
Человека, который не может выиграть. Потому что не должен!
Он оступился. Оружие кронпринца царапнуло его руку, на паркет закапала алая кровь.
– Справедливость и честь защищены! – После положенных ритуальных слов Доминик бросил шпагу, развернулся и вышел из салона. – Продолжайте веселиться, господа!
Герцога сразу взяли в осаду несколько дам, участливо желающих перевязать рану. Он лишь досадливо отмахивался. Без шансов на успех.
Я хотела подойти к Ольге, которая тоже была шокирована столь недальновидным поведением жениха, но меня успел перехватить посол Роокана.
– Леди Аврора, позвольте пригласить вас на вальс, – и увлек в бальную залу, где по-прежнему звучала музыка.
Через пару тактов прелестного классического танца он прошептал прямо мне в ушко:
– Даже не думайте об этом!
– О чем? – искренне удивилась я. В мыслях была только прошедшая дуэль. Короткая, яростная, произошедшая по непонятным для меня причинам.
– О прогулке в Зимнем саду. Вы с такой тоской смотрели за окна, что сложно было не догадаться о ваших мыслях. После танцев без соответствующей одежды на улице легко схватить серьезную простуду!
Я засмеялась. С послом было приятно общаться, легкий флирт не доставлял неудобств.
– Вы правы! Я с радостью прогулялась бы по саду!
– С неменьшей радостью составлю вам компанию. Но, к примеру, завтра.
Я ободряюще улыбнулась и через несколько минут ненавязчивого молчания спросила:
– А что вы думаете… – и замялась, не зная, как правильно сформулировать мысль.
– О дуэли кронпринца и герцога Артлейна? – Михаил Черкасский принял мою растерянность за девичью стеснительность. – У них очень сложные отношения. Но его королевское величество Франц Иоанн считает, что они смогут сработаться и принести Аоре много пользы. И поощряет ситуации, когда молодые люди вот так «сбрасывают пар».
– Но они же ненавидят друг друга!
Теперь засмеялся господин Черкасский.
– Вы такая милая и наивная девушка, леди Аврора! Но их совместной работой король весьма доволен.
– И все же! Их чувства друг к другу тяжело назвать родственными или дружескими!
Если не ошибаюсь, отец Теодора, который в пику венценосному дядюшке взял имя рода матери, приходится Доминику двоюродным или троюродным братом.
– Леди Аврора! Живя на женской половине дворца, вы все узнаете сами. Удивительно, что вас до сих пор не просветили!
– Господин Черкасский, старшая фрейлина княжны строго следит, с кем мы общаемся и о чем беседуем! Не наговорят ли нам случайно лишнего? Пока мы не успели услышать ничего крамольного. Но я с удовольствием исправлю информационные пробелы!
Мой монолог вызвал очередной приступ смеха. Рядом с послом и я не могла не улыбаться.
– Вы неподражаемы! Разве я похож на старика, чтобы сплетничать с молодой красивой девушкой?
– Не скажете?
– Нет, но советую не избегать общества леди Лилии Фоншторн. Она ориентируется в событиях не хуже вашего цербера. Ой, простите, леди Сесилии Декартон.
Еще несколько па без слов, а потом Черкасский неожиданно спросил:
– Герцог Артлейн сумел произвести на вас неизгладимое впечатление?
Точно! Можно сказать, весь вечер изгадил! Ответила же я более дипломатично:
– Он заведует тайной канцелярией Аоры, к тому же является помощником кронпринца. Разве это оправдывает хамство?
– Смело! – вновь улыбнулся мужчина. – А в глаза свое мнение рискнете высказать? – Не знаю, что он прочитал на моем лице, но вывод сделал правильный. – Сможете, не испугаетесь.
Вальс кончился, и господин посол после галантного поклона взял меня под руку и повел к стульям у стены.
– Вы опечалены, леди Аврора, – верно уловил мое настроение кавалер. – Что-то случилось? Вам не нравится вечер?
– О нет! Прием просто чудесный. Просто я танцевала только два танца, и шансов, что меня пригласят, нет.
– Не печальтесь, я обязательно приглашу вас на одну из кадрилей. Но открою вам маленький секрет вашей «непопулярности»: ваш тайный поклонник пригрозил вызвать на дуэль любого, кто рискнет с вами потанцевать, и принял меры, чтобы как можно больше господ узнали об этом.
Я не сдержалась и фыркнула, оценив незатейливую шутку.
Михаил Черкасский показался мне воспитанным и надежным человеком. Может, Ольга права и ему можно доверять?
Глава 4
Из письма леди Сесилии Декартон своей кузине
«Моя дорогая, мне даже особо порадовать вас нечем. На балу я не заметила ничего особенного и интересного. Мне пришлось почти все время находиться рядом или с ее высочеством Ольгой, или с ее подругой, леди Авророй Вронской. Не правда ли, практически непроизносимое имя!
Ах, конечно же! Дуэль! Спешу рассказать во всех подробностях. Леди Паус (вы имели счастье с ней познакомиться несколько лет назад на побережье) обвинила леди Ортлейн (помните, я писала об ее литературном салоне?) в том, что она является любовницей ее мужа! К сожалению, нравы при дворе далеки от целомудренных. А голос нашего архимага, придерживающегося мнения одного современного исследователя в области генеалогии, подобен гласу вопиющего в пустыне. Вы не слышали об этой научной работе господина Иванова? Довольно любопытные и смелые суждения. Но сомневаюсь, что они станут популярны в обществе. Господин Иванов проанализировал около сотни генеалогических древ аристократии и пришел к выводу, что наиболее богаты, удачливы и успешны те семьи и кланы, которые придерживаются консервативных взглядов на брак и практически не имеют бастардов! Я обязательно напишу вам более подробно, моя дорогая, но не сейчас!
Итак, леди Паус на глазах у всего высшего света бросила обвинение леди Ортлейн в совращении мужа! У мужа, правда, уже давно лысина нуждалась в полировке. Но леди Ортлейн не поступила так, как положено приличной леди (да разве можно назвать ее таковой?), а во всеуслышание заявила, что с фригидной глыбой льда любой нормальный мужчина будет искать приключений погорячее. Так говорят все любовники леди Паус, добавила она. Разгневанная и обманутая жена не нашла ничего лучшего, как вцепиться в волосы соперницы. Право слово, я была о ней более высокого мнения! Леди Ортлейн не осталась в долгу и ответила ей тем же!
Только появление кронпринца (какой стыд!) прекратило сие безобразие. Но леди Ортлейн посчитала себя оскорбленной и потребовала сатисфакции. Своим представителем попросила быть лорда Артлейна. И никак иначе! Ведь на балу больше не было никого из эолов. А кронпринц не смог отказать в просьбе о защите леди Паус! Как печально видеть бывших друзей, почти братьев, обнаживших шпаги друг против друга. Я не большая любительница поединков, но мое мнение таково: Артлейн уступил свою победу. Вполне закономерно.
А еще! Вы не поверите! Но наш герцог, кажется, обратил особое внимание на леди Вронскую!!! Когда они танцевали, вокруг них только искры не летали. Однако нашей гостье Артлейн безразличен. Нет, несмотря на его отталкивающую наружность и резкость манер, его светлость почему-то весьма популярен среди дам высшего света. Не иначе очарование эолов, других причин я не вижу.
Но подозреваю, что в ближайшее время ему будет не до амурных дел. По большому секрету скажу вам, дорогая, что Артлейн затеял опасную игру с Рооканом. А столь ли он верен нашей стране, как демонстрирует? Я слышала несколько слов из его беседы с господином Черкасским. Посол Роокана благодарил его за некую специфическую услугу, а Артлейн ответил, что в первый и последний раз играет с ним в карты! Это заставляет задуматься, не так ли?
А еще я беспокоюсь за нашу милую Камиллу. Леди Аусвайт играет на грани фола и потери репутации! Она так неприлично ведет себя с бароном Р., что опасности ситуации не видит только его жена».
– Дай клятву или ты на пушечный выстрел не подойдешь к княжне!
Передо мной, отзеркалив мою позу (руки сложены на груди, подбородок высоко поднят), стояла женщина среднего роста в строгом платье и белоснежном переднике. Из гладкой прически не выбивалось ни волоска, а на лице было написано упорное желание любой ценой добраться до головы моей госпожи. Профессиональный парикмахер для княжны, выбранная старшей фрейлиной. А вот и она. Откинулась на спинку диванчика, обмахивается веером и время от времени нюхает ароматную соль, приговаривая, что мы ее доведем до сердечного приступа. Да с радостью! Вот только стрясу со всех клятвы – и займусь ее персоной!
– Тогда вы позволите мне приступить к своим обязанностям, леди Вронская?
Нет, с ней мы хоть сработаемся! Скорее всего. Она почти сразу согласилась принести клятву служения и верности. Аналогичную той, которая связала ненависть к родственникам в душе герцога Артлейна.
– Конечно! – Я достала амулет силы, который на всякий случай выпросила у рооканского придворного архимага. А как он был счастлив, когда я в три часа ночи телефонировала ему и просила, точнее, требовала рассказать об этом ритуале! Просто не передать. – Положите руку на кристалл и повторяйте за мной! Жизнью и душой…
С горничными и камеристками было сложнее. Из десятерых служанок клятву принесли только две. Остальные то ли испугались, то ли отказались по каким-то другим причинам.
Говорят, со своим уставом в чужой монастырь не ходят. Еще как ходят! Только предварительно очень хорошо изучают сей устав и возможности трактовать его в свою пользу. Это политика Ольги. Требующая терпения, внимательности, такта и твердости. Мне же нужен быстрый результат, а не благоприятное мнение окружающих о моей скромной особе.
Сейчас в соседней комнате две горничные помогали княжне умыться и одеться. Затем госпожа парикмахер начнет расчесывать Ольге волосы и делать прическу. Это обычно длится часа два-три: у Ольги волосы густые, шелковистые, длиной ниже колен. За более короткий срок никак не управиться. Как правило, во время работы парикмахера княжна занимается иностранными языками. Каждый день. Без выходных и праздников. Поэтому она вполне сносно говорит на аорском и пяти других языках.
Кстати, за дверью еще ждет учитель словесности. Не знаю, что он подумал, когда из наших апартаментов одна за одной выскакивали девушки в слезах, но с ним и его негодованием я справлюсь. А вот как взять клятву с леди Сесилии? Или не брать? И точно знать, кто на нас доносит. Хорошо, если королю, а не тому, кто устраивает покушения.
Да, я проснулась невыспавшейся и злой. А тут и жертвы для моего не всегда ангельского характера имелись. В очереди стояли! Кто у нас следующий? Учитель, говорите…
Я настраивалась на долгие бесполезные уговоры и угрозы. Но пожилой сухенький мужичок согласился сразу и со всем. Как бы от леди Сесилии такой сознательности добиться, а? Она стояла на своем «я клялась в верности королю и только ему» больше сорока минут. Фрейлина в своем убеждении была подобна скале, я была упорна как… баран! Мы сидели в углу на диванчике и тихо шипели друг на друга. Я уже почти забыла о том, что меня с детства учили почтительному отношению к старшему поколению. Леди Сесилия косилась на свой веер, как на оружие ближнего боя.
Первой не выдержала княжна. Она без малейшего акцента предложила господину учителю сделать небольшой перерыв, попросила нас подойти к ней и ознакомить с расписанием на сегодняшний день.
Леди Сесилия выудила из ридикюля маленькие кругленькие очки на цепочке и миниатюрную записную книжку и начала долго и нудно говорить.
Я же скрывала тень улыбки за веером. Их «строгое» расписание ни в какое сравнение не шло с тем жестким графиком, к которому мы привыкли в Роокане и который был обязателен для всех детей императорского дома. Литература, экономика, политика, психология, история, математика, музыка, верховая езда, танцы, стрельба, этикет, рукоделие… И это не считая выходов в свет, благотворительных мероприятий и кураторства. Иногда Ольга, возвращаясь в свои покои, падала на кровать практически без сил.
Но княжну, как я вижу, тут ждали и с особым удовольствием начали играть с ней, словно с куколкой.
– Леди Сесилия, – княжна поморщилась, как если бы госпожа парикмахер неаккуратно дернула ее за локон, – а разве я не должна проводить хотя бы несколько часов в обществе кронпринца? Он навестит меня за чаепитием?
– Секретарь кронпринца ничего не сообщил по поводу ваших встреч в ближайшее время. Возможно, вы увидитесь с его высочеством за обедом или ужином.
Мне стало горько. То есть не мне, конечно, Ольге. Знаете, Доминик, что бы у вас в прошлом ни происходило, не стоит так усложнять себе будущее.
– Отлично! – преувеличенно бодро заявила Ольга и взглянула на меня. – Аврора, мне нужен компаньон для отработки диалогов. Не поможешь?
Я согласилась и следующий час мучила свой многострадальный язык сложными конструкциями из вежливых оборотов и неправильных глаголов.
– Щит?! – Господин Черкасский выглядел потрясенным до глубины души. Он переводил неверящий взгляд то на меня, то на княжну. Мы с Ольгой решили посвятить его в нашу маленькую тайну. Если быть полностью откровенной, княжна решила, а я согласилась с ее мнением. Очарование вчерашнего вечера прошло, а скептицизм и недоверчивость остались. Но нам нужны были союзники, а посол Рооканской империи, можно сказать, свой человек при дворе. Моя госпожа проткнула свою ладонь ножом для бумаги, а я продемонстрировала, как у меня на руке проявляется и тут же затягивается царапина. – Магический щит?! – еще раз удивленно повторил мужчина. – Это же невероятно!
Мы беседовали в одной из маленьких гостиных в апартаментах Ольги. Для княжны подготовили семь радужных комнат: каждая выполнена в своем цвете, но все – в едином изысканном стиле. Изящное, богатое на декор, классическое, столь любимое правящими домами рококо: прихотливая лепнина на стенах, дорогие ткани, узорчатый паркет из ценных пород дерева, ковры, гобелены, множество зеркал, расширяющих пространство, тяжелые причудливые люстры, светильники, бра. Чтобы ни одного уголка не осталось в тени. Окна в Красной комнате (хотя я бы назвала ее Розовой) выходили в парк, за стеклами величественно падали хлопья снега. Как объяснил наш гость – редкое явление для этой страны. Жаль, я уже скучала по снегопадам северной страны.
– Ваш дядя очень ценит вашу жизнь, если решился принять такие экстраординарные меры, – склонил голову посол. – Надеюсь, они окажутся излишними.
Мы с княжной дружно согласились и предложили перейти к делу: у Ольги были планы по открытию госпиталя для раненых рооканских моряков. В обычных больницах Аоры не то что помочь, даже понять рооканцев не всегда могли. Еще она хотела обсудить идеи модернизации школы при посольстве, медицинских курсов для женщин, проведение фестиваля культур… Недостаток информации мешал идеям претвориться в четкие схемы и сметы. Час в обществе господина Черкасского пролетел незаметно. А в завершение аудиенции, собирая документы, планы и черновики, исписанные моим мелким почерком, мужчина сказал:
– Мне очень жаль, ваше высочество, что ваш приезд омрачен таким трагическим событием.
– Господин Черкасский, – засмеялась княжна, – я себя чувствую принцессой в башне, которую охраняет злой дракон! Конечно, я адаптируюсь, освоюсь и скоро буду все знать, но пока я в неведении и смятении. О каком ужасном событии вы говорите?
– Уверяю, к вашей безопасности это не относится. Сегодня рано утром было найдено мертвое тело леди Паус.
