Дурак! Какой же я дурак!
Мир закрутился вокруг, будто планета вмиг ускорилась. Но взгляд вновь зацепился за кривоватую фигуру дриады. Она подалась вперед, и я наконец разглядел в ней Алису! Подкрался сзади, чтобы парочка не заметила нас с дороги. Догадывался, что сестра испугается внезапности, и прикрыл ей чумазый рот ладонью.
– И почему ты вся в грязи? – прошептал на ухо. – Ты похожа на орка.
Всего лишь немного сгустил краски, а она ошарашенно округлили глаза. Мецтли ткнулась носом в девичью руку. Алиса шумно выдохнула и оставила ладошку на собачьей морде.
– Радомир! Я же могла скончаться от ужаса! – возмутилась она. – Больше так не делай, если хочешь жить.
Я невольно поморщился. Несмотря на все очевидные факты существования алхимии, вампиров и прочей ерунды, слабо верилось, что наши души действительно так тесно связаны. Неужели моя собственная душа настолько слаба и не способна держаться в теле без частички сестриного духа?
– Северина, – произнес я одними губами и ткнул в сторону парочки.
– Руслан, – выдохнула Алиса и указала туда же.
Мы замерли, стараясь расслышать разговор.
Когда мы впервые повстречали Руслана в пабе «Алхимия», он велел Северине уехать из Калининграда и больше не возвращаться. От его злости почти дымились деревянные балки под потолком зала, а холодность по отношению к девушке убеждала лучше слов. Так для чего же она пришла к нему теперь?
Чем сильнее я прислушивался к разговору, тем больше раскалялся перстень, тем гуще становился ветер. И тогда до нашего укрытия долетели обрывки фраз.
– …сможешь остаться…
– Я пробовала… отлично утоляет голод… зачем?
– Посмотрим, что будет при длительном использовании и полном переходе на заменитель.
– А меня вроде и не жалко, да? – грустно усмехнулась Северина.
– Я предлагаю тебе укрытие от охотницы. А польза, которую ты принесешь нашему сообществу, пожалуй, сойдет за отработку прежних нарушений. Сможешь спокойно жить.
– На помидорах, – обреченно выдохнула она. – Никакого веселья.
– О, поверь мне, весело будет точно, – недобро осклабился Руслан.
Неужели она не замечала ехидства в его тоне? Неужели не видела неестественной гримасы на лице?
Но Северина смотрела мимо, будто на горизонте надеялась разглядеть подсказки. В ее голосе ясно чувствовалось сомнение, но она не находила причин, чтобы отказаться от предложения Руслана.
– Куда он ее зовет? – уточнил я у Алисы, полагая, что та в курсе дел своего воздыхателя. Ведь он говорил о ее заменителе крови. О чем же еще?
– Хотела бы я знать. – Сестра помотала головой и нахмурилась. – Не представляю откуда у него образцы заменителя. Я все забрала из лаборатории в тот день. Кроме чашек Петри с колониями. Но он не мог… – запнулась Алиса и сокрушенно потерла лицо перепачканными ладонями. – Или мог, он же доктор наук! Он притворялся недалеким преподом с дурацкими шутками, чтобы усыпить мою бдительность. А сам давно догадался что к чему. Наверняка!
– И Максим Андреевич, преследуя свои цели, сговорился с ним?
– Ректор хотел контролировать вампиров с помощью консерванта. Радомир, мне надо вынести штаммы. Да и так придется идти в академию. Я все еще аспирантка и кандидатскую никто не отменял.
– Там будут они? – послышался новый вопрос от Северины, но я отвлекся на шушуканья и потерял нить разговора.
– Прятаться лучше на самом видном месте, – заверил Руслан.
– Я не доверяю охотникам, – отрубила Северина и сильно сжала зубы, мне даже почудилось, будто я услышал скрип.
– Белоусов станет одним из нас, – убедительно произнес Руслан. – Мы войдем в Золотой город.
Плечи Северины содрогнулись, словно ей претила подобная мысль.
– Хотят напасть на охотников в их пансионате? – удивилась Алиса.
– Вероятно, Максим Андреевич знает место изнутри, – пожал я плечами и приложил палец к губам, чтобы сестра не отвлекалась. Обсудим позже.
– Я ему не верю, – наконец отозвалась Северина. – И штурмовать Золотой город не желаю, мне нет до него дела. Но сейчас спрятаться действительно нужно.
– Вот мы и подошли к решающему моменту, – победно улыбнулся Руслан, хитро прищурился и щелкнул пальцами. – Есть еще одно условие. Ты будешь присматривать за новообращенными.
Северина вскинула брови, но ничего не возразила. Наверное, чувствовала отчаяние и была готова на все. Я же искал возлюбленную не для того, чтобы отдать на опыты доктору наук, который вообще-то не совсем человек. Дернулся в сторону дороги, но Алиса ухватила под локоть.
– Лучше проследим, куда они пойдут, – прошептала она. – Руслан собрался плодить вампиров!
– Нет. – Помотав головой, я осторожно отцепил ее пальчики. – Не прощу себе, если снова упущу Северину. Жди здесь, если не хочешь попадаться на глаза своему воздыхателю. Знаешь, он мне совсем не нравится. И что ты в нем нашла?
Алиса открыла рот, чтобы ответить, но передумала, шумно выдохнула и потупилась. Я ободряюще пригладил ее взъерошенную макушку и поспешил к дороге. Мецтли потрусила рядом. С каждым моим шагом перстень раскалялся сильнее, что неведомым образом придавало сил и решимости.
Оба вампира заметили меня сразу, повернулись навстречу и напряженно замерли, чуть согнув колени.
– Прыгать надумали? – осведомился вместо приветствий. – Я пришел с миром.
– Радомир, – выдохнула Северина.
– Охотник! – рявкнул одновременно с ней Руслан, но услышав из ее уст мое имя, быстро переменился в лице и добавил: – Ага.
– Не ходи с ним, – прямо заявил я. – Пойдем со мной, Сев. Мне важно услышать твою версию событий. – Протянул руку раскрытой ладонью кверху, ожидал, что она тут же вложит тонкие прохладные пальчики, и мы уйдем от неприятного собеседника.
Но Северина не торопилась, покосилась на Мецтли, снова посмотрела вдаль.
– Услышишь, и что тогда? – Лишь замолчав, она перевела пронзительный взгляд на меня.
– Тогда и узнаем, – постарался ответить как можно мягче, хотя внутри закипала злость. Что за глупые вопросы? Ты пятисотлетняя вампирица или девочка-подросток?
Руслан демонстративно прокашлялся, привлекая внимание и заявил:
– Ваши личные счеты не имеют отношения к нашей сделке. Я предлагаю тебе покровительство, Северина. – Как и тогда в пабе «Алхимия», он разговаривал только с ней, словно я не стоял рядом. – Решай сейчас. Уйдешь с ним, и мое предложение аннулируется. Молодой, горячий охотник – это, конечно, аппетитно. Но абсолютно ненадежно.
– Ты не знаешь, что он задумал заодно с Белоусовым, – я принял правила игры и тоже высказался о Руслане, будто его не было.
– Знаю, – обреченно выдохнула она и словно сдулась, опуская плечи. – Мне все равно.
– Мне нет! Я не позволю тебе участвовать в мракобесии, – выпалил быстрее, чем сообразил, что обычно взрослые девочки самостоятельно распоряжаются своей жизнью.
Схватил Северину за запястье и потянул на себя. Она вздрогнула, будто прохладной кожи коснулись раскаленные, вовсе не человеческие пальцы. Выгнулась мне навстречу, а я не отследил момент, когда накрыл ее губы жадным поцелуем. Сумасшедшим, сладким, с привкусом запеченных яблок и меда. Северина прильнула ко мне всем телом, казавшимся таким хрупким и одновременно гибким, упругим, что я терялся в ощущениях и желании сжать ее в объятиях крепче или ласкать невесомо и нежно. Оттого подхватил одной рукой ниже спины и собирался утащить подальше. Голова кружилась от пьянящего поцелуя, что не заканчивался. Мир с его неурядицами расплывался цветными пятнами, словно пленка бензина по луже.
– Пусти! – Северина напряглась и уперлась ладонями мне в грудь. В вампирице вдруг проснулась яростная решимость. – Я уйду с Русланом. Может, хотя бы тогда я перестану так сильно хотеть тебя! Твоей крови! И потом смогу уехать на другой конец света, где меня не достанет Эдита. Где нет ни Натанга, ни Золотого города, ни особенных охотников с необычной кровью. Начну все заново, как давно мечтала, но не находила сил сопротивляться притяжению.
– Ты боишься быть счастливой? – Я не удивился, был уверен и добавил вопросительную интонацию лишь, чтобы не прозвучало жестко. – Ищешь любые отговорки и поводы, чтобы сбежать. Вместо того, чтобы решить иначе, чтобы научиться чему-то новому. Пускай, простому человеческому счастью.
– Слишком сложно, Радомир. И я вовсе не человек.
– Ты человек, Северина, но позабыла об этом, спрятавшись за местью и образом чудовища, который сама же себе придумала, – не сдавался я. – Посмотри на себя, ты уже сняла бордовую кожу. Осталось примерить новую. Идем, у меня тоже будет, чем тебя накормить. И не придется выполнять условия, которые тебе не нравятся.
– Ясина с тобой? – вдруг выдал Руслан, чем сбил меня с мысли и абсолютно ошеломил. – В последние дни не могу застать ее в лаборатории. Ты ведь не запер ее в своем логове для личной выгоды?
Чего? Я окончательно потерял логику. Как Руслан вообще мог предположить подобное? Не с ним ли была Алиса каких-то полчаса назад? И от каких вампиров убегала?
– Стоп, – влезла Северина. – Мы все были в одном подвале. Заменитель крови один и тот же. И сделала его эта ваша девочка. Она работает с Русланом. И мне точно не показалось, что между ними взаимное влечение. Так и какая разница, с кем из вас я пойду? – Она подняла ладонь, предупреждая ненужные ответы, ведь дала их сама. – Разница есть. Руслан вампир, так же, как и я. И он защитит меня от твоей матери, Радомир. Ведь старушка помешалась на мести.
– Я предлагаю тебе вовсе не томатный сок, – выпалил, растеряв другие аргументы. Сердце бухало в ушах, интуиция кричала, что ни в коем случае нельзя отпускать Северину с Русланом.
Но она сжала губы, развернулась ко мне спиной и бросила через плечо:
– Мы слишком разные, охотник.
Руслан ухмыльнулся и торопливо зашагал прочь по ровной тропинке, застеленной свежим снегом. Северина не отставала, покачивала бедрами, будто плыла над землей. А я практически не дышал, хватая ртом воздух в такт ее движениям и тут же выпуская обратно. Такой необходимый он выскальзывал из трахеи, не достигнув бронхов, как Северина ускользала от меня в который раз. Зубы скрипели, кулаки сжимались, мышцы каменели и покрывались мерзкими болезненными мурашками – хотелось бежать вслед, крушить все на своем пути, кричать, лишь бы остановить ее. Но я заставлял себя неподвижно смотреть ей в спину. Ведь она выбрала. И я не имел права выбирать за нее.
– Ты права, Сев. Мы слишком разные…
Глава 3.1. Укус с непредсказуемыми последствиями
Алиса: вуз
Ноги подрагивали, когда я поднималась по кособоким ступеням на крыльцо родной академии. Низкие тучи будто пытались укрыть меня.
«Не могу застать ее в лаборатории». Что имел в виду Руслан Игоревич на берегу Преголи? Для чего поджидал в лаборатории? Жаждал наладить производство заменителя?
Я же хотела забрать образцы и добиться объяснений от Тристана. Гаденыш напился моей крови и утащил Лизу! Меня невероятно злило, что он не потрудился объясниться, а я влипла в историю с восточной группой. Но еще больше меня разозлило то, что у вампиров подруги не оказалось. Руслан прогуливался рядом и на что-то намекал. А я моталась из угла в угол, как пешка по лакированной доске. И самое ужасное: Тристан до сих пор казался мне не таким противным, как Руслан Игоревич. Глупое сердце замирало от воспоминаний жарких поцелуев и запаха переспелой вишни, и заливало логику сладким соком. Ведь наверняка у Тристана есть благородный план. Он ведь хотел вывести брата на чистую воду. И мы с ним, вроде как, сговорились. Только обычно сообщники делятся друг с другом информацией и планом действий. Я же просто была не у дел. Нервничала сама с собой, творила глупости, расстраивалась. Ведь Тристан не собирался мне ничего рассказывать. И не стремился встретиться со мной просто так.
Несмотря на учебу в аспирантуре и двадцать четыре года по паспорту, я точно застряла в подростковом возрасте. В отношениях с мужчинами вела себя наивно и глупо. Да и нормальных отношений у меня не было. После случая с первым возлюбленным, сразу после окончания школы я замкнулась и зациклилась на учебе. И теперь, в результате шестилетней диеты, бросалась на чудаковатого древнего вампира, который даже не помнил себя обычным человеком.
Вопреки всем ожиданиям, ни ректор, ни его дочурка Лилия не сторожили меня в холле академии. Только унылые гигантские пауки, украшавшие вестибюль еще с осеннего праздника, медленно шевелили мохнатыми лапами вслед за потоками воздуха.
А я-то уже возомнила о себе! Тьфу! У нас десяток аспирантов, и все работы так или иначе связаны с кровью и порфиринами. Нахимичат все, что нужно, без меня.
В лаборатории картина прояснилась окончательно. Может быть, я лично была никому и не нужна, но мои разработки являлись собственностью академии. И она не постеснялась их изъять.
– Ты это видел?! – пожаловалась Химичку.
Как же хорошо, что я забрала важные записи и вампирскую кровь из холодильника еще на прошлой неделе! У Радомира в погребе точно сохраннее. А вот чашки Петри со штаммами необходимых для ферментации микроорганизмов остались в лаборатории в специальных условиях!
Мигом оказавшись у стеклянного шкафа с инфракрасными лампами, я досадливо обнаружила несколько пустующих мест. Образцы вытащили не все, вероятно, рассудили, что еще рано, и процесс не завершен. Но по две штуке с каждой полки исчезло.
От досады ребра сжались, заныли, будто прихваченные железным обручем. В глазах защипало, и я импульсивно принялась вытаскивать оставшиеся колонии. Стеклянная посуда была негерметичной, поэтому я обернула каждую партию с разных полок полиэтиленовой пленкой и спешно распихала по внутренним карманам пальто. Если меня остановят на выходе с сумкой, полной чашек Петри, возникнут вопросы. Это к банкам с соком и ящикам с помидорами охранник давно привык.
– А знаешь, малыш? – Рукой нащупала звереныша под волосами и почесала по твердой бархатистой макушке. – А, гори оно все синим пламенем! Как пары фосфина! И для чего мне эта кандидатская? И докторская не нужна. Ухожу из аспирантуры. Не быть мне никогда доктором наук. За Нобелевской премией собиралась? Ага.
Шмыгнув носом, я растерла выступившие на глазах слезы. Все бы ничего, но внутри появилась опустошенность. По голове будто огрели чугунной сковородой – мир вокруг зазвенел и затрясся. Словно из-за моего сиюминутного решения в физической реальности перестраивалась вся событийная ветвь. С хрустом отваливались ненужные осколки, с искристым шипением рассыпались пеплом мечты, которым больше не суждено сбыться.
– Я не отдам им больше ни кусочка, слышишь! Ни одного микроорганизма. И если Руслан Игоревич действительно может повторить результат сам, то он уже выкрал все, что нужно. И у него есть неиссякаемый источник – собственная кровь и слюна. – Осмотрела лабораторию, ставшую родной, и с горьким всхлипом выдохнула: – Я им не нужна. Я изначально была не нужна.
Ведь именно Руслан Игоревич натолкнул меня на мысль о помощи бактерий. Он знал с самого начала. Он догадался раньше и вел меня по пути открытия буквально за ручку. И много ли в итоге моей заслуги?
Отчаяние раздирало на бахрому и бисер. Я хлопнула дверью так, как частенько делала Лиза. Подруга не замечала, как трескалась казенная штукатурка. Лиза была яркой, громкой и не стеснялась сообщать о своем присутствии. А я умудрилась потерять и ее.
Нервно подмигнула вытянутая лампа и погасла, часть подземного перехода между корпусами погрузилась в полумрак. Содержимое карманов оттягивало полы пальто. Ноги подрагивали, и каждый шаг казался тяжелым, будто тугая резина держала стопу. Я старательно отгоняла панику и глотала слезы. Ведь решение далось нелегко.
Двери с толстыми стеклами летели навстречу, а я неверными пальцами потирала экран смартфона, на ходу набирая сообщение Радомиру, чтобы заводил мотор. Лучше убраться от академии подальше, как можно скорее и не разгуливать с образцами микроорганизмов подмышкой.
И не успела я обрадоваться, что выход совсем близко, как больно напоролась грудью на преграду. Палец съехал с кнопки «отправить».
– Ва-а-а-а, – протяжно вырвался воздух. Клацнули зубы, прихватив губу. Я невольно облизнулась. От металлического привкуса закружилась голова.
Безучастный охранник, который всегда сидел за небольшим столом около дверей, увлеченно читал толстенный том. Я ошалело хлопала глазами, будто это он преградил мне путь. Ведь не сразу заметила руку поперек живота, протянутую ко мне с противоположной стороны.
– Максим Андреевич тебя ждет, – торжествующе пропела Лилия с мерзкой ухмылкой на холеном лице и потащила к боковой лестнице в углу холла.
Сердце протяжно бухнуло и замерло, провалившись к желудку.
Да почему со мной так постоянно? Разве не могла Белоусова смирно сидеть у себя в лаборатории, пока я тихонько покидала вуз навсегда?
– Ни-ког-да, – пробурчала я по слогам, переставляя ватные ноги по искривленным временем ступеням.
– Шепчешься с бухгальером? – снисходительно подметила Лилия, грубо волоча меня наверх. Ее пальцы намертво впивались мне в предплечье, словно норовили выдернуть кость. – Они не нападают на охотников. Мы свои, Ясина. Хоть ты и запуталась слегка. Но отец напомнит.
Она втолкнула меня в дверь ректорского кабинета и подперла ее спиной, отрезав путь к отступлению.
– Ну наконец-то! – театрально обрадовался Максим Андреевич и даже всплеснул руками. – Теперь все в сборе.
Я опасливо огляделась. Всех, кроме меня, Лилии и ректора, в кабинете не обнаружилось. В горле мигом пересохло, глотательное движение отправило в нутро вязкую слюну. Расшалившееся на нервной почве воображение нарисовало страшную картину заскорузлого мышечного мотора, сжавшегося за перегибом желудка и мечтающего о живительной влаге. Но единственная тягучая капля истаяла на подлете, заставив сердце содрогнуться. За ним по всему телу прокатилась неконтролируема зябкая волна.
– Ик!
– Выкладывай! – вмиг переменившись в лице, рявкнул ректор.
Пальцы резко сжались и распрямились в ту же секунду, потянулись к внутреннему карману пальто. Но усилием воли я себя остановила, одернула. Выпрямилась, сложив руки по швам, и задрала нос к потолку.
И не обязана я его слушаться! А тем более отдавать разработку. А и нет никакой крови, есть томатный сок и чудаковатая бывшая аспирантка.
– Быв-ша-я, – проговорила я медленно, будто сама до конца не верила в то, что решилась вот так бросить учебу и дело всей жизни.
На лицах присутствующих застыло изумление.
