Страница 5 из 8
– Саша! – снова взвизгнула папина жена, словно коршун охраняющая моего сына от неуместных для его возраста высказываний.
И как я без неё в Новосибирске только справлялась…
Заняв парковочное место наконец-то выехавшего водятла, я взяла телефон и набрала номер Стаса.
– Мы на парковке, – уведомила я его, с улыбкой наблюдая за тихо что-то напевающей Никитке Лесе. – Спускайся.
– Быстро вы, – судя по звукам шагов и хлопков дверей, братец куда-то спешил. И не к нам, если исходить из его следующей фразы: – Сань, можешь сама подняться?
– Да ты издеваешься? – протянула я.
Мы с самого утра с Лесей, как две стремительные лани с оленёнком, проверяли последние приготовления к празднованию папиного дня рождения. Забрали платья и костюм отца. Встретились с организатором. Затем прокатились до ресторана. Пообедали, накормили Никитку и окончательно утвердили меню предстоящего вечера…
Нет, Стас с просьбой заехать и передать ему какие-то документы с красивой папиной подписью, позвонил ещё утром. Но я сразу предупредила, что в офис мы заедем только в самом конце. И подниматься в мои планы точно не входило.
– Сань, я сейчас предупрежу охрану, чтоб тебя пропустили, – братец не обратил внимание на моё возмущение. – Жду.
– Стас, блин!..
– Александра! – взвизгнула Леся, застав Никитку рассмеяться.
– А «блин» тебе чем не угодил? – обернулась я на мачеху, отбрасывая телефон на сидение. – Никитка любит блинчики. Да, сынуль?
– Бр-р-р-р! – отозвался он, высунув язык и радостно замахал ручками.
– А ему уже можно? – с фанатичным блеском в глазах уточнила Леся.
– Нет, вам с папой точно нужно завести ребёнка, – покачала я головой, очень явственно представив, как по возвращению домой, жена отца наденет фартук и приступит к жарке блинов. – А мне придётся подняться к Стасу.
– За Никитку можешь не переживать, – тут же заверила меня Леся. – Я с него глаз не спущу. Да, сладкие щёчки? У кого здесь самые сладкие щёчки?
– Бя! – отозвался Никитка, смотря на смешную тётю.
– Бя-бя-бя, – прошептала я, доставая документы и открывая дверь. – Я быстро. Ключи в замке.
Не знаю, кому я это говорила… Леся лишь рукой махнула, мол, иди мать. И без тебя справимся.
– И что они своего не заведут, – пробубнила я себе под нос, подходя к стеклянным дверям, на ходу расстёгивая куртку.
К счастью, Стас не обманул. Стоило мне сказать охраннику кто я и к кому, как меня без вопросов пропустили и даже подсказали, какой этаж нужен.
Несколько раз я бывала здесь, поэтому юридический отдел нашла без проблем. Как и кабинет Стаса. У меня получилось спокойно зайти, не объясняя секретарю, кто я и куда топаю. По простой причине отсутствия секретаря на рабочем месте. Правда, на этом везение закончилось. Стаса внутри не оказалось.
– Ну и где же ты? – задала риторический вопрос, похлопав себя по карманам. – Вот же…
Телефон я оставила в машине.
Положив документы на стол, рядом я пристроила свою куртку. Поправила юбку, обошла кабинет по кругу, от скуки рассматривая развешанные на стенах дипломы. С одной стороны, миссия выполнена, вроде как. Документы на столе. А с другой – кто знает, что там. Может надо лично в руки. Поэтому, брата я решила дождаться.
Наконец-то дверь за моей спиной распахнулась.
– Стасик, я тебя, конечно, люблю, но… ой, – развернувшись, я увидела не брата, а ту самую брюнеточку, которая была на аукционе. – Привет.
– Добрый день, – как-то не очень приветливо отозвалась она, делая несколько шагов в мою сторону и протягивая блюдце с фарфоровой белой кружкой. – Станислав Григорьевич просил угостить чашечкой кофе его важную гостью. Самый вкусный. Для очень. Очень, очень, важной, важной гостьи, – последние фразы она говорила, явно изображая Стаса.
– Он ещё тот козлина, – усмехнулась я, отступая на шаг назад. – А ты стоишь с таким видом, словно собираешься на голову мне вылить этот очень вкусный кофе.
– Была такая мысль, – улыбнулась она в ответ, качнув головой. – Но я адекватный человек, – поставив кофе на стол, она отступила назад, неловко уточняя. – Вижу… аукцион не прошёл зря? Рада за тебя.
– Знаешь, – протянула я, бросив взгляд на дверь. – Не выдавай Стасу, что я тебе рассказала, – шагнув к ней, я протянула девушке руку. – Александра. Александра Снежинская. Сестра козлины.
– Сестра? – округлив глаза, брюнеточка растеряно переводила взгляд с моего лица на протянутую ей ладонь и обратно. – А зачем ты его на аукционе…
– Братишка не захотел тратить время на свидания. Вот и попросил, – сдала я его с потрохами. – К чему его дальнейший спектакль, рассчитанный на одного зрителя – думай сама. И, – я улыбнулась, – не очень комфортно себя чувствую. Руку пожмёшь?
– Ой, – рассмеялась она, протягивая свою и представилась. – Тать… Ольга. Рада знакомству. И… спасибо. А, – отскочив от меня, она поспешила к столу и взяла кофе. – Этот не пей. Я тебе сейчас нормальный сделаю.
– А говорила, что адекватная, – рассмеялась я, решив не обращать внимания на заминку, что Ольга сделала, произнося своё имя.
– Ладно, – сморщив нос, девушка повела плечом. – Не всегда я адекватна. Сахар с солью перепутала. Знаю, глупо. Чего уж…
Рассмеявшись на её признание и хотела что-то спросить, но… всё пошло не так. Не понимаю, как это получилось, но кофе всё же оказался вылитым на меня, растекаясь коричневым пятном на груди.
– Твою мать! – взвизгнула Ольга, с трудом не уронив на пол чашку, которою я случайно задела рукой. – Я не хотела…
– Да я сама виновата, – в шоке выдохнула я, радуясь, что кофе успел остыть и не обжог кожу под блузкой. – Нечего было руками махать у тебя на пути…
– А я споткнулась…
Посмотрев друг на друга, мы начали смеяться. Не знаю, что в этой ситуации было забавного, но хохотали мы долго.
– У козлины… то есть, у Станислава Григорьевича здесь есть запасные рубашки, – отсмеявшись, Ольга уверенно прошла в сторону одно из шкафов, доставая оттуда белоснежную рубашку. – Давай блузку. Я сейчас быстренько застираю, просушу и вернусь.
– Да ладно, – отмахнулась я. – Я куртку надену, а дома…
– Не отстирается потом, – настаивала Ольга. – Позволь мне помочь. И так чувствую себя виноватой.
– Ладно, – сдалась я, принимая из её рук рубашку. – Можно личный вопрос?
Пока я стягивала с себя блузку, Ольга деликатно отвернулась.
– Конечно.
– Ты говорила, что замужем, – осторожно начала я, услышав, как девушка грустно угукнула себе под нос. – Ты… всё плохо? На грани развода?
– Всё… сложно, – выдохнула она, оборачиваясь и забирая блузку, тактично свернула неудобную тему. – Я быстро.
Проводив её взглядом, я усмехнулась. Сложно – это не ответ. Хотя, я и сама так отвечаю, когда речь заходит про отца Никитки. Так что…
Поймав своё отражение в стеклянной двери одного из шкафов с документами, я усмехнулась. Рубашка Стасика смотрелась на мне очень провокационно. Если не знать, что под ней у меня юбка, то можно легко подумать, что я дожидаюсь владельца кабинета в одних чулках и туфлях.
– Не отмоешься, братишка, ты от слухов, если кто-нибудь войдёт, – прошептала я, решив подстраховаться и закрыть дверь на замок.
Правда, не успела.
Трёх шагов не хватило, как раздался стук.
– Станислав, я…
– Его нет, – уведомила я замершего в дверях Стужева. – Стасику что-нибудь передать?
Я точно где-то себе карму подгадила. Как иначе объяснить, что стоит мне выйти из дома, я везде встречаю его?! Даже там, где это в теории невозможно!
– Микрозайм отрабатываешь? – осмотрев меня с ног до головы, холодно поинтересовался Стужев.
– Всегда восхищалась твоей проницательностью, – ответила я. – Не кофе же на себя пролила и жду, пока мне вещи в порядок приведут, в самом деле… Так, – зайдя за стол Стаса, я опустилась в его кресло, откидываясь на спинку. – Ему что-то передать?
Некоторое время просверлив меня взглядом, Стужев молча вышел из кабинета, оглушительно хлопнув напоследок дверью.
Глава 10
Несколько раз медленно выдохнув и вдохнув, я постаралась избавиться от охватившей меня дрожи. Оставалось лишь надеяться, что Стужев не заметил, как подрагивали ноги, когда я шла к креслу. Хотелось верить, что я выглядела уверенной в себе женщиной, а не запуганным кроликом.
Какая нелёгкая принесла его сюда?!
Нет, я знала, что общие дела у наших компаний были. Отец и Стужев-старший, как были партнёрами, так ими и остались. Но… почему сегодня? Почему сейчас? И где Ольга с моей блузкой, в конце концов! О том, где носит Стаса, я просто промолчу.
Выждав минут пять и осторожно приоткрыв дверь кабинета, я вернулась к столу и взяла свою куртку. Хватит испытывать судьбу. До машины дойду и в таком виде. А слухи… да не всё ли равно, что подумают про Стаса? Сам виноват. Моя репутация меня не волновала в принципе. Какая разница, что обо мне будут болтать люди, которых я скорее всего никогда больше и не увижу? Два дня до папиного юбилея. Затем я вернусь домой. И всё.
Главное, не придётся во второй раз переживать ещё одну встречу с бывшим. Я сомневалась, что он далеко ушёл или покинул здание. Раз искал Стаса, то не уйдёт, не переговорив. А значит… уйти надо мне. И чем быстрее, тем лучше.
Вдохновившись собственными рассуждениями, я покинула кабинет и гордо дошла до лифтов. Не так всё и страшно. Секретаря Стаса на месте так и не было, Стужев за углом не прятался, а косые взгляды прочих сотрудников… да пускай смотрят. У них и так максимально рутинные и скучные будни, пусть хоть сплетнями про девушку в рубашке боса себя развлекут.
Из здания я выходила с улыбкой, представляя, как будет ехидничать Ольга. Стас далеко не глупый мужчина, но зачем-то провоцирует её на ревность. Даже немного жаль, что не смогу увидеть, как он продолжит попытки задеть девушку рассказами про меня…
И жаль, что я всё же не дождалась Стаса в кабинете.
У парковки, метрах в пяти от моей машины, стоял Стужев, говоря с кем-то по телефону. Пока он стоял ко мне спиной, но…
Обойти его не получалось. Либо бежать по газону, либо… по нормальной дорожке, но мимо него.
Дилемма.
И именно в тот момент, когда я решила до конца действовать на грани абсурда и бежать по газону за спиной Стужева – он обернулся.
– В церковь, что ли, сходить, – тихо выдохнула я, пытаясь найти причину своего тотального невезения.
Ну это же ненормально. Не успела прилететь – Стужев. Вышла из дома – Стужев. Зашла в офис – Стужев.
Стужев, что стоит в пяти метрах от своего сына. Неожиданно, именно эта мысль привела меня в чувство. А что, если он решил поинтересоваться им? Что, если специально вышел, чтобы подловить меня и…
В церковь и к психиатру, – сделала себе мысленную пометку, наблюдая за тем, как Стужев брезгливо окидывает меня взглядом и отворачивается, продолжая говорить по телефону.
Оно и к лучшему.
Быстро пройдя мимо него, я так же стремительно села в машину, натянув на лицо улыбку, преувеличенно бодро интересуясь:
– Ну, Никитка, рассказывай. Как веля себя тётушка Леся? Не капризничала?
– Саша! – жена папы засмеялась, держа на руках Никитку. Я даже и не сомневалась, что из кресла она его достанет, как только я исчезну из поля зрения. – Передала? Сейчас я Никиту верну в его креслице и домой? Или заедем в тот комплекс? Помнишь, я тебе рассказывала?
Сейчас я отчаянно желала лишь одного. Как можно скорее уехать отсюда, пока моя паранойя окончательно не свела меня с ума.
Нет, я понимала, что Стужеву плевать на сына. Да он про кота больше думал, чем о ребёнке… но всё равно, в противовес здравому смыслу, сердце сжималось от страха, стоило подумать, что вот, пройдёт ещё пара секунд и Лёша решит подойти к машине, открыть дверь и…
– Домой, – едва дождавшись, пока Леся закончит устраивать Никитку в кресле, я мягко начала выезжать с парковки, сдерживаясь от желания дать газу.
– Хорошо, – покладисто согласилась Леся, продолжая что-то говорить про прелести того детского комплекса.
Я её почти не слушала, невпопад поддакивая и пытаясь сконцентрироваться на дороге. Получалось с трудом. Мысли скакали от Стужева и его мельтешения в моей жизни, до панических мыслей о нём и его отношения к Никитке.
Нет.
Мне определённо нужно в церковь, замолить грехи.
И к психоаналитику – проработать параноидальные мысли.
– Тебе, кстати, звонил кто-то, – вспомнила Леся, когда мы добрались до дома и вышли из машины. – Ой… а что это на тебе?
– Рубашка Стаса, – усмехнулась я внимательности своей мачехи, и заодно своей рассеянности. – Подержишь? – передав ей Никитку, я пояснила. – Телефон на сиденье оставила.
– Его я готова никогда не выпускать из рук, – заверила меня Леся, бережно забирая у меня зевающего сына.
Достав телефон и закрыв дверь, я даже не успела посмотреть, кто звонил. Телефон ожил в моих руках, высвечивая на дисплее незнакомый номер.
– Слушаю, – приняла я звонок.
– Алло, Саша? – раздался там мужской голос, вынуждая меня замедлить шаг. – Это Дима. Брат Сереги. Мы с тобой виделись несколько раз, когда они с Никой встречались.
– Дима? – повторила я имя, смутно припоминая худощавого молодого человека с обаятельной улыбкой. – Да, конечно. Как дела?
Я понятия не имела, что ему нужно и где он взял мой номер. Я и упомянутого им Серёгу помнила так же смутно. С Николь он встречался бурно, но не долго. Месяца два, кажется. Хотя… для Ники это были самые долгие отношения, на моей памяти.
– Всё хорошо, спасибо, – усмехнулся он. – Слышал, и у тебя всё замечательно. Даже есть своё рекламное агентство в Новосибирске.
– У тебя хороший осведомитель, – рассмеялась я.
На самом деле, агентством это назвать было нельзя. Я просто оформила себя, как индивидуального предпринимателя. Но, да. Клиенты были, как и постоянный доход. И, хоть и не хотелось это признавать, но отец в своё время был прав. Маркетинг – действительно моё. Рисовать я тоже не бросила, конечно, но упор в виде заработка делала исключительно на рекламных компаниях.
