Фотографию сделал Дамир.
Выловил момент, когда Виталина рассеянно улыбалась своим мыслям.
Жена стояла возле дерева во внутреннем дворе.
Это было летом.
Дамир помнил, как они вместе вышли из дома в тот июньский день.
Кажется, он рассказывал ей о чем-то неприятном. Об отце. Их с отцом отношения на тот момент были холодными, как арктические айсберги. Даже хуже. Дамир мог бы спокойно пережить отсутствие в своей жизни отца, но, увы, такой роскоши он не имел с детства.
Отец не собирался никуда деваться и имел свое видение на жизнь сына.
Виталина пыталась утешить, она подошла и обняла его за плечи.
В такие моменты Дамиру всегда становилось легче. Он обнял в ответ, прижал хрупкое женское тело, и понял, что Виталина – самое ценное, что он имел, самое классное, чего добился. Вершина его успеха. Она тогда задрожала от холодного порыва ветра, а он вздрогнул, боясь причинить жене боль.
Прошел всего год.
Дамир быстро ставит фото назад, реагируя на стук в дверь…
– Марта?
Ну вот, опять.
Она врывается в кабинет, стуча высокими каблуками по плитке.
– Ты обманул меня, – бросает Дамиру.
Вид у нее не просто расстроенный, Дамиру кажется, что она в отчаянии.
Глаза на мокром месте, носовой платочек в руке. Дамиру становится неуютно.
Он не привык иметь дело с женскими слезами. Особенно, со слезами посторонних женщин. Марта кажется ему слишком наигранной барышней, словно на сцене выступает, в ее эмоции Дамир ни разу до конца так и не поверил.
Он жестом приглашает ее сесть.
Марта выжидает секунду, в конце концов, садится и скрещивает ноги.
Сегодня она одета еще более откровенно, чем была вчера – не может не заметить Дамир. Блуза специально расстегнута на две пуговицы, а мини-юбка зазорно приоткрывает чулки. Если Марта не сменит тактику, то отец скоро ее обязательно заприметит. Спать со своими секретаршами – его любимейшая часть работы, к слову.
– Ты меня обманул, – она пытается не кричать. – Ты сказал, что я останусь работать с тобой… Ты сказал, что я буду…
– Не совсем так. Марта, я пообещал, что ты будешь работать в компании.
– Я хотела работать с тобой, я хотела быть с тобой, – она поднимается и обходит стол. Дамир даже не успевает среагировать, а она уже садится ему на колени. – Ты бросил жену, теперь ты сво…
– Ты помнишь, что у нас уговор?
– Помню, милый, помню, но мы его нарушили, – смеется она, кладет горячие руки ему на шею. – Ты спал со мной.
Дамиру неприятно об этом вспоминать.
Но да, он не удержался…
Он старается отстранить Марту.
Господи, ну почему он выбрал именно ее, почему решил, что с ней не будет проблем? Вот они, проблемы, в полный рост появились. Ему бы с разводом разобраться, душевные раны залечить, а тут… Она. Не чувствует к ней Дамир ничего, кроме, пожалуй, благодарности.
– Ты получила деньги, – напоминает он. – На этом все.
– Ты теперь свободен, я хочу быть с тобой… Дамир, я сделаю тебе очень хорошо. Я сделаю тебе хорошо сейчас, – ее рука тянется к его брюкам, и он грубо перехватывает ее, стискивая запястье. – Мне больно, Дамир, я не… Разве твоя жена когда-нибудь делала это здесь? Твоя скучная домохозяйка? Она вообще делает это? Она становится на колени в спальне?
Дамир поворачивает Марту к себе за подбородок, дожидается, пока она перестанет посмеиваться и посмотрит на него. Усмешка сползает с лица Марты, как неудачная маска, она хватает руку в попытке разомкнуть ладонь. Дамиру не хочется делать ей больно, но он не знает, как иначе втолкнуть ей в голову мысль, что они больше не любовники.
– Иди на свое новое рабочее место, – велит он. – Если еще раз так ворвешься ко мне в кабинет, я тебя уволю.
– Дамир…
– Ты меня поняла?
Она сползает с его коленей. Наконец-то. Если с десятого раза Марта не поймет, то он точно вышвырнет ее прочь из компании.
***
Марта поднимается и тем же маршрутом идет обратно.
Ее высокие каблуки не дают Дамиру сосредоточиться… Такое ощущение, что она стучит не по плитке, а по его голове.
Он вспоминает жену и ее любимые растоптанные кроссовки, вспоминает, как они с Виталиной бегали по маркету, бродили по парку, поднимались на местную гору, откуда видно озеро у подножья. Вита не любит каблуки, Дамир не любит каблуки на женщинах… В этом они прекрасно сходились (как и во многом другом). Вспоминает, как хватал ее, поднимал на руки, и вместе с ней падал на диван, целовал ее, целовал, пока не кончался воздух от смеха и чувств.
Марта замирает у дверей.
Дамир успевает забыть о ней, отвернувшись в сторону…
Но Марта не забыла и без предупреждения бросает «гранату»:
– Ты еще пожалеешь, что так со мной поступил.
И закрывает дверь.
Пафосно ушла, ничего не скажешь. Дамиру хочется громко фыркнуть, рассмеяться, или вслух выругаться. Долбанная Марта.
Окей, окей, они с Мартой напоминают стереотипную парочку пропащих любовников. Он ее шеф, она подчиненная. Красивая, хотя не особенно умная. Если бы не «но», Дамиру она никогда не нравилась настолько, чтобы из-за нее разрушать семью. Вот это чистая правда.
Он признался жене, что Марта ничего не значит.
Но поняла ли она его правильно?
В кармане оживает телефон, Дамир опускается на спинку, радуясь возможности отвлечься – даже на разговор с работником банка, который будет настойчиво впаривать кредитную карту.
Люди – его способ держаться.
Ради них он будет держать лицо. Ради них, ради бизнеса отца.
Ради обещания, которое отец в свое время вынудил озвучить…
Но все-таки данного.
Они узнают о разводе, когда придет время. Но его развод не должен обрастать дурацкими сплетнями. Марта, черт бы ее побрал, именно этим и занималась. Ее постоянные визиты на фоне перевода были абсолютно ненужными для имиджа Дамира.
Он не дурак.
Все понимал. Эти ее угрозы – не невинная эмоциональная ерунда.
Если он не сделает то, что Марта хочет, она начнет плодить сплетни.
И как с этим быть?
– Алло?
– Привет. Прости, что беспокою… – слышится в трубке голос его адвоката.
Дамир задерживает дыхание.
– Что-то случилось?
Саша – не тот человек, который будет звонить «просто так». Если не по делу, то он, как правило, пишет в мессенджер.
– Ничего, ничего. Я хотел спросить, как там Виталина…
– Не понял, – сглатывает он.
Она же не могла сказать?
Нет, нет смысла. Виталина не такая – она не станет.
Дамир резко встает с кресла и подходит к окну. Он слушает Сашу, а сам думает… Что? Как? Почему? Они просто столкнулись? Да ну, бред. За два года знакомства Виталина и Саша ни разу не общались без него. И этот их «новый опыт» задевает Дамира даже больше, чем он хотел бы. В отношениях с Виталиной он не был ревнивцем. Но теперь… Он оттолкнул ее от себя и лишился права контролировать. Какое гадливое чувство.
– Она не говорила тебе про аварию?
– Что?! Она не пострадала?
– Да это было уже пару дней назад. Мы немного помяли друг другу бока на перекрестке. Вита спешила на работу. Не переживай, я ей напомнил про ПДД…
– Ты мог сразу позвонить?!
– Она сказала, что сама тебе позвонит. Извини, братишка…
Разумеется, Виталина так сказала. Специально скрыла аварию.
Дамир просит Сашу рассказать подробнее обстоятельства аварии и когда он заканчивает через три минуты, благодарит, обещает позвонить позже.
– Черт, – ругается он.
Даже если он не виноват, он ощущает, как вина спускается по шее вниз.
Виталина могла быть расстроена из-за него.
Чудо, что она не пострадала.
Он набирает Виталине раз, второй. Никто не отвечает. Снова набирает.
Не зная, что будет говорить, лишь безумно желая услышать голос в трубке. В голове у него разом все переворачивается. Может быть, не стоило обставлять все так? Может быть, он мог бы найти лучший способ? Господи, его жена попала в аварию, а он даже не знал!
Она упрямо игнорирует его звонки.
Дамир знает, что не стоит ехать к ней.
Связующие их нити болезненно рвутся, и Виталине не станет лучше, если он заявится на порог. Может быть, она уже ненавидит его. Может, уже отпустила. Но он не может не поехать. Дамир хватает пиджак со спинки и вылетает из кабинета.
Секретарши у него нет, объясняться никому не надо…
Он заедет к ней работу, чтобы убедиться, что она в порядке.
Глава 7
Дамир звонит мне.
Его звонок, который еще неделю назад вызывал бурю позитивных эмоций, вынуждает меня покрыться холодным потом.
Сам по себе звонок.
У Дамира есть одна причина добиваться аудиенции со мной.
И она мне крайне неприятна.
Наверное, решил, что его женушке пора прекратить грустить о разрушенной семье, взять себя в руки и сказать ему «да» на предложение о немедленном разводе.
Учитывая, что прямо сейчас я нахожусь в женской консультации…
Звонок Дамира – это настоящая катастрофа.
Он набирает снова и снова, вгоняя в панику.
