Перейти к содержанию

Мастер по случаю. Мемуары о работе в колледже

Автор:

4,9 130+ оценок читателей Рунета
Категория
Биографии и Мемуары
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
16+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Всего за полгода я узнала о смертельно-опасной болезни сына-подростка, потеряла все денежные сбережения, работу и желание жить. Но когда закрывается одна дверь - всегда открывается другая. Меня, документоведа, взяли на работу в колледж мастером по сварке. Правда ли, что не хочется жить, когда вокруг столько энергии и драйва? И можно ли остаться безразличной к трудным подросткам, если они неравнодушны к тебе? Жизненные трудности, преодоление, реальные подростки и немного сварки. Хеппи энд. Книга основана на реальных событиях. Все имена изменены, любые совпадения - случайность.

Читать «Мастер по случаю. Мемуары о работе в колледже» — Алина Алихрамова онлайн

Страница 3 из 4

Для меня это было знакомством со всеми профессиями, которым обучали в нашем колледже. Мне вдруг по-новому открылся индустриальный мир. Он оказался неожиданно привлекательным, динамичным и очень мужским. Некоторые группы, как и моя группа Сварщиков, состояли только из юношей.

История 2. Самый голодный

Как куратор, я должна была каждый день сопровождать свою группу в столовую. Я наивно представляла себе это так: в нужное время после окончания пары я зайду в класс за группой. И мы все вместе пойдём в столовую.

Второго сентября с утра мне пришло сообщение от моего студента, Филимонова Эдуарда. «Когда мы будем кушать?» - интересовался он. Ни «здрасьте», ни «до свидания». Я опешила, но время обеда ему написала.

Перед обедом я зашла в класс, но моей группы там уже не было. Зато в общем чате с группой появились сообщения:

- Кря, где столовка?

- ХЗ

Я поспешила в столовую. В коридоре возле неё аппетитно пахло макаронами с сосисками. Столовую легко можно было найти по запаху. Часть моей группы уже была там, остальные подошли при мне.

Такое повторялось ещё пару раз. Все эти дни Эдик Филимонов с утра обращался ко мне с одним и тем же вопросом: «Когда мы будем кушать?» И до меня «дошло»: группа меня перед обедом в столовой ждать в классе не собирается, и не будет.

Я стала с утра отправлять в чат с группой время обеда. А перед их обедом спускалась в столовую и ждала группу там. Филимонов, естественно, мне писать сразу перестал.

Как-то я рассказала эту историю своей матери, и мы посмеялись. На втором курсе, по просьбе заведующей отделением, все мастера сфотографировались со своей группой. Одну фотографию я принесла домой.

- Смотри, какие у меня симпатичные студенты! – похвасталась я маме. Она посмотрела на меня недоумённо. Незнакомые подростки ей были неинтересны. И тут она что-то вспомнила.

- А где среди них тот, самый голодный? - спросила она у меня.

Подростки часто стремятся к независимости и самостоятельности. Они считают себя взрослыми людьми, раз уже окончили школу и поступили в колледж. И с их стремлением к независимости не всегда нужно бороться. А лучше даже использовать эту потребность. Мне стоило в первый учебный день с самого утра объявить группе: «Подождите меня в классе после такого-то урока. В первый раз мы все вместе пойдём в столовую. Потом будете ходить туда сами. Без мастера вас всё равно на обед не пропустят».

Питание в колледже для обучающихся рабочим профессиям - бесплатное. За завтрак и обед студентов платит наше государство. В бухгалтерии колледжа велся строгий учет порций. От кураторов требовалось сопровождать свою группу на обед и следить за ней в столовой. Без мастера или классного руководителя студентов на обед обычно не пускали.

У юношей, как правило, быстрый обмен веществ и всегда хороший аппетит. Многие не ходили на завтрак, предпочитая подольше поспать: завтрак начинался в 7 30. Кто-то постоянно опаздывал на занятия. Не у всех занятия начинались с восьми утра. Поэтому питание в колледже у многих получалось одноразовым.

Не все наедались одной порцией, а занятия обычно длились долго. И очень часто во всех группах находились желающие пообедать ещё раз. Даже в этой довольно строгой системе студенты находили лазейки. И обедали повторно.

Как-то в очереди в столовой среди мальчишек своей группы я обнаружила незнакомого паренька.

- Из какой Вы группы? – спросила я у него.

- Сварщики, первый курс, – нагло заявил он.

- Что?!! – возмутилась я. Своих к этому времени я уже успела запомнить.

- Ты дурак, что-ли? – засмеялся рядом Марат. Видимо, это был его приятель. – Это же мой мастер!

Однажды дежурный по столовой мастер поймала двух таких нарушителей из моей группы и устроила скандал. Одногруппники над ними посмеялись.

- Что же вы номер своей группы-то назвали? – поучал горе-нарушителей кто-то из моих. – Надо было сказать, что вы из другой группы! А мастер той группы сказала бы, что у неё таких нет.

Наверное, как куратор группы, я должна была провести классный час. И долго объяснять группе, что так поступать нехорошо. Но я этого делать не стала. Только осторожно поговорила с матерью одного из нарушителей. Посоветовала давать сыну деньги на покупку выпечки. С родителями другого я связаться так и не смогла: все телефоны были недоступны.

Эти юноши были из многодетных семей. Я не знала, могли ли они поесть сразу, когда возвращались домой из колледжа.

В моей группе многие были из малообеспеченных семей. А у некоторых были такие родители, что хотелось материться, узнавая о них подробности. И это при том, что я не матерюсь.

Конечно, нельзя съедать не свои порции. А выбрасывать в отходы несъеденное или уносить домой – можно? Что бы там не говорили, я уверена, повара всегда готовили с запасом.

История 3. Принц в изгнании

Я всё ещё не рассказала о своей группе, потому что собиралась с духом. Я была мастером и фактически куратором группы сварщиков первого курса. В ней были только юноши, ровно 25 человек. Это была самая слабая в учёбе группа из набора этого года. Многие преподаватели так о них отзывались. Даже слесари учились чуть лучше, хотя обычно бывает наоборот.

У сварщиков и слесарей в КХТ традиционно самый низкий проходной балл. На эти специальности часто поступают «троечники» со всех школ города и района. А также те, кто не смог поступить на какую-то другую, более престижную специальность в КХТ.

Целенаправленно идут обучаться сварке немногие. В моей группе таких было всего трое. Остальные двадцать два попали туда случайно, как и я. У них не было абсолютно никакой мотивации к обучению. Можно сказать, что большинство, как и я, были неудачниками. Они и вели себя соответственно: совершенно незаинтересованно.

Мои подопечные студенты были недисциплинированными, своенравными, немного (а иногда и много) безалаберными. Они активно возмущались по любому поводу и без. И всегда, всегда гнули свою линию.

Вот, например, опаздывает Чернов на занятия. Он за три года так и не начал приходить вовремя. Он даже на защиту диплома опоздал!

Или, к примеру, Шахамир Садриев на третьем курсе почти постоянно прогуливал производственную практику. Он жаловался, что никак не может заставить себя встать рано утром. За это его могли отчислить из колледжа. А с общим образованием устроиться на хорошо оплачиваемую работу очень сложно. Однако Шахамира это не беспокоило.

С точки зрения взрослого человека, это, конечно, выглядит глупо. Ведь они рискуют остаться без среднего образования. Я честно пыталась до группы это донести. Мне казалось, если бы они поняли, как это важно, то изменили бы свое отношение к учебе.

Я часто обращалась к родителям, просила заведующих отделениями и даже свою наставницу поговорить с моей группой. Но разговоров хватало ненадолго. Мои студенты продолжали вести себя как им удобно, хоть ты тресни! Это была просто ужасная, кошмарная группа!

В общем, это была обычная группа сварщиков.

Вот типичная докладная преподавателя на мою группу:

Директору ГАПОУ «КХТ»

Тухватуллину Р.Р.

преподавателя иностранного языка (совместителя)

Хабировой Г.М.

докладная.

Довожу до Вашего сведения, что студенты 1 курса группы сварщиков на занятиях по английскому языку ведут себя отвратительно, ругаются матом, на мои замечания не реагируют.

Студенты постоянно «сидят» в телефонах и не выполняют задания, а именно:

Чернов С.

Рамилевич Р.

Михердов Д.

Филимонов Э.

Куряев М.

Дзюбин А.

Баринов Г.

Прошу принять меры.

13.02.2020г.

Характерная объяснительная моего студента (орфография сохранена):

Директору ГАПОУ «КХТ»

Тухватуллину Р.Р.

студента группы сварщиков

Арсентьева А.

объяснительная.

В моих планах никогда и не мелькала в голове покурить в туалете. Я спокойно шёл в столовую, и ко мне подходит знакомый и говорит, «пошли покурим». Я отказывался, но все таки меня каким-то образом уговорили, и дал человеку что он хотел, но сам не пробовал, но подумали что я тоже курил. Я понимаю что в этом и есть моя вина.

18.10.2019

Однако в глубине души я завидовала такой способности противостоять внешним обстоятельствам, что бы ни происходило. Мне самой этого качества очень не хватало.

А ещё мои «общественные дети» были энергичными, достаточно сообразительными, чтобы не влезать в неприятности вроде привода в полицию. Понимали с полуслова, когда дело касалось их интересов. И на первом курсе они пока ещё были весёлыми. Такими живыми… С ними никогда никому не было скучно. Ни мне, ни преподавателям.

Для меня это была самая замечательная группа! Ведь это была МОЯ группа.

Однако, даже в такой по-бунтарски настроенной группе, примерно треть студентов обычно выполняли требования колледжа. Ещё часть студентов не сразу, но смогли всё же к ним приспособиться. Одного из таких студентов я запомнила уже в первые дни.

Симпатичный, но нескладный светловолосый подросток с гордым видом оскорблённого достоинства восседал на подоконнике в коридоре. Ну – вылитый принц в изгнании. «Это – будущая проблема» - поняла я.

«Проблему» звали Богдан Пичугов. И он меня не разочаровал. Как потом я узнала из беседы с родителями, Богдана «попросили» из престижной гимназии за недостаточно хороший для этой гимназии уровень учёбы.

А скорее всего за «длинный язык» – как поняла я позже. В колледже он аргументированно возмущался по малейшему поводу. Со слов Богдана, задушевные беседы с директором гимназии были его любимым и довольно частым развлечением. Богдан обладал хорошо развитой речью и широким, хоть и поверхностным кругозором. Разговаривать, при желании, он мог очень долго. Не помогло даже то, что мать Богдана работала в этой же гимназии.

В первое время Богдан опаздывал на занятия в колледже — не мог рассчитать время на дорогу до нового места учёбы. Худощавый и спортивный на вид, двигался он как-то слишком расхлябанно. И это показалось мне очень знакомым. В раннем детстве у моего сына были неврологические проблемы. Длительным интенсивным лечением их удалось снять. А до этого мой сын ходил и стоял так же расслабленно и немного неуклюже. И даже садился очень похоже — плюхался на стул всем своим весом, как мешок с мукой.

Перед общим родительским собранием мне удалось поговорить с отцом Богдана.

— Вы знаете, что Богдану нужна консультация невролога? — огорошила его я. — Понимаете, одно дело, если Вы это знаете, но мне не хотите говорить. Но совсем другое, если Вы не в курсе. Ведь Богдану через два года в армию.

Мне удалось привлечь его внимание. Мы коротко переговорили. А в выходной я встретилась с обоими родителями Богдана для обстоятельного разговора. Я объяснила, почему Богдану стоит сходить к неврологу, расспросила о его учебе в школе. И, наконец, поговорила об опозданиях на занятия. С его мамой мы договорились: я сразу ей сообщаю о каждом опоздании Богдана или пропуске им занятий.

Богдану взяли талон к неврологу. На приёме невролог обнаружила небольшое смещение позвонков после спортивной травмы (Богдан с детства занимался различными видами спорта) и назначила ему массаж.

Если честно, меня это потрясло. Я была поражена, что родители Богдана прислушались к моему совету. Это такая редкость, когда от тебя не отмахиваются.

Расхлябанность движений у Богдана постепенно прошла. Мне показалось, что даже его неразборчивый почерк немного улучшился. Мы с матерью Богдана переписывались почти ежедневно. Однажды Богдан залез в мамин телефон и прочитал всю нашу переписку.

На мой взгляд, Богдан и его мама часто нарушали личные границы друг друга. Мама могла спокойно взять вещи или документы из его сумки или сложить туда что-то, на её взгляд, необходимое. Богдан же читал её личную переписку. Меня это удивляло, ведь мой сын всегда очень ревностно относился к своим границам. В последний раз я заглядывала к нему в портфель, когда он ещё учился в начальной школе. А в свою комнату он меня пускает далеко не всегда. Хотя там стоит шкаф с нашими с мужем вещами.

Размер истории нашего чата Богдана шокировал.

- Почему Вы меня так не любите? – эмоционально вопрошал он. – Это потому, что я отказываюсь становиться старостой?

- Да я Вас обожаю! – рассмеялась я.

К студентам, как к своим, так и к чужим, я обращалась на «Вы» в течение первых двух с половиной лет. Позже я узнала, что по этому поводу надо мной подшучивал почти весь колледж. Заведующая отделением как-то сказала на собрании родителям моих студентов:

- Алина Алексеевна обращается на «Вы» ко всем в группе. Она хочет показать, какая она вежливая, чтобы научить этому ваших детей.

Она ошибалась: я вовсе не собиралась ничего никому показывать. Причина была в другом. Мои "общественные дети" постоянно нарушали мои личные границы. И не только нарушали: они их вообще не замечали. Я - интроверт, и к такому тесному контакту не привыкла. Обращение на "Вы" было моей слабой попыткой держать дистанцию.

Наше с Богданом противостояние, небольшое сначала, постепенно усиливалось. К середине второго курса оно почти перешло в рукопашную. Это не говорит обо мне хорошо, как о педагоге. Для ссоры всегда нужны двое. Но из песни слово не выкинешь. Однако к концу второго курса мы оба поостыли. А Богдан по факту стал почти идеальным студентом. Он довольно быстро учился на своих ошибках. Это очень редкое качество, на самом деле.

И в начале третьего курса наше противостояние сошло на нет. Мы практически перестали общаться, а я жалела об этом. Мне не хватало ежедневных подколок Богдана. Они были очень смешными.

История 4. Как Вам не стыдно, Алина Алексеевна!

Но не только Богдан смешил меня почти каждый день. Маятник моей нервной системы вдруг резко качнулся в другую сторону. Смешным для меня сейчас становился любой пустяк. Очень часто я не могла удержаться от смеха. Только представьте себе: заведующая отделением при мне грозно отчитывает моих студентов – прогульщиков. И тут я вдруг начинаю громко хохотать. Уж очень непривычные для меня выражения она иногда выбирала.

Например, мой студент Махмут к середине осени понял, что не хочет учиться в колледже. Он решил забрать документы. Заведующая отделением была против.

- Ты что думаешь? Тут тебе проходной двор? Захотел – пришёл, захотел – ушёл?!! – возмущалась она.

Я засмеялась. «Проходной двор». Забавно.

- Выйдите отсюда, Алина Алексеевна! Вернётесь, когда возьмёте себя в руки! - меня, как школьницу, выгнали из кабинета.

Как-то я, как обычно, проводила перемену с группой перед уроком литературы. Перемена давно окончилась, а преподавателя всё ещё не было. Литературу у моих вела пожилая, но бодрая женщина лет шестидесяти. Минут через пятнадцать урока я решила ей позвонить.

- Кому Вы звоните? – загалдела группа. – Не надо никого беспокоить!

Но я их, естественно, слушать не стала. На звонок ответили:

- Алло?

- Здравствуйте. Моя группа Вас ждёт в кабинете литературы. Вы подойдёте?

- Как это ждёт?!! – возмутилась преподаватель. – У них же сегодня нет литературы!

- А Вы расписание посмотрите, - посоветовала я.

Минутная пауза.