– Но вы же, согласно Пушкину, любите сказки говорить. А делать все равно нечего.
Боня поерзал на стуле, несколько раз открыл уже рот, чтобы начать рассказ, но потом махнул рукой.
– Как-нибудь потом, ладно? Сам расскажет, если захочет.
– А можно спросить, как вы познакомились? Он вас тоже от нечисти спас?
Боня, хитро усмехнувшись, на мгновение задумался и, видимо, решив, что рассказ о нем самом – меньшее из зол, поудобнее уселся и ударился в воспоминания.
– Это как сказать… Давно дело было. Сразу после отмены крепостного права…
– После чего? – У Иры от изумления округлились глаза.
– После отмены крепостного права, – не понимая Ириного удивления повторил Боня, но сообразив, в чем дело, тихо рассмеялся. – Да, мы со Стасом не так молоды, как кажемся. Но слушайте, раз уж спросили. Как-то раз, в бытность свою котом, разозлил я одного черного колдуна по имени Андоим, который поклялся меня извести. Лет тридцать я довольно удачно избегал с ним встречи, пока однажды он не поймал меня в лесу неподалеку от Москвы. Представляете: рассвет в лесу, солнышко встает над деревьями, птицы голосят… Лепота! Кругом никого, и этот сухой сморчок чего-то бубнит себе под нос и руками размахивает. Я от неожиданности так перепугался, что забыл человеческую речь, и сидя на дереве, только и мог, что на него шипеть. А этот гад кончил бормотать и как завопит: «Быть посему во веки веков!»
Тут что-то грохнуло, вспыхнуло, и я в беспамятстве свалился на землю. Прихожу в себя, смотрю на руки, на ноги – а они человеческие! Я так взвыл от ужаса, что деревья закачались. А этот гаденыш где-то рядом злорадно хихикает. Вдруг слышу – свист меча, и смех обрывается. Я-то в первую секунду обрадовался, что кто-то его на тот свет отправил, но тут же сообразил, что меня некому теперь в кошачье обличье вернуть! Это был шок. Оборачиваюсь, поднимаю глаза, а рядом стоит парень с окровавленным мечом, и безголовое тело колдуна валяется. Если бы не пикантные обстоятельства, я бы своему спасителю горло перегрыз. Но как представил сцену со стороны: я в чем мать родила кидаюсь на мужика в два раза меня здоровее, – так желание драться сразу пропало. Я как заору:
– Ты что учудил, злыдень?
А тот смотрит на меня, как энтомолог на бабочку, и заявляет:
– Тебя спас… Хотя, наверно, зря.
Я – в слезы.
– Идиот! Да ты понимаешь, что натворил?! Это же Андоим! Его заклятия никто не сможет снять! Кто теперь меня назад в кота превратит? Придется до смерти на двух лапах ходить…
Вижу – мужик призадумался, а потом посмотрел на свой меч. Я-то по простоте душевной подумал, что он понял весь трагизм ситуации, а он – пень бесчувственный.
– Может мне и тебя, – говорит, – того…
Но видать не все кошачье из меня Андоиму вытравить удалось. Я как зашипел на него: «Только тронь!» – аж сам удивился. Чувствую, на пальцах когти отрастают, а Стас потом сказал, что еще и глаза загорелись зеленым огнем, а зрачок стал вытянутым, как у кошек. Но видать сил у меня было еще мало, потому что все сразу прошло. Дай, думаю, заговорю его до смерти. Чего-чего, а это я умею. Включил, так сказать, режим «кота Баюна».
– Слушай, – говорю— а давай я тебе кое-что расскажу, так сказать, для лучшего понимания ситуации. Давным-давно, в одной далекой деревне…
Он, дурачок, и повелся на мое предложение. Рассказываю я байку – смотрю, а он уже спит. И тут до меня доходит, что если я его уморю, то останусь один на всем белом свете. А как человек, я еще не того… Надо, чтобы кто-то защитил меня на первых порах. Вдруг у Андоима родня окажется? Пришлось ждать, когда мой защитничек проснется. А пока суть да дело, чувствую, совсем замерз. Пробежался задами в ближайшую деревню и утащил у дома на околице с веревки одежонку, какая там сохла. На крыльце стояли лапти, тоже вполне мне по ноге. Короче, пока Стас спал, я приоделся, только шерсть пришлось долго обдирать, которая лезла с меня клочьями.
Вернулся я в лес, смотрю – мой спаситель глазами хлопает, в себя приходит. Пришлось вступить с ним в дипломатические переговоры.
– Я тут подумал, – говорю, – и решил, что меня будут звать Бонифацием… Эй, ты что, меня не узнаешь? А тоже, прибить грозился…
Стас вскочил, смотрит на меня волком, оглядывается по сторонам – меч ищет. Но я же не дурак – спрятал его предусмотрительно в кустах. А Стас прет на меня танком.
– Твою ж налево! И что мне теперь с тобой делать? Как ты меня усыпил?
Я ему объясняю, что, мол, кот Баюн я. И что этот здоровяк мог бы мне спасибо сказать, что жив остался. Могу ведь и до смерти заговорить. Так что этот горе-спаситель теперь мой должник. И раз он мне жизнь испортил, то должен обо мне заботиться, пока не найдет способ обратить меня назад в кота.
А он, дурачок, не понимает, с кем связался.
– Угу. Спешу и падаю… И где мой меч?
А я ему:
– В надежном месте… Так мы договорились, или новую сказку начать? Давным-давно в одной далекой…
Тут до него, наконец, дошло, что все не так просто. Столковались на том, что он меня не бросит, а ежели я что-нибудь устрою не то, он прибьет меня на месте. Честно говоря, я немного опасался, когда меч ему отдавал – мало ли что? Но все получилось так, как мы договорились. Поначалу часто ругались, потому что меня бесило, что вместо Бонифация он меня Боней звал, но потом притерлись. Забочусь о нем по мере возможности. У Стаса ведь жизнь тоже не сахар. Плохо быть сиротой без роду, без племени…
Поняв, что сболтнул лишнего, Боня захлопнул рот, воровато стрельнув глазами на Иру.
– Как это «сиротой без роду, без племени»? – Изумилась она.
Но Боню трудно было заставить сделать то, чего он не хочет. Сделав вид, что не расслышал вопроса, кот-расстрига как ни в чем ни бывало продолжил рассказ.
– Теперь снимаю у Стаса угол, и пока он геройствует, пытаюсь не дать дому превратиться в бомжатник… Все бы хорошо, только вот в марте тяжеловато… Мечтаю снова стать котом и пристроиться на постой к богатой старухе. Чтоб кормила-поила и мужиков не водила. Хочу быть единственным любимцем.
Сначала Ира недоверчиво слушала рассказ Бони, но по мере развития истории все больше верила всем его перипетиям. Это все так походило на то, что было с ней прошлой ночью! Или в прошлой жизни? Ладно, раз Боня не хочет говорить о Стасе, у нее есть еще много вопросов, касающихся его самого.
– А за что колдун вас так?
Боня искренне рассмеялся и вдруг потянулся всем телом, как сытый и довольный кот.
– Поспорили, кто больше баек знает… Нашел с кем тягаться в разговорном жанре! Ну Андоим и психанул, когда проиграл… Вообще-то Стас правильно его прибил. Жаль только, что не заставил сначала вернуть мне кошачье обличье.
В комнате снова повисла тишина, и тут Ира с Боней услышали, как в замочную скважину кто-то вставил ключ. Встрепенувшийся Боня заулыбался еще шире, словно был не Баюном, а Чеширским котом. Он уже устал изображать гостеприимного хозяина, не слишком понимая, какая степень откровенности допустима в общении с этой, фактически совершенно незнакомой, девушкой.
– Явился, наконец!
Легко поднявшись с места, он пошел к двери, но скрежетание не прекращалось, и на лице Бони радость сменилась тревогой. Тихо, как кошка, он прильнул к дверному глазку, но на лестничной площадке царила тьма.
Недоумевая, Боня приоткрыл дверь и тут же об этом пожалел, потому что в квартиру ввалились трое навьев во главе с Аспидом. Отшвырнув Боню в сторону, они проскочили прихожую, но на пороге комнаты остановились, словно наткнулись на невидимую стену. Висевшие и стоявшие в разных местах комнаты берегини развернулись в сторону нежданных гостей, а на стенах засветились магические символы. Аспид досадливо щелкнул пальцами.
– Навья сила! Оберегов натыкали, плюнуть некуда. Ну, ничего, и не с такими справлялись. Десяток заклинаний, берегини, травка… Может школоту и остановит, но не меня.
Очухавшийся от удара Боня покрутил головой, приходя в себя. На его лбу алела длинная ссадина, полученная при ударе об угол обувницы. Поднявшись на ноги, он придал лицу самое сладкое выражение и, бормоча «Пардон!», начал протискиваться в комнату между загородившими проход навьями, заискивающе улыбаясь при этом Аспиду.
– Как в Нави погода? Не похолодало?
Тот зло зыркнул на хозяина квартиры, продолжая изучать обстановку.
– Заткнись, ходячий воротник. Целее будешь.
Сделав последнее усилие, Боня протиснулся в комнату и, быстро сделав пару шагов к столу, встал так, чтобы загородить собой Иру. Оказавшись на охраняемой оберегами территории, он заметно приободрился. Доброжелательная улыбка на его лице сменилась на сердитую гримасу.
– Как сейчас сказал бы мой друг Стас: вас что, стучаться не учили? Но я не столь категоричен и предлагаю переговоры. Например, обсудить причины возникшего недопонимания, а также плюсы и минусы возможной конфронтации…
Но Аспид только хмыкнул, присматриваясь к оберегам.
– Тянешь время? Можешь не надеяться на помощь приятеля. Он сейчас трахает Маринку. И даже не думай начать нас заговаривать – придушу как цыпленка… Эй, красотка, мы днем не договорили. Отдай медальон, по-хорошему, а то последуешь за дедом. Хочешь меня испытать?
Криво улыбаясь, Аспид полез в карман и достал спичечный коробок, при виде которого Ира похолодела от страха. Посланец Нави сломал одну спичку, и висевшая на люстре берегиня, ярко вспыхнув, осыпалась на стол хлопьями пепла. Сломал следующую – и один из символов потух, а пришельцы из Нави смогли сделать пару шагов в комнату.
Испуганная Ира бросилась к дивану и, схватив свою сумку, забилась в дальний угол комнаты, мысленно прощаясь с жизнью. И тут произошло то, что заставило ее оторопеть. На холеных руках Бони отросли длинные когти, в приоткрытом рту появились клыки, в зеленых глазах вытянулся зрачок, и он зашипел как разъяренный кот. Но на Аспида эта метаморфоза не произвела сильного впечатления. Сломалась еще одна спичка – и Боня принял свое обычное обличье под холодным взглядом принца Нави.
– Смело, но глупо. Скажи спасибо, что остался в живых – черный кот все-таки, хоть и тварь продажная… Но придется тебя наказать.
Растягивая удовольствие, Аспид полез за новой спичкой, но за его спиной раздались словно два хлопка бича – и двое навьев в агонии рухнули на пол, а третий шмыгнул в комнату и прижался к стене, прячась от неминуемой смерти. Аспид резко обернулся. В дверном проеме стоял Стас с пистолетом в руке. Преодолев одним прыжком разделявшее их расстояние, он врезал тяжелой рукоятью по лицу Аспида. Тот упал, выронив коробок, но тут же вскочил на ноги. Между Аспидом и Стасом завязалась отчаянная драка. Ни тот, ни другой не могли использовать оружие. Силы были примерно равными, и сидевшая на полу в углу комнаты Ира порадовалась, что от них ее отделяют обереги и куча мебели.
При виде друга Боня тоже пришел в воинственное настроение и, выпустив когти, набросился на уцелевшего навья, да так, что тот шарахнулся к двери, но споткнулся о перегородивший вход в комнату труп, упал и, не поднимаясь, на четвереньках выскочил из квартиры. Оставшийся без поддержки Аспид тоже видимо решил, что задерживаться в квартире нет смысла. Продемонстрировав отличный хук слева в челюсть, он вывернулся из рук Стаса и, подхватив валявшийся спичечный коробок, растворился в воздухе.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
